Дневник путешественника: Алтай

      Негромкий звонок будильник у меня под ухом мягко вывел меня из состояния сна. Я, часто моргая от непривычно яркого света экрана, ткнул пальцем в кнопку. Пытаясь осознать себя в пространстве, потянулся. Надеюсь, в Чемале мы осядем подольше: надо денек перерыва. Выспаться и отдохнуть. Это путешествие было очень интересным, но очень эмоциональным. А мне очень бы хотелось получить от поездки по максимуму положительных эмоций. Но накопленная усталость, забитые мышцы и холод немного понизили градус удовольствия.       Валя, который за ночь перевернулся и закинул на меня руку и ногу, сладко сопел мне в плечо. Почувствовав движение, он только сильнее вжался в меня, заворчал, чмокнул меня в плечо и затих.       Я хмыкнул и провел рукой по спине, легонько тормоша:        - Валь, давай вставать.        - Сём, родной. Вот прям 5 минуточек. Мммм… Ты такой тёпленький. Уууииии! Он называет меня родным! Как это мило… Неосознанно, спросонья… Трясу головой! Я своими мыслями с утра напоминаю себе переполненную гормонами 15-летнюю девчонку.        - Да не остыл пока, - тут же получаю тычок под ребра. Посмеиваясь, я гусеничкой выползаю из спальника и нашариваю куртку – на улице, наверняка, дубак.        - Вот ведь придурок. Весь сон разогнал, - Валя очень смачно потянулся, вытягивая руки и ноги, а потом ткнулся губами мне в шею. И все это даже глаз не открывая. Вопреки своим словам, он подгреб под себя спальник и затих.       Я только хмыкнул. Пусть еще поспит. Выползаю наружу. Лагерь спит, Катунь безразлично несет свои воды, омывая берег. Рассвета даже не видать за густым туманом. Сходил до ветру и поставил на горелку котелок с водой. Кофе попить надо, взбодриться. А смысла оживлять костерок нет никакого: соседи проснуться нескоро, вода будет дольше закипать, а дрова только напрасно переведем.       Умывшись и почистив зубы, полез будить Вэла. Тот нехотя сел и потер глаза кулаками, как ребенок. Я умилился, но тут же взял себя в руки и погнал его приводить себя в порядок, придав ускорение шлепком пониже спины. Когда он вернулся с прогулки до кустов, дал ему кружку с теплой водой (разбавил кипяток из котелка водой из баклажки) и отправил умываться. Вода в реке холодная, не хотелось бы, чтоб у него глаза загноились или зубы разболелись. Хоть самые «дикие» места мы уже проехали, лишней нервотрепки не хотелось.       Ну вот, другое дело! Уходил зомби-Вэл, вернулся вполне бодрый Валентин. Чудно!        - Кушать будешь?        - Не! Кофе.       Размешав три-в-одном-ную бурду по кружкам, мы потихоньку приходили в себя.        - Как мы едем? Где-нибудь тормозим? – надо сразу обсудить ключевые моменты.        - Сём, я чет даже уже в ботанический не особо хочу. Давай постараемся до обеда добраться до Чемала и вселиться в домик, м?        - О как… Устал?       Он тут же притерся ко мне, как котик потерся щекой о плечо:        - И устал, и какое-то перенасыщение красотой. Все в пятно начало сливаться. Надо передохнуть. К тому же я уже хочу добраться до тебя полностью, без воплей над палаткой, орущих детей и их мамаш… - мое воображение поскакало вскачь. Он хлебнул кофе и мурлыкнул мне в ухо, - хочу слышать только твои крики.       Я аж кофе подавился от такого заявления. Семёну-младшему я мысленно рявкнул: лежать! К щекам прилила кровь от мелькающих перед глазами картинок, а Вэл только заржал:        - Ты ахуенно умильно краснеешь… И я пиздец как тебя хочу.       Мне казалось, сильнее покраснеть я не могу. Зря казалось. Предательская светлая кожа, по ощущениям, раскалилась до малинового цвета. Вэл невозмутимо прихлебывал горячее нечто со вкусом кофе и посмеивался.       Вскоре мы свернули лагерь. Я выплеснул недопитое – редкостная гадость. Укомплектовали все на мотоциклы и завелись: надо прогреть перед дорогой. Тем более ночь была холодноватая. Экип натянут: перекуриваем. Я оглядываюсь, мысленно прощаюсь с полюбившимися еще в ту далекую поездку местами. Кругом туман… В горах так вообще – облака на склонах.       Я смачно хлопаю себя ладонью по лбу:        - Валь, я дебил. Доставай дождевик, - сам тянусь к своему.        - Дождя ж нет, нахуя? И погода обещает разгуляться.        - Мы поедем через перевалы. То есть будем подниматься вверх. В низинах туман, наверху – облака! Будет очень влажно и, боюсь, вымокнем в нахуй.       Мы, поверх всего экипа, натягиваем дождевики, готовимся выезжать.        - Скорее всего видимость будет хуевая, особенно при подъеме вверх на перевалы. Предельно осторожно. – Вэл хмурится. – Валь, хуёво видно будет не только тебе, но и другим. Чике-Таман извилистый, могут вынырнуть из-за поворота, не рассчитывая встретить кого-то на встречке – утро-то раннее. Поэтому держись ближе к обочине и сильно не гони.        - Хорошо, - Вэл в подтверждение кивнул. Видимо, прикинул вероятность никому не нужного ДТП и спорить со мной не стал, приняв слова к сведению.       Вэл подошел к палатке Алексея и оставил там пакетик жевательных мармеладок, пачку леденцов «бон-пари» и записку в пакетике (чтоб не размокла) с нашими номерами телефонов и электронной почтой - на всякий случай. Ухмыльнулся, сделал фотку созданного «натюрморта» на телефон, быстренько снял панораму реки, гор, стоящих палаток и машин с мотоциклами, и мы тронулись в дорогу.       Тот путь, который ехали «туда», мы повторяли в обратном порядке. Разница только в том, что облака еще не успели «подсохнуть» от солнышка и подняться выше. Поэтому они пушистым одеялом укрывали горы, скрадывая их верхушки от взгляда. Дорога была до безобразия пустая, и вскоре мы уже подъезжали к перевалу Чике-Таман.       Мы договорились не задерживаться на перевалах и отмотать без перекуров такой кусок дороги, какой осилим, пока мало машин. Конечно, при условии, что на подъеме/спуске не будет проблем с давлением.       Подняться на перевал днем и подняться на тот же перевал ранним утром… Как будто кусать один и тот же кусок хлеба с разницей, что одна сторона намазана шоколадной пастой, а вторая горчицей. Если днем – сухая дорога, отличная видимость и машины, то рано утром - туман (точнее облако, которое лежит на склонах, и в которое мы вгрызаемся, пытаясь попасть в дорогу), отвратительная видимость – оттого и очень невысокая скорость, отсутствие машин. По крайней мере, нам так казалось, что отсутствие.       Не знаю, как Вэлу (уточню на перекуре), но мне было страшно. Одно дело ты в машине, другое дело – на мотоцикле. Конечно, кровь была щедро разбавлена плещущим адреналином.       Мы ехали сосредоточено и очень не торопясь. На очередном крутом повороте на подъеме на нас вылетает долбоёб-автомобилист. Валя, а за ним и я, автоматом дернулись еще ближе к скале (хотя, казалось, ближе уже некуда). Автомобилист просто чудом вырулил на дорогу и, вихляя по трассе, все же смог удержать автомобиль и не слететь с дороги. Не думаю, что смогу забыть перекошенное страхом лицо водителя и скрип тормозов. Это просто чудо, что он не зацепил ни Вэла, ни меня. Все произошло за секунды, а в памяти у меня отложилось как вечность.       После этого мы, и так ехавшие не торопясь, сбавили скорость до возможного минимума и прижимались максимально близко к скале. Каждый изгиб, каждый поворот мы проходили с опаской.       Добравшись до высшей точки, мы, не притормаживая, начинаем спуск. Так же не торопясь, аккуратно.       Я хапнул столько адреналина, что, казалось, могу мчаться уже без помощи мотоцикла. Наверное, Вэл испытал что-то подобное. После спуска он нашел местечко и притормозил. Не глуша технику, мы поделились эмоциями в особо матных выражениях, смысл которых сводился к: это было незабываемо, огромный опыт, страшно и потрясающие одновременно! И ну его нахуй еще раз встретить торопливого водителя на подобной дороге!       Примерно час мы ехали до подножия Семенского перевала. Природа потихоньку, неспешно, просыпалась, сбрасывая сонное одеялко облаков, которые поднимались выше, давая солнечным лучам добраться до земли. Становилось светлее, однако верхушки гор не спешили открываться взгляду. Навстречу стали попадаться машины.       Семенский мы проскочили быстро и без особых приключений. Какое-то время ехалось бодро. Потом стало не вполне комфортно. Жрать хотелось очень сильно. Уже не «перекусить», не «позавтракать», а «жрать». Вэлу, судя по всему, приходилось хуже – с его-то непомерным аппетитом. Мы притормозили на обочине и курили, пока Валя искал ближайшее кафе, которое бы уже работало.        - Вот, Сём! – он ткнул пальцем в экран навигатора. Сюда заедем. Иначе я руль отгрызу по дороге. - Я только махнул рукой, отправляя его вперед.       И вот, спустя мучительные полчаса мы тихонько крадемся по пустынной улице села, следуя подсказкам навигатора, к работающему кафе. Через 20 томительных минут (мы только открылись, придется подождать), мы уже уплетали вкуснейшие блинчики.        - Вроде бы их не было в меню? – говорит Вэл.        - Не было, - подтверждает подошедшая официантка. – К нам не часто так с утра заезжают. Это приготовлено для вас специально вне меню, как для самых ранних клиентов! – и ставит перед нами новую тарелочку с горячими блинами.        - Ахуенно-то как, - стонет Вэл, макая блинчик в горячий мед, тут же отправляя его в рот.       Серьезно! Специально для нас приготовили завтрак? Это очень-очень приятно! Когда мы наелись от пуза, к нам (с нашего согласия) подсела полноватая милая женщина, которая для нас готовила. Она поинтересовалась нашей поездкой, откуда мы. С восторгом расспрашивала про Самару и Уральские места, где мы проезжали. Говорит, училась там. Мы общались, наверное, час. Пили ароматный чай и беседовали. Это было очень уютно и по-домашнему. Лида – как она представилась, сложила голову на пухлые руки, и слушала наши рассказы.       Вэл отходил куда-то позвонить, пока мы разливали напиток по чашкам. Я взял ее контакты, обещаясь прислать гостинцы из Самары. Вернувшийся Валя душевно обнял женщину и поблагодарил за незапланированный меню завтрак. Тепло попрощавшись, мы вышли на улицу.        - Погода-то как играет! – восклицает Вэл, подставляя лицо утреннему солнышку и улыбаюсь. Я залипаю на его ямочки в уголках рта.        - Проехали перевалы, и прям тепло, - согласился я, пряча дождевик в сумку на баке.        – Ну что… Въезжаем в Чемал, тормозимся где-нить в кафе и ищем место ночлега?        - Не, Сём. Я ж созвонился. Там в одном домике бронь отменили. Дня на три или четыре – связь не очень, не расслышал. Я уже забронировал все и оплатил.        - Когда успел-то? – у меня глаза на лоб полезли.        - Да вот выходил. Несколько баз прям очень вкусные – но там мест не было. Ну там же сарафанное радио. На последнем номере говорят: у нас мест нет, но сейчас с вами свяжутся. И через минутку звонок: говорят, вы жилье ищете? У нас как раз от брони отказались: домик с душевой и сан узлом. Условия по еде – так себе, что-то типа вечернего гриль-бара, но зато в домике кухня и холодильник. Да вообще супер-вкусный вариант!)       Я смотрю на него, фактически не мигая.        - Эээ.. Сём, все норм?        - Как? Вот как ты умудряешься договориться то со всеми? Я вчера, пока в кафешке были, связывался с Чемальскими базами. Мест нет – брони до осени…        - Просто я фартовый! У меня теперь и талисман на удачу есть! – фыркнул Вэл, доставая из кармана найденный вчера «дырявый» камень. Вот уж точно начнешь верить в талисманы.       Сказать, что я предвкушал – не сказать ничего. Чемал мне нравился. Сейчас, когда инфраструктура добралась и дотуда, это, должно быть, удивительное место. Этакий оплот цивилизации для тех, кто собирается ехать дальше. И там же должно быть полно разных контор, которые набирают желающих на экскурсии. Конечно же, мое предвкушение не обходило стороной и личную жизнь.       Вэла хотелось всего и полностью. Хотелось и брать его, и отдаваться. Хотя я понимал, что отдаваться, скорее, буду я. Не самая удачная идея знакомить его с миром секса в принимающей позиции, когда вскоре садиться за руль мотоцикла и отматывать по тысчонке километров в день. Я умею расслабляться и точно знаю, как не навредить себе. Уууууххх… мысли-то вскачь… Сема… тормози….       Бляяя! Слишком уж я углубился в мечтания. Сигарета дотлела до пальцев, и я поспешил утилизировать окурок. Валя притерся рядом:        - Сём, ну потерпи немного. Скоро уже заселимся в домик и все будет. – Поймав мой прифигевший взгляд, он поясняет, - да у тебя же все на лице написано. И лыба такая довольная, как будто кто-то кого-то уже отлюбил до донышка!       Я только фыркнул и поспешил натянуть шлем, пряча румянец. Валя же, довольный, как кот, обожравшейся сметаны, широко улыбался.       Вскоре мы вырулили на трассу и ехали по абсолютно пустым дорогам. Несколько раз мы останавливались, выбирая красивые места, чтоб сфотографироваться, напоследок, с Чуйским трактом. Некоторые фотографии, конечно, были только для нас двоих. А остальные… Мы здорово поразвлеклись, делая фотки с мотоциклами и без, со шлемами и без них. Войдя во вкус, мы передавали фотоаппарат друг другу и дурачились как мальчишки.       В общем, мысленно поблагодарив Чуйский тракт и все те красоты, которые нам открылись, мы неторопливо проехали мост через реку Катунь и выехали на соседний Чемальский тракт.       Дорога щедро наполнилась автомобилями, которые ехали в одну сторону с нами. Дорога то приближалась к реке, что шла чуть поодаль. Но если в мое первое посещение реку было хорошо видно с трассы, фактически вплоть до Чемала, то сейчас берега закрывали заборы турбаз и частных домов. Водную гладь мы могли видеть далеко не всегда. Это, честно говоря, несколько опустило меня на землю.       Валя ехал без перекуров. Ему не терпелось уже вселиться в домик и выдохнуть. В принципе, я был абсолютно солидарен. Мы остановились лишь раз. Но какой!..       Въехав в село Элекномар, Валя весьма замедлился и, как появилась возможность, стал забирать направо, к берегу Катуни. Я удивился, что он съехал с тракта, но поспешно вывернул руль вслед за ним. Вэл притормозил на свободном кусочке парковки. Ну как парковки: забор, обвешанный вывесками: сдаю дом/комнаты, сплав по реке, катание на квадрах и проч. и возле него на обочине припаркованные впритирочку машины.       Дорога уходила дальше, но за забором и деревьями было не видно. Я стек с мотоцикла и с любопытством огляделся: домики деревни, дома и домищи турбазы или частных зон отдыха.       Валя уже тянул меня вниз по дороге, я едва успел схватить свой рюкзак и уместить шлем на сгибе локтя.        - Куда ж ты так торопишься? – Усмехаюсь я, послушно шагая следом за ним.        - Щас увидишь! На фотках это было ахуеть как красиво!        - Валь, вот когда ты успеваешь все это просмат…. ВАУ! Мы выходим к подвесному мосту, под которым острые скалы, стоящие по центру реки. Очень зрелищно и необычно.        - Это Зубы Дракона! – говорит Вэл. Мы отходим немного в сторону от моста, откуда вид лучше открывается.        - В таком случае, я совершенно не удивлен, что мы сюда заехали. Пропустить достопримечательность, да с таким названием… - Валя только усмехается, когда я веду по его плечу, на котором, скрытый курткой, расположился его дракон.       Туристы неспешно прогуливаются по мосту, делают фотографии. А под ними эти скалы… Красиво….       Как Валя меня ни уговаривал, совершить еще один поход по мосту я был не в силах. Поэтому перекуривал на берегу, любуясь и поскрипывающим мостом, и скалами, и рекой, и, конечно, Вэлом. Валя походил по мосту, даже пару раз попозировал мне, пока я щелкал камерой телефона (фотоаппарат отдал ему, чтоб были качественные снимки и на цифре).       Валя крикнул, пугая туристов, что он до другого берега сходит, а я только махнул рукой. Связь ловила неплохо, и, пока Вэл бродил по противоположному берегу, я отзвонился и отписался всем своим. Сказал, что зависнем в Чемале дня на четыре. Последнему звонил Дему, моему дачному другу. Мы болтали, наверное, полчаса. Я рассказывал ему о путешествии и, немного, о Вэле. Отбрыкивался от его смешливых намеков о «горяченьком вечерке». Обещал отправить несколько фотографий сувенирных рядов, чтоб примерно хотя б посмотрел на местную продукцию: вдруг чего-нибудь этакое увидит…       Я бродил по берегу, сунув руки в карманы, наслаждался перекуром. Мимолетный ласковый мазок по спине и тут же тычок в плечо:        - Замечтался? – Вэл, как обычно, подошел бесшумно.        - Ага! Чет прям с удовольствием прошелся… Ноги уже отвыкли ходить...        - Жаль, на ту сторону не пошел! Там такие виды потрясающие… Я фотографии сделал…        - В Чемале еще один мост ужасов есть. И вот по нему я хочу пройти. Так что двух мостов за день мое сердечко не выдержит, - я щурюсь от солнышка и губы сами расползаются в улыбке.        - Поехали! Хочу вселиться уже в домик и помыться в горячей воде! И вот, спустя буквально минут 10, мы уже в Чемале. Неспешно едем по улицам до снятого Валей домика. Он сказал: это что-то типа турбазы. Огражденная территория с несколькими домиками-шале. Выход к Катуни и обалденный вид.       Мы встречаемся с хозяевами, обговариваем детали. Договариваемся о парковке поближе к шале. Нам невероятно повезло: наш домик стоит вдали ото всех, до соседей далекооо… на улице мангал и большая лужайка между домиками. На небольшой веранде столик и пара удобных деревянных кресел с подушками. Окна панорамные в пол – красота!       Внутри тоже комплект из стола и стульев, мягкий диван, большая кровать. В углу мини-кухня: раковина, индукционная плитка на одну конфорку, холодильник, микроволновка и набор посуды. Весь интерьер деревянный: стены и потолок зашиты натуральным деревом, на полу ламинат. Обстановка уюта и комфорта. И… Панорамные окна, конечно, ввели меня в безграничный восторг. Вид на горы.. Он был идеален. Незамеченная сперва дверь вела в уборную: раковина, унитаз, хорошая душевая кабинка. Тут же пара халатов и полотенец.       Это просто райский уголок, серьезно! Вэл, видимо, думал так же. Едва спина хозяина промелькнула в окнах, он притянул меня в поцелуй. Вжался всем собой, заставив забыть о накопленной усталости.       Мы, все же оторвавшись друг от друга, сняли экип, фигурной кучкой уложив все это дело в уголке. Разулись. Скривились от ароматов, выставили мотоботы проветриваться на улицу – нюансы экипировки, блин.        - Пиздуй в душ! Мне горячей воды оставь немного, - отправив Вэла к душевой шлепком пониже спины, я разобрал вещи. Остатки еды в холодильник, шмотки грязные – отложил. Надо б постирать и просушить – иначе придется ездить в грязных.       Потом залип в телефон. Подключил предложенный в шале вайфай и стал пересматривать места, куда можно было бы сходить.       Вернувшийся Вэл отправил меня в душ, а сам таскал куски из холодильника. Вечно голодный, бедолага.       Я с удовольствием ощущал, как по голове и спине лупят горячие струи душа. Не зная, чего ожидать от сегодняшнего вечера, я тщательно помылся во всех местах и побрился. Намотав одно полотенце на бедра, я другим вытирал волосы. Войдя в комнату, я увидел полностью одетого Валю, который уткнулся в телефон, нервно проводя рукой по волосам.        - Ты чего дерганый такой? – внутри неприятно засосало. Последний раз, когда он так дергался, у нас состоялся весьма неприятный разговор Хотя, я не могу не радоваться, как он в итоге закончился. Я тут же накрутил себя, не зная, чего ожидать. – Что случилось?        - Сём… Я это…       У меня аж руки опустились. Ну пиздец.        - Что это?       Вэл замялся, бросая на меня взгляды исподлобья.       - Блядь, хватит меня пугать. Давай по порядку, ладно? Ты понял, что гейские отношения не для тебя и решил их закончить, пока мы не зашли слишком далеко?       Валя меня удивил. Он подошел ко мне, положил руки на талию, прижал к себе, уверенно целуя основание шеи и ключицы.        - Конечно нет, придурок! Ты вообще себя видел? Ты такой…. Такой… Ахуенный: добрый, удивительный, красивый, что пиздец просто, загадочный…        - От любви моей загадочной он стал нервным и припадочным, - тоненьким голоском пропел я, заставив Вэла немного отстраниться и рассмеяться. – Что тогда тебя так напрягло?       - Все отлично, Сём. Немного сссыкотно переводить наши отношения на новый виток.. И боязновато и желанно…        - Что касается секса... Договорились же, что будем двигаться в том темпе, в котором тебе удобно и комфортно. Мы можем остановиться на дрочке и минете. - он попытался перебить, но я махнул рукой, показав, что еще не закончил. - Все, что происходит у нас в койке и доставляет удовольствие обоим – не стремно и не стыдно. Я не вижу ничего плохого в том, чтоб быть «принимающей» стороной. Я не испытываю предрассудков на этот счет, так что твоя девственность в неприкосновенности. Во всяком случае пока. И… Если мы пара, Валь… Делим все пополам: постель, проблемы, готовку, уборку… Страхи, депрессию и радость тоже. И все сомнения.        - Сёма, мы – пара, - Валя снова уверенно положил мне руки на талию. – Я думал, уж этот вопросы мы с тобой уже выяснили. Ты такой!.. – он откровенно облизал меня взглядом. – Раньше я восхищался твоим умением держать себя, стилем общения, взглядами на жизнь. Потом заценил нестандартный юмор и подъебы, образ жизни. И уже потом твою внешность и тело… Ты красивый…. И ты мой… И я хочу всего! С тобой. Просто постепенно, да? – дождавшись моего кивка, он продолжил. – И вообще, уж чего-чего, а в койке я вообще не из стеснительных. Ну, без тормозов… Надо пообвыкнуться только… Я, честно говоря, растерялся… Просто в некоторых вопросах неопытный, но ты ж научишь? – он целовал мою шею и плечи и отключал мой мозг.        - Тааак! Валь, тормози, блин… - вопреки словам, я прижимал его ближе, целовал, покусывая губы.       В итоге он отстранился:        - Ну мы же углубим сегодня программу? – его руки прокрались под полотенце и сжали зад.        - Однозначно! – пиздец как я уже предвкушал «углубление».       Зазвонил телефон. Ну ёбаныйжтыврот!       Вэл скривился, глянув на телефон. Потом извинился, и вышел на веранду поговорить. Ну… Видимо, «горяченькое» пока откладывается, поэтому я переоделся, навернул пару кругов по домику. Простирнул грязные шмотки и, когда уже размещал их на крошечной батарее в ванной, вернулся Вэл.        - Дашка звонила. Потом я на работу позвонил, там кое-какие вопросы были. – Вэл немного психовал, видимо, разговоры были не особо приятные. - Давай прогуляемся? Времени до вечера еще полно. Аппетит нагуляем… – Вэл огладил мое плечо, спустился до ладони и потянул в комнату.        – Можем сходить на ГЭС. Там раньше было полно всяких развлечений. Заодно покушаем..        - Пошли! Реально, все путешествие из седла не вылезаем.       Мы быстренько вытряхнули из рюкзаков остатки вещей, свалив все единой кучкой на столе, с собой взяли только бутылку минералки, кошельки документы – привычка не оставлять документы без присмотра – телефоны и мой фотоаппарат и, вооружившись навигатором, пошли покорять просторы Чемала. Удостоверившись, что, если мы задержимся допоздна в деревне, нас по возвращению никто не пристрелит и пустит в шале, мы вышли за пределы комплекса. Погода радовала нас солнцем и теплыми лучами. Едва слышный шум реки ласкал слух.        - Как я отвык пешком ходить, - пожаловался Вэл.        - Ой ладно, - отмахнулся я. – Хватить жопу на мотоцикле отсиживать! Ты посмотри, какая кругом красота! А пока за рулем, смотришь, в основном, на дорогу. Лови момент! Мы топали по неасфальтированным улицам Чемала, обсуждали постройки. Кругом мелькали обжитые дома, теплицы за заборами.        - Сём, тут люди живут поколениями… И считают нас дикарями, которые оголтело носятся по их земле и вопят дурниной. Загаживают своим присутствием их малую Родину.       – Жилые дома остались позади и в стороне, а дорога подошла фактически вплотную к Катуни. Мы встали на берегу близко друг к другу, касаясь ненавязчиво руками. Как школьники, ей Богу.        - Ты бы хотел тут жить? – спросил я. Самому себе я так и не смог ответить на этот вопрос, видя и плюсы, и минусы. Однако, несмотря ни на что, я искренне любил эти края. Валя задумался, действительно погрузившись в вопрос. Я не мешал, слушал Катунь и любовался пейзажем.        - Я не знаю, Сём. И да и нет. Это слишком философски тяжелый вопрос. А мне сейчас так хорошо, что не хочется углубляться.       Я его понимал. Боже, как я понимал его.       Мы сели на землю на берегу. Прикурили. Молчали каждый о своем. Но я пальцами чувствовал его руку, чувствовал его прикосновения и какую-то поддержку и.. это было хорошо. Правильно. Я чувствовал себя на своем месте и со своим человеком. Все-таки я был прав, что откладывал эту поездку... и ждал подходящего человека. Все правильно.        - О чем задумался?       Я лишь улыбнулся на это, протянув руку, забрал его притушенный окурок и убрал в карман вместе со своим.        - Расскажу как-нибудь… слишком хорошо….       Он только улыбнулся на это и мы, попив минералки, идем дальше.       Мы болтаем обо всем и ни о чем. Дорога переходит в тропинки, и мы решаем, на всякий случай, не нарушать покоя местных жителей, поднимаемся в деревню и идем по означенной в навигаторе дороге. Взяли в кафешке по дороге шаурму – пешая прогулка разыграла аппетит даже мне, что уж говорить о Вэле, у которого, казалось, вместо желудка черная дыра. Когда я шутканул на этот счет, Валя остановился, поставил свой стакан травяного чая на дорогу– после тети Клавы в Аша морсы он остерегался брать – утер рот от соуса салфеткой и весело расхохотался, запрокинув голову.       - Когда я жил с Дашей… - Уверен, это не последний раз, когда он говорит о ней…. – Первые пару месяцев, наверное, после переезда, у меня была «демоверсия» заботливая жена. И в один день она могла приготовить и первое, и второе…. Но это вроде как должно было означать, что следующие пару дней мы едим то, что она наготовила…       Я рассмеялся следом:        - Представляю, какое ее ждало разочарование.        - Не представляешь! – Валя хохотал, комкая в руках салфетку. – Она сперва думала, что настолько ахуенно готовит, что я съедаю все за один присест. Потом даже погнала меня на анализы: мол, не может человек столько жрать! Когда результаты на всяких паразитов и болезни пришли отрицательные, она сидела и ревела сутки, наверное…        - Она была расстроена, что ты здоров? – недоуменно спросил я. Этой части их отношений я не знал.        - Она, скорее, была расстроена, что ей придется готовиться каждый день как на роту солдат. Хотя, когда демоверсия закончилась, она себя особо не утруждала... – он помолчал, потом запихнул последний кусок в рот и сказал с набитыми щеками: - Ну и хуй на нее! Нахрена я вообще вспомнил?        - А чего она звонила-то? – не смог сдержать любопытства я.        - Да черт ее знает. Где ты? О, отдыхаешь! Как любопытно! А с кем? А когда вернешься? – фыркнул Вэл, забавно передразнивая и манерничая.        - Оууу… Кажется, по возращению, тебя ожидает обольщение в виде Даши, которая очень хочет тебя вернуть.        - Не ревнуй! – пихнул он меня в бок. – Нахер она мне не нужна.       Доев, мы потопали дальше.       - Тебе не нравится, что я говорю о Даше? – спросил Вэл. Поймав мой недоуменный взгляд, он пожал плечами, - договорились же, спрашивать обо всем сразу.        - Не то, чтоб не нравится. Это твое прошлое, и от него никуда не деться. Она занимает огромный кусок твоей жизни. Почти 10 лет – не шутки. И не то, чтоб мне неприятно, что ты говоришь о ней. Мне ОНА неприятна.. Знаешь, как паразит. И я всегда к ней так относился, с самого начала…        - Занимала, Сём. Все это в прошлом… - он помолчал. - Мы даже с тобой ругались как-то из-за нее. Когда ты говорил, что она чернильница и проблядь. А я тебе врезал за это.        - Ага. А на следующий день мы упились в слюни в бане.       Валя заржал:        - Я мало помню тот вечер. Помню только, что мы обсуждали разновидности секса и их применение в быту. Ага. И мусолили, вроде, тему работы… - он нахмурился, припоминая. – Кто где работал, что нравилось и не нравилось…        - Ага. Ты ненавидел работу на стройке.        - Точно! Давно это было!.. А ты?        - Что я? – блядь, разговор свернул вообще не в ту сторону, куда хотелось бы. Сейчас начнется…        - Твоя не любимая работа?       Я тяжело вздохнул: говорить об этом не хотелось.        - Я работал подиумной и фото моделью. И ненавидел это все дело. И сейчас тоже…       Вэл аж замер, я по инерции прошел пару шагов вперед, эмоционально размахивая руками и пытаясь выудить сигареты из кармана рюкзака, не снимая его с плеч. Покрутившись на месте, как собака за хвостом, я не преуспел и, сдавшись, стянул лямки.        - Валь, ты чего замер? Минералочки хочешь попить?        - Сёмка, ты модель? Вот прям.. прям… Модель? – кажется, я сломал Вэла.        - Вот прям да. И вот прям ненавидел.        - А чего ж тогда работал? – интересуется он, прикуривая сигарету.       Я так и не смог понять, как он относится к этой информации.        - Помнишь, я рассказывал о дачном друге? Так вот, он открывал свое ателье. А я помогал. И нужны были деньги, чтоб выкупить помещение. Ну и, чтоб раскрутить дело. Дем с дедом жил лет так с четырех, а после его смерти остался совсем один. Ну, там долгая история. По итогу, мне чуть ли не с первого курса предлагали съемки, причем за вполне вкусное вознаграждение. Я тогда засветился на мероприятии, и началось: у вас типаж подходящий и проч. А я зарабатывал, где придется, позже писал нерадивым студентам курсовые и дипломы и впираться во все это очень не хотел. А когда Дему подвернулось помещение ахуенное, в проходном месте, ему, даже с продажей имущества не хватило бы и на оплату, и на взносы. Владелец дядей был понимающим, сделал отличные условия оплаты, дал возможность начать зарабатывать, прежде чем начинать вносить регулярные платежи. На раскрутку и рекламу тож бабло надо. Ну вот так все и пошло.        - Ахуеть. Сёмка модель. Хотя, нихрена удивительного… - на этом тема, к моему удовольствию, была закрыта.       Смеясь и подкалывая друг друга, вспоминая забавные истории из своего прошлого, мы шли все дальше.        - Валя, стой! – Я вперился взглядом в здание перед нами. Оглянулся вокруг себя и потребовал телефон с навигатором. – Господи, столько лет прошло, а я до сих пор помню.       Валя подошел ко мне, приобнял и положил голову на плечо:        - Мы не идем на ГЭС?        - Валь, тут остров Патмас! Как я мог забыть про эту дорогу? Мы идем туда! – уверенно сказал я. – Пожалуйста. Мы оба не особо религиозные, но без тебя я туда просто не попаду: там ебучий мост, который я в одиночку не пройду. Давай сходим, а? А потом вызовем такси и поедем до ГЭС – а то дохуя обходить придется.        - Да бога ради! Вот тут какая-то тропинка есть, давай по ней?       Мы прошли вдоль школы и вышли на дорожку к парковке. Кругом высоченные сосны, через которые бликовало солнышко. Воздух, пропитанный хвойным ароматом, буквально звенел. Машин было довольно много, но толпы туристов было не видно – всего несколько человек. Мы озирались, пытаясь сообразить, как пройти к канатно-подвесному ужасу. Несколько тропинок уходили вглубь леса, мы же направились по деревянному настилу вслед за редкими туристами. И тут же стало понятно, куда делись все туристы: толпа людей, которые ждали своей очереди пройтись по подвесному мосту до острова Патмас и посетить единственную церковь, расположенную на нем. Мы с Вэлом переглянулись – находится в толпе народа не особо хотелось… Но блин, я хочу сделать фото! И все-таки хочу пройтись по этому мосту (был младше – смог пройти. И сейчас смогу). Виды оттуда просто потрясающие.       Как ни странно, долго мы не ждали и вскоре вступили на этот кошмар. Первые 10 шагов я сделал бодро, впиваясь рукой за металлический трос. Потом плюнул на все и вцепился Вэлу в руку, когда мост начал ощутимо «играть» под ногами. Ветер начал трепать волосы, и я уже пожалел, что оставил свою трикотажную шапочку в шале. Вэл, словно услышав мои мысли, натянул на меня капюшон толстовки – сам я вряд ли бы руки оторвал от него и троса, за которые держался. Мост был прочным и надежным, но мне, как и всегда, было страшно. Под ногами 15 метров пустоты и бурная река Катунь. Мост тянется до острова, расположенного прямо по центру реки – это единственный путь.        - Валь, там в скале высечен образ Богородицы.        - Где? – завертел головой Вэл.       Я автоматом отрываю руку от металлического троса и тыкаю пальцем немного левее от церкви:        - Да вон же!       Мимо пробежал (прибил бы, сумасшедшего) какой- то пацаненок лет 10. Мост ощутимо начал раскачиваться. Я тут вцепился мертвой хваткой в трос и в Валю тоже.        - Да не бледней ты, я же рядом, - тут же забормотал Вэл, ненавязчиво утягивая меня вперед.       Несмотря на свой страх, я разглядывал виды - отвесные скалы и деревянную церковь. Слушал бурление реки и шелест ветра. Ощущал своей рукой ладонь Вэла. И это было хорошо. Ощущение его руки и поддержки.       Когда мы добрались до острова, я удовлетворенно выдохнул. Ну слава богам, добрались. Мы зашли в церковь, осмотрелись и задержались на небольшом пятачке у моста, оглядывая берег реки с острова. Совсем крошечный пляжик напротив, где суетились туристы, готовясь сплавиться по реке на рафте, и дальше – высокий обрывистый берег. Сосны…       Валя отобрал у меня фотоаппарат, и мы пошли в обратную сторону. Собственно, помимо церкви и видов ничего не посмотришь: остров небольшой, и большая его часть недоступна для посещения. Оно и понятно: сюда приходят с детьми, поэтому было сделано все для безопасности.       Пока я сосредоточился на переходе через мост, Валя умудрялся и оглаживать мою руку пальцем, подбадривая, и делать снимки. Он даже умудрился сделать наше с ним общее фото, вытянув вперед руку с фотоаппаратом. Я пришел в себя только стоя двумя ногами на твердой земле. В крови гулял адреналин и хотелось совершить какую-нибудь хуйню. Тем не менее, я взял себя в руки – не то место, чтоб ходить на ушах.       Пройдя мимо ожидающих своей очереди туристов, мы вышли к той самой небольшой парковке, где ощутимо, кстати, прибавилось машин. Валя ковырялся в телефоне и вертел головой.        - Слушай, Сём. Тут вот тропинка есть. Говорят, она прям до ГЭС.       Я навис у него над плечом, разглядывая карту.       - Ну так и пошли!       Народу было полно. Мы за наше путешествие настолько привыкли быть, в основном, вдвоем, что галдящая толпа немного напрягала. Тем не менее, мы шли по «Козьей тропе», периодически останавливаясь у открывающихся видов. Валя, так и не вернув мне фотоаппарат, делал снимки, периодически восклицая:        - Сёмка! Вот тут встань! Да не так! Вот! Отлично!       В общем, Вэл вошел в модус фотографа, а меня назначили моделью. Ну что ж, тряхнем стариной. Я старательно улыбался и не портил ему хорошее настроение недовольной физиономией. В целом, мы здорово прогулялись, веселясь и подкалывая друг друга.       Дорога, местами, была непростой: небольшие спуски и подъемы, выступающие камни и корни деревьев. В иных местах тропинка шла прям по краешку склона. Походя, мы услышали, что это узкое место между двух гор называется воротами Сартакпая. Длина ворот метров сто, ширина русла в этом месте – примерно 40 метров. Вэл придержал меня, и мы услышали легенду.       Воротами Сартакпая называют узкое скалистое место после слияния Чемала и Катуни. Когда туристы идут по Козьей тропе, то слева от них как раз находятся Ворота Сартакпая, в которых течет Катунь.       По алтайской легенде, это место появилось благодаря богатырю-великану Сартакпаю — герою алтайского эпоса. В давние времена, когда все реки Алтая, запертые в огромном озере на юге, стремились попасть в Ледовитый океан, богатырь Сартакпай пальцем провел по земле русла рек. Красивейшую реку Катунь вести было велено сыну великана, Адучи-мергену. Молодому богатырю не всегда хватало сил разбивать скалы и горы, стоящие на пути, поэтому русло Катуни получалось очень извилистым, и многие берега были непригодными для жизни людей. Когда Сартакпай пришел проверить, как сын справился с порученной ему работой, то сразу же заметил непорядок. Перешагнул он через реку Чемал, подошел к горе Согонду-туу, и взгляд его помрачнел: "Стыдно, Адучи-мерген, заставлять реку так круто поворачивать. Люди тебе за это спасибо не скажут". Но как ни старался, не смог сын расколоть Согонду-туу. Тут Сартакпай взял свой железный лук, натянул тугую тетиву и пустил литую медную трехгранную стрелу, и гора раскололась надвое. Один из осколков упал справа, другой кусок высится слева над Катунью. И с тех пор люди хвалят великого богатыря за то, что он дал воде дорогу прямую, как след стрелы.       Прогулка была неспешной, но недолгой: с учетом того, то мы шагали совсем неторопливо и останавливались сделать фото каждый десяток шагов, мы минут за 20 добрели до смотровой площадки, откуда открывался чудесный вид на слияние двух рек: Чемала и Катуни. Поистине, это восхитительное зрелище: в одном русле смешиваются две реки -бирюзовая Катунь и темно-синий Чемал. Была видна кромка берега с пляжем, и куча то ли лодок, то ли рафтов.       Я немножко погрустнел от количества народа и разговоров над ухом. Но Вэл не дал унывать и потянул меня вниз, к берегу. Мы побродили по пляжу, шагая на стыке воды и берега. Отошли подальше и насладились видом на старую ГЭС.        - Я почти ничего не помню, что читал про ГЭС, - поделился я с Вэлом.        - Тогда просто наслаждайся, Сём. А дома разберем фотки и прочтем все, что найдем… Давай не залипать сейчас в телефонах, м?        - Годное предложение, - улыбнулся я, поигрывая пирсингом. Видя, как Вэл задержал взгляд на мелькнувшей между губами сережке, я лукаво ухмыльнулся. – Погуляем еще или вызовем такси?       Вэл, не отводя взгляда от моих губ, сказал:        - Еще, Сём… Еще…       Я подошел к нему максимально близко, чтоб не смущать отдыхающих, и негромко, но как-то хрипловато сказал:        - Представь, как я буду дразнить тебя. Вспомни, как пирсинг ощущается, когда я провожу языком по головке твоего члена… - я добавляю тягучести своей речи. - Или как я буду поигрывать с твоими сосками… О!.. Они такие чувствительные… - глаза у него были уже стеклянные.       Вэл тряхнул головой:        - Чертов змей-искуситель…       Я, посмеиваясь, иду за ним. Мы вновь поднимаемся к тропе. Побродили по парку, заглядывая в сувенирные ларьки и старательно обходя кафе – решили поужинать на другой стороне, когда основная прогулка закончится – не хотелось бродить на сытый желудок.       Чемальскую ГЭС мы, казалось, обфотографировали со всех возможных сторон. Нагулявшись, мы подошли к очередному кошмару.        - Валь, ну как так-то, а? Пиздец, блядь.       Он только, широко улыбнувшись, протянул мне руку. Деваться было некуда – либо топать обратно до Патмаса, либо переходить реку здесь. Мысленно костеря себя на все лады, я хватаюсь за предложенную руку и шагаю вперед. Вэл, ненормальный, щипает меня за зад, идя немного позади и закрывая своей спиной от туристов позади. Я, стараясь не шипеть, все же не удерживаю улыбку. Слева от нас пролетел парень, раскачиваясь на гибкой ленте тарзанки. Я от неожиданности даже затормозил, отмечая взглядом его поднятый большой палец.        - Я тоже хочу!! – заявил Вэл, решительно подталкивая меня вперед, исключительно под задницу.       Перейдя на другую сторону и разжав руки, Вэл только широко улыбается и поигрывает бровями. Я рассмеялся: что ж – 1:1.        - Ой, мальчики! Подскажите пожалуйста, нам нужно здесь пройти, чтоб добраться до смотровой площадки? – раздался голос над ухом.       Улыбаясь, я повернулся. На меня смотрела высокая блондинка, застенчиво накручивая на палец кончик длинных волос. Рядом стояла невысокая девушка, с укоризной смотря на подругу.        - Да, - принялся объяснять я. – Пройдя через мост, нужно пройти чуть левее… Вэл, немного дернув меня за рукав толстовки, встал рядом:        - Через мост пройдете: направо кафе и сувениры, левее тропа. Вряд ли вы ее пройдете – но на каблуках там делать нечего. И через мост аккуратнее. Нам пора! Пока-пока, девушки! – и он потащил меня вперед, я едва успел виновато улыбнутся, отмечая взглядом раскрывшую рот блондинку и весело улыбающуюся подругу.        - Валь, что на тебя нашло, - спрашиваю я, когда мы отошли подальше.        - Сём, да тебя клеили!        - Нет, она ж просто дорогу спросила!        - Ты такой наивный, Господи! Как же ты дожил-то до своих лет? – усмехнулся Вэл. Я, все еще недоумевая, решил оставить расспросы на попозже.       Мы все же поднялись на вышку, с которой выполнялись прыжки. Вэл вручил мне свой рюкзак и вынул из карманов мелочевку. Оставил при себе только телефон:        - Хочу видосик запилить, - радостно оскалился он, обряжаясь в страховку или как эта штука называется.       Я только качал головой. Не скажу, что не люблю адреналин. Скорее, предпочитаю адреналин «другого розлива». Сам же я встал чуть поодаль, чтоб снять его сумасшедший прыжок с, так сказать, другой стороны.       Полет Вэла был шикарен! Он радостно улыбался и кричал мне что-то, болтаясь на тросе. У меня, честно говоря, сердце замерло во время его полета. Не знаю, кого больше пробрало адреналином: его или меня. Я обтер потные ладошки, прикуривая и ожидая его. Спокойно вздохнуть я смог только тогда, когда уволок его в свободный от туристов уголок, глубоко поцеловал и, огладив плечи и руки спросил:        - Ты в порядке? Все же в порядке?        - Сём, ты такой впечатлительный… - мурлыкнул он, прижимаясь ко мне. Одной рукой притянул меня за пояс штанов ближе к себе, ладонь второй запустил под белье сзади, оглаживая копчик. Выдохнул прям в губы, - все в порядке.       Оставил мимолетный поцелуй на губах и тянущее чувство внизу живота:        - Пойдем дальше.       Вот стервец! 2:1! Ничего, вечер только начался! Теперь уже я неловко поправляю член в штанах и следую за ним.       Идем через сосновый лес с его непередаваемым запахом и атмосферой. Смеясь и подкалывая друг друга, отходим от веревочного парка. Побродить по разным препятствиям между деревьев с отличным видом хочется, конечно… Но не сейчас, не сегодня…       Легонько касаясь другу друга и переглядываясь, мы шагаем по тропинке, которая выводит нас на парковку перед этой достопримечательностью. Не знаю, как назвать это место. Комплекс красот Чемала: ГЭС, парк с развлечениями, смотровая площадка и довольно экстремальная для неподготовленного человека «козья тропа».       И мы выходим на какую-то галерею сувениров. Улочка, по которой мы прошли, пестрила рядами торговцев местных изделий и продуктов. 500 метров мы шли, казалось, часа два. Общались с продавцами, покупали памятные вещи для себя и близких. И оба получали от этого особое удовольствие.       Когда мы доходим до кафе, счет уже 8:5. В его пользу! Мне кажется, ему достаточно дыхнуть мне в ухо и сказать какую-нибудь невероятную пошлость, чтоб превратить меня в гормонально-нестабильного подростка, когда встает от дуновения ветерка.       Мы осели в каком-то летнем кафе в конце (или начале, это смотря с какой стороны идти) Улочки Сувениров (как прозвал ее Вэл), заказали мяса на углях, овощного салата и напитков. Местечко выбирал я, поэтому расположились мы у окошка, но в самом дальнем уголке помещения. Солнце скрылось за набежавшими тучками. Гул отдыхающих уже не раздражал – просто отошел на задний план.       Мы потягивали холодное пиво, ожидая наш заказ и вели неспешную беседу. Я рассмеялся над очередной Вэловской шуткой, и опять проделал ту штуку с языком и пирсингом, заставив Валю смотреть на меня.        - Сегодня будет дождь, наверняка, - тяну я. – Представь, как будет романтично в шале: панорамные окна, потрясающий вид и шелест дождя… Можем выключить свет и зажечь только гирлянду на окне… Представляю, как твое тело будет смотреться в этих бликах…       Валя немного поплыл взглядом и заерзал на месте. Я откинулся на своем стуле и потянулся, одной ногой невзначай проведя по его ноге. Вэл аж подпрыгнул. Подошедшая с заказом официантка прервала начатую прелюдию, однако я исправил счет – 8:6.       Увидев сочный шашлык, исходящий ароматным паром, мы переглянулись: нашу шаловливую игру решили оставить на попозже. Поэтому мы полностью отдались чудесному ужину, холодному темному (и очень вкусному) пиву и невинной беседе. Накидывали планы о дальнейшем путешествии, обсуждали «хочухи»… Вэл восторгался рынком местных сувениров. Конечно, переезжая с места на места, мы находим все новые и новые работы. Но общая концепция привела его в восторг. Я вполне разделял это мнение…       Когда мы уже насытились, а расходиться еще совершенно не хотелось, мы махнули девушке-официанте.        - Еще что-нибудь? – улыбнулась прелестница, оглядывая нас веселым взглядом.       Вэл вошел в модус обольстителя:        - Милая! А вы сможете нас выручить?        - Всем, чем смогу, - подалась вперед она.       Вэл метнулся взглядом к ее груди, где был приколот бейдж с именем "Марина".        - Марина, золотко, ваше замечательное кафе делает еду на вынос?        - На вынос? – игриво уточнила она, упираясь бедром в стол и немного нагибаясь вперед, чтоб мы заценили ее декольте. Мы и заценили. Вэл, немного переигрывая, заявляет, не отводя взгляда от упругой груди:        - Маринааааааа…. Какие красивые у вас глаза.       Я, стараясь не реагировать, говорю:        - Марина, навынос пару порцией шашлыка, пару кебабов. А пиво вы наливаете с собой?        - Я обязательно уточню в баре, - она повернулась ко мне. Потом снова развернулась к Вэлу. – Помимо озвученного заказа хотите что-нибудь еще?        - А есть еще что-нибудь? – спрашивает Вэл, косясь на меня и ухмыляясь.       Я выгибаю бровь. Играет он со мной, стервец. Я приподнимаю бровь и улыбаюсь уголком рта. Вызов принят. Пока он болтает с дамочкой, я, наступив одной ногой на задник кроссовка, освобождаю ногу от обуви. На одном из его особо красочных речевых поворотов, я веду стопой по его ноге. Вэл спотыкается на полуслове, но продолжает вещать.       Прокатываю пирсингом по зубам, веду стопой выше, прохожу колено. Хорошо, что стол достаточно широкий, и я могу изогнуть конечность так, чтоб уместить пальчики ноги в районе его промежности.        - Мариночка… - продолжил Вэл, но я легонько надавил пальчиками, заставив его захлебнуться фразой. Я, не меняя выражения лица, надавил еще чуток. Вэл, чьи щеки слегка покраснели, сполз ниже по скамье. Его тон совершенно поменялся. – Принесите еще по пиву, пива с собой бутылок 6 и озвученный заказ. Пожалуйста.       Я продолжал свои манипуляции, едва не мурлыкая от его поплывшего вида. Играть так играть.        - Валь, так о чем мы говорили…        - Если ты не прекратишь так делать, Сём, то…        - То? – переспросил я, в очередной раз перекатив сережку по зубам.        - Сёёёёёёёёёммммм…. – простонал он, ловя мою ногу рукой. Он тяжело дышал. – У тебя глаза сейчас такие… Янтарные…        - Я весьма взбудоражен, - пафосно фыркнул я, немного разрядив обстановку и приписав себе еще бал 8:7.        - Ты – ахуенный! – добавил Вэл.       Конечно, очень «вовремя» вернулась официантка, которая так и не дождалась прежнего игривого тона, и, буркнув, что заказ навынос будет готов через 30 минут, удалилась, покачивая попкой.       Мы просидели в кафе, наверное, еще минут 40, общаясь, заигрывая и откровенно флиртуя. Все эти томные долгие взгляды, легкие поглаживания рук… Все это заводило невероятно и вполне себе настраивало на определенное завершение вечера.       Валина неуверенность, моя нервозность и наши обоюдные сомнения как-то рассеялись, уступая место предвкушению. Видимо, Валя тоже пришел к этой мысли:        - Такси?        - Такси! Давай только расплатимся сперва. Хз, может тут такси приезжает за минуту, а счет ждать еще 20?       На удивление, Марина счет принесла через 5 минуток. Валя ушел на улицу вызывать такси, пока я расплачивался. Оставив чаевые и забрав заказ, я, хмыкнув, взял записку от девушки для «вашего очаровательного друга». Когда я присоединился к Вэлу, сидящему на лавочке с сигаретой, он как раз заканчивал разговор:       - Мы уже на улице, ждем вас. – Глянув на меня, он пояснил, - говорят, минут через 10 приедут.        - Отлично! – я присоединился к нему, устроив пакет на краешке лавочки. Потянулся, вытянув ноги. – Скоро дождь ливанет!        - Ага, - протянул Вэл, разглядывая чернеющие тучи, которые затягивали небо со всех сторон. Не просто чернеющие, а прям черные, тяжелые, полноводные.        - Красота то какая!! И запах…       Счет я таки уровнял в такси, где мы разместились на заднем сиденье. Когда машина вильнула на повороте, я повалился на Вэла. Тут же оставил поцелуй на его щеке и ладонью сжал его член через джинсы. Машина выровнялась, однако руку я не убрал. Продолжил поглаживания, пока Вэл не прохрипел водителю:        - Долго еще?        - Пара минут и на месте, - ухмыльнулся таксист.       - Тормози, бля!        - Сейчас дождь начнется! Вымокнете.        - Тормози! – рыкнул Вэл, запихивая один из пакетов в рюкзак, пока я пихал второй. Быстро расплатившись и поблагодарив ухмыляющегося таксиста, мы выбрались из машины под первые капли дожди. Целоваться начали, когда машина еще не отъехала… До шале мы добрались вымокшие до нитки – дождь лил стеной.       Мы ввалились в домик, бросили рюкзаки на пороге и тут же принялись стягивать друг с друга мокрые толстовки. Валя огладил руками мою грудь через прилипшую футболку, прежде чем стянуть ее. Я прижался голым торсом к Вале, целуя его губы, срываясь на шею и поднимаясь к сладкому месту за ушами. Валя срывается в стон и, сжимая мои бока, горячечно шепчет:        - Сёма, хочу тебя! Пиздец как хочу!       Я подаюсь к нему бедрами, чувствуя его возбуждение, ловлю его поцелуи и, почти не соображая, стону:        - Ну так не тупи… Валь… Хочу…       Валя нащупывает мой ремень штанов, расстегивает ширинку и стягивает вместе с бельем, повалив на кровать. Отстраняется немного, полностью стаскивает штаны с ног и оглядывает меня восхищенным взглядом.        - Ты такой красивый! – Проводит тягуче ладонью от стопы до паха и обратно, вызывая мурашки по всему телу. – За твои длиннющие ноги убивать можно!       Я улыбаюсь и потягиваюсь, закинув руки за голову. Вэл навис надо мной, оглаживая и целуя шею, плечи, грудь… У левой груди он завис. Выпрямился.        - Сём, что это? Я, плавая в волнах наслаждения и возбуждения, не сразу сообразил куда он показывает… А когда сообразил…        - Это татуировка…. Кокопелли, Валь…       Он легонько оглаживает ее, и в глазах у него столько всего, Боже! Видимо вспомнил… Я легонько пробегаюсь ладонью по своему члену и Валя отвлекается, стонет, откидывает мою ладонь:        - Я сам… Подожди... – он сует руку в один из своих карманов, выуживая смазку и резинки, кидает их на уголок кровати и споро стягивает с себя всю оставшуюся одежду, демонстрируя отлично прокачанные мышцы, которые просто сводят с ума. Наклоняется надо мной, целует глубоко, буквально трахая языком, впиваясь пальцами в волосы. Спустя мгновение ослабляет хватку и снова запускает руку в гриву:        - Обожаю твои волосы… Особенно после купания... Они так завиваются ахуенно… Хренов купидон, блядь!       Я только ухмыляюсь, купаясь в его словах и растворяясь в ласках, позволяя ему все, что захочет. Он ласкает мою шею и переходит к груди, облизывая и прикусывая соски. После ведет долгую влажную дорожку по животу, обводит пупок, пока его ладони оглаживают мои бедра, избегая прикосновения к истекающему смазкой члену.       Я сел, обнял его, притерся к нему всем телом, крутанулся на кровати, укладывая его, нависая сверху и целуя его искусанные губы. Вэл ведет своими мозолистыми руками по моей спине, вызывая табун мурашек, и сжимает руки на заднице. Поцелуями-укусами я спустился к его груди. Обвел языком соски, поигрывая пирсингом. Его стонами просто пытать можно! Какой же он отзывчивый… Я был заведен до предела, провёл языком дорожку до пупка.        - Сём, ну… - шептал он, запуская руку мне в волосы.        - Ну что, Валь, углубим программу? – ухмыльнулся я, легонько обводя пальцем сокровенное местечко, одновременно проведя языком по члену. Валя рыкнул и повел бёдрами, открываясь мне еще больше. Я широко провел языком по члену, от корня до рельефно выделяющейся головки, пальцем, чуть дразня, пощекотал его вход.        - Боже мой! Ты что творишь? – воскликнул он, подскакивая на кровати.        - Эй, это же ты сегодня предлагал углубить программу? – я выгнул бровь. Видя его ошалелый взгляд, говорю: - Просто доверься мне и расслабься. Я не зайду далеко… Во всяком случае сегодня! И, Валь… Если что-то не нравится, или больно, говори сразу, ладно?       Дождавшись немного неуверенно кивка, я опускаюсь к его чуть погрустневшему члену. Беру его в рот, ласкаю языком головку. Посасываю, дразнюсь. Руками ласкаю его яички и провожу по внутренней стороне бедра. Спускаюсь языком ниже, ласкаю, нежу языком колечко мышц. Вэл абсолютно порнографично стонет и выгибается на кровати.        - Сём, как же хорошо-то!       Я поднимаю голову и вижу его жадный горящий, абсолютно сумасшедший взгляд. Рукой оглаживаю его поджимающийся живот и ласкаю член. Щелкаю крышкой лубриканта и размазываю чуть прохладный гель, тихонько начиная входить в него пальчиком. Плавно, не торопясь, отслеживая реакцию. Языком лаская головку члена, срываясь поцелуями на внутреннюю сторону бедер.       Вэл почти не напрягается, позволяет войти, даже слегка поддает бедрами.        - Валь, как же ты… Такой нежный… - я нес всякую нежную ерунду, аккуратно входя и выходя пальцем, дразня.       Потом добавляю второй палец, который входит уже намного туже. Но я не тороплюсь… Действую аккуратно, нежно. Короткими толчками погружаюсь в него. Когда он немного привык к наполненности, я чуть сгибаю пальцы, лаская простату.        - Блядь! Блядь! – взгляд Вэла, расфокусированный, абсолютно поплывший. – Сёмааа…       Я ухмыляюсь, и, продолжая ласкать его изнутри, беру в рот его член, оглаживаю языком, пропускаю в горло. Валя абсолютно несдержанно стонет и почти кричит, подаваясь то на мои пальцы, то в рот. Запускает пальцы мне в волосы и чуть придерживает голову. Я немного ускоряю движение пальцев, чувствуя, как головка его члена проходит мне по небу.        - Сёмааа… - Его голос срывается в хрип, хватка его пальцев в моих волосах становится жестче и он, грубо поддаваясь бедрами, кончает. Мне же хватило пары движений по члену, чтоб последовать за ним.       Мы лежим на перекрученных простынях и пытаемся отдышаться. Ливень барабанит за окном, обмывая окна потоками воды. Где-то вдали сверкнула молния, а позже громыхнуло. Странно, звуки непогоды только сейчас дошли до моего слуха.        - Сёмааааа… - тянет Вэл у мня над ухом. – Сём, это было так ахуенно! Просто слов нет… Сём, я еще хочу…        - Я разбудил в тебе зверя? – улыбаюсь я, притягивая к себе взмокшего, но абсолютно довольного парня. Он пальцем ласкает мое тело и улыбается шало, вслушиваясь в звуки за окном.       Я ложусь на бок и довольно щурюсь, притягивая его к себе за бедра. Его палец обводит мой левый сосок и уходит дальше, оглаживая небольшую татуировку. Ласкает.        - Расскажи мне, Сём…       Я вздохнул… Эта татуировка мне особенно дорога. Мы тогда уже пару лет были с Анькой в разводе, но уже прекрасно общались, не оглядываясь на прошлое. Она как раз только начала встречаться с будущим супругом. А я как раз начал осознавать, что моя влюбленность в Вэла не проходит, а становится со временем только сильней. Чем больше общаемся с ним, чем больше я узнаю его, тем больше и сильнее влюбляюсь. Тогда собралась большая компания у кого-то дома. Вся гаражная тусовка с парами, еще несколько друзей. Мы тогда играли в игру, типа ассоциаций. Мне выпал вопрос: с кем/чем у тебя ассоциируется человек, сидящий слева. Вэл тогда как раз подсел ко мне ближе, доливая пива в стакан. Я говорю, не раздумывая: с Кокопелли – человечек с флейтой, символизирующий счастье, удачу, плодородие. Вэл тогда смешно удивился – никогда не слышал о подобном. Я наспех нашел картинку в интернете и показал ему. Он отобрал мой телефон и уткнулся в статью, потом долго изучающе посмотрел на меня: ты уверен, что все это описание – он помахал телефоном с открытой статьей – подходит для меня? Я тогда сказал: Да! Для меня да! Он улыбнулся и ответил: тогда надо вырезать этот образ у сердца в качестве талисмана на удачу. Мы посмеялись и переключились на другую тему.       Только эта идея врезалась мне в мозг. На следующий день, протрезвев после гулянки, я отправился к товарищу в салон с твердым намерением выполнить задуманное. Через несколько часов и пару бутылок чего-то алкогольного, мой персональный Кокопелли был набит на боку слева, в районе сердца.       Я сжато рассказал об этом Вале.        - Сём, то есть ты… Ты влюблен был в меня столько лет?.. Это же… это… - Вэл аж привстал на локте, внимательно меня разглядывая. – Почему ты мне ничего не говорил?        - Да говорил. Просто ты не обращал внимания, или не воспринимал всерьез. А после твоего расставания с Дашей…        - Да хуй с ней с Дашей. Подожди… - он задумался. – Ты говорил… Ты же реально говорил… Бляяяядь… Я слепой и глухой…       Мне категорически не хотелось ворошить весь этот ворох воспоминаний, поэтому я откинулся на подушки и шепотом сказал:        - Иди ко мне, Валь…       Он тут же прильнул ко мне, целуя шею, а я все-таки не удерживаюсь:        - А ты говорил глухой…       Он рыкнул и прикусил меня за шею. А потом опустился ниже и, проведя пальцами по набитому рисунку, поцеловал там же. Это было так искренне, так невесомо-нежно… Он целует мою грудь и живот, рукой ласкает оживающий член.        Опять щелкает открывающийся тюбик смазки, и я чувствую одновременно прохладу около задницы и горячее дыхание Вэла у головки члена. Я веду бедрами, не в силах удержаться от искушения. Валя медлит, спустя мгновения отстраняет руку от моего зада, и я перестаю чувствовать его дыхание на себе.        - Валь… - касаюсь его, легонько. Не понимаю, что происходит.        - Сём, родной мой… - он целует мое лицо летучими легкими поцелуями. – Ты точно уверен? Точно хочешь быть со мной? Я ж, блядь, пиздец какой ревнивый! Я ж тебя ни на шаг от себя не отпущу! Тем более, если сделаю своим... – он легонько пробежался рукой по моему телу. – Да и характер у меня…       Тут же извиваюсь змеёй, сажусь и обнимаю его, прижимаюсь всем телом.        - Ну чего ты распереживался? Я так люблю тебя, Валь. Я так долго ждал тебя…. - зато, блядь, честно. И больше не будет болеть за грудиной от невысказанного.       Он, придерживая меня рукой за шею, нежно опустил на кровать, впился в губы жгучим поцелуем и, пробегая по груди и животу, взял мой немого опавший член в рот. Я застонал абсолютно неприлично… одной рукой он начал оглаживать мой зад, подбираясь к колечку мышц и размазывая оставшуюся смазку, второй обласкал яички. Я выгнулся дугой от сладких ощущений, чувствуя, как он неумело облизал головку и стал неуверенно посасывать, вбирая с каждым разом все глубже. Его неумелый минет завел до кровавой пелены перед глазами. Наверное, именно поэтому, растворившись в ощущениях, я проворонил, когда пальцев в моем заде стало два. Он настырно пропихнул третий палец, растягивая стенки и заставляя меня изогнуться от приятного натяжения. Я, конечно, имел опыт однополых отношений, но быть принимающей стороной… В общем, я умел расслабляться и получать огромное удовольствие от процесса, но тело немного подзабыло ощущения. Вэл, тем временем, обласкал простату, заставляя задохнуться стоном.       Он хищно усмехнулся и, не выпуская изо рта мой член, посасывая и лаская его языком, огладил яички. Вихрь эмоций просто отключил сознание, заставив стонать и комкать руками простыню.       - Сёма, какой же ты ахуенный… Какой ты красивый…       Вэл сменил пальцы членом, мягкими толчками входя в мое разнеженное и обласканное тело. Вошел головкой, чувствуя сопротивление мышц и замер, давая возможность привыкнуть нам обоим. Я подхватываю свои ноги под коленями, и он въезжает в меня до конца. Мы оба протяжно стонем, задыхаясь от эмоций.        - Сёмка, какой же ты горячий.. Такой, блядь, узкий! – Вэл целовал меня, куда мог дотянуться, и шептал, шептал, шептал…       Он начал неспешно раскачиваться, смакуя движения, заставляя меня стонать и выгибаться на каждом толчке. Валя оглаживают мою ногу и кладет ее себе на плечо, лаская губами:        - Самые красивые ноги, господи!       Вэл ускорился, оглаживая мое тело, целуя и кусая. Очень скоро я уже стонал и кричал от удовольствия, изгибаясь и плавясь как воск в его руках.       Мы оба еще тяжело дышали от пережитого оргазма. Он легонько, едва касаясь пальцами, отвел волосы мне с лица и пробежался по закрытым глазам и лицу, обвел губы и начал выписывать узоры на моей груди.        - Сём, ты… это все было…       Я мысленно сжался: «ошибкой!», но Вэл продолжил:        - …Ахуенно… Ты такой отзывчивый... – Он втянул меня в глубокий чувственный поцелуй, проведя рукой от груди до низа живота. Я притянул его за шею ближе к себе, целуя и лаская губы и шею. – Нет-нет-нет, подожди! Ты меня так до обморока доведешь!       Я смотрел в его смеющееся лицо и наслаждался каждым моментом, каждым мгновением с ним и не хотел отпускать ни на минуту.        - Пошли в душ! – Валя бодро соскочил с кровати. – Бля, рюкзак то не разобрали.       Пока я соскребался с постели, он распотрошил сумки, убрал еду в холодильник, открыл и жадно присосался к бутылке с пивом и протянул вторую открытую мне. С удовольствием отпив, я подошел к нему сзади и прижал горячее тело к себе.        - Пошли покурим, потом в душ.       Он молча отстранился, зашел в санузел, где взял два халата и, кинув один мне, завернулся во второй (обнаженным и открытым тебя только я могу видеть!), и мы вышли на улицу. Маленький пятачок веранды, который не пробрасывало неутихающим ливнем. Воздух холодил кожу и остужал мысли. Мы молча покурили, зашли в дом, обмениваясь улыбками и томными взглядами, допили пиво и пошли в душ, по пути сбрасывая халаты.        - Сём… - Валя украдкой взял меня за руку. Так нежно. – Я никогда не думал, что быть с тобой, это так… Так… Так чувственно… Это прям пиздец откровение…       Стоя под горячими струями – боже, какое счастье, что никто из нас не вопил: слишком горячая или слишком холодная вода. Оба просто обожали горячий душ – мы неспешно намыливали друг друга и смывали ароматную пену. Валя, вытянув руки, намыливал мне голову.       Не выдержав такой пробирающей до дрожи экзекуции по отношению к моей шевелюре, я навис над ним, целуя и оглаживая все, до чего дотянулся. Валя же беззастенчиво выгибался и подставлялся под мои ласки, проводя руками по моим плечам. Когда я спустился ниже и сразу глубоко взял его член, он застонал и поддал бедрами навстречу моим движениям. Я выпустил его изо рта, втянул в рот по очереди его яички. Подняв глаза, я увидел, как Валя горящими глазами смотрит на это. Высунув язык, я прошелся им по головке, подразнил уздечку пирсингом и легкими поцелуями, едва касаясь, спустился вниз.        - Тебе нравится?        - Сёма… Боже… Ты не слышишь, что ли, как у меня яйца звенят?       Ухмыльнувшись, я сказал:        - Не сдерживай себя… – взяв глубоко до горла и выпустив его член наружу, я облизнулся и сказал. – Трахни меня в рот.       Валя со стоном поддал бедрами вверх, входя мне в рот аккуратными неглубокими толчками. Я расслабился и, придержав его за бедра, насадился до конца.        - Сёма… Как же хорошо-то, бляяяядь… Сёма…       Я, не слушая его лепет, позволял ему входить себе в горло, смаргивая выступившие слезы.       После, наскоро обтерпевшись полотенцем, мы завалились на кровать и Валя тихонько перебирал мои волосы. Мы лежали на боку лицом друг к другу, слушали шум неутихающего дождя, делились чувствами и откровениями. И просто молчали, отдавая дань долгим поцелуям и ласкам. После очередного поцелуя, Вэл шепчет:       - Хочу в тебя.       - Вот ведь ненасытный!       - Ты соблазнял меня сегодня целый день! – пожаловался он.       - А ты меня соблазнял последние лет 8!       - Значит, придется наверстывать! – бормочет он и его поцелуи, ласки становятся хищными и доминантными. И отдаваться ему был безгранично приятно и ощущалось так необходимо и правильно…       Я был уверен, что завтра у меня будет болеть зад, да и вообще все тело от непривычных нагрузок: одно дело сидеть на мотоцикле в одной позе, другое дело все эти немыслимые увертюры, что мы исполняли весь вечер. Но отказаться от такой желанной близости я, конечно, не мог.       Я опрокинул его на кровать, облил член смазкой не скупясь, перекинул ногу и, направляя в себя его крепко стоящий орган, медленно опустился сверху. После стыковки я дал себе полминуты и потом стал двигаться, опираясь ладонью ему на грудь.                         Поднимаясь и опускаясь на его члене, я прогнулся назад, откидывая голову. Руками нашел его ноги, которые тот согнул в коленях и, опершись на них и поймав нужный угол, стал набирать темп, стараясь слишком не разгоняться, чтоб не кончить позорно быстро. Валя стонал и оглаживал мои бедра то с внешней, то с внутренней стороны. Он не прикасался руками к моему члену, и тот истекал смазкой, пачкая его живот.       Я завел одну руку за спину и стал ласкать его яички в такт своим движением. Видимо, это стало для него неожиданностью, потому что он вскрикнул и вбился в меня так глубоко, что кричать начал уже я. Он тут же поднял руки и прижал меня к себе, входя короткими и яростными толчками, заставляя поскуливать от удовольствия и подступающего оргазма.        - Я хочу взять тебя сзади… - шепчет он мне на ухо. Я тут же снимаюсь с его члена и встаю в коленно-локтевую, призывно оттопыривая зад. Оглядываюсь через плечо и вижу совершенно поплывший Валин взгляд, который голодно облизывает меня с ног до головы. Я стону, и ладонями раскрываю свои ягодицы:        - Выеби уже меня!       Вэл срывается с тормозов и въезжает в меня на всю длину. Поза настолько удачная, что он тут же попадает по простате, и я уже ору в голос от удовольствия. Тянусь к члену, чтоб скорее кончить, но он отбивает мою руку и наклоняется к уху:        - Ты кончишь без рук, родной… Ты такой страстный, такой горячий…. Мне никогда не было так ахуенно … Сожми меня сильнее…       Валя шепчет еще какие-то пошлости, но я потерялся в ощущениях и опустился на локти, уперев голову в кровать. Предчувствуя оргазм, мои мышцы стали сокращаться. Кажется, мы кончили одновременно и непонятно, кто кого утянул в водоворот эмоций.       Валя угомонился часам к 4 утра, когда я уже сорвал голос и кончал почти на сухую. Когда я засыпал, чувствовал, как к спине прижимается горячее голое тело.