Черное небо

Чимин долго стоит на холме, вглядываясь в закатное солнце. Небо окрашивается в кроваво-красный цвет, завораживая юношу насыщенными красками. Чимин любил смотреть на закаты — так он провожал очередной тяжёлый день, а следующий делал его на шаг ближе к заветной мечте. Сильный ветер треплет русые волосы, превращая их в гнездо и добавляя его виду ещё больше неопрятности. Юноша невольно смотрит на свои руки, чуть огрубевшие от работы и испачканные землей. Сразу после очередной подработки он, в первую очередь, отправляется сюда на велосипеде, вместо того, чтобы сразу поехать домой и принять душ. Домой. Чимин хмыкает, поворачивается же язык ещё назвать ту дыру своим домом. Под своими размышлениями не сразу замечает, как быстро начали сгущаться сумерки. Разбитые фонари, уже не освещающие улицу годами, никто не собирается чинить в этом Богом забытом бедном районе. Мальчишка нехотя поднимает с земли велосипед и медленно шагает вниз по улице.

***

Крохотная двушка едва вмещает весь их с мамой старый хлам, который Чимин давно мечтает вынести на помойку. Массивная старая мебель пахнет соответствующе, пропитывая одежду мерзким запахом нафталина. Именно поэтому парень не собирается хранить там свою школьную форму и остальные вещи. Мать ворчала на все недовольства сына, мол, это деревянное чудовище осталось в память от бабушки. Хотя, на самом деле, на другую мебель просто не было денег. В квартире стоит мертвая тишина, и Чимин осторожно стучится в закрытую дверь комнаты матери и, не получив ответа, заглядывает внутрь. Никого. Юноша входит и, подняв с грязного пола разбросанную одежду, распахивает настежь окно, надеясь выветрить спертый воздух из помещения. Чимин давно привык, что Чаен редко бывает дома, и давно перестал взволнованно бегать по улицам в тщетных поисках матери. Приняв душ, обрабатывает несерьёзные ссадины на ладонях антибактериальной мазью и заглядывает в полупустой холодильник. По дороге домой парень купил молока и хлеба. Наскоро приготовив яичницу и не замечая вкуса, машинально съедает. Тут во входной двери поворачивается ключ, и слышится возня в прихожей. На кухню входит на удивление трезвая мать, неся в руке сетку с овощами. — Чимин, ты дома, — едва слышно шелестит она, — я выходила в магазин. Парень ничего не отвечает, быстро заваривает себе черный чай и кивает ей на стол. — Поешь, я на двоих приготовил, — он забирает кружку и скрывается в своей комнате. Чимин не знал отца, в жизни парня его никогда не было. Когда была жива бабушка, юноша практически всегда находился на ее попечении. Сердце привычно ноет при мысли о дорогом ему человеке. Чувство вины вновь захлёстывает его, ведь Чимин так и не успел заработать ей денег на операцию. Бабушка с жалостью в добрых глазах смотрела на внука и нежно гладила по волосам. Пожилая женщина сильно переживала, что Чимин останется практически в одиночестве. Надежды на мать в плане помощи по уходу за бабушкой не было никакой. Рассчитывать на денежную помощь и вовсе не приходилось. Женщина временами старалась взять себя в руки и не пила максимум полторы недели, тогда парень видел отголоски прежней любящей матери, но в итоге она всегда срывалась. Пребывая в трезвости и в приступе материнской любви, часто принималась обнимать сына, и это ранило ещё сильнее, он ведь понимал, что это все ненадолго. Протерев усталые и сами собой закрывающиеся глаза, он уставляется на экран ноутбука. Парень много работал, чтобы купить себе недорогой, но новый девайс. Он был необходим, чтобы писать доклады, рефераты и эссе для некоторых одноклассников за деньги. Ещё в средней школе к нему однажды подошёл одноклассник и предложил деньги за работу. Чимин ухватился за эту возможность, быстро поняв, что его успехи в учебе помогут что-то заработать уже сейчас. Платили не много, но и этого хватало, чтобы юноша мог отложить какую-то сумму на свое будущее. Эта подработка была не из простых. Приходилось изворачиваться, менять стиль написания и изложения мыслей, чтобы не повторяться, и чтобы ни в коем случае текст не выглядел подозрительно схожим с другими работами, выполненными им же. Если бы учителя прознали о «бизнесе», у Чимина были бы большие проблемы. Делали заказы в основном отличники и в их интересах было помалкивать и не сдавать парня учителям. Но даже имея столько заказчиков среди одноклассников, юноша не был никому интересен и с ним не общались. Но самое главное — Чимину было наплевать, у него было слишком много дел и проблем, чтобы беззаботно смеяться и радоваться жизни. Сначала начал работать, чтобы накопить на операцию, а после решил не останавливаться и продолжать, чтобы выбраться из нищеты и обеспечить себе обучение в приличном учебном заведении.

***

Юноша не высыпается от слова совсем. Проклиная утро, кое-как заставляет себя выбраться из кровати. Его успокаивают только успешно выполненные за ночь задания для заказчиков. Так и не сумев проснуться до конца, Чимин ещё пару раз засыпает в школьном автобусе. Юноша пару раз бьется виском о большое стеклянное окно, и когда голова снова безжизненно падает на грудь, и автобус чуть заносит в сторону, под щекой ощущает что-то мягкое и тёплое вместо холодной гладкой поверхности. Чимин с трудом продирает глаза и уставляется на окно, с удивлением увидев чью-то большую раскрытую ладонь. Чимин на автомате оборачивается. На него смотрят темно-карие холодные глаза, цепко и внимательно изучающие его лицо. — Извини, мне просто стало жаль твою голову, — произносит парень низким, пробирающим до самых костей, голосом. Чимин знает его — это Мин Юнги, что учится с ним в одном классе. Брюнет перевёлся в его школу два месяца назад. Юноша видит его в автобусе впервые, ведь Юнги был из состоятельной семьи и всегда передвигается исключительно в автомобиле с водителем. Смутившись чужих слов и пристального взгляда, Чимин молча отворачивается. Юноша невольно вспомнил день, когда впервые увидел его. Быстро став популярным среди одноклассников, Юнги очаровал учителей своими высокими баллами и вежливостью к старшим. Парень был невысокого роста, худощавого телосложения, с чистой бледной кожей. Несмотря на субтильность, в тёмных глазах был стержень и держался он так уверенно, что его не смели задевать даже особо задиристые ребята в классе. Юнги часто поправлял длинную челку, пальцами зачёсывая ее в сторону. Его виски, как и затылок, были коротко подстрижены. Чимин ещё не видел ни у кого в школе такую прическу, и она нереально подходила брюнету. Юнги вёл себя с Чимином так же, как и все, то есть, словно его не существует. Юношу это вполне устраивало. Откуда такой странный жест заботы от такого безразличного ко всему человека? И тут же отбрасывает ненужные мысли, зачем ему об этом думать? Когда автобус останавливается у школы, Чимин выходит первым и медленным шагом направляется к зданию, абсолютно не переживая, что опоздает. Мимо быстрым шагом проходит Юнги и Чимин стал наблюдать за ним. Чужие тёмные волосы небрежно уложены в красивую причёску. Чимин все смотрит и гадает, как такая уродливая серая школьная форма может так хорошо смотреться на Юнги? Задумавшись о своём, уставляется в чужой затылок, и вздрагивает, когда брюнет резко оглядывается на него. — Ты не опоздаешь? Не собираешься поторопиться? — спрашивает одноклассник у ошарашенного юноши. Ледяные глаза смотрят в упор и с издёвкой, прекрасно зная причину чужой нерасторопности. — Мне плевать, — быстро приняв безразличный вид, жмет плечами Чимин. Юнги только хмыкает и все же шагает быстрее, стремительно удаляясь все дальше. Первым уроком была физическая культура, которую Чимин ненавидит. Не потому, что не любит спорт, всё дело было в Ли Ене. Тот считал своим долгом сильно толкнуть или больно зарядить баскетбольным мячом по голове, конечно же, якобы случайно. Когда это случилось впервые, Чимин сильно толкнул Ена в ответ и поплатился за это, когда Ли в отместку избил его за зданием школы. Раньше юноша думал, что нельзя терпеть издевательства от других и нужно непременно давать отпор, но когда это коснулось его, то понял, как это бесполезно. Ли Ен был сыном бизнесмена, шире в плечах и в два раза выше, чем Чимин. Искренне не понимая, чем так бесит одноклассника, Чимин молча сжимал кулаки от злости и несправедливости. Юноша появляется в спортивном зале, когда ребята уже заканчивают разминку. Учитель недовольно взирает на Чимина. — Это уже стало до неприличности повторяться, Чимин-щи, — насмешливо протягивает мужчина, делая особый акцент на обращении к ученику, — спасибо, что вообще соизволили посетить мой урок. — Извините, — коротко кланяется тот, изобразив притворное раскаяние, — я опоздал на автобус. Чимин подавляет в себе желание посмотреть на Юнги, который, возможно, смеется сейчас над его ложью. Хотя, скорее всего тому было плевать. На удивление урок проходит спокойно. Ли какой-то загруженный и явно без настроения, и не обращает своё королевское внимание на блондина. Юноша вздыхает с облегчением, по новым синякам на теле он не скучает. Когда парней разделяют на команды для игры в баскетбол, Юнги оказывается в команде противников и это в который раз позволяет оценить его подготовку. Играет он отлично, даже отсутствие высокого роста ничуть ему не мешает. Юркий, быстрый и ловкий, Чимин даже завидует его уровню и умению.

***

Чуть позже, сидя на уроке корейского, Чимин ловит себя на мысли, что сегодня как-то часто думает о Юнги. Возможно, это потому, что кто-то впервые проявил хоть и совсем немного, но заботу? Забота, как же. Чимин украдкой бросает взгляд на задние парты. Юнги смотрит в учебник, и в следующую секунду сразу поднимает глаза на юношу, словно только этим и занимается, что разглядывает его. Заметив, что Чимин смотрит на него в ответ, Юнги не отводит глаз, продолжая сверлить того тяжелым взглядом. Юношу передергивает, становится не по себе от чужого нечитаемого взгляда, совсем как в автобусе. Чимин спешно отворачивается, бездумно уставившись в учебник. Щеки заливает яркий румянец. Да что с ним такое?  Весь оставшийся урок его не отпускает липкое и неприятное ощущение, что здесь что-то не так. Никто и никогда не начинал с ним общение просто так, и главное, ещё никто так не смотрел на него, как Юнги. Но что такому самодостаточному парню понадобилось от такого, как Чимин?