Один день кота Оракула

Осенний ветер разносит опавшие листья, уже совсем скоро люди будут отмечать Хэллоуин, город украшен тематическими иллюминациями, в воздухе витает атмосфера мистики и загадки. Сегодня — первый день осеннего фестиваля, посвященного этому мрачному дню. Венти держит Сяо под руку, прогуливаясь узкими рядами среди множества палаток, расставленных на главной площади. Сегодня здесь довольно людно, что и не удивительно. Но желание посетить фестиваль в первый же день вызвано не чем иным, как одной мистической историей, которая гуляет по городу вот уже не один год. — Сяо, ты же слышал ту страшилку…? — приближаясь к палатке с вывеской кота Оракула, тонкие пальцы Барбатоса невольно сжимаются, сминая мягкую ткань черного худи, в которое одет его спутник. — Я не верю в подобное, — спокойно и холодно проговаривает юноша. — И тебе не советую. Мистики не бывает. — А как же говорящий кот?! — Не бывает, — настаивает на своём. — А та страшилка вообще глупая. — Она страшная! — Да? — на лице проскакивает едва уловимая ехидная усмешка. — В чёрном-чёрном лесу… — Нет-нет-нет! — Венти сильнее цепляется в чужой рукав. — Хватит. — Стоит черный-черный дом… — Я тебя не слушаю! — В чёрном-чёрном доме есть чёрная-чёрная комната… — Сяяяяо, ну хвааатит! — Барбатос закрывает уши руками и ускоряется. — Я тебя не слушаю, ла-ла-ла. За этим общением он совсем не заметил, как оказался у палатки Оракула. Большой и пушистый рыжий кот так важно сидит на круглом столе, закрытом черной скатертью до самой земли. Зеленые глаза словно сверкнули, кот медленно повернул голову и пристально посмотрел в глаза проходящему студенту. Венти замер, ощущая как его буквально пробирает до дрожи. — Куда путь держишь, странник? — голос Оракула звучит словно у Барбатоса в голове. Юноша подходит к коту ближе и изучающе, с замиранием сердца, рассматривает его и его стол: большой переливающийся сине-фиолетовый шар приковывает внимание. — А… это… эм… господин Кот, это Вы со мной говорили сейчас…? — неуверенно спрашивает Венти, смотря в кислотно-зелёные глаза животного. — Да ладно, ты серьезно сейчас? — Сяо подходит ближе и слабо обнимает парня за пояс. — Собираешься разговаривать с котом? — Я… вижууу… — вновь звучит таинственный голос. — Тц, и что же ты видишь? — Алатус одаривает кота скептическим взглядом и скрещивает руки на груди. — Вижу, что ты пытаешься затащить его в постель вот уже который год, но… — Тщщщ! — громко шикнув, Сяо бросает осторожный взгляд на Венти. — О чем это он? — Барбатос поворачивает голову и вопросительно смотрит. — Спроси великого Оракула, Венти, и он поведает тебе всю хорни правду~ Палатка понемногу погружается в лёгкий дым. Сяо вертит головой по сторонам, пытаясь найти аппарат, который будет испускать туман, но ничего нет. Этот странный запах кажется слегка дурманящим и расслабляющим. Кот протяжно зевает и опускает лапу на шар предсказаний. — Сегодня великий Оракул снизойдёт до бесплатного предсказания для этой милой пары… — Мы не пара! — в один голос отвечают парни, сразу же смущаясь и отворачивая лица друг от друга. — Всевидящее хорни око не обманешь, — протягивает голос. — На что гадать будем? — На смерть. — На любовь! — Здорово, когда у возлюбленных желания совпадают~ — Тц… — Я взываю к звёздам… — кот поднимает голову вверх, устремляя взгляд в городской прожектор. — О, Великое небесное светило, открой мне истину этого мира и снизойди, даруя мне просвещение и ик… блять… — Тщщщ! — Кхем… о чем я? Ах, да… Даруя мне просвещение и направляя поток моей энергии в нужное русло. Откройся мне!!! Туман понемногу сгущается, будто бы погружая парней в транс. Отдаленно Венти слышит звон стекла и какой-то неразборчивый шёпот, такой тихий и едва уловимый. — Сяо… слышишь…? Кто-то шепчет… — проговаривает Барбатос, смотря в шар. — Это шепчут духи предков, которые откликнулись на зов Оракула, — величественно сообщает таинственный голос. — Я вижу… вижу… эта ночь благоприятна для того, что вертится в твоей голове не первый год, о хмурый грешник! А ты… — кот поворачивает голову на Венти. — Лишь пламенная вода сможет помочь разжечь огонь в душе. Ступайте, дети Оракула, ебитесь с миром звёзды к вам сегодня благосклонны. Этот весьма странный разговор почему-то поселил внутри Сяо уверенность, что сегодня и правда всё получится. Он крепче сжимает руку Венти в своей и уводит завороженного парня, который явно не понял ни слова из того, что сказал «кот», вслед за собой. — Всё, они ушли, — Скарамучча выглядывает из-под черной скатерти. — Я тебе говорил, не надо под столом, блять, курить! — Та ладно, — Альбедо пожимает плечами, позволяя дыму выйти из-под стола. — Зато смотри какая атмосфера мистики, дымок~ — Мы вообще типо Оракула тут изображаем, что за «ебитесь с миром»? — Это как мы с тобой, только «с миром». — Тц, — он скрещивает руки на груди и делает очередную глубокую затяжку. — Надо будет у Кадзухи еще наку купить. Так глядишь, кот и правда заговорит. — Раздавай, — Альбедо передает тому колоду карт, — ты ж проиграл, помнишь? — Да-да. Палатка кота Оракула сегодня пользуется особой популярностью. Стоит одним посетителям отойти, как к ней подходят другие. Мистический туман, окутывающий палатку, так сильно приманивает новых людей, а этот дурманящий запах, легкая музыка, странный шепот и тихий звон стекла… всё вокруг кажется таким загадочным и таинственным, что невольно приманивает. — Эм, господин Кот, а Вы можете предсказать, что будет, когда я умру? — низкая девушка робко присаживается за стол. Ее светлые волосы собраны в два хвостика, а взгляд неуверенно бегает по сторонам. — Звёзды шепчут мне… шепчут, что ты очень жизнерадостная и веселая… а еще твой рост всего 140 сантиметров… — Да, так и есть, — с улыбкой отвечает девушка. — Тогда, когда ты умрешь, твой гроб будет наполовину полон. — Альбедо, блять… — Скарамучча пинает парня под столом локтем в бок. — Что еще за «на половину полон»? — Думаешь, наполовину пуст? — Тц, я же не об этом! Фестиваль продолжается до глубокой ночи. Кот уже успел несколько раз поспать на столе, поцарапать парочку особо нервных посетителей, называя это посланием звезд. — Пора закругляться, хи-хи… — Скарамучча выползает из-под стола и присаживается опустив голову. — Пора начинать брать за это деньги. — Грешник, — Альбедо присаживается рядом и принимается поглаживать кота по пушистой шерсти. — Разве можно за благие дела брать деньги? — Какие «благие»? Ты пожелал тому челу с суицидальными мыслями «пройти в свободное окно». — Я же пошутил. — Черный юмор, вдруг он не поймет? — Ну… чувство юмора — это же как руки… у кого-то есть, у кого-то нет, — пожимает плечами. — Жизнь жестока. — Мяу…? — протягивает кот, придвигая лапой свою миску к Альбедо. — «Мяу-мяу», — раздраженно передразнивает Скарамучча. — Хоть бы раз что-то другое сказал. — Забей, — блондин насыпает коту поесть и вздыхает. — Он же кот. Он не знает других слов. — Да чёрта с два! — проговаривает кот. — А за винишко я вам еще и спою. — Блять… не надо было ту траву курить… чёртов Кадзуха. — А мне нравится, — с усмешкой говорит Альбедо, уже наливая коту вино. — Покуришь с нами, Луи? — Ох… — кот тяжело вздыхает и откидывается назад. Он садится на зеленый коврик на столе, протянув лапы, бросает уставший взгляд на своих хозяев и протяжно зевает: — Заебала эта ебатория.