чарующее воспоминание о вечности

навеяно: хаски, сюзанна, масло чёрного тмина - ноктюрн юле холодно и зябко. она, кажется, промерзает до самых костей, пока промерзшими пальцами собирает остатки порошка с подоконника и бережно растирает по деснам. выглядит жалко когда-то мама, заплетая её мягкие волосы, пахнущие гречишным мёдом, всегда приговаривала, своим мягким кротким голосом, что таких хороших девочек как Юлечка ждёт перспективное будущее, карьера, прелестный муж и не менее прелестные детишки. Маленькая Юля послушно улыбалась и смешно дёргала носом, когда в очередной серии "Том и Джерри" кот чуть не поймал мышонка. спустя практически пятнадцать лет, Юля помнит лишь смазанное пятно, вместо лица матери и словно заезжаную пластинку, тонкий скрипучий голос своей бабушки, которая приняла её на попечение, после смерти матери. кружится голова и юля пытается собрать себя хотя бы морально, потому что именно сегодня, блять, она должна появиться хотя бы раз за последний месяц на парах, которые собственно говоря её особо и не волнуют. она прогуливает регулярно и чётко, из-за чего над ней буквально висит отчисление и пару провалившихся экзаменов по высшей математике и экономике. и именно из-за очередного звонка старосты, которая в сотый раз предупреждает чикину и умоляет пересдать этот сранный экзамен (она умоляет её, с намёком на "юля, ты всех заебала, господи"). и именно сегодня стоят две пары по высшей математике и экономики и собственно говоря, почему бы и нет? на подкорке сознания чётким набатом стучит мысль, что ей всё это не надо, прекрасно живётся и так, с расплывчатой реальностью, оторвавшись от мира. вместо этого она проверяет телефон на наличие сообщения и попадает прямо в точку. вилка: жду около подъезда и мне похуй а следом отрезвляюще чётко выходи юля неспешно плетётся в душ, где отрезвляюще холодная вода хоть каплю приносит облегчение и её трясёт больше от холодна, чем от очередного отхода. девушка закидывает в чёрный рюкзак пару тетрадок и какую-то канцелярию, даже не зная какие сегодня пары. следом традиционно летит пачка сигарет и её любимая зажигалка, скорее на удачу, мелочь на проезд. путём ебанутого выбора под названием "что первое выпало из шкафа" она напяливает чёрную футболку, худи и тёмные джинсы становится легче чикина зависает перед зеркалом, поправляя короткую и торчащую причёску, делает глубокий вдох и наконец-то выходит из квартиры, запирая дверь и ловко перепрыгивая через череду ступенек.

***

виолетта понимающее кивает, видя состояние чикиной и молчит практически всю дорогу до универа, кидая косые взгляды в её сторону. лишь подходя ближе к учебному учреждению она расслабляется и вальяжно закуривает сигарету, жестом приглашая чикину пройти к курилке. нахуй пары они располагаются на старом, еле дышащем подоконнике, прямо с ногами, удобно опираясь на стену. рядом пестрит цветное пятно из первокурсников, вечно разговаривающих и смеющихся о чём-то между собой. виолетта что-то бормочет о паре по высшей математике, на которую они и хуй ложили неоднократно и вообще стоит ли это всего. Юле бы сбежать отсюда, дышать свободно и не думать, не думать только об одном. жить но звонок, обозначающий начало первой пары доводит до приступа тошноты и они вдвоём, кажется моментом, одновременно стонут в голос, а после выдыхают хриплое "сукаа" вываливаются из курилки, так же называющий себя туалетом и складно направляются в сторону кабинета по высшей математике. около двери толпятся одногрупники и оказавшись прямо рядом со старостой, которая стояла впереди всех и что-то объясняла, юля бросает заебаный взгляд на дверь с явным не понимаением почему все не заходят в аудиторию. на блестящей и гладкой табличке, каллиграфическими буквами появилось новое и некому неизвестно имя, вместо привычной всеми Любови Павловны. - блять, кто такая кира владимировна?