Туманный пик

      Драконий хребет. Для некоторых это место веет романтикой, другим оно кажется жутким и пугающим, остальные слепо верят в чудо, которого здесь нет. Мне не придется же вам рассказывать на ночь сказку, о том как прекрасные горы с процветающим государством погибли под тоннами льда и снега от одного существа? Нет? Вот и славно, ведь это полнейшая чушь, которую я видел! Но слишком много знать вам не следует, ведь знания убивают! Когда их слишком много.

***

      — Люмин!       — Что, Паймон?       — Ты точно уверена, что мы правильно идем?       — Конечно, нам же карту дали, куда эти маячки ставить!       — Только я карту у тебя в руках не видела!       — Да вот она! — сняв со спины рюкзак, девушка начала искать в нем помятую карту.       — Чего лицо такое скривила? Если ты ее потеряла, то так и скажи!       — Ем… Ее хилличурлы видно забрали, пока сражались! — с испуганным взглядом и истерической улыбкой на лице.       — Может мы туда вернемся и заберем ее? — предложила Паймон, скрывая свой страх.       — Мы скорее заблудимся, чем найдем эту мятую и промокшую карту, она небось несколькими слоями снега заметена.       — Без паники, без паники! — не слушая Люмин, повторяла про себя девушка с белыми волосами.       — Надежда умирает последней! Давай самые плохие исходы выметем из голов, может Селестия нас пощадит и пошлет нам помощь? — слепо верила девушка со светлыми волосами.       — Паймон! Ты слушаешь меня? — путешественница посмотрела на рядом стоящего компаньона, его взгляд был направлен куда-то вверх, взглянув в ту точку, тело резко остолбенело, кровь застыла в жилах, а время вокруг словно остановилось.       — Бежим! — крикнула со всей силой Паймон, беря за шкирку Люмин, от чего та чуть не упала в сугроб.       Оба странника начали бежать как можно быстрее, но лавина наступала им на пятки, поглощая все: деревья, камни, животных и хиличурлов. Все эта солянка перемололась воедино, превратив все в смесь плоти, костей, опилок и стружки. Помимо этого ее наполнял не вовремя начавшийся буран, ослепляющий спасавших и сбивающий своими быстро растущими сугробами ноги. Сила покидали тела, мысли заполнялись снежными хлопьями, глаза закрывались и замерзали, покрываясь инеем. В очередной раз споткнувшись, подвернула ногу о камень под снегом, девушка упала в снег, провалившись в него на несколько футов, оставив над поверхностью напуганную до смерти Паймон. Маленькая девушка пыталась поднять тяжелую тушу, но получалось лишь легкое подергивание. Лицо девушки с белыми волосами покрылось ручьями слез, замёрзших в первые секунды появления. Попытки спасения проникшей путешественницы были наполнены истерическими криками и слезами-сосульками на краснеющих щеках.       — ДАВАЙ! МЫ СМОЖЕМ СПАСТИСЬ, ВЕРЬ В СВОИ СИЛЫ!!! ВСТАВАЙ!!! УМОЛЯЮ!!! Но ответа на эти мольбы не были услышаны, лишь легкое мычание и тяжелые вздохи от умирающего тела. Последним струйки пара из носа давали понять, что Люмин еще способна хоть что-то слышать, но вскоре они пропали, но компаньон все равно рвал свои покидающие тело силенки, но вскоре мороз взял вверх, над желанием жить и надежды спасения. Упав без сил рядом со своей напарницей, Паймон сказала: «Прощай!» глаза закрылись, на ресницах появились белые крупинки инея, лицо начало бледнеть и вскоре даже пара от теплоты тела не осталось. Вот такой конец, нашей жизни… Такой их конец.

***

      — Не знал, что такие хрупкие существа, как люди смогут пережить буйство природы. Так еще и ранений никаких нет, можно лишь руками развести. Надо бы еще осмотреть попутчика, и угораздило их обоих в такие места приходить, хотя они не первые посетители, не боящиеся смерти в виде обморожения всего тела или растерзания хиличурлами их жалких туш. Ох! Вы уже проснулись?       — Паймон, Паймон!!! — крикнула Люмин, резко подскочив на скамейке, покрытой мягкой тканью.       — Тихо! Прошу не нервничать, все в порядке, вас не преследует лавина!       — А вы кто? Где я и Паймон? — сделав нахмуренное выражение лица и сложив руки на груди, поинтересовалась Люмин у рядом стоящего парня лет 24-ех, со светлыми растрепанными волосами во все стороны, в белом халате до колен, который украшала черная портупея с нежно-коричневой пряжкой. Также на руках красовались черные перчатки, имевшие со стороны ладони красную окраску. Помимо этого необычным была какая-то отметка на шее, в виде золотой четырехконечной звезды, которую можно было заметить не только на этом месте, но и на халате и портупеи.       — Можете меня звать Альбедо! Вот такой ответ на ваш первый вопрос. Находитесь в моей маленькой лаборатории-доме, а что на счет вашего компаньона Паймон, то она лежит рядом с вами на соседней лавочке, я постарался сделать их как можно мягче, чтобы вы побыстрее пришли в себя. — спокойно рассуждал Альбедо, что-то записывая на планшете.       — Тогда хорошо! А как вы нас спасли и главное зачем? — не унималась девушка, направив свой недовольный взгляд на парня, беззаботно осматривающий Паймон.       — Как я вас спас — это уже другая история, а на счет второго вопроса я ничего не скажу! — ехидно улыбнувшись, ответил спасатель, вальсируя на бумаге какие-то символы.       — Какой скрытный! — проворчала про себя Люмин.       — Так вроде все хорошо, вы в полном порядке, только кровеносное давление немного пошаливает у тебя, с твоей напарницей, Паймон. Все хорошо, только небольшой жар, простыла от обморожения, но ничего, быстро вылечим!       — Хорошо, я тебя вроде в Мондштате видела!       — Может быть! — многозначно ответил парень, отходя от Паймон в сторону костра с котлом, в котором что-то бурно готовилось. Взяв в свои руки деревянную миску и поварешку, Альбедо начал наливать блюдо в посуду. Люмин не смогла разглядеть, что тот наливает, так как он стоял спиной, но через некоторое время неизвестная субстанция была продана девушке. Это было какое-то рагу, в котором плавали отваренные кусочки редиски, мелко порезанные кусочки морковки и какое-то мясо, наверное кабана. Пахло всё это произведение искусства довольно аппетитно. Пока путешественница разглядывала состав, Альбедо успел сходить за столовыми приборами. Подойдя к ней, он протянул осматривающей деревянную ложку, с красивым вырезным узором на ручке. Люмин без раздумий схватила ложку и начала уплетать за обе щеки блюдо. На удивление вкус не уступал запаху, так что вскоре миска была опустошена и девушку начало клонить в сон.       — Ничего себе, так быстро съели? Удивительно, много энергии тело человека теряет при испытание страха и сохранения жизни в экстремальных условиях! — бубнил себе под нос Альбедо, подходя к Люмин, чтобы забрать ложку с пустой миской.       — Так! — воскликнул вслух парень, выпрямившись и убрав руку от подбородка. — Вам ещё рано куда-нибудь уходить, так что вам лучше сейчас поспать, уверяю вас, это нужно для быстрейшего выздоровления!       Но Люмин, уже полностью склонившись на лавочку, уснула и видела десятые сны. На это ученый лишь покивал головой и записал в свой планшет что-то непонятное. Закончив писать, он отправился к Паймон, которая перестала бредить и спокойно сыпала, мирно скрутившись калачиком на лавочке.       — Интересное наблюдение за людьми у меня получилось! — ехидно улыбнулся парень, отправившись к стеллажу с книгами. — Раньше чем через четыре дня они отсюда никак не уйдут, по причине плохой состояния здоровья, можно тогда провести пару опытов для изучения физиологии тел людей! Только это надо провести без лишних подозрений со стороны этой девушки, как-то подозрительно она на меня косится, — Альбедо посмотрел в сторону спящей Люмин.       — Ладно, ещё посмотрим, как отвести от себя многозначных подозрений. Первым делом нужно помощь позвать. Идти туда самому будет не очень, так голубей у меня к сожалению нет, даже не пролетают тут, вот засада, может через лисиц передать письмо? — парень склонил голову в сторону выхода из пещеры, где сидела пара белых лисиц, мирно поедавших мягкие плоды закатника, положенных ученый ещё утром.       — Дрессировка будет слишком длительным процессом, так что воспользуемся научными исследованиями! — встав с лавочки, на которой лежала Паймон, Альбедо направился ко второму стеллажу, уставленным множеством разноцветных колб, обклеенных множеством этикеток ручного производства. — Придется вмешаться в систему природы своими силами. Ученый начал медленно и внимательно искать нужный препарат, найдя его он направился к алхимическому столу, находящегося рядом с котлом, наполненным рагу. Возвысившись над столом он открыл склянку с ярко-зелёный жидкостью и вылил все содержимое на поверхность. Ничего интересного не происходило, до определённого момента, спустя пару минут, жидкость стала резко кристаллизоваться, образуя два маленьких осколка, зеленого цвета с рисунком сердца. Дождавшись конца реакции алхимик схватил одним движением два получившихся минерала и отправился в сторону лисиц. Те ничего не подозревая, сидели и поедали сладкий фрукт, скрестив хвосты воедино, милая картина, не правда ли? Но увидев идущего человека, оба животных поджав большие пушистые белые уши и развязав хвосты из узла, они со скоростью стрелы разбросались в рассыпную, но одна не успела вовремя уйти от учёного и смирившись со своей участью не стала сопротивляться, вторая же юркнула в снег, взглянув на своего напарника, словно в последний раз.       — Ого! Ты даже не сопротивляешься? Удивительные вы существа! — слащаво говорил Альбедо, опустив на испуганное животное тяжелый взгляд своих ярко-бирюзовых глаз. — Так, вот мы и познакомились, теперь давай поближе познакомимся! — оба отправились к рабочему столу, занимающим все помещение. На нем можно было увидеть множество листов исписанных каллиграфическим почерком учёного и множество искусно нарисованных иллюстраций.       Положив хрупкое существо на стол и нежно погладил его по головке, тот направился за чем-то к тому самому стеллажу. Лиса немного расслабилась и легла на спину, растянув свои лапки словно звезда. Но резко лапки стали тяжелыми и были ограничены в движении, на мордочек животного можно было увидеть испуг, волнение и страх. Но резко появившийся Альбедо с острым ножом и новой парой перчаток пугали не меньше.       — Начнем дрессировку! — сказал зловещим голосом ученый и направил в сторону брюха обездвиженного животного, сделав легкое нажатие на нежную кожу та поддалась остроте ножа и разошлась, открыв небольшое отверстие красно-алого цвета. Животное пищало и пыталось вырваться из хватки боли, но Альбедо был непоколебим!       — Извини, но мне не нужны проблемы! — животное продолжало пищать, а ученому было все равно на эти жалкие писки, вскоре перед ним раскрылись все внутренности брюха животного, но изучать все и расчленять, доставая каждый элемент организма не было не малейшего желания. Поместив полученные минералы поверх всех органов и закрыв надрез, тот принялся зашивать все с хирургической точностью, и вот лиса в целости и сохранности, только с нитками в области живота. Но «меня никто не должен раскрыть»!