О том, как Судьба располагает

Пол месяца спустя. Малфой-Мэнор. Большая столовая. — Северус-с-с, — прошипел змееподобный голос. Длинный палец сделал приглашающий жест. Все присутствующие в помещении молчали, опустив в страхе головы и потупив глаза в черную лакированную столешницу. Мужчина в черной мантии, скроенной точно по фигуре, и черными же длинными волосами приблизился к тому, кто сидел во главе стола. — Как дела в Хогвартсе? Как детки? Сильно горюют по маразматику Дамблдору? — из уст змееподобного это прозвучало буквально издевательством, а имя ныне покойного Альбуса Дамблдора он выплюнул со жгучей и почти осязаемой ненавистью. — Школа под постоянным надзором дементоров. Без моего ведома нельзя ни проникнуть в школу, ни покинуть ее территорию. В Хогсмиде продолжают работать пара захолустных лавочек и Лютный переулок. После девяти часов введен строгий комендантский час. Студентам запрещено покидать факультетские башни. Каждый вечер преподаватели группами проводят рейды для контроля. Гриффиндорцы у меня на карандаше, хотя они и притихли сейчас. — Хорош-ш-шо-о-о-о. А скажи-ка мне, Северус-с-с, как справляются наши господа-соратники с новым для них амплуа преподователей? Юные умы в восторге от перемен в преподавательском составе? — Сейчас лидирующим по дисциплине и успеваемости является Слизерин. Самый отстающий — Гриффиндор. — повисла пауза. Мимические мышцы на уродливом обескровленом лице будто свело судорогой, однако, это было подобием улыбки. — Есть ли у тебя какие-то просьбы ко мне касаемо Хогвартса? — поинтересовался безносый, находясь, по-видимому, в благодушном расположении духа от полученных новостей. — Одна, мой Лорд. Мадам Помфри, целитель Хогвартса, жалуется на недостаток лекарственных зелий в связи с избытком пациентов. Потому смею просить Вас донести до моих новоявленных коллег, потому как меня они совершенно не слышат, что не стоит так часто и так сильно пытать детей, сколь бы моим коллегам не хотелось. Этот метод непедагогичен, как бы эффективен ни был. В противном случае, боюсь, иммидж Хогвартса рухнет, и, он уже не будет лучшей в мире Школой Чародейства и Волшебства. Увы. — Что ж, великолепно. Под твоим началом Хогвартс стал идеальной школой. Я уверен, его ждёт полный расцвет. Толи ещё будет. Что касается твоей просьбы, я тебя услышал, Северус-с-с. Садись. А замешанных в чрезмерном воспитательном порыве после собрания я попрошу остаться. Брюнет уважительно склонил говолу, развернулся на пятках и совершенно спокойно возвратился на свой стул. — Драко, Амадей, Аманда! — монстр сделал приглашающий жест. К нему приблизились трое молодых людей. — Как ваши успехи с моим заданием? — Мы прикладываем все усилия к его выполнению, мой Лорд. — склонил голову Амадей. — Каков прогресс? — глаза с кроваво-красной радужкой устремились к Драко. — Конечно, не просто поменять отношения с тем, кого презирал шесть лет, но наш прогресс на лицо: Аманде удалось рассорить Поттера и грязнокровку. — уверенно, не скрывая довольства, ответил обладатель платиновых прядей. — Предатель крови и его сестричка тоже не горят желанием больше якшаться с грязнокровкой. Она осталась одна. — Вот! — воскликнул Темный Лорд, обращаясь к сидящим за столом, его костлявый узловатый палец указал на молодых людей. — Смотрите и учитесь у молодого поколения, как надо работать! Однако, я не могу отказать себе в удовольствии наблюдать за этим из первых рядов. Северус! — Да, мой Лорд? — новый директор Хогвартса снова поднялся на ноги. — Что с зельем, которое я тебе приказывал сварить? — Оно готово. Ему лишь нужно настояться ещё три дня. — с холодным равнодушием отчитался мужчина. — Прекрасно! Свободны! Северус и выше упомянутые господа-преподаватели — усмешка — останетесь. — монстр махнул рукой, длинный рукав его балахона взметнулся черным облаком. Пожиратели начали покидать помещение. Остались лишь обозначенные лица. — Ждите за дверью. И только попробуйте уйти! — «преподаватели» вышли, оставив монстра и зельевара. — Северус-с-с, когда я буду в Школе, мне нужно, чтобы помог мне максимально приблизиться к грязнокровке. Думаю, если отсечь ее от «Золотого Трио», Поттер будет бессилен. — Будет сделано, Господин. — мужчина согнулся в поклоне и, повинуясь жесту Повелителя, покинул оплот Малфоев. Его место заняли неудавшиеся просветители. Из-за плотно закрытых дверей раздались душераздирающие крики.