Однажды в Кеттердаме

      Дан был старшим среди пленников и старался по мере сил успокоить детей, хотя самому было страшно. Дети словно чувствовали это и успокаиваться не желали: некоторые тихонько всхлипывали (после суровых наказаний работорговцев плакать в голос никто уже не решался), некоторые просто забились в угол, будто стараясь слиться со стеной.       — Нам нечего бояться, — наконец нашел Дан аргумент, — нас обязательно спасет Гроза Морей. Вы ведь слышали про нее?       Это привлекло их внимание, и, немного ободрившись, дети уставились на него с надеждой. Словно он мог гарантировать, что Гроза Морей непременно найдет именно этот корабль и освободит их.       — Точно! — поддержала его Лейна — тоненькая земенка чуть помладше него. — Гроза Морей всех спасает.       Дети заулыбались и перестали всхлипывать.       — Спасибо, — тихонько сказал Дан.       Лейна пожала плечами: мол, я ничего и не сделала. Она тоже была испугана, но хорошо держалась.       Корабль резко качнуло, и они едва удержались на ногах, а многие из самых маленьких попадали. С палубы донеслись крики и топот ног. Дан с Лейной переглянулись, почти не смея поверить в свою удачу: неужели их обещание уже сбывается?       — Гроза Морей… — благоговейно прошептал мальчик лет десяти, когда до них донеслись отчетливые звуки сражения.       А еще какое-то время спустя рядом с клетками будто из ниоткуда возникла молоденькая девушка. Дан даже вздрогнул — он не слышал шагов и не видел ее до тех пор, пока она не встала прямо перед ним. Девушка была примерно его возраста. И он решил бы, что она керчийка, если бы не слишком темная кожа. Слишком темная для керчийки, но слишком светлая для сулийки и уж тем более земенки. Она лучезарно улыбнулась и принялась открывать клетки.       — Всё хорошо, — заверила она загалдевших детей. — Те люди больше не причинят вам вреда, и мы вернем вас семьям.       — Вы Гроза Морей? — с сомнением спросила Лейна.       Дан тоже разглядывал девушку с недоумением. Ему казалось, Гроза Морей должна быть старше. Та засмеялась и покачала головой:       — Конечно, нет, — и, распахнув дверь клетки, добавила: — Меня зовут Кьяра. Приятно познакомиться.       Когда они поднялись на палубу, сражение уже закончилось. Оставшихся в живых работорговцев заковывали в цепи, мертвых сбрасывали в море. И посреди этой деловой суматохи стояла, отдавая распоряжения, невысокая сулийка. Вопреки миниатюрности в ней чувствовалась внутренняя сила и властность. И даже среди множества моряков ее невозможно было не заметить.       — Капитан! — окликнула ее Кьяра, подтверждая подозрения Дана. — У нас пятнадцать спасенных.       Капитан повернулась, и длинная черная коса взметнулась от ее стремительного движения. Темные глаза обвели взглядом их группку.       — Гроза Морей! — раздался вокруг восхищенный шепот.       Дан полностью разделял их восторг. Эта женщина, ставшая легендой, оказалась довольно молодой и очень красивой.       — Отведи их на «Призрак», Кьяра, — велела она. — И размести по свободным каютам.       — Есть, капитан! — отсалютовала Кьяра с широкой улыбкой.       Капитан солнечно улыбнулась в ответ, вдруг став неуловимо похожей на Кьяру, и подмигнула ей.       Только на третий день плавания («Призрак» отправился в Равку, а потом в Шу Хан, чтобы вернуть похищенных детей в семьи) Дан узнал, что легендарная Гроза Морей, капитан Гафа — мать Кьяры.       — Я не знала, что у нее есть дочь, — пораженно сказала тогда Лейна.       За эти несколько дней они трое успели по-настоящему подружиться и часто проводили время вместе. Кьяра пожала плечами:       — Ну, она это не афиширует. Понимаете, у нее много врагов, которые могут использовать меня против нее.       Дан с Лейной понимающе кивнули.       — Ты, наверное, с рождения в море? — спросил Дан.       Ему было любопытно — каково это расти на корабле? Сам он вырос в небольшом городке в южной Керчии и как раз собирался ехать в Кеттердам, когда его похитили работорговцы.       Кьяра хихикнула:       — Вообще-то, это мое первое плавание.       — Серьезно? — удивился Дан.       Кьяра пожала плечами:       — Па ни за что не пустил бы меня в море, пока я была ребенком. Он и сейчас-то не больно охотно согласился. Ему хватает и того, что ма постоянно пропадает в плаваниях. Да и ма не стала бы меня брать — она ведь не туристов катает.       Точно. Об этом Дан как-то не подумал. Как и о том, что у Кьяры должен иметься отец, которого явно не было среди команды «Призрака». Капитан Гафа тепло относилась ко всем своим людям, можно даже сказать, они были друзьями. Но не более того.       — В таком случае ты великолепно справляешься, — сказала Лейна. — Кажется, будто ты всю жизнь на корабле провела.       — Спасибо.       Кьяра польщенно улыбнулась, и Дан подумал, что у нее потрясающе красивая улыбка.       На то, чтобы вернуть спасенных детей в семьи в Равке и Шу Хане ушло около двух недель. И только после этого «Призрак» направился в Керчию.       — Почему в Кеттердам плывем в последнюю очередь? — поинтересовался Дан, когда они вечером стояли втроем на корме, облокотившись о перила и наблюдая за волнами, вырывающимися из-под корабля.       — Чтобы, вернув всех не керчийцев, уже сразу отправиться домой, — ответила Кьяра.       — О, — улыбнулась Лейна. — Так ты из Кеттердама.       Кьяра кивнула.       — Значит, ты все-таки керчийка, — улыбнулся Дан. — Я сразу так подумал, но меня сбил с толку цвет твоей кожи.       Кьяра с улыбкой пожала плечами:       — Ну, моя мама сулийка.       Действительно.       Лейна немного поколебалась, но все-таки решилась в итоге спросить:       — А ты случайно не встречала Каза Бреккера?       Кьяра поперхнулась, на ее лице промелькнуло удивление, которое быстро сменилось озорной улыбкой, когда она ответила:       — Случайно встречала.       — Серьезно? — теперь пришла очередь Дана приходить в восторг.       — А что? — невинным тоном спросила Кьяра.       Лейна небрежно пожала плечами:       — Просто — интересно. Я много всякого слышала, — немного помолчав, она с горящими глазами спросила: — Говорят, он такой интересный мужчина…       Дан обреченно закатил глаза: девчонки! Кьяра рассмеялась:       — Лейна, он тебе в отцы годится.       Та фыркнула, нисколько не смущенная этим обстоятельством.       — А кроме того, — многозначительно добавила Кьяра, — он безнадежно женат.       Энтузиазм Лейны немного поутих, зато Дан наоборот воодушевился.       — Ты настолько хорошо его знаешь?       — Ты тоже хочешь познакомиться? — иронично приподняла брови Кьяра.       Но Дана не так-то легко смутить.       — Да, — честно ответил он. — Я восхищаюсь им и давно мечтал попасть в ряды Отбросов.       Кьяра некоторое время молча его разглядывала, словно пытаясь что-то понять, а потом кивнула:       — Если ты серьезно, могу замолвить словечко.       Дан закивал: еще как серьезно! И только потом до него дошел весь подтекст слов Кьяры. Замолвить словечко. Она настолько близко знакома с Казом Бреккером, что он прислушивается к ней? Ответ на этот вопрос оказался куда более неожиданным, чем мог предполагать Дан.

***

      Когда «Призрак» входил в одну из гаваней Кеттердама, они втроем стояли на палубе возле борта. Дан с Лейной просто с любопытством всматривались в город, который видели впервые в жизни, а вот Кьяра явно кого-то выискивала среди множества людей в порту. И быстро нашла.       — Па встречает нас, — с улыбкой произнесла она.       Проследив за ее взглядом, Дан увидел стоявшего на пристани мужчину, к которому уже мчалась капитан — она даже не стала ждать, пока спустят трап и спрыгнула прямо с борта корабля. Она влетела в его объятия, и на некоторое время они замерли, обнявшись.       — Никогда не устану от этой картины, — произнесла Кьяра, не отрывая взгляда от родителей, которые, немного отстранившись друг от друга, теперь о чем-то тихо говорили.       — А ты не пойдешь поздороваться с отцом? — спросила Лейна.       Кьяра покачала головой:       — Он сам поднимется на борт, — и загадочно добавила: — Вопросы безопасности.       Некоторое время спустя родители Кьяры действительно повернулись к кораблю и начали подниматься по теперь уже спущенному трапу. Но только когда они поднялись на борт, Дан увидел мужчину по-настоящему. Явно сшитый на заказ черный костюм, черные кожаные перчатки, легкая хромота и внушительная трость с головой ворона вместо набалдашника.       — Босс, — почтительно приветствовал его первый помощник капитана.       Тот в ответ слегка склонил голову:       — Шпект.       Дан смотрел на него, почти не веря глазам. Каз Бреккер. Собственной персоной. Отец Кьяры. И как он до сих пор не догадался по всем ее обмолвкам?       — Па! — Кьяра сорвалась с места, чтобы, подбежав к нему, крепко обнять, уткнувшись лицом в грудь.       Он обнял ее в ответ с едва заметной улыбкой.       — С возвращением, принцесса. Скучала по мне хотя бы немного?       — И вовсе не немного! — Кьяра подняла голову, чтобы посмотреть ему в лицо. — Я очень по тебе скучала. Но мне понравилось плавать с мамой.       — Кто бы сомневался, — улыбнулся тот на этот раз это полноценной улыбкой, и посмотрел на Инеж.       Та с точно такой же улыбкой закатила глаза.       И тут Кьяра повернулась к Дану, чтобы представить его:       — Па, это мой друг Дан. Он твой большой поклонник и мечтает присоединиться к Отбросам, — и весело добавила: — По-моему, он прекрасно впишется.       Каз Бреккер приподнял бровь и пронзил его острым взглядом, от которого по спине прошла дрожь.       — Даже так?       Дан сглотнул и решительно кивнул. Еще некоторое время посверлив его взглядом бездонных темных глаз, Бреккер кивнул:       — Раз уж Кьяра готова за тебя поручиться, можешь попробовать. А там посмотрим.       Дан выдохнул и не мог сдержать широкой улыбки:       — Спасибо!       — Пока не за что, — отмахнулся Бреккер и, словно забыв про него, вернул внимание к семье.       — Обалдеть, — тихо произнесла рядом Лейна.       Дан согласно кивнул. Обалдеть — не то слово. Он до сих пор не мог отойти от шока.       Кьяра обернулась и весело подмигнула им с озорной улыбкой. Она выглядела крайне довольной собой и явно наслаждалась произведенным эффектом. Дан с улыбкой покачал головой. Невероятная. И подумал, что, возможно, немножко влюбился.