МагСим

— А-а-а! — пронзительно кричит Гермиона, болтаясь в воздухе и не в силах побороть невыносимый ужас. Она допустила, чтобы её скинули с обрыва едва она завладела палочкой, и после попыталась было спастись от довольно агрессивных магов, которые были довольно категорично настроены касательно её превращения в горстку пепла. Теперь же её тело беспомощно болталось в воздухе, не в силах побороть панику и воспользоваться палочкой, которая затерялась где-то в её рукаве очередной порванной блузки, которым она уже счёт потеряла. Сердце то и дело грозилось выскочить из груди, пульс бешено стучал в голове, не давая сосредоточиться и хоть что-то предпринять. — Га-а-а-р-и-и! — кричит Гермиона в страхе, в целом не особо на что-то надеясь. Но падение на удивление резко прекращается, когда она вдруг падает в чьи-то руки и тут же на автомате вцепляется в спасителя. Зажмурив глаза и уткнувшись лицом в плечо, пытается унять рвано бьющееся сердце в горле, намертво стиснув ногтями рубашку под руками. Ощущает знакомый запах тела и тут же зарывается носом в ткань ещё сильнее, чувствуя, что её дрожащие пальцы практически сводит судорогой. Гермиона не знает, сколько времени проходит, пока не раздаётся голос Гарри: — Думаю, к этому моменту ты как раз превратилась бы в лепёшку. Крайне утешительно. Спасибо, милый. — У тебя палочка в руке, Гермиона. Она, кажется, что-то такое припоминает. — Ты могла бы замедлить падение или трансгрессировать, — подсказывает он ровным голосом. Наверное, она могла бы даже об этом догадаться. — Боишься высоты? — догадывается он, вспоминая ненавистные ей уроки полётов в Хогвартсе. Гермиона лишь едва заметно вздыхает, чуть успокоившись в тёплых руках. Сердце под её щекой бьётся донельзя успокаивающе, а родной голос отрезвляет и стирает мутную пелену ужаса перед глазами. — И ты же помнишь, что здесь всё не по-настоящему? Снова лёгкий кивок. Но почему-то это совсем не успокаивает. — Лучше побороть этот страх здесь и сейчас, нежели внезапно оказаться в подобной реальной ситуации и совсем растеряться. Гермиона вздыхает, испытывая неловкость от собственной слабости. Но как же чертовски приятно находиться в руках Гарри. Безопасно. Уютно так, знаете. Может, порой показывать свои слабости нужным людям не так уж плохо? Она поднимает на него напряжённый взгляд и встречается с зелёными глазами напротив, что взирают на нее со всей серьёзностью. Ветер небрежно ворошит его чёрные пряди на фоне ясного голубого неба и Гермиона вовсе забывает, что несколько секунд назад умирала от ужаса. Гарри внимательно смотрит на её дрожащие ресницы и развевающиеся волосы, что щекочут его лицо, чувствуя при этом странное волнение. Он впервые держит её в руках и она кажется ему такой маленькой и хрупкой, и это вызывает смятение в душе: он никогда не видел подругу такой беззащитной, такой испуганной, чтобы она так сильно цеплялась за него, а ткань рубашки начинала трещать под её ногтями. Он привык видеть её решительной, даже порой яростной. Но ему приятно думать, что она всё-таки нуждается в нём. По крайней мере, ему казалось, что подруга смотрит на него таким взглядом, будто это так. — Ты стоишь в воздухе, — наконец замечает она, когда оказывается в силах хоть что-то произнести. Вернее, прохрипеть. — У меня, как администратора, есть доступ, скажем, к особой панели, — усмехается он. — Кстати, спасибо за переписанный отчёт и тот шаблон на будущее. Он очень поможет. — Надеюсь, ты сумел хоть немного отдохнуть, — бормочет она, непроизвольно проводя ладонью по его плечу. Хорошее такое плечо, крепкое, надёжное, родное. — Я отключился до самого утра и проснулся, на удивление, даже сам. Правда, потом оказалось, что дело в том, что Фэй, под угрозой страшного проклятия одной могущественной ведьмы, верно стояла на страже двери моего кабинета всю ночь. Пришлось сегодня выдать ей отгул. — Могущественная ведьма сейчас позорно умирает от страха высоты, — почти пискнула в ответ Гермиона, снова отчаянно стискивая рубашку друга. Гарри шумно выдыхает. — А теперь надеюсь, ты понимаешь, что я всё же должен тебя отпустить и дать шанс спастись самостоятельно? — Чт… Не… Не-е-ет! Га-а-а-р-р-и-и!

***

— Маньяк, — бросает она лишь хмуро, неграциозно вывалившись из комнаты на подгибающихся ногах и падая в мягкий пуф. Неловко прячет лицо за волосами и тяжело дышит от проваленного задания. Ей так и не удалось совладать со страхом высоты и на третий раз после её поимки в воздухе Гарри сдаётся, не в силах больше выносить этот ужас в её глазах. Он также опасается, что нанесёт этим лишь вред или, не дай Мерлин, их времяпрепровождение ненароком вовсе закончится каким-нибудь незапланированным инфарктом. Сердце и без того кровью обливалось, глядя на застывшие слёзы паники в уголках её карих глаз. Всё же маньяком он не был, что бы там не бурчала подруга. А вот опасения, что может случиться непоправимое, были. Он, конечно, насколько мог предусмотрел подобные вероятности, вроде там случайных смертей, но по большей части всё зависело от психологической устойчивости самих участников. Гарри присел рядом на корточки и протянул бутылку воды девушке. Она некрепко ухватилась за неё обеими руками и жадно налегла на живительную жидкость. Чуть отпустило. — Скажи честно, я могла умереть? — слабо поинтересовалась она, отдавая бутылку. — В конце концов, даже если всё и не взаправду и физически я всё же бы не расшиблась в лепёшку, это не исключает того, что мой мозг мог бы посчитать иначе. — Я рад, что к тебе вернулась способность соображать, — выдохнул Гарри, склонив голову и ловя мрачный взгляд подруги исподлобья. — Но я не могу ответить на твой вопрос. По крайней мере, до тех пор, пока мы не закончим наш курс. — Спойлер? — натянуто улыбается она. — Спойлер, — соглашается он. — Зато ты точно знаешь, что я тебе не позволю упасть. Если это хоть немного утешит. Она медленно кивнула в ответ. Почему-то вот эта мысль придавала уверенности больше, нежели осознание того, что происходящее не совсем реально. Падение ощущалось вполне натурально и было сложно убедить себя в обратном, а вот тот факт, что Гарри за ней присматривает — придавал ей нужного душевного спокойствия. Да и падать в руки Гарри было просто чудесно. — Ещё разок? — Да. Он едва заметно улыбнулся.

***

Когда Гермиона устало вернулась к себе в кабинет, поймав по пути странные взгляды своих коллег, то тут же упала со стоном на потрёпанный синий диван. Уткнувшись лицом в мягкую подушку и с трудом сдержавшись, чтобы не уснуть, переключила свои мысли на Гарри, который снова прочно поселился в её голове и постоянно требовал внимания, нагло топая ножкой. Ей хотелось бы, чтобы её внимания тот требовал в реальности, но для этого кое-кому нужно было перестать быть Гарри Поттером, который наверняка предпочёл бы жить скорее под мантией-невидимкой, если бы это мало-мальски было жизнеспособной идеей. Несмотря на весь кошмар, который ей довелось пережить, Гермиона всё же с радостью и даже теплотой вспоминала о том, как Гарри заботливо её подхватывал, пока она наконец не сумела выйти из оцепенения и, наконец, не попыталась предпринять хоть что-то для спасения. Может, страх высоты не так уж плох. И кажется, Гарри радовался едва ли не больше её самой, когда она наконец справилась и сумела замедлить падение. Что, правда, не гарантировало, что она также поступит в реальной ситуации — всё же поддержка Гарри немало влияла на её уверенность. Впрочем… как и в жизни, что тут скрывать. Она расплылась в улыбке. А после неожиданно кое о чём вспомнила и мгновенно переменилась в лице. — О нет, — с досадой воскликнула она, подняв голову и запустив пальцы в растрёпанные волосы, — моё свидание! Она совершенно о нём забыла, задержавшись у Гарри дольше запланированного. Но пара понимающих записок на столе заставили её успокоиться и перенести свидание на следующую неделю. В выходные же и без того было запланировано уже немало накопившейся за это время работы.

***

— Что это ты делаешь здесь в утро субботы? — удивляется Гарри, натыкаясь на подругу в непривычно немноголюдной столовой Министерства. Кое-как уложенные волосы в пучок и в целом помятый вид говорил таки о многом. Но Гарри находит её сонный вид даже милым. Особенно, когда она так тепло улыбается ему. — Могу спросить тебя о том же, — вяло бросает она, бездумно уставившись на витрину с выпечкой. — Взять тебе кофе? — интересуется Гарри и Гермиона устало кивает, продолжая сверлить взглядом аппетитные десерты. — Пожалуй, маффин тут тоже не будет лишним, — добавляет он, косясь на измученную подругу и ненароком задумываясь, не слишком ли он жесток на их тренировках. Может, стоит сбавить обороты? — Тебя не спрашивают коллеги, где ты умудряешься получать синяки? — спрашивает он, когда они усаживаются за столик, и замечая над её бровью заметную гематому, которую она ненавязчиво пытается прикрыть длинной чёлкой. — Спрашивают, — отзывается она неохотно. — Думают, что мы встречаемся и ты на меня руку поднимаешь. Гарри поперхнулся кофе, едва не залив им рубашку и вытаращив глаза. Такого ответа он точно не ожидал. Особенно то, каким будничным голосом Гермиона это произнесёт, словно речь идёт о погоде. — Я даже не думала, что им такая нелепость вообще в голову взбредёт. Нет, я понимаю, ты у нас победитель Волдеморта, суровый и неразговорчивый глава мракоборцев — вот и впечатление создаётся соответствующее. И знаешь, было непросто их убедить, что в душе, ты на самом деле, милый пушистый котёночек, — бормочет она, уронив голову на лежащие перед ней руки. Она не видела непередаваемое выражение лица друга, который застыл с чашкой в руке. Сейчас Гермиона довольно погано соображала из-за отсутствия в организме кофеина, чтобы толком понять, что говорит. — Я не хотела тебе портить этим репутацию, извини. Но меня слишком задело то, что они думают, будто ты на подобное вообще способен. Пришлось-таки намекнуть, что прохожу у тебя курс тренировок, чтобы держать себя в форме и добровольно бьюсь обо всё подряд. Ну и заверить в том, что если и кто надумает на меня лапу поднять, то без неё сам останется. — М-м-м, — промычал лишь он, не чувствуя себя милым и пушистым. И, уж тем более, котёночком. Его коллеги с подобным утверждением также поспорили бы, при этом сначала громко проржавшись. Но было довольно приятно узнать, что Гермиона не считает его машиной для убийства. Утешало как-то. — Тебе прямо стоит сказать, если я чересчур усердствую, — наконец произнёс он, когда она подняла голову и со вздохом принялась вливать в себя ароматный кофе. — Джордж не раз сообщал мне, что я… как же там… хм… ах да, превращаюсь в буйнопомешанного со своей работой. — Мне это знакомо, — хмыкнула она, свернув глазами. — Всё в порядке, Гарри. Если что-то пойдёт не так, я об этом скажу. «Кроме того, что чувствую к тебе, судя по всему. Так что кто-нибудь, просто убейте меня, и покончим с этим, наконец. Состояние как раз подходящее». Она чувствовала, что для признания ей требовалось куда больше уверенности, нежели для преодоления страха высоты. Слишком уж была она уверена во невзаимности своих чувств. С чего бы думать иначе? — Доброе утро, трудоголики, — раздаётся над ними и Гермиона вздрагивает, мгновенно проснувшись. Взбодрилась, ничего не скажешь. — Доброе, — произносят её деревянные губы в ответ на приветствие Джинни, а сама она неторопливо переводит взгляд на Гарри. И возможно, именно то самое слабое оправдание о «необходимости куда большей уверенности», о котором она думала секунду назад, сейчас дало хорошего пинка под зад, напомнив о себе и дав понять, что нужно всё-таки что-то делать, если она не хочет, чтобы Джинни попыталась снова затащить Гарри в отношения. — Здравствуй, — сдержанно здоровается Гарри, подняв голову к бывшей, а после делает глоток кофе. — Какими судьбами? — Разве Гермиона не говорила тебе? — стреляет она глазками в сторону пожавшей плечами Гермионы, которая отводит глаза в кофейную жидкость. — Меня взяли на должность репортёра в «Пророк». Спортивная колонка, представляешь? К слову, вскоре у нас будет проводиться чемпионат между Англией и Ирландией, слышал об этом? — Приглашаешь? — дёрнул бровью Гарри, а Гермиона напряглась и стиснула ручку чашки. Выражение лица у него было непроницаемым, но в глазах сверкнуло что-то недоброе. Джинни же лучезарно улыбнулась и плюхнулась напротив Гарри, игнорируя сидящую рядом с ней Гермиону, которую буквально передёрнуло от вида обоих в подобной близости. Такой неприятно-привычной глазу близости… Она видела их так сотни, тысячи раз. И горите все в аду за это болезненное чувство в груди. — Зависит от твоего желания, — склонила Джинни голову, отчего её гладкая рыжая волна волос изящно упала на плечо. — Но легко могу достать билеты. — Я подумаю, — вежливо ответил Гарри, допивая кофе. — Много работы, плотный график, сама знаешь. — Знаю, — чуть потухла та, когда Гарри встал. В любом другом случае подобный ответ звучал бы как тактичный отказ, но сейчас Гермиона показалось, что здесь скрыто чуть больше, чем она знала. — До понедельника? — уточнил он, обращаясь к Гермионе, отчего она заморгала, уйдя в свои мысли и пытаясь справиться с давлением в рёбрах. Он ведь дал Джинни отворот поворот, правда? — Конечно, — ответила она сдержанно, ловя пристальный взгляд Джинни. — Как обычно, Гарри. — Много совместной работы? — протянула та, когда Гарри скрылся из столовой. — Очень, — отозвалась Гермиона, с трудом удерживая кривую улыбку. — Будем работать до самой ночи. Возможно, даже утра. Вместе. Пусть теперь думает, что хочет. Видимо, в следующие тренировки с Гарри ей придётся приложить чуть меньше стараний. Получить, к примеру, всё-таки чуть больше синяков и ран, и заставить Гарри ими снова заняться. И, по итогу, провести с ним как можно дольше, слушая как он её поучает и отчитывает (ему можно). Желательно, конечно, чтобы все эти тренировки длились хотя бы вечность, но Гермиона не была уверена, что у того хватит столько терпения с ней возиться, а сама она по итогу не отправится в Мунго после таких сомнительных развлечений. «Знай меру, как бы сильно не хотелось, не сходи с ума, где твоя гордость», — строго приказала она себе, бредя в свой отдел и шаркая ботинками. Она сменила тесные юбки и туфли на более удобный вариант (осточертело ей тогда бегать в дырявых колготках, в самом деле) — брюки с высокой талией и ботинки, которые ей весьма шли, судя по молчаливому кивку Гарри. Впрочем, зная его, тот мог одобрить эти изменения лишь с точки зрения практичности, но было приятно помечтать и об обратном. Ладно, с этой небольшой бедой она уж как-нибудь справится, есть проблемы посерьёзнее. К примеру, как незаметно прикончить Джинни или хотя бы переплюнуть её модельную внешность со своим нынешним метром с кепкой ввиду отсутствия туфель?

***

— Мы же это проходили, — донеслось раздражённо тут же, как только она вышла из «МагСима». Гарри стоял, скрестив руки на груди и недовольно взирая на неё. — Ну да, — согласилась она, встряхнув копной и почесав запачканную грязью переносицу. — Я немного растерялась. Гарри в упор уставился на подругу. Та не выглядела виноватой, только смотрела куда-то в сторону, будто думая о своём. Она действительно старается или водит его за нос? — Ты не относишься к происходящему серьёзно, — начал закипать Гарри, ходя взад-вперёд по комнате. Джордж молча следил за его хождениями, задрав брови вверх и крутясь на стуле. — Нет, я ещё понимаю в первый раз, но сейчас! А ведь это уже твоё девятое прохождение. Хоть худо-бедно разобрались с «Боевым» и «Ситуационным» режимами, но до «Экзаменационного» тебе, как Джорджу до министра магии! То есть, совершенно невероятно! — Эй! Это унизительно! — возмутился Джордж, насупившись. — Может, ты сейчас безжалостно растоптал мою тайную детскую мечту! Гарри только бросил на него раздражённый взгляд и продолжил высказывать подруге: — Я, знаешь, как-то не думал, что мне вообще придётся тебе выговаривать подобное! Мы же сотни раз проговаривали, что лучше использовать невербальные и не нападать первым! Не говоря уж… что ты на меня так странно уставилась? — нахмурился он, остановившись и скрестив руки на груди. Гермиона с трудом сдержала улыбку. Он выглядел мило, даже когда ворчал. Вероятно, Гарри заметил, как дебильные сердечки в глазах всё-таки проявились на радужке — она действительно не исключала этой нелепой возможности. Гермиона наивно надеялась, что подобного с ней никогда не случится, но в чистилище оказалось даже в некоторой степени здорово. Хоть, в то же время, довольно болезненно. Это клиника. Гарри ей выказывает своё разочарование, а она ухмыляется и умиляется на то, как он гневно бухтит. — Кхм-кхм, — прокашлялась она нервно, прикрыв ладонью губы. — Думаю, дело в том, что я просто не могу воспринимать врагов всерьёз, Гарри. Они же не настоящие, ты сам мне велел об этом помнить. В этом всё дело, — закивала она, глядя на то, как Гарри недобро щурится. И даже этот взгляд ей нравился. Она сглотнула и таким же немигающим взором уставилась на Гарри в ответ. Наверняка не поверил её слабым отмазкам. Раны-то были вполне себе реальными. В тот же момент она осознала себя по уши влюблённой идиоткой, коими всегда считала Лаванду и прочих не обременённых извилинами девушек, отчего усмешка начала неторопливо сползать. Как же это произошло так быстро и незаметно? Будто внезапно кто-то Бомдардой разнёс в щепки такой тщательно выстроенный за эти годы забор и отравил всегда такой рациональный и здравый ум. Просто ужасно. Полная катастрофа. Восхитительный крах. И та, почти невозможная мысль о том, что Гарри может быть «её», заставляла колени подгибаться. Стоило ли ей во всём признаться? Гермиона злилась на себя, на свою неконтролируемую реакцию, которая уже выползала из всех берегов и понимала, что проигрывает в этой неравной битве. Гарри же казалось донельзя странным, что подруга от его слов в ус не дует, даже не выглядит особо расстроенной своими результатами. Что было слабо похоже на знакомую ему Гермиону и это вызывало закономерное недоумение. Что происходит? — Отлично, — процедил он наконец, решившись, хватая её за локоть и таща за собой в комнату на буксире. — Включай «Учебный» режим для новичков, Джордж, начнём всё с азов!

***

— Не так уж я плоха, — недовольно отозвалась Гермиона, когда они вернулись снова в «МагСим» и вырывая свой локоть из его безжалостной хватки. — Я не проиграла ни разу за все эти прохождения! — Но ты допускала немало ошибок, в том числе игнорировала мои советы, — отрезал Гарри и Гермиона неохотно согласилась, громко выдохнув. — А противники в реальности не будут настолько милы, чтобы дать тебе возможность отыграться. Вероятно, я зря тебя щадил и стоило поставить изначально максимальный режим сложности, чтобы ты наконец поняла, что любой просчёт может стоит тебе жизни! Мы здесь уже вторую неделю, а дальше средней сложности не сдвинулись ни на йоту, что мне кажется в твоём случае почти невероятным! В чём дело?! В конце концов, она вот ничуть не сомневалась, что это его выбесит. Знала бы раньше, что у него так могут глаза гореть, так может сделала бы это давно… — Так ли уж нам требуется проходить все уровни сложности? — засомневалась она, встав напротив него, задрав голову и смеряя друга пристальным взглядом. — Разве моей задачей было не успешно совершить побег и сообщить обо всём куда следует, Гарри? Пусть не без проблем, но я это сделала ещё в первое своё прохождение. А сейчас только мне кажется, или мы зашли чуть дальше запланированного? Гарри нахмурился. В самом деле? — А разве не лучше быть максимально готовым ко всему? — не без гнева поинтересовался он, всё ещё не остыв. Она смотрела в его потемневшие глаза, чувствуя, как бессовестно путаются мысли. — Откуда мы можем заранее предугадать, какие неприятности тебя будут поджидать на пути к должности министра? — Ты буквально растишь из меня очередного мракоборца, — проворчала Гермиона, но потом замолчала, настоятельно приказав себе заткнуться. В конце концов, она же не хотела, чтобы их встречи снова прекратились. А ещё ей хотелось думать, что Гарри не только боится за её безопасность, но и желает провести с ней как можно больше времени. Такая, знаете, наивная мысль для самоутешения одинокими вечерами. — Врубай уже давай свой «Учебный» режим и готовься к тому, что я тебе утру нос как следует. Гарри же только недоверчиво хмыкнул в ответ и махнул рукой. А когда Гермиона в следующий раз моргнула, то вскоре уже оказалась в тёмном лесу. Её окутывала тьма, уханье сов и слабый ветер, что трепал выползшие из пучка пряди волос. На небе светила яркая луна, освещая высокие кроны деревьев и это сильно напомнило ей Запретный лес. Возможно, именно он и был? Повсюду доносились редкие шорохи и Гермиона вся обратилась в слух. Она ничуть не сомневалась, что Гарри поблизости и ждёт удобного момента, чтобы напасть. Также имелась твёрдая уверенность в том, что после подобной гневной речи щадить он её не собирается, вот совсем. За ближайшим кустом раздался шелест листы и Гермиона замерла. Но оттуда лишь выскочил заяц и мгновенно унёсся вдаль.

***

Взмыленная и полностью загвазданная Гермиона изнурённо подняла голову с земли. Осоловелый взгляд, которым она одарила растрёпанного Гарри был достаточно красноречив, чтобы он наконец опустил палочку, сжалившись. — Поздравляю, — простонала она, перекатываясь на спину и проводя ладонями по лицу, — ты отлично преподал мне урок. Спасибо хоть без жалящих. — Я уже думал над этим, когда ты попыталась наслать на меня рвотное заклинание, — меланхолично отозвался Гарри, нависая над ней, заслонив яркую луну, и скрещивая руки на груди. — Какой подлый ход, Гермиона, как не стыдно. Выглядел он, в отличие от неё, куда лучше. Хоть она и заставила друга поднапрячься, и даже пару раз окунула в ближайшее болотце, но в общем и целом его внешний вид, без каких-либо синяков и рваной одежды, на данный момент её скорее удручал. Впрочем, мокрая чёрная рубашка, что плотно облепила торс, честно говоря, в достаточной мере компенсировала проигрыш, чтобы Гермиона не ощущала так остро своё поражение в этом бою. Да стоило ли ждать от главы мракоборцев иного? Она не могла не признать, что это ей даже нравилось, что Гарри так легко вышел победителем, и данная мысль заставляла судорожно сглатывать. Какое приятное всё-таки порой поражение. И оно её даже не задевало. Догадывалась ли она, что оно может быть таким? — Знаешь, в этот раз ты сражалась куда лучше, чем в предыдущие свои прохождения, — заметил он, красноречиво подняв брови. — Так хотелось мне накостылять после выволочки? — Ещё как, — буркнула она, открывая глаза и вперившись в него тяжёлым взглядом. Особенно после очередного Мимбл Вимбла! — Чтобы ты не манкировала невербальными, — хмыкнул он, ловя сердитый взгляд с земли и протягивая ладонь, чтобы помочь ей встать. — А ещё ты отхлестал меня плетью по заднице, — пожаловалась она, исподлобья глядя на усмехающегося друга. — Совсем совесть потерял? — Считай это наказанием за мои потраченные нервы на твои тренировки, — невинно отозвался он, беря её ладонь в свою. — Ты, к слову, заставила меня петь песни и танцевать добрых десять минут — а это, между прочим, куда ужаснее. — Ты неплохо поёшь и танцуешь, не прибедняйся, — буркнула Гермиона, пытаясь выкарабкаться из грязи. — Я от души насладилась этим. Хотя, каюсь, и бессовестно посмеялась. А Гарри вовсе не ожидал, что спустя секунду после этих слов неожиданно окажется на земле. Он удивлённо моргнул, а после уже не смог ничего произнести — его начал душить неудержимый смех от насланной Гермионой щекотки. Настала его очередь посмеяться! Поражение ранее может и было приятным, а вот гордость всё же была слегка уязвлена, тут ничего не поделать. — Ах плетью значит, — возмущалась она произволу, щекоча Гарри. — Инкарцеро, значит?! — Ты, — задыхаясь, выдавил он, — зас-с-лужила! — А теперь гляди, что заслужил ты, — пропела она, глядя на друга, который катался по земле и неудержимо хохотал. Гермиона улыбнулась уголком губ — ей нравился веселящийся Гарри, таким он всё-таки бывал нечасто, и она давно уже забыла каково это. Пусть сейчас тот и был под заклятием, но слышать его смех было приятно. Он выглядел беззаботным подростком, каким никогда не был, и эта мысль заставила её глубоко втянуть носом воздух. Так что немного причинённой, пусть и насильно, радости он действительно заслужил. — Прик-к-кончить меня решила? — простонал он, держась за рёбра. — Зак-к-канчивай! — Сдаёшься? — ехидно поинтересовалась она, ходя вокруг него кругами и не отпуская палочку. — Не слышу? Гарри лишь сощурился сквозь слёзы хохота, держась за рёбра. И в мгновение ока неожиданно рванул вперёд, сцапал её за лодыжку, тут же повалив обратно в лесную грязь рядом с собой. Гермиона вскрикнула от неожиданности, выронив палочку и остановив этим пытки друга. Она моргнула. Он упёрся ладонями в землю по соседству с ней и тяжело дышал от недавнего смеха. — Только дёрнись, — предупредил Гарри, поворачивая голову в её сторону. Чёрные волосы прилипли к лицу и спутались, а в них Гермиона краем глаза заприметила куски водорослей из того болота, в которое она умудрилась его дважды окунуть. Протянула руку, аккуратно вытащила растение и небрежно отбросила в сторону. — А то что? — медленная улыбка расползлась на её лице. Он видел, как сверкали её глаза при свете луны и уставился на неё, не моргая. — Снова отхлестаю. — Правда? — с тихим смешком поинтересовалась она, как ему показалось, не без игривости. Или… он додумывает? Гарри же с трудом сдерживался, чтобы снова и снова не бросать взгляд на порванную блузку подруги, где кокетливо проглядывало тёмное кружевное бельё. — Кхм-кхм, неловко прерывать вас, но Гермиона, тебя тут настойчиво ищут, — раздался голос Джорджа и они тут же вышли из оцепенения. — Что ж, думаю, нам пора, — напряжённо ответил он, отводя глаза и намереваясь встать. Он почувствовал некоторое разочарование, что их прервали, всё-таки ему нравилось проводить с ней время и на время забыться от насущных забот. Гермиона улыбнулась, подалась в его сторону и неожиданно чмокнула Гарри в нос, заставив удивлённо моргнуть, а морщинку на переносице от сдвинутых бровей исчезнуть.

***

— Надеюсь, теперь ты мне наконец выдашь противников посерьёзнее, — заключила Гермиона, выходя с Гарри из «МагСима». Хоть план «Косячить на тренировках, чтобы провести с Гарри больше времени» у неё и провалился с треском, но она была вполне довольна текущими результатами. Да и было довольно сложно раз за разом демонстрировать свою «некомпетентность». В конце концов, ей вовсе не хотелось, чтобы Гарри думал о ней в таком ключе, хоть она и наивно надеялась, что сумеет продолжать в том же духе. Уязвляло таки. Хоть и злить Гарри оказалось вполне занятно. Может, у врагов и коллег он и вызывал ужас и трепет, но она, хорошо зная его добрую натуру, не обманывалась этим ворчанием и бурчанием в её сторону. Гермиона знала, что отчитывает он её лишь от добрых чувств и это вызывало лишь нежность в душе. Хотелось подойти, взъерошить его и без того эти вечно лохматые волосы, а после стиснуть покрепче, чтобы он перестал возмущаться. — Если вы закончили свои брачные, то есть, я хотел сказать, дружеские, игры, — произнёс Джордж, заставляя её вынырнуть из омута своих мыслей, — то тут раза три уже забегал Маркус Беннет и спрашивал, не видели ли мы мисс Грейнджер. Которая, мол, должна направляться в сторону назначенного свидания, а он, зная, что Поттер торчит в это время тут и является её лучшим, настоящим, да и просто другом до самой смерти, может знать, куда она пропала. — Свидание? — повторил Гарри, бросив подозрительный взгляд на Джорджа и повернулся к Гермионе. Та моргнула, прочистила горло, приходя в себя после красноречивой речи Джорджа. Это он их просто так подкалывает же? — Что-то вроде. — С Маркусом Беннетом? — Ты его знаешь? — Он был одним из разработчиков «МагСима», — сухо ответил Гарри, вертя в руках свою палочку, которую забрал со стола Джорджа. Он хотел было почистить одежду от болотной воды, но напрочь об этом забыл, когда зашёл разговор о бывшем сотруднике. — Хороший парень. Здорово разбирается в Нумерологии и неплохо нам помог с этим в разработке. Вам будет о чём поговорить. — Ясно, — лаконично ответила она, почистив одежду и пряча свою палочку в карман пиджака. Чувствует, как сердце ухает куда-то вниз. — Что ж… тогда хорошего вечера. — Хорошего свидания. «Вам будет о чём поговорить!» — раздалось лишь эхом в голове, но Гермиона лишь натянуто улыбнулась, поблагодарила и на деревянных ногах вышла из кабинета. «По-видимому, нам-то с тобой говорить не о чем!»

***

— Да, он пожелал нам хорошо провести вечер, — вежливо улыбаясь произнесла Гермиона, втыкая яростно вилку в кусок ростбифа. — Говорит, ты был отличным сотрудником, когда вы… работали над одним проектом. — Ты про «МагСим», — кивнул Маркус, отпивая вино из бокала. — Да, я подписывал соглашение, так что мы можем спокойно его обсуждать. — Что ж, — пробормотала Гермиона, опустив глаза в полную тарелку. Аппетита не было. — Гарри считает, что пока мне не следует знать все тонкости работы этой чудо-машины, дабы не было искушения воспользоваться этими знаниями в процессе использования. — Так ты уже ею пользовалась? — удивился он, глядя на неё. — Мы на тот момент ещё её не испытывали. — Гарри сам её протестировал, — пробормотала Гермиона, злясь на то, что то и дело скатывается на упоминание друга. Маркус наверняка заметил, хоть и виду не подал, просто сама тактичность. — Я хотела сказать, что масштабы, конечно, потрясают. У меня имеется несколько догадок, как всё работает, но это лишь теории… — Я бы с удовольствием послушал, но тогда ты захочешь выпытать у меня правильный ответ, — ухмыльнулся он и Гермиона горестно, но согласно вздохнула, — и я не смогу удержаться, чтобы тут же не выложить обо всём прямо вот на этой тарелочке. Знаешь, в нашей работе есть этот существенный недостаток — ты не можешь обсуждать её со всеми, с кем этого захочется! Ужасный, просто невыносимый недостаток. Меня же частенько просто распирает от желания поделиться всеми этими страшными секретиками… Гермиона рассмеялась. Может, вечер пройдёт не так уж плохо.