Лучший Новый год

Конец декабря 86 года. Юра и Володя активно переписываются и Конев яро напрашивается в гости на Новогодние каникулы. За полторы недели до праздников, Юрке приходит короткое письмо от Давыдова. «Хорошо. Можешь приехать. Я тоже безумно соскучился.» И в добавок в конверте лежали деньги, которых хватало на билет на поезд до Москвы. Парень чуть ли не прыгал от радости и сразу побежал на кухню, где сидели родители. — Нет и ещё раз нет! — Папа, ну пожаааалуйста! — взмолился Юра.- Я несколько месяцев уламывал Володю пригласить меня. — Тебе всего 16. Ты ещё слишком мал, чтобы ездить куда-то в одиночку. Москва большой город. А если там с тобой что-то случится? — Со мной ничего не случится. Меня встретит Володя и везде я буду ходить только с ним. Он уже взрослый. Ему в ноябре двадцать исполнилось. Мать просто следила за всей этой перепалкой. Она несколько месяцев наблюдала, как сын радовался каждому пришедшему письму, словно это был подарок на день рождения. Да и по рассказам сына этот Володя был очень прилежным человеком. — Нет и точка! Я всё сказал! Юрка опустил голову и медленно побрел в свою сторону иногда всхлипывая. Конева подошла к мужу и положила руки ему на плечи, нежно обнимая. — Дорогой, я думаю ты немного погорячился. — Только не говори, что ты готова его отпустить за сотни километров. — У него впервые появился настолько хороший друг и по его рассказам, Володя приличный молодой человек, комсомолец, учится в МГИМО. Да и к тому же, Юре последние несколько лет уже не интересно праздновать Новый год с нами. Пусть один раз встретит его с другом. — Эх… Я даже не знаю. — Подумай о плюсах. Мы наконец-то сможем провести новый год вдвоём, как в старые добрые времена. Против такого аргумента старший Конев не смог ничего возразить и в итоге дал добро. Когда Юра об этом узнал, он был вне себя от радости. Крепко обнял родителей, поцеловал каждого в щеку и твердил «спасибо» не переставая. На следующий день парень отправился покупать билет. Нашелся один в аккурат на тридцать первое число. Купив билет до Москвы и заодно обратно на восьмое число, Юра пошёл отправлять Володе телеграмму. «Родители отпустили! Приеду 31 в 14 часов на Киевский вокзал. Пятый вагон. Надеюсь что встретишь.» Всю оставшуюся неделю Юра был как на иголках. Он очень сильно волновался, ведь ему предстояло знакомство с родителями Володи. А вдруг он им не понравится. Конев собрал небольшую сумку с парой штанов, кофт, нижним бельем, зубной щёткой и пастой. Мама также в дорогу дала ему много вкусностей, а ещё испекла пирожки специально для Володи. Тридцатого декабря в десять вечера Коневы всей семьёй были на вокзале. Мать крепко обнимала сына и целовала его в щеки. — Обязательно позвони нам как приедешь. — Хорошо мам. Семья обнялась на прощание и Юрка зашёл в вагон. Родители махали рукой, а мама ещё и вытирала слёзы. Поезд тронулся и Юра направился к своей койке. Его ждало 16 часов поездки до Москвы, к любимому человеку. Парень любил ездить в поездах. Стук колёс и проплывающие мимо пейзажи создавали свою особую, успокаивающую атмосферу. Время пролетело незаметно и вот уже поезд прибыл на конечную станцию. Юра подскочил как ошпаренный и бросился к выходу. На платформе было очень много людей. Все обнимались, приветствовали друг друга, но Конев искал одного конкретного человека. — Юра! Парень обернулся на голос и увидел родное лицо в очках. Володя махал ему рукой. Юра бросился к нему и с налету заключил в крепкие объятия. Володя был одет в темно-синюю куртку, чёрные брюки, а на голове была простая шапка, поскольку мороз был -18. Они простояли обнявшись несколько минут. Вокруг проходили люди и совсем не обращали на них внимания. — Я рад, что ты всё же смог приехать. — Я тоже. Я безумно соскучился. — Поехали ко мне домой. Нечего тут стоять. Юра подхватил свою сумку с вещами и направился вслед за Володей к выходу с вокзала. Москва была покрыта снегом и выглядела просто завораживающе. Конев только и делал, что оглядывался по сторонам с разинутым ртом. Володя иногда на него поглядывал и не мог сдержать смешков. Они спустились в метро и даже тут парень из Харькова нашёл чему восхищаться. — Вау! Ваше метро в сотни раз красивее нашего. До дома Давыдова они добрались ближе к трём. Парень открыл ключами дверь квартиры и пропустил гостя вперёд. — Раздевайся, разувайся и проходи. Родители у меня уехали к дяде в Тверь. Вернутся завтра ближе к обеду. У Конева слегка отлегло от сердца. Он осознал, что пока не был готов к знакомству с Володиными родителями. Парни разделись и прошли в комнату Володи. Она была не особо больших размеров. Окно с видом на двор, шкаф, книжные полки, стол со стулом и настольной лампой, полутораспальная кровать и тумбочка рядом. — У нас всего две жилые комнаты. Моя и родителей. Есть также гостиная, но с моей стороны будет неправильно уложить тебя спать на диване. — Стоп. Ты предлагаешь мне неделю спать с тобой в одной постели? — Если тебе неудобно, то я спокойно могу переехать в гостиную. — Нет. Нет. Меня всё устраивает. — Хорошо. Я тогда пойду на кухню и приготовлю нам поесть, а ты располагайся. Дверь за Володей закрылась и Юра присел на край кровати и начал подробнее осматривать комнату. На стенах висели плакаты с группой «Машина времени». На полках стояли сборники классической литературы, иногда перебивающиеся фантастикой. На одной из полок стоял глобус. Дверца шкафа служила зеркалом. Юра подошёл к нему и распахнул. Внутри было очень много вещей и все они пахли Володей. Вещи были аккуратно разложены и рассортированы. Юрку удивил такой порядок и чистота. Хотя, чего он мог ожидать от Давыдова. Тут он заметил полностью свободную полку и понял, что она была припасена для него. Конев стал вытаскивать свои немногочисленные вещи из сумки и максимально аккуратно складывать их на подготовленное место. Рядом со шкафом, оперевшись на стену, стояла гитара. Летом Володя упоминал, что умеет играть на гитаре. Когда с разбором вещей было закончено, Юрка, взяв пакет с пирожками, отправился на кухню. Оттуда уже шёл очень вкусный аромат, что у парня аж слюнки потекли. Володя стоял за плитой и что-то помешивал в сковороде. Конев присел за стол и просто любовался комсомольцем. Он выглядел так мило. Всегда уложенные волосы сейчас находились в лёгком беспорядке. Одет он был в свободные домашние штаны, футболку, а на ногах были тапочки. — Будешь жареную картошку? Юрка вышел из своих мыслей и произнёс: — Да. Очень люблю её. Через пару минут они уже сидели друг напротив друга и уплетали блюдо за обе щёки. И только тогда Володя заметил пакет с пирожками. — Это мама для тебя прислала. Сама пекла. Тут есть с капустой, яйцом и мясом. — Огромное ей спасибо. — Ой! Точно! Я же обещал родителям позвонить, как доберусь. Они наверное переживают. У вас есть телефон? — Да. В гостиной. Юрка бросился туда, а Володя принялся убирать грязную посуду. Конев разговаривал с родителями около пятнадцати минут. Рассказывал им какая Москва красивая, хотя успел пока ещё увидеть только вокзал и метро. — Сынок, Володя сейчас рядом с тобой? — спросила мама. Давыдов как раз в этот момент зашёл в комнату. — Да. Он рядом. — Дай ему трубочку. Я хочу с ним поговорить. Юра передал трубку Володе и стал смотреть за его реакцией. — Здравствуйте… И вас тоже с наступающим… Да. У нас всё хорошо. Спасибо вам за пирожки. Мне очень приятно… С Юрой всё будет хорошо. Можете за это не переживать. Они поговорили ещё несколько минут и Володя передал трубку обратно Юрке. — Всё мам, пока. Я позвоню завтра вечером. Вызов был завершён и парень выдохнул. — Твоя мама очень милая женщина. — Но она иногда перебарщивает со своей заботой. — Ладно. Пойдём пить чай с твоими пирожками. Когда они выходили из комнаты, Юра заметил в углу пианино. Точно такое же как у него в комнате. Он сразу подошёл к нему и стал разглядывать. — У вас кто-то в семье на нем играет? — Мама раньше занималась, но со временем перестала. Времени не было. Юра открыл крышку и резво прошелся по всем клавишам. Оно звучало совсем как новое и ни капли не было расстроено. — Потом сможешь поиграть. Пошли, а то чайник стынет. Они вернулись на кухню и сели пить чай, беседуя о всякой ерунде. Рассказывали о том, что происходило с ними. В письмах невозможно было уместить абсолютно все события. Им обоим было очень приятно вновь увидеться. После чая Юрка уже не мог сдержаться и сел за пианино, разминая пальцы. Володя принёс стул и сел рядом. — Есть какие-то пожелания? — Не важно что. Я люблю как ты играешь в принципе. Тогда Конев решил сыграть композицию, которую сочинил около месяца назад. Она посвящалась лету в «Ласточке» и Володе. Пальцы фактически парили над клавишами и из инструмента вылетала приятная слуху мелодия. Юра закрыл глаза полностью растворяясь в ней. Он входил в некий транс, а Володя с восхищением за ним наблюдал. В комнате воцарилась настоящая идиллия. Парни ещё никогда так хорошо не чувствовали себя рядом друг с другом. Володя положил голову на плечо Юре и прикрыл глаза, наслаждаясь музыкой. Когда Конев закончил играть, Давыдов тихо произнёс: — Это было невероятно. Ты невероятный. У парня от такого комплимента покраснели щёки. Ему было приятно, что кто-то оценил его талант и что этим кем-то оказался самый важный человек в его жизни. Володя поднял голову и нежно коснулся чужих губ своими. И в этот момент они оба поняли, как же сильно по этому соскучились. Юрка обнял возлюбленного за шею. Тот же резко подхватил его под бедра и перенес на диван, не разрывая поцелуя, который из нежного перешёл в страстный. Конев упал спиной на диван, а Давыдов навис сверху. Они отстранились друг от друга, чтобы перевести дыхание, а после с ещё большим пылом набросились друг на друга. Они просто целовались и обнимались, никто ещё пока не готов был зайти дальше. Хотя у них уже всё было тогда, в последнюю ночь под ивой. Теперь они вдвоём сидели на диване и смотрели какой-то фильм по телевизору. Включили они его уже где-то на середине, поэтому не понимали сути происходящего, да это было и не особо важно. Главное, что они сидели вместе и обнимались, накрывшись тёплым пледом. — Володь. — Да? — Я понимаю, что этот вопрос не совсем к месту, но скажи, ты всё же признался родителям? — Да. Они были в шоке. — И после этого, они так просто разрешили меня пригласить? — Я им сказал, что ты мой друг из лагеря, а влюблен я был совсем в другого человека. — Ты всё ещё хочешь вылечиться? — Юрка уткнулся лицом в футболку. Володя замолчал, не зная, что ответить. — Сейчас я не уверен. После твоего приезда мне стало так легко и хорошо, словно ко мне вернулась какая-то очень значимая часть. — Ты не представляешь, как для меня важно это слышать. Я очень надеюсь, что ты осознаешь, что с тобой всё впорядке. Часов в десять вечера парни принялись накрывать скромный праздничный стол. В углу комнаты уже стояла полностью наряженная ёлка и переливалась яркими огоньками. На небольшой журнальный столик была поставлена миска с оливье, селедка под шубой, нарезка колбасы и несколько мандаринов. Также были два бокала и бутылка шампанского. Это чисто для боя курантов, а основной выпивкой был сок и компот. Парни сидели на диване и смотрели Голубой огонёк по телевизору. Когда заиграла песня «Паромщик» Пугачевой, Юрку невольно передернуло, ведь он вспомнил как летом Володя танцевал под эту песню с Машей. Давыдов заметил недовольное лицо Конева, встал и протянул ему руку. — Юрий Ильич, не окажете ли мне честь потанцевать со мной? Парень переводил удивленный взгляд с руки на лицо Володи. Спустя несколько секунд сомнений он всё же протянул свою в ответ и комсомолец утянул его в медленный танец. Всё вокруг словно растворилось. Остались только они и музыка. — С чего вдруг такая настойчивость? — Мы же так и не смогли потанцевать на дискотеке в «Ласточке». Нужно восполнить этот пробел. Они медленно двигались и чувствовали друг друга. Пространство было ограничено, поэтому разгуляться не выходило. Они смотрели друг другу в глаза и улыбались. — Странно, но я чувствую себя словно принцесса из сказки.- произнёс Юра. Володя невольно усмехнулся. — А я значит твой принц на белом коне? — И как в сказках, ты должен меня поцеловать, чтобы чары развеялись. В этот момент песня закончилась и Володя действительно поцеловал Юру в губы. — Ну что? Моя принцесса расколдовалась? — Ага.- только и смог произнести Конев. Он покраснел до кончиков ушей и слегка поплыл. Парни вернулись на диван и продолжили смотреть концерт. Когда началась заставка поздравления Горбачёва, Володя стал быстро открывать шампанское и разливать его по бокалам. Парни взяли их в руки и стали слушать речь Горбачёва. Она была стандартной и скучной, поэтому Юрка всё пропускал мимо ушей. И вот начался бой курантов. Парни повернулись друг к другу и на последнем ударе, чокнулись бокалами. — С Новым годом, Юрочка. — С Новым годом, Володя. Они перекрестили свои руки и выпили на брудершафт. Это было совсем неосознанным решением, но для обоих значило очень много. Под бой курантов они загадали одно и то же желание: «никогда не расставаться». После того как бокалы опустели, Юра поцеловал Володю. Вкус шампанского на чужом языке ещё больше опьянял. Через пару минут начали раздаваться первые салюты. Парни накинули на себя куртки и вышли на балкон. Небо озаряли яркие разноцветные взрывы. Володя стоял у Юрки за спиной и нежно обнимал за талию, пристроив свою голову на его плече. — Я тебя люблю.- прошептал Давыдов в самое ухо. — І я тебе люблю.- произнёс Конев на украинском. Под взрыв очередного салюта они вновь поцеловались. Вскоре они вернулись в комнату и выпитое шампанское окончательно ударило в голову. Володя подхватил парня за бедра и понес в свою комнату, не переставая терзать его губы. Мгновение и Юра уже на кровати, а Володя возвышается над ним. Редкие взрывы фейерверков отражаются волшебным светом на его лице, а в глазах бушует пламя. Снова поцелуй полный страсти. Юра одной рукой обнимает парня за шею, а второй зарывается в его чёрные как смоль волосы. — Юрчка… — Володя… Они максимально близко, что даже сквозь одежду они могут почувствовать жар исходящий от их тел. — Хочу тебя…- прошептал Володя. Его горячее дыхание словно обжигало кожу. От этого Юра окончательно потерял способность трезво мыслить.

***

Входная дверь с тихим скрипом открылась и в квартиру заходят мужчина и женщина. Они сразу замечают дополнительную пару обуви и куртку. — Похоже друг Володи всё же приехал.- произнесла женщина. Они разделись и прошли в гостиную. Там пара обнаружила остатки вчерашнего застолья. — Видимо они вчера хорошо посидели.- Давыдова взяла в руки почти опустошенную бутылку шампанского. — Интересно, где они сейчас? — задался вопросом мужчина.- Нас никто не встретил. — Наверное они ещё спят. Муж с женой направились в комнату сына. Они слегка приоткрыли дверь и поразились увиденной картине. Друг их сына и он сам спали в одной кровати и этот парень лежал на груди Володи и обнимал его. По всей комнате валялись разбросанные вещи. Женщина даже заметила трусы в углу. Они сразу поспешили закрыть дверь. — Так. Мне надо срочно выпить.- произнёс Лев Николаевич и направился в сторону кухни. Там он достал из заначки самогон, налил рюмку и осушил её залпом. Жена села рядом и положила свою ладонь, поверх мужа. — Дорогой, не переживай ты так. — Не переживать?! Наш сын нам соврал! — Успокойся. Он же понимал, что в таком случае мы не разрешим его другу приехать к нам. — Да это же он превратил моего единственного сына в пидараса! — Хватит кричать! Хочешь, чтобы все соседи об этом узнали? Давыдов старший сразу поумерил свой пыл. В это время Володя проснулся от криков на кухне. И в этот момент его словно окатило ледяной водой. Похмелья и головной боли как не бывало. — Чёрт. Родители уже вернулись. Он посмотрел на мирно спящего на своей груди Юрку. Очень не хотелось его будить, поэтому парень аккуратно слез с кровати и стал судорожно натягивать трусы, штаны и футболку. Он тихо вышел из своей комнаты и прошёл в сторону кухни, спрятавшись за поворотом. — Дорогой, я знаю, что тебе очень тяжело. Мне тоже. Ты же знаешь, что у меня подруга живёт в Штатах. Я ей написала, поскольку там они более осведомлены в… подобной теме. Так вот. Она прислала мне несколько статей разных зарубежных учёных. И почти все из них, не считают гомосексуализм болезнью или психическим расстройством. Многие предполагают, что это врождённое. — Ты действительно им доверяешь? — Я доверяю своей подруге. Я люблю своего сына и хочу, чтобы он был счастлив.- женщина начала всхлипывать, а из её глаз потекли слёзы.- Ты прекрасно знаешь как проходит эта «терапия». Она только ещё больше его искалечит. Лев Николаевич обнял жену и стал гладить её по волосам. Ему не нравилось когда она плакала. — Ну, ну, успокойся, а то сейчас всех перебудишь. Я тоже хочу только лучшего для нашего сына. Может, стоит попробовать принять всю эту ситуацию. Володя стоял практически не дыша. Его разрывало изнутри от переполняющих эмоций. Он побежал в свою комнату и с разбегу прыгнул на кровать, чуть не придавив Конева. — Юра! Юра! Вставай! — Ммм… Ну ещё пять минут. — Родители хотят попытаться принять меня таким какой я есть. После этой фразы парень сразу же открыл глаза и резко сел на кровати. — Ты сейчас серьёзно? — Да. Я слышал их разговор. У мамы есть подруга в Штатах, она прислала ей кучу статей учёных на эту тему и почти все считают, что это врождённое, а не болезнь. — Володя, можно помедленнее? У меня голова раскалывается. — Ой. Прости. Тебе сильно плохо? — Голова раскалывается и пить хочется. — Подожди здесь, я принесу таблетку. Володя побежал в ванную, достал аптечку, нашёл там таблетку от головы и направился на кухню за стаканом с водой. Родители всё ещё сидели за столом. — Доброе утро.- Володя глянул на настенные часы.- Точнее, добрый день. — И тебе того же, сынок.- произнесла мама. Парень налил в стакан воды и удалился в свою комнату. Он протянул таблетку Юре и тот её запил. — Спасибо. — Всегда пожалуйста. Давай поднимайся. Уже время обеда. Мои родители приехали. Будете знакомиться. Юрка сразу запаниковал и стал быстро собираться. Володя наблюдал за его неуклюжими метаниями по всей комнате. Вскоре парни вдвоём отправились на кухню. Там Володина мама уже готовила обед. Отец сидел за столом и читал газету. — Мам, пап, хочу вам представить Юру Конева. Мы с ним отдыхали в «Ласточке» этим летом. — Очень приятно. Меня зовут Ольга Леонидовна, а это мой муж — Лев Николаевич. — Мне тоже очень приятно с вами познакомиться. — Проходите, садитесь, сейчас будем есть. Парни сели за стол и вскоре женщина дала каждому по тарелке с яичницей. — Ну так что, Юрий. Расскажите нам немного о себе. — Я из Харькова. Занимаюсь игрой на пианино и собираюсь поступать в консерваторию. — О! Я тоже в молодости играла, но после рождения Володи не оставалось ни сил, ни времени. — Ваш инструмент довольно хорошо сохранился, для того которым много лет не пользуются. Даже не расстроен. — Я периодически его проверяю и вызываю мастера. Это пианино всё же для меня очень ценно. Ольга Леонидовна и Юрка стали говорить о музыке, делиться любимыми композициями и просто рассказывать истории связанные с музыкой. Старший и младший Давыдовы же просто сидели и любовались своими половинками. Лев Николаевич уже давно не видел жену такой радостной и воодушевленной. Он уже и забыл, как красиво на самом деле блестят её серо-зеленые глаза, когда она говорит о музыке. Володя тоже не мог налюбоваться на своего Юрку. Он был таким воодушевленным и радостным, что парень просто не мог не улыбаться глядя на него. — Юра, я надеюсь, что ты нам что-нибудь сыграешь. — Конечно! После обеда они все собрались в гостиной. Семья Давыдовых устроилась на диване, а Конев сел за пианино. На всю квартиру зазвучали знакомые и такие значимые звуки «Колыбельной». Юрка закрыл глаза и словно перенесся обратно в лето. Он репетирует эту композицию, а сзади стоит Володя и закрывает его глаза своими руками. На лице невольно появляется улыбка. Мелодия заканчивается и Юра поворачивается к своим зрителям. — Это было потрясающе! Как тебя с таким талантом всё ещё не взяли в консерваторию?! Мама Володи была в полном восторге. По отцу было видно, что ему тоже очень понравилось. Но Юру больше всего интересовала реакция их сына. Володя смотрел на него глазами полными любви. У него были очень красивые глаза, как у матери. Хотелось подойти, крепко обнять и поцеловать, но при родителях это точно будет неуместно. Часов в пять вечера парни принялись собираться. — Мам, я пойду покажу Юрке Новогоднюю ярмарку в центре. Будем часов в десять. Парни вышли из дома и направились к ближайшей станции метро. Юрка удивлялся, как Володя может с лёгкостью ориентироваться в этой огромной сети Московского метрополитена. Вскоре они оказались в самом центре столицы и гуляли по Арбату. Повсюду висели гирлянды и новогодние огни. Пошёл небольшой снег. Снежинки медленно падали на землю и хрустели под ногами. Юрку поражали и привлекали яркие вывески. В воздухе стоял запах вкусной выпечки. — Юр, ты умеешь кататься на коньках? — Да. Немного. А что? Володя схватил его за руку и потащил в сторону катка. Парни взяли коньки напрокат и вышли на лёд. Вокруг ездили парочки или семьи с детьми. Все были радостными и погруженными в атмосферу. Юра и Володя ездили близко друг к другу, чтобы не потеряться в этой толпе, но при этом не могли держаться за руки как все остальные парочки. И это очень удручало их обоих. Вокруг катка висели разноцветные гирлянды, что заставляло всё вокруг переливаться всеми цветами радуги. Конев с восторгом смотрел по сторонам, а Володя наблюдал только за ним. Как же хотелось взять Юрку за руку и кататься вместе как настоящая пара. Может это получилось бы в какой-нибудь другой стране, но точно не в этой и точно не сейчас. Вдоволь накатавшись парни продолжили свой путь по ярмарке. Юра собирался накупить сувениров родным и друзьям. Несколько магнитиков на холодильник, платок для мамы, шапка для папы. Они гуляли так несколько часов и ближе к десяти отправились домой. — Не против если завтра мы поедем на ВДНХ? — Нет конечно. Я хочу увидеть как можно больше, пока я здесь. Вернувшись в квартиру Володи, парни без задних ног улеглись спать.

***

Следующий день начался с завтрака в небольшом семейном кругу. Юра уже не испытывал такой неловкости при общении с Володиными родителями. Они казались ему довольно милыми и даже прогрессивными, раз стараются принять необычные предпочтения сына. После завтрака парни отправились на ВДНХ. Там они гуляли и играли в снежки. В итоге были по уши в снегу и продрогли до костей, но зато счастливые и весёлые. Юра пытался согреть замерзшие ладони, ведь по глупости не взял с собой перчатки. Володя сжал его руки в своих и подышал на них. От того, что Конев был красный от холода невозможно было заметить, как он засмущался. — Я же говорил тебе беречь руки. Володя снял свои перчатки и отдал парню. Тот надел их без особых возражений. Перчатки были ему немного велики. — Теперь тепло? — Да. Но как же ты? Ты разве не замерзнешь? — Нам уже все равно пора возвращаться домой. Дома их ждал горячий суп и чай с ватрушками. После чего Ольга Леонидовна захотела показать Юрке семейный альбом с детскими фотографиями сына. Володя воспринял это в штыки и чуть не сгорал от стыда. Он не любил, когда родители показывали его детские фотографии другим людям. Это было очень смущающе. Юрка же с интересом рассматривал фотографии и слушал рассказы Володиной мамы. — Ты оказывается был очень милым в детстве. Юрка рассматривал фото, где Володе было от силы лет пять. Он стоял на траве с мячом в руках и был весь грязный, но зато безумно счастливый. А вот изображение, где Володя идёт в школу. Прилично одетый, рубашка без единой складки, чёрные брюки, букет цветов в руках, а на носу очки. На другом была церемония посвящения Давыдова в пионеры. На этой фотографии был изображен момент, когда комсомолец повязывает новоиспеченному пионеру галстук. Володя прямо весь светился от гордости. Дальше запечатлен момент выпускного. Тут Юра уже начал узнавать нынешнего Володю. А вот Давыдов фотографируется со студенческим билетом. На самом современном фото Володя был в форме вожатого пионерлагеря. Юрка невольно залюбовался и вспомнил их первую встречу в «Ласточке». Знали бы они тогда, к чему всё это приведёт. На следующий день Володя принялся показывать Юрке Красную площадь. В этот раз с ними пошли Володины родители. Лев Николаевич даже захватил фотоаппарат. За пару часов они заполнили всю плёнку. Четвёртого января парни решили остаться дома и немного передохнуть. Родители ушли в гости к друзьям и они наконец-то смогли снова остаться наедине. Это время они провели за просмотром телевизора с долгими и нежными поцелуями, которые по итогу закончились в постели. До восьмого числа парни гуляли по Москве, посетили концерт симфонического оркестра, от чего Юрка был в полном восторге и просто весело проводили время в компании друг друга. Последний вечер Юрки в Москве прошёл за хорошо заставленным всякой едой столом. Ольга Леонидовна искренне была расстроена, что Конев от них так быстро уезжает и попросила его сыграть что-нибудь на пианино в последний раз. Последнюю ночь Юра и Володя провели обнимаясь и целуясь. — Подожди. Я ведь так и не подарил тебе никакого подарка на Новый год. — Для меня ты был лучшим подарком. В семь утра Юра уже стоял на пороге с двумя сумками. Одна с вещами, другая с подарками. Ольга Леонидовна крепко обняла парня. На её глаза наворачивались слёзы — Пока, Юра. Удачной тебе дороги. Родителям передавай привет. — Хорошо, Ольга Леонидовна. Лев Николаевич протянул Юрке пакет с фотографиями. Парень вытащил оттуда одну, на которой были изображены он и Володя стоящие на Красной площади. Конев положил фото обратно и отправил пакет в сумку. — Спасибо вам большое, Лев Николаевич. — Пока, Юрка. Мужчина протянул ему руку и он её пожал. Старший Давыдов резко заключил парня в объятия. — Давайте побыстрее.- произнёс из-за спины Володя.- Мы на поезд так опоздаем. Юрка подхватил сумку с вещами, а вторую с подарками взял на себя Давыдов. Они вдвоём вышли на улицу и спустились в метро. Очень хотелось, чтобы время замедлилось или просто остановилось. Не хотелось уезжать так скоро. Но по иронии судьбы время пролетели быстро и вот парни стоят на перроне перед входом в вагон. Они смотрят друг на друга, пока люди идут в разные стороны. Юрка решается прервать это молчание и крепко обнимает Володю за шею. В уголках глаз скапливаются слёзы. — Спасибо. Это был лучший Новый год в моей жизни. Я буду очень скучать. — Я тоже буду скучать. — Теперь я жду тебя в гости этим летом. — Посмотрим. Юрка приближается к самому уху и тихо, чтобы его слышал только Володя, произносит — Я тебе кохаю. Лёгкий, почти незаметный поцелуй в щеку и Конев отстраняется. Володя касается пальцами места поцелуя и в растерянности смотрит на парня. Звучит гудок паровоза, а это значит, что до отбытия остались считанные минуты. — Пока, Володя. Надеюсь увидимся как можно скорее. Юрка забегает в вагон с сумками и поезд трогается. Конев машет Володе рукой. Тот бежит вслед за поездом до конца перрона. — Пока, Юрка! Я буду скучать! — выкрикивает Давыдов. На глаза наворачиваются слёзы и он снова касается пальцами щеки. Губы Юры всё ещё остро ощущаются на коже. Володя невольно улыбается смотря в след удаляющемуся составу.