Квартира

      Осколки падают на пол. Тишина давит на голову. Становится трудно дышать.       Почему здесь стало так тихо? Почему не слышно телевизор или готовку на кухне? А всё довольно просто… Тот кто, приносил всю радость в дом умер. И Антон знает об этом. Помнит, как Олежа истекал кровью и с какими умоляющими глазами смотрел на него. А Звездочкин не знал, как помочь; лишь прижимал парня к себе, шепча о том, чтобы тот не закрывал глаза.       Каждый день Антон винит себя в смерти Душнова. Из-за него, Антона, умер его лучший и единственный друг. Нет-нет… Звёздочкин был тут не причем. Это Дипломатор. Это всё вина второй личности, альтер-эго. Именно «Герой Москвы» виноват во всём. В том, что в квартире уже не появится улыбающийся Олежа, не будет его ждать после митингов, а обнимет и поможет со всем, чем может.       Слишком пусто. И эта пустота пожирала. Медленно, но верно убивала разными способами: от алкоголя, до наркотиков.       И… Антон бы соврал сам себе, если бы сказал, что не рад этому.       Эта квартира станет полностью пуста, и ему не придется в который раз винить себя во всём.       Руки трясутся, а кровь стекает по рукам после удара по зеркалу. Под ногами хрустят осколки, но это не конец. Нужно больше. Больше. Чего именно? Да Антон сам не знает. Ему нужно больше боли или одиночества, а может, чувства вины?       Одному богу известно. Плевать уже на правила религии, плевать на всех. Даже на себя. Бог не заслуживает быть почитаемым, раз отобрал последнего дорого человека в жизни Антона.       Голова гудит. Нужно выпить. Ещё.       И Звёздочкин пьёт. Подходит к столу и выпивает ещё один бокал «отравы» — как бы выразился Олежа. Становится стыдно. Совсем немного. Но этот стыд сменяется гневом. Таким яростным, что бокал в эту де секунду летит в стену. Благо, стены толстые — никто не услышит, что происходит. А если и слышат, что с того? Подумаешь. У человека горе, вообще-то.       Стало грустно. Всем же плевать на смерть Олежи. Для большинства этот парень — самоубийца, что вышел с окна из-за проблем с учебой. А для Антона Олежа был героем, что спасал его от тоски и душевных проблем.       …А Олежу никто не спас.       Зрение начало подводить. Звёздочкин будто терял зрение, но как оказалось, это всего лишь слезы, которых парень себе не позволял. Даже на похоронах Душнова. Даже во время очередного срыва. А может… Антон и плакал, но просто не помнит. Всё может быть, но только в этой квартире. И в этой квартире он и умрёт, если будет нужно. Если всё же не получится смириться с потерей любимого человека.       Всё станет не важно, как только…       Ноги не держат. Звездочкин падает на пол. Не остаётся сил и желания встать. Глаза закрываются, и Антон проваливается в сон.

***

      — Антон?! — Парень слышит знакомый голос, носителя которого хочется обнять и не отпускать никогда. — Антон, ты в порядке? Вставай у нас так много работы!       — Олеж, ну постой… – с закрытыми глазами Антон тянется к Душнову и, не давая выбраться из крепкой хватки, прижимает к себе. Обнимает его. Боится потерять снова. — Я так скучаю по тебе… — шепчет Антон, все ещё не открывая глаз. Боится, что Олежа исчезнет, или сон закончится.       — Антон, ты чего? Мы же всего пару часов не виделись! – Смеётся в ответ Олежа. Получается немного нервно и растерянно.       Антон дрожит. Это была ложь. С момента смерти Олегсея прошло полгода. Долгих и мучительных. Хотелось плакать, но Антон себе не мог этого позволить — не любил быть излишне эмоциональным. Это бы сделало его уязвимым.       — Прости меня, что не спас тебя, если бы не… — Звёздочкин прерывается, дышит тяжело, с трудом соединяя слова в предложения. — Прости, что не спас, я хотел… Мне так жаль. Если бы я постарался, ты бы был лучше, если бы знал, что делать. И если бы не этот чертов Дипломатор. Я ведь даже не спрашивал у тебя, как дела и что ты чувствуешь… Мне так жаль, что я не успел сказать, как сильно тебя люблю. Ты был лучшим человеком в моей жизни. Самым ярким лучиком солнца в ней. Мне так, так жаль… — пауза. Антон уже не может дышать, но ему нужно сказать последние слова, прежде чем он откроет глаза.       – Я люблю тебя...       Антон открывает глаза, и перед ним стоит он, Олежа, словно не умирал никогда… Такой же, как и всегда, только вот… Он плачет…? Когда Антон успел выпустить его из своих объятий, он не знал. Но Олежа стоял перед ним и плакал, молчал, не говорил ни слова.       Антон тянет руку, чтобы успокоить Душнова, но тут же просыпается на полу, в окружении огромного количества осколков и бутылок дорого коньяка. Так жаль, что эта квартира никогда больше не заполнится смехом и недовольными словами Олежи, но она навсегда впитала его присутствие, как и сам Антон.