Детство

      Был тёплый осенний вечер. В доме Швагенвагенсов было удивительно тихо. Глава семейства сидел в кресле и читал книгу, Лидия давно ушла погулять с друзьями, а Мэри готовила обед. Дочитав очередную страницу книги, Густав понял, что его младший сын куда-то пропал. Встав с кресла, Густав отправился искать ребенка и нашел того на кухне. Себастьян сидел около холодильника и доедал последний кусочек торта, который ещё на днях испекла Мэри. Увидев отца, мальчик удивлённо уставился на него, а потом протянул ему тарелку. — Советую тебе встать и направиться в ванну молодой человек. Не думаю, что разрешал тебе есть сладкое до обеда — Угу.. – Мальчик быстро пробежал около отца и проскочил в ванную, куда после зашёл и его отец — Ну и? Извиниться не желаешь? — Прости, пап..тортик был такой вкусный... — Мне до этого нет дела. Ты был обязан вести себя нормально. Я попросил тебя! — Н-но пап! Я же...я хотел..– Себастьян опустил голову вниз, чтобы Густав не увидел, что он плачет. — Ты ревешь? – Густав немного подумал, а после сел на корточки перед сыном. — Ну и что ты расплакался? – Вместо ответа мальчик прижался ближе к отцу, обняв его своими тоненькими ручками. — ... Ладно, пошли в комнату. Скоро мама вернётся. — Идём.       Себастьян позволил мужчине взять его на руки и донести до комнаты. Вечером, начав работать, Густав дал сыну набор карандашей и сказал не беспокоить его. На следующие полчаса он оставил ребенка в покое, но после, поняв, что слишком тихо, он глазами стал искать ребенка. Себастьян тем временем уже заканчивал рисовать на первых страницах паспорта. — Сука ты мелкая! Свали!       Выхватив документ, мужчина попытался оттереть рисунки. Поняв, что стереть этот ужас никак не получится, Густав решит наказать сына, поэтому через пять секунд Себастьян сидел в углу комнаты, прижав обе руки к покрасневшей щеке. — Чтобы ты своими панелями больше не брал мои вещи, понял?! ...Ничтожество. — Х-хорошо..прости меня, пожалуйста... – Мальчик пытался сдерживать слезы, но не смог. Боль в щеке была сильной, да ещё и отец кричал. — Прочь из комнаты! Чтобы я тебя до конца недели не видел! — Если попадешься мне на глаза, так ещё и опять за всякими пакостями, то щекой не отделаешься.       Усевшись за стол, Густав взял в руки телефон и, набрав номер знакомого, попросил помочь с получением нового паспорта заместо испорченного.       Себастьян убежал за помощью к маме, но слова отца надолго засели в его голове. После того, как он вышел из кухни, мальчик открытое окно, и осторожно вылез на улицу, убежав подальше от дома.       Пропажу обнаружили лишь на утро. Дело в том, что Мэри попросила уложить мальчика, а Густав решил, что ребенок и сам может лечь спать. После, когда Лидия рассказала об отсутствии брата ещё и прошлым вечером, Густав, после громкого скандала с Мэри, схватил детскую курточку и выбежал на ветреную улицу. С каждой минутой       Швагенвагенс нервничал все больше и уже был готов впасть в истерику, когда увидел в парке, под скамейкой, своего беглеца. Подойдя к скамье, мужчина нагнулся и почти лег на асфальт. — Привет. — Папа?! Н-нет, не надо! – Себастьян хотел снова убежать, но его крепко схватили за рукав футболки. — Не надо! Я не хочу!!! — Тщщ, успокойся. Ну-ка, иди сюда.       Густав надел на продрогшего ребенка курточку. Себастьян был удивлён, что отец на него не наорал, но все же подошёл ближе к нему. В голове мальчика была куча мыслей о том, что будет дома, и как его за это накажут, потому он вновь опустил голову вниз. Одев ребенка в куртку, Густав поднял его на руки и понес в сторону дома. — Ну ты и простофилька.       Себастьян все ещё дрожал. Когда они дошли до дома, мальчик быстро убежал к себе в комнату и там залез под кровать.       Помыв руки и переодевшись, мужчина прошел в комнату сына и залез под кровать, где Себастьян уже успел задремать. Когда Швагенвагенс обнял ребенка, тот проснулся. Испуганно посмотрев на отца, Себастьян вновь хотел убежать, но отец его очень крепко держал. — Тщщ..... Ты чего так боишься? — Но ты..ты ведь говорил....говорил, я не должен попадаться тебе на глаза...р-разве нет? — Говорил, но я ведь не думал, что ты из дома сбежишь. – Густав покрепче обнял ребенка, а после вытащил из-под кровати. — Ты бы знал, как мама за тебя волновалась. И я тоже. — В-волновались? Правда?... — Не то слово. А если бы тебя кто-нибудь украл? Что бы мы делали? –Только сейчас, сидя в объятиях папы, мальчик начал осознавать, что родители любят его. — Прости, пап...я больше не буду так. Честно! — Тщщщ, все хорошо, все хорошо... Себастьян, как бы я не кричал на тебя, что бы ты не творил, я всегда буду волноваться за тебя и любить тебя — Пап! Я люблю тебя. Прости, прости, прости меня! – Себастьян крепче обнял Густава, зарывшись волосами в его рубашке. — Ладно, ладно, только не кричи на весь дом. — Угу.. Больше не буду.       Густав встал с кровати, накрыв сына пледом. Тот был настолько невинным, что мужчина даже немного постыдился, что наорал на него. Мальчик закутался внутрь пледа и очень быстро уснул. Весь следующий день с мальчиком провела мама, не давая Густаву даже подойти к ребенку. Из-за этого у взрослых вечером произошла крупная ссора, с разбитыми тарелками и криками. Супруги настолько злились друг на друга, что не заметили их детей, которые со слезами смотрели на них. Мэри, первая заметив первая детей, подошла к ним и, взяв младшего на руки, подсела к старшей. — Мам, почему вы ругаетесь? – Лидия была напугана и смотрела на Мэри так, будто она виновата в их ссоре — Доченька, мы тут с папой немного повздорили... Не бойся, все хорошо..       Мэри старалась не подавать вида, что ей больно. Женщина последний раз взглянула на мужа и вышла из комнаты вместе с детьми. В ответ на это Густав лишь фыркнул.       Так прошла пара лет. После, когда Себастьяну было уже 6 лет, а Лидии 8, их родители снова закатили концерт. Судя по крикам, Мэри узнала о том, что у Густава последний год была любовница. — Да заткнись ты уже! Если дети опять проснутся, что им говорить будешь? — Что говорить буду?! Да скажу, что отец предал их!! Думаешь они будут рады, что у тебя есть кто-то кроме нас?!! – Пока Мэри кричала, она ещё параллельно этому била супруга всем, что попадает под руку, оставляя на его теле как можно больше увечий. — Да пошла ты! Думаешь, мне не все равно?! Если бы развод не повлиял на репутацию семьи, то я бы тут же заменил вас! Хах, и что-то взъелась ты только после того, как Моника залетела! А что, раньше все нормально было?!       Они ещё долго ругались, а после Мэри вновь применила физическую силу и гордо вышла из комнаты. На следующий день супруги не разговаривали, а также Густав игнорировал детей. Днём он уехал, сказав, что вернётся он домой только тогда, когда Мэри научится себя вести. Женщина долго плакала, а Лидия и Себастьян пытались успокоить её, хотя и сами могли разреветься в любой момент. В итоге Мэри игнорировала звонки Густава, решив, что им надо отдохнуть друг от друга. Обратно они съехались только через год, и при входе в свой дом Густав не обратил на детей внимания, лишь поздоровавшись с Лидией.       После этого началось обучение музыке и если к дочери мужчина был безразличен, то с Себастьяна он чуть ли не брал три шкуры. Себастьян пытался сделать все идеально, чтобы отец гордился им, но Густаву все время что-то не нравилось и он каждый раз бил сына линейкой. Так прошло очень много времени, постепенно Себастьян привык к этому, и был холоден к отцу, но в один из дней у 16-летнего подростка случилась истерика...