О том, как Судьба располагает

POV Марк Рождество. Когда я в последний раз придавал значение этому слову? Вроде бы, в школьные годы, когда Рождество я проводил в школе. Всё, пожалуй. Провести Рождественские каникулы в семье магглов — неприятно, но не тошно, что удивительно. Чего от них ожидать? Подарочки, слащавые песенки, обнимашки-поцелуйчики. Ненавижу эти телячьи нежности. Фу. На это Рождество у меня были большие планы, а тут такое попадалово. Ещё и «домашнее задание». Совместные воспоминания. Противно. Поганец Люциуса так и не пришел сегодня в библиотеку для выполнения домашней работы. Испугался. Мысль об этом доставляла мне ни с чем несравнимое удовольствие. Трус. Типичный Малфой. Я остановил поток мыслей, наблюдая за огнем в камине. Языки пламени причудливо извивались в известном только им танце под только им слышный ритм. Потихоньку мой разум заполонили странные образы: в танце огня мне стали мерещиться неукротимые кудри, глаза цвета горького шоколада; огни воплотились в нежные руки, которые рисовали затейливые узоры. Неожиданно для себя я дернулся и понял, что заснул у камина в гостиной старост. Как непредусмотрительно. Час уже поздний. Комната была пуста. Я поднялся и пошёл в спальню. POV Драко Чё-о-орт! Вчера у меня едва сердце не остановилось! Действительно, Тёмный Лорд умеет убеждать. Скоро наступит рассвет, но я ещё не смыкал глаз. Мою душу разрывали противоположные чувства: с одной стороны меня страшила мыль о том, что Волдеморт узнал о моем отношении к Грейнджер (она мне очень нравится, смысл отрицать?), ещё больше мне было страшно оказаться с ним в доме магглов, в еë доме. А с другой стороны — я буду в доме Гермионе в Рождество. Интересно, ее родители уже украсили ëлку? А если нет, то мы сможем сделать это вместе. Я начал представлять себе, как буду помагать Гермионе вешать шарики и гирлянды, подниму ее на плечи, чтобы увенчать наше творение звездой… Даже выполнению дурацкого домашнего задания я буду не сильно противиться. Уж Грейнджер с ее дотошностью даже к этому абсурду подойдет со всей ответственностью. По моим губам скользнула полуулыбка. — Чего лыбишься, хорёк? — Блейз кинул в меня подушку — Рождество ведь скоро. — находу вывернулся я. — Рождество, котрое ты проведешь в мире магглов. — пробасил Крэбб. — Да, такое поле для деятельности упустить ни в коем случае нельзя. На лице Крэбба застыл мысленный процесс, который он явно не мог осилить. Мне даже стало его жаль, поэтому: — Я собираюсь устроить там какую-нибудь подляну, чтобы эти нерадивые знали, с кем связались. — облегчил я старания верзилы. В его взгляде мелькнуло уважение. Ха. — Ты вчера так и не объяснил, почему решил остаться у нас в комнате. Что, новые соседи тоскливые? — подошедший Тео толкнул меня локтëм. — Да кошмар. С ними ни выпить, ни пошлые анекдоты не потравить. — я натянул улыбку на лицо, мышцы сковало. Не говорить же им, что я оттуда сбежал, чтобы лишний раз не сталкиваться с Тëмным Лордом? Струсил, сам знаю. Причем, струсил дважды. — Драко! Милый! — меня обдало приторно-сладким ароматом духов Пэнси, а сама она повисла на моем локте. — Доброе утро, Пэнс. И вам, девочки. — Вы представляете! Грейнджер совсем рехнулась! По ней какая-то дрянь ползает! — услышал я голос Дафны, которая строила глазки Тео. — Чего? — хохотнул Блейз. — Ящерица. Когда вчера мы уходили после урока драной кошки, на голове зубрилы сидела ящерица. Бе. Гадость. — Ящерицу можно считать близким родственником змеи. — раздался голос Амадея. — Всё равно это мерзко. — скривила личико шедшая рядом с братом Аманда. — Всё, что связано с грязнокровками мерзко. Особенно, с зубрилой. — поддакнула Астория, преданно заглядывая в лицо нашей новенькой. Мы с Амадеем переглянулись, поняв друг друга без слов. — Почему не явился вчера в библиотеку, Малфой? — я едва не подпрыгнул от ледяного голоса Марка. — Плохо себя чувтвовал, м… Марк. — я чуть было не ляпнул «мой Лорд». — Сегодня тебе лучше? — обманчиво мягким голосом усведомился Волдеморт. — Да, намного. — мне было трудно дышать. — Превосходно. Сеголня после ужина займёмся трансфигурацией. Не подведи нас, Драко. — и как люди не видят его сути? Он же буквально соткан изо льда. В ответ я лишь рвано кивнул. Удовлетворившись моей реакцией и моим ответом самый жестокий человек столетия ушел вперед, в Большой зал.

***

— Не волнуйся ты так, мы его найдём. — Поттер положил свою граблю на ладошку Гермионы. Девушка сидела, как в воду опущенная. Что-то случилось? — Где? Хогварст огромен! Я не понимаю… Еще и перед самым Рождеством! — она нервно крутила ложку в руках. Содержимое ее тарелки было явно нетронуто. — Руки выдерну той заразе, которая украла его! — Уизел воинственно ударил по столу кулаком с зажатой в нем куриной ножкой и надул щеки, покрытые жиром. И как она может называть это чучело другом? — Рональд, не стучи по столу. Это не прилично. — голосом преподавателя одернула его Грейнджер. Весь пыл вислого улетучился. Она снова горестно опустила голову, практически плача. Да что произошло?! Этой мыслью я был занят весь завтрак.