Принудительные ласки

Чон сидел в большом кресле, широко раскинув ноги, он лениво пил виски и любовался видом на закат, что открывался за панорамным окном, закат сегодня был сказочным. Он отливал красными, оранжевыми и желтыми оттенками, и лес вокруг создавал особую атмосферу, красота завораживала, глава мафии подумал, что с выбором дома он не ошибся. Главарь мафии приехал в этот дом вчера утром, ему хотелось провести пару дней в полном одиночестве, небольшой домик в горах, далеко от города и людской суеты был очень кстати. Красивая природа, пение птиц расслабляло. За спиной раздался звук открывающейся двери, Чон гостей точно не ждал, и никто кроме Мин Гу, не знал, где он находится, он резко повернул голову в сторону входившего, в дверях стоял Ким, он был в белой водолазке, черных брюках и такого же цвета пальто длиной чуть выше колен. Выглядел он взволнованным и грустным. Чон пристально смотрел на него испепеляющим взглядом, от заходящего солнца в его глазах отблескивал огонь, выглядел он угрожающе, депутат напрягся. - Как, черт возьми, ты меня нашел? На мне что, жучок где-то спрятан?– Раздраженно спросил Чон и поставил стакан на стеклянный столик, что стоял перед ним, не сводя взгляд с депутата. Ким медленно направился к Чону, на ходу снимая пальто. Подойдя ближе, он положил его спинку дивана, стоявшего напротив кресла, засунул руки в карманы брюк и продолжил стоять. - И тебе здравствуй! Я искал тебя в храме, мне сказали, что ты уехал от туда, дома ты не появлялся, пришлось обратиться к твоему помощнику, Мин Гу любезно рассказал, где тебя найти. - Плохой помощник, чтоб его. – Выругался Чон. - Не злись, у меня была для него очень ценная информация, ему пришлось пойти мне на встречу. - Зачем ты здесь? Мы вроде уже все обсудили… - С таким же тоном спросил Чон. - Хотел тебя увидеть, я соскучился – Ким стоял с потухшим видом. Чон немного округлил глаза, но ничего не сказал. Какое-то время в комнате воцарилась полная тишина. Ким медленно подошёл к Чону вплотную, встав между его ног, смотрел сверху вниз в глаза Чона, затем произошло то, что глава мафии никак ожидать не мог: Ким медленно встал на колени так же между ног главы, уткнулся лицом в его грудь и крепко-накрепко обнял за талию. Депутат сделал пару глубоких вдохов, ему необходимо было почувствовать тот родной запах, по которому, он так скучал. - Можно я немного вот так побуду? – Тихим голосом спросил Ким. Чон оцепенел, в его глазах чётко можно было увидеть панику, он не мог выдавить из себя ни слово, он машинально уже был готов положить руку на голову Кима и прижать его к себе еще сильнее, но он сжал её в кулак, и она просто замерла в воздухе, он осознал что собирался сделать, и вернул руку обратно на кресло. Главарь повернул голову в сторону окна, поставил локоть на подлокотник, и кончиками пальцев прикрыл свои губы, сказать он так же ничего не мог, пытался утихомирить своё сердце, казалось, что оно вот-вот выпрыгнет из груди, в таком положении они и замерли, каждый из них боялся пошевелиться. Сколько они так просидели, никто из них не знал. Ким вдыхал родной запах, ему вдруг пришла в голову пугающая мысли, что если у него больше не будет возможности вот так касаться любимого, или еще хуже, Чон окончательно решит расстаться, то он этого не переживет. Он почувствовал жжение в глазах, слёзы вырывались наружу. Сидя вот так обнимая любимого, наружу вырывалась боль, что он в себе копил и сдерживал, и как словами обидел любимого в прошлой их встрече. Он столько раз ругал себя за свою несдержанность. Всхлип Кима, вернул Чона в реальность и он еще больше запаниковал, когда понял, что тот плачет и крепче сжимает его талию в кольце рук. - Прости меня, прости! – Сказал Ким, всхлипывая – Я не хотел, что бы все так получилось, и то, что я сказал прошлый раз, я на самом деле так не думаю, я был зол. Без тебя и твоей поддержки я бы не смог всего достичь, ты для меня важнее всего, пожалуйста, не отталкивай меня больше. Ты же знаешь, не могу я держать свой язык на замке. Я люблю тебя, ты самый родной человек, который остался у меня в этой жизни. -Да, знаю, я все знаю. – Тихо прошептал Чон, у него защемило сердце. Его рука потянулась к голове Кима и прошлась по волосам, затем взял его за подбородок и поднял голову, Чон поймал себя на мысль, что заплаканное лицо депутата прекрасно и завораживает куда больше, чем закат за окном, да что там говорить, завораживает больше, чем что-либо на этом свете. Захотелось обнять, поцеловать, успокоить мужа, стало не по себе от проснувшейся нежности. Глава взял лицо Кима в свои большие руки, большими пальцами вытер слёзы и потянул к себе, их губы встретились в страстном поцелуе со вкусом соли, но он казался слаще меда. Их языки сплетались, проникая глубже в рот друг друга. Ким опустил руки с талии на бедра мужа, хватался за них, сжимал, поглаживал ягодицы, спину, он ласкал все, до чего мог достать. Чон взял депутата за талию и усадил к себе на колени. Руки гуляли по всему телу Кима, обнимая и прижимая к себе, одной рукой схватил его за ягодицы и прижал к своему паху, другой гладил спину, шею, щеку, большим пальцем прошелся по губам, Ким тут же обхватил палец губами и начал сосать, Чон возбужденно прорычал. Глава целовал и покусывал шею любимого, спускаясь вниз, дойдя до сосков, он кусал и лизал их через водолазку, Ким простонал и опрокинул голову назад, прогибаясь и раскрывая свое тело для поцелуев. Ким невольно начал двигать бедрами и прижиматься к паху любимого, они были очень возбуждены, депутат быстрым движением стянул футболку с Чона и начал жадно целовать его ухо, шею, спускаясь ниже, руки тут же схватились за ширинку на штанах главы, он начал быстро их расстегивать со словами: -Войди в меня сейчас же. Чон, поймав руки депутата, завел их ему за спину, не дав тому сделать задуманное. - Не так быстро. – С загадочной улыбкой прошептал на ухо Чон. Затем, отпустив руки мужа, Чон стянул с него водолазку, но Ким был непреклонен, он тут же опять потянулся к штанам Чона, дрожа от нетерпения, пытался справиться с этой неподатливой молнией, Чон быстро среагировал, руки Кима были возвращены в прежнее положение за спиной. Главарь одной рукой держал обе кисти Кима мёртвой хваткой, попытка освободиться не увенчалась успехом, тогда он начал двигать бёдрами ещё сильнее, дразня любимого. Глава второй рукой схватил Кима за ягодицу и притянул к своему паху со всей силы и не отпускал, Ким больше не мог двигать бедрами, их члены были прижаты друг к другу, так что даже через одежду они чувствовали, как они пульсируют. Ким уже хотел что-то сказать, но его попытка была прервана глубоким поцелуем, Чон целовал его так, будто хотел поглотить. Глава отпустил ягодицы мужа и расстегнул его штаны, засунул два пальца в рот Кима, хорошенько смазал их слюной, затем просунул руку в штаны к попке и начал поглаживать, нежно и аккуратно вставил один палец, затем второй, растягивая сжатые мышцы. Ким простонал, тот так же жадно продолжал целовать и покусывать уже покрасневшие губы. Чон медленно входил пальцами в Кима, пока его попка не расслабилась, и вытащил их, от чего Ким издал недовольный стон. Взяв Кима под ягодицы, не прерывая поцелуй, Чон встал на ноги, депутат крепко ухватился за его шею, а ногами обхватил за талию. Чон обошёл кресло, поставил Кима на ноги, повернул спиной к себе и прижался сзади всем телом, Ким уперся руками в спинку кресла. Чон одной рукой взял Кима за шею, тот наклонил голову назад и положил ее на плечо мужа. Чон целовал и покусывал ухо, щёки, губы, все, до чего мог дотянуться. Второй рукой он спустил вниз с Кима штаны, обнажая его горячий и пульсирующий член, который уже был влажным от смазки, Чон коснулся его и сжал в свою ладонь, поглаживая по всей длине, затем поцелуями от шеи спускался вниз по плечам, спине, целуя и покусывая, добравшись до ягодиц, Чон раскрыл два полушария и впился губами в пульсирующую дырочку, он целовал, облизывал, врывался языком. Ким начал постанывать и двигал бёдрами навстречу языку, что жадно врывался в его тело, Чон одной рукой гладил член Кима в такт движений языка, когда Чон почувствовал что Ким уже готов вот-вот кончить, он убрал руку, дабы не дать кончить раньше времени, ведь их игры только начинались. Чон встал, одним движением стянул с себя штаны, Ким почувствовал на своей ягодицы горячий член, прогнувшись в пояснице ждал, когда Чон наконец ворвется в его тело и будет жестко трахать, он уже не мог больше ждать. - Ооо да, быстрее… - простонал Ким. Чон слюной смазал свой член и приставил к входу узкого кольца мышц, немного надавил и начал медленно входить, Ким больше не мог ждать, он отвел руку назад схватив Чона за ягодицу притянул его к себе что есть силы от чего член вошёл одним рывком во всю длину, Чон двигался медленно и глубоко, но Киму хотелось жёстко и быстро, он считал, что они уже и так много времени потратили на ласки. Ким начал двигать бедрами быстрее и жестче, пытаясь тем самым ускорить темп, но у Чона были свои планы, в другом случае он сейчас драл бы Кима что есть мочи, но сейчас он полностью контролировал свое желание и движения, видимо несколько дней медитаций не прошли даром. Чон убрал руку Кима со своей ягодицы, завел обе руки депутата вперед и прижал их к спинке кресла, одной рукой держал с такой силой, что все попытки Кима выбраться не увенчались успехом. Второй рукой Чон схватил его за бедро и зафиксировал, Ким не могу больше ими толкаться на встречу члена, что проникал в его попку. Депутат был взят в полный контроль, Чон задал свой темп, медленный, но при этом входил так глубоко насколько мог. Ким был весьма удивлён выходке любимого, чувствовал себя полностью во власти Чона и это возбуждало еще больше. - Какие же у него большие, сильные и сексуальные руки. – Подумал про себя Ким, как же он любил власть Чона в такие моменты. - Сильнее, пожалуйста.- Простонал Ким. - Ммм, нет, сегодня будет так, как я хочу. А если не будешь послушным, я тебя свяжу. – Прошептал Чон на ухо Киму, от чего у первого пробежали мурашки по всему телу. - Свяжешь, значит. - Многозначительно повторил Ким. – Связать… А это должно быть весело. - Про себя подумал Ким и лукаво улыбнулся. Он сдался, утопая в нежность любимого. Чен вышел из его тело, при этом освобождая руки Кима, повернул к себе, впился в губы страстным поцелуем, прижал его тело к своему и повел к дивану. Уложив Кима на спину, главарь лег на него сверху и одним рывком вошел в его тело, и продолжал так же нежно и медленно двигаться, Ким запустил одну руку в волосы Чона прижимая того к своим губы, другой рукой впился в спину царапая ее, Ким начал двигать своими бедрами пытаясь сделать темп более жестким, Чон привстал соединил ноги Кима, закинул их на свое плечо, взял его под колени и немного приподнял ягодицы Кима с дивана, в такой позе первый опять не мог ничего поделать, Чон трахал его так сам того хотел. Чон взял член Кима в ладони, сжал и поглаживал вверх вниз, два глубоких толчка Чона и Ким больше не смог сдержаться, прозрачная жидкость выплеснулась в руку любимого, от сильных пульсаций внутри мужа, Чон еле сдержался, чтобы самому не кончить. Чон покинул дырочку Кима, одним рывком перевернул его на живот, обильно смазав свой член спермой Кима, главарь снова ворвался в узкое кольцо, Ким прогнулся в пояснице, позволяя главарю входить как можно глубже, Чон целовал и покусывал плечи, шею, ухо, везде оставляя красные отменены, он поднес ладонь к лицу Кима и просунул два пальца в рот, депутат стал жадно их посасывать, как же Чону нравилось это, он был на грани извержения, член Кима пришел в боевую готовность, требовал к себе внимания. Чон развернул Кима, покрывал его торс поцелуями спускался вниз к тому самому разгоряченному месту, прошелся языком по всей длине члена, затем взял головку в рот и сладко посасывал, вводя два пальца в его попку, у Кима все вокруг поплыло от наслаждения, но ему хотелось большего. - Умоляю, вставь член в меня, я больше не могу, хочу, хочу тебя. – Молил Ким в порыве своих стонов. Чон, оторвавшись от сладкого члена, поставил Кима раком, широко раздвинул его ноги, и одним рывком вошел на всю длину и начал движения, тот громко простонал и крепче сжал подушку, что была под ним, ему уже было не важно, что Чон трахает его не жестко, он просто хотел чувствовать его в себе, он провёл столько бессонных ночей в мечтаниях о том что бы любимый был сейчас рядом и крепко обнимал. Чон взял его за шею сзади и медленно насаживал на член, Кима это возбудило ещё сильнее, он сходил с ума, прикусив подушку, издавал глухие стоны, он уже был на пределе, Чон приподнял Кима и крепко прижал к себе, руками обнимал и гладил грудь, торс, депутат сжал свой член в ладонь и, громко прорычав, излился, Чон сделал еще несколько глубоких толчков и кончил в попку любимого. Было уже далеко за полночь, мокрые и уставшие они упали без сил и ещё долго лежали в объятиях друг друга. Эту ночь они проведут не в одиночестве. Ким уткнулся носом в плечо любимого, их руки, ноги сплетались, обнимая друг друга всю оставшуюся ночь, они проспали до обеда следующего дня.