Повседневная жизнь

Вот у всех людей есть свои какие-то потребности. Есть биологические, социальные и духовные. И у каждого они свои. Даже бывает так, что один человек имеет какую-то потребность, а другой нет. Вот и у меня есть такая потребность. Я часто хочу обняться. С кем-нибудь, кто мне близок, к примеру, с Рэйчел или Лиссой, или Николасом. Просто так. Просто потому что я хочу так. И Рэйчел всегда позволяла мне обнимать её. В любое время, почти в любом месте и сколько душе угодно. И её тепло очень радовало меня. Поэтому я чаще всего обнимал именно её. Конечно, с Лиссой тоже обнимался, с Николасом реже, но всё же с Рэйчел мне нравилось обниматься больше всего. После её объятий становилось спокойно. Даже если в процессе она заливала мою футболку или кофту слезами от радости, когда она успокаивалась, я становился спокойным и даже радостным. А когда она грустила, я знал, что объятия ей помогают успокоиться. Наверное, благодаря ей я полюбил обниматься. Это начало радовать меня, как ребёнка сладости, и самой любимой «сладостью» были именно объятия от Рэйчел. Даже когда мы не могли сделать это вживую, её «обнимаю» в переписке грело мне душу немногим меньше настоящих объятий: я был нужен, сейчас она хотела обняться со мной, и это радовало. Вспомнились многие моменты, когда мы обнимались. В основном при встрече и на прощание, но самые ценные были тогда, когда мы помогали друг другу прийти в себя или просто так решили обняться. Хотя не просто так, потому что потом на её лице цвела улыбка, как и на моём. А ради её улыбки я готов был отдать многое. Написать роман — не проблема, купить что-нибудь — тоже, а если не хватит денег, то эта покупка будет подарком на какой-нибудь праздник, а уж обниму её я и сам с превеликой радостью. Это стало потребностью. Самой настоящей. Я стал обниматься при первой удобной возможности сделать это, и хотя было приятно, мне было и немного грустно, если я обнимал не Рэйчел. Я слышал, что долгие объятия дают человеку ощущение безопасности, расслабляют, успокаивают. И когда я нашёл этому подтверждение, то стал по-настоящему ценить моменты такого спокойствия, которого в моей жизни было не то что мало — до появления в ней Рэйчел это было настолько редким явлением, что его можно было в Красную книгу заносить. А сейчас я наслаждаюсь им сполна, наверное, пытаясь восполнить то, что не получил раньше. Но вопрос о том, почему именно Рэйчел, хотя и был решён для меня, в нём оставались места для сомнения. К примеру, испытывает ли она то же самое? Нужны ли ей наши объятия так же, как они нужны мне? Хах, после того, как это стало потребностью, мне кажется, что если я лишусь их, то не выдержу и снова скачусь в жесточайшую депрессию… Даже если кто-то другой попытается заменить их, это уже будет не Рэйчел, а значит и смысл в них будет другой. Об этом всём я размышлял, сидя перед камином на даче. Была уже глубокая ночь, и ребята уже спали. Так не хватало тепла Рэйчел в такие моменты. Но я не мог нарушить её сон ради того, чтобы она посидела со мной. Хотя мысль о спящей на моём плече Рэйчел мне была бесконечно приятной, она выглядела слишком умиротворённой для того, чтобы её пробудка в три часа ночи из-за меня не была настоящим преступлением… Так что, скрепив всю свою волю, я отказался от мысли разбудить её. Лучше и самому было идти спать…