Полёт на драконе

Рейнира очень скучала по Деймону во время его странствий и это угнетало. Даже больше чем обычно. Одиночество съедало ее изнутри и ей было больно. Учитывая, что ее жизнь будучи практически сахаром, сахаром уже не казалась. Хотя должна была. И всё-таки нет. Ведь все, кому не лень предавали ее. Собственный отец, лучшая подруга… они оставили в ее душе огромное клеймо предательства. И единственный, кто до сих пор не предал ее доверия — ее дорогой дядя, с которым она держала переписку. Они переписывались с помощью писем и воронов, что их доставляли. Переписывались тайно, чтобы отец снова не поднял бурю по поводу их отношений. В голове не укладывалось как отец всё еще ставил палки в колеса их отношениям, что были всего лишь на уровне самой крепкой привязанности. Которая почти перешла грань любви. И это было больше, чем что-либо в этом мире. Это была неразрывная связь, что шла красной нитью через многие и многие поколения дома Таргариен. Огонь и кровь. Это были они — Таргариены. Письма Деймона, что временами были обычными огрызками пергамента, на которых были быстрыми движениями нацарапаны слова — грели ее теплым мягким одеялом. И она держалась за это всеми силами. Так это складывалось в дни, а потом в недели, а затем и в месяцы. Пока в последнем письме Деймон не написал, что скоро вернется в Королевскую Гавань. И Рейнира вдруг расцвела, поняв, что вот-вот, со дня на день воссоединится с тем, кто был для нее всем. Он был ее спасителем. С которым она могла разделить часы бесед, прогулок по закоулкам Королевской Гавани и полетов на драконах. Этого ей не хватало больше всего. В такие моменты они были в своей стихии — ведь они Таргариены.

***

Деймон возвращается спустя всего три дня после последнего письма, и по этому поводу устаивается пир. И даже отец был рад возвращению брата, что вёл себя непринужденно и в своей нахальной манере. Но на это Визерис смотрел сквозь пальцы. Рейнире же было всё равно. Она была просто безумно рада видеть своего дядю. И скорое предвкушение времени наедине заставляло ее вести себя согласно этикету. Но вскоре ее надежды оправдали себя с лихвой.

***

— Полетели. — Деймон улыбается уголками губ, в его глазах пляшут чёртики и в голове появляются ассоциации с демоном, что искушает невинную девушку. Но к счастью, Рейнира не была невинной девушкой. Он обнимает ее за талию, а Рейнира улыбается ему в ответ и ее глаза блестят. Она счастлива. И для Деймона нет ничего важнее ее счастья. каким бы он не был мерзавцем. Он был им. Он им оставался. Он им и будет. Но с Рейнирой он становился другим. Человечнее и добрее. — Полетели! — она подпрыгивает в его руках и целует его в скулу. Она была так рада, так счастлива, что ее дорогой дядя был с ней рядом. И теперь она будет счастлива всё то время, что он будет рядом с ней всё это время. И он будет защищать ее от всех и вся, и научит ее тому же. Деймон выпускает ее из своих объятий и берет ее за руку, переплетая их пальцы в замок и ведет ее к Караксесу, который тут же встрепенулся и сел, слегка распустив свои кожистые крылья, чтобы их размять. А его приветливый рык говорил всё за него. Он был рад видеть Рейниру и своего хозяина. Сиракс осталась наблюдать. Она лишь выдохнула облачко дыма из ноздрей и улеглась слева от Деймона и Рейниры. Драконица всецело доверяла старшему Таргариену, потому что знала, что ее хозяйку он не обидит, а скорее умрёт за нее. Так и было. Так и останется. Так и будет отныне и вовеки веков. Деймон же подсаживает племянницу в седло, а затем забирается сам, садясь сзади и вновь обнимая Рейниру за талию. Рейнира же трепещет от того факта, что по сути она будет управлять драконом Деймона, а не он, и еще потому что он будет так близко… и она сможет в случае чего на него опереться. И он ей поможет. Он ведь всегда будет рядом в случае чего, чтобы ей помочь и спасти. Он ведь ее Деймон Таргариен, и даром, что ее дядя. — Вперед, Караксес. — говорит Деймон на высоком валирийском, и дракон, победно взревев расправляет свои прекрасные красные крылья и взмывает в небо, Рейнира хватается за поводья крепче и весело смеется, но дыхание всё равно перехватывает от этого пьянящего чувства полёта. Деймон лишь крепче сжимает свои руки на девичьей талии и улыбается. Ее счастье и радость самым приятным и невообразимым образом передались и ему. Караксес буквально в несколько взмахов оказывается под облаками вне зоны наблюдения с земли посторонними и им никто не мешает наслаждаться обществом друг друга и полетом, что будоражит кровь и воображение. Это… было лучшее из лучшего. Полет, драконы, связь с драконами и эта любовь, что была везде. Вокруг них, и в них самих. Деймон улыбается, ощущая ветер в волосах, и трепет в груди. Все эти чувства сжимали его внутренности тисками, но это была приятная боль. Он лишь склонился над своей наездницей ниже и вдохнул запах ее волос. Они пахли огнем, дымом, цветами и небом с облаками. Его любимая принцесса, что должна была стать королевой… и он надеялся, что увидит этот момент — сможет дожить. И увидеть ее великолепие. Они вдруг уходят в крутое пике — Рейнира визжит и смеется, ее волосы бьют их обоих по щекам и лицу, закрывая обзор, но это было приятное ощущение свободы и полета. Таргариены не могли жить без этого. Без драконов и полета. Это была их суть. — Выходи за меня! — Деймон кричит это и его сердце в эту секунду подпрыгивает горлу. И его руки крепче обнимают девичий стан. Он был уверен, что Рейнира его не услышала. Но он был точно также уверен в том, что видит Рейниру своей женой. Он любил ее. И знал это также ясно, как и то, что его брат его убьет самым жестоким образом если узнает об этом. — Что?! — Рейнира прижимается к чужой груди и поворачивает голову к мужчине, чтобы слышать лучше. Ее пульс стучал в висках, а в ушах свистел ветер и чужие слова она слышала как бы шепотом. — Будь моей женой, Рейнира! — повторяет он ей в лицо, и видит как меняется выражение ее лица. От недоуменного до ошарашенного, а ее лицо покраснело от смущения. Теперь она действительно услышала его слова. И она была согласна стать его женой. Знала это, ведь была влюблена в него с самых малых лет, и ей была противна сама мысль, что ее будущим мужем будет не Деймон Таргариен. Он точно был ее истинным суженным. Тот, о ком она грезила днями и ночами — не подозревая об этом и не думая об этом серьезно. Она ничего не ответила и повернулась обратно, садясь в седле в исходное положение. Ее лицо и уши горели пунцовым, практически алым цветом. Она ответит ему, но позже — когда они закончат летать. Она знает, что даст ответ практически сразу без всяких раздумий. Она будет его. А он будет ее. Караксес ревёт и расправляет сложенные крылья — он не дает им разбиться и теперь просто летит вперед — рыча от удовольствия. Он точно хотел пощекотать им нервы. Деймон умолк и осмотрелся вокруг — Караксес снижался, но медленно и плавно, и это совсем не означало, что их полет заканчивался. Дракон решил их пожалеть. Воздушные пируэты и пике оставит на потом. Вокруг них простирался горизонт и море, а над головами реяли облака. Они молчали, не стремясь нарушать это спокойствие и тишину. Им не нужно было говорить ничего, чтобы понять друг друга. Им просто хотелось побыть вместе. Старший Таргариен несколько обнаглел и положил свой подбородок на ее хрупкое плечо, тихо и размеренно дыша — это заставило Рейниру вздрогнуть и смутиться. Но она не отстранялась от него, лишь боялась двигаться и дышать. Но и этой близости было достаточно, чтобы сердце забилось быстрее. Она так скучала по нему… и вот он был здесь. Так близко и предложил стать его женой. Такое она не могла представить и в самых смелых снах. Так они еще летали некоторое время, пока Караксес не решил закончить полёт. Он устал. Да и ему самому хотелось провести время с Сиракс — ведь она была уже его возлюбленной. Он сделал последний круг и пошел на снижение. Рейнира задержала дыхание, стоило дракону ринуться вниз. И девушка выдохнула когда мощные драконьи лапы грузно опустились на песок и сам Караксес лег на него. Деймон первым спрыгнул со своего места до этого отстранившись от девушки, выпуская ее из своих крепких и нежных объятий, пусть и нехотя. А оказавшись на берегу он с легкой усмешкой протянул руки к Рейнире, которая уже поднялась со своего места и сделала шаг по направлению к мужчине, точно также протянула к нему руки, спрыгнула и оказалась в очередных объятиях. Она засмеялась. Это было словно как в детстве, когда она была намного меньше и ростом и возрастом и ее любимый дядя также снимал ее с Караксеса. Сейчас же он не стал ставить ее на песок, а просто держал в своей хватке на весу и смотрел на нее со всей своей любовью и нежностью, на которую был способен. — Я согласна. — просто отвечает Рейнира, укладывая свои ладошки на могучие плечи. Два слова, в значении которых Деймон Таргариен видел весь смысл своей жизни. Она была согласна стать его женой. Пусть и в будущем, и матерью его детей, всё также в будущем. Но она будет. Он знал это. И она тоже знала это. Теперь они окончательно и бесповоротно принадлежали друг другу. Деймон выдыхает, прерывисто, со свистом, сжимает ее хрупкий стан крепче и прикрывает глаза с тихим смехом, а затем кружит ее, кружит и слышит ее волшебный заливистый смех. Ей вторило одобряющее рычащее дыхание Караксеса и шум моря, которое мягко наплывало на песчаный берег. — Моя. — Твоя. — они улыбаются друг другу. Деймон осторожно ставит ее на мягкий песок, склоняется ниже, касается своим лбом ее лба и смотрит в ее глаза, всё еще не веря своему счастью. Она обняла его за шею и слегка покраснела. Это было слишком для ее бедного сердца, но она была безумно счастлива. А в следующую секунду они поцеловались. Нежно, целомудренно. Не пятная друг друга порочной страстью, которой они смогут упиться вдоволь позже. Сейчас это было совсем ни к чему. Оставалось только заявить о своих отношениях своему брату и всем остальным — и побороться за них, чтобы остаться вдвоем. Даже если они будут против всего мира — он будет ее карающим мечом.