Неординарная выплата долга

☆ ● ☆ ГАРРИ ПОТТЕР ☆ ● ☆ Я проснулся днём весь в лебяжьем пуху, полностью расслабленный и довольный. Тело сладко ныло, всё ещё храня на себе руки, губы, поцелуи и прикосновения Малфоя. Что он сделал со мной? О, боги! Я больше не был прежним Гарри Поттером — тем целомудренным омегой, который не мог и предположить, что страсть между альфой и омегой может быть такой острой, горячей, расплавляющей душу в лаву страсти. Драко показывал мне, какой может быть любовь между нами. Я не был в своей жизни обделён вниманием Вуда, когда мы были вместе, но то, что сделал со мной Драко, чему за эту ночь обучил — это было как земля и небо. Малфой стал моим седьмым небом, моим раем, моим «Гуру», моим Учителем Страсти (такие раньше имелись во дворцах халифов, которые будущих фавориток падишахов обучали искусству Любви). Он обучал меня, вёл за собой, показывал, как получать блаженство и как дарить его. Я был диким в эту ночь, когда Малфой разбудил во мне истинную сущность ненасытного омеги. Я разрывал постель из лебяжьего пуха. Я кричал и выл, на альфе верхом, под ним и лёжа на боку. Такой ночи у меня никогда не было. Драко — асс в сексе и вообще неутомимый любовник. Думаю, что сегодня во мне произошло зачатие, потому что я весь пропитан соками моего альфы. По моей просьбе Малфой кончал этой ночью в меня. Впервые за два года жизни с Оливером, который ненавидел это делать со мной, Драко с удовольствием заполнил меня своей спермой. Я осторожно поднялся с кровати, выпил две обезболивающие таблетки и пошёл в душ. По ногам стала стекать страсть Малфоя, и я рванул в ванную комнату. После душа я почувствовал себя хорошо. Жаль было, что сперма Малфоя уплывала в воронку ванной и уносилась по трубам в общий сток. Я был жаден до живых сперматозоидов, считая кощунством вот так спускать их в канализацию. Но я не мог их удерживать в себе, понимая, что это ни к чему. Если зачатие произошло — оно случилось, а прочее — это просто продукт остатка. Такой роскоши у меня с Оливером не было. Я почистил новой зубной щеткой зубы, и хорошо промывшись насадкой для омег (такая оказалась и в ванной у блондина), я вышел из душа и удивился: чистая спальня, нет ни пёрышка, застелено всё новое и чистое, а в комнате полнейший порядок. В спальню вошёл Малфой. Он обнял меня и начал целовать. Я отзывался и стонал в рот альфе, умолял глубже целовать меня. Президент холдинга уложил меня на кровать и лёг сверху, пробуждая снова мою чувствительность и дикую страсть. Блондин прижимался пахом к моему, переплёл наши пальцы рук и целовал меня. — Голоден? — сквозь поцелуй спросил Малфой. — Голоден, Драко.. — ответил я честно. — Накорми меня… Я перевернул мужчину на лопатки и лёг между ног, сразу вбирая в рот головку и член блондина. Малфой чаще задышал. Ночью я всего один раз попробовал вкус альфы и сейчас хотел ещё. Протест Драко я проигнорировал, успокоился только тогда, когда горячая струя страсти мужчины полилась мне в горло, а он сам выгнулся на постели и протяжно завыл, горячо содрогаясь всем телом. Я не отстранился, пока Малфой полностью не освободился, и я не остановился, а стал целовать вялый член альфы после оргазма, его яички, целовал живот и пах мужчины, пока он минут пять отдыхал, а я снова возбуждал его естество. А уже после он вошёл в моё тело и объездил так, словно я был дикой лошадкой. И снова я весь был изнутри пропитан альфой, он обильно кончил в меня и упал сверху, жадно целуя меня и благодаря. Спустя несколько минут Малфой поднялся с кровати и поднял меня на руки. — Нам нужен душ, Гарри, идём, а ещё нам необходимо поесть, — сказал он. Я улыбнулся и сжал задницу. — Больно? Прости, не смог сдержаться, — произнёс блондин виновато. Я закрыл рукой красивый рот альфы и улыбнулся. — Из меня вытекает твоя страсть, Малфой, а я не хочу, чтобы она уходила из меня..) Сейчас ты весь во мне и так близко, что ближе и быть не может.. И мне хорошо) Очень… — ответил я. Ощутил ли я стыд из-за того, что будучи обручённым омегой (пока наша помолвка с Вудом не расторгнута), изменяю Оливеру? Что теперь я с другим альфой? Нет, скажу честно. Мой жених предал меня, изменял мне в борделях, да и продал меня в уплату долга. Нет и ещё раз нет! С Малфоем мне хорошо… Он не такой альфа как Вуд, он не сюсюкается, но очень внимательный и чуткий партнёр в постели, а также горячий и не трясётся, боясь как бы его сперматозоиды не проникли в меня. Нет, наоборот, Драко, кончая, старался всю ночь изливаться в моё тело как можно глубже и до капли, несколько минут вообще не выходя. Президент даже приподнимал мои бёдра, чтобы его семя проникло в моё тело глубже, словно этим как бы говоря мне: «Прорасти в лоне этого омеги, пожалуйста». Я за эту ночь не решился (хоть и очень хотел) сказать, что люблю Драко. Малфой о любви тоже молчал. Все выходные мы с блондином провели вместе. Повар Жан-Жак, нас закормил вкусностями, а меня ещё и сладостями, радуясь, что я за обе щеки уплетаю его пирожные, сладкие корзинки в шоколаде, тортики и мясную пиццу. Драко смотрел на меня по-прежнему серьёзно, но в глазах его уже не наблюдался арктический лёд, как это было в первый день нашего знакомства. Строгий, серьёзный и страстный. Я старался не навязываться: не садился сам на колени к альфе, не обнимал, если Малфой работал за своим ноутбуком. Обычно я смотрел по ВТ (Всемирное Телевидение) криминальный канал, либо наслаждался шпионским детективным сериалом, грызя карамельный попкорн. А потом Драко подсаживался ко мне и начинал целовать, говоря, что пока он работал, всё-таки наблюдал «краем глаза», как белеют мои ключицы, как вздымается грудь и как просвечивают, выпирая, острые соски. — Хочу тебя… — вот произнёс Малфой и склонился к моим сладким от карамели губам. Он раздел меня прямо в домашнем мини-кинотеатре, посадил на себя верхом и я снова стал принадлежать ему. Да, по документам я принадлежу ему, он официально получил меня для себя, Малфой вправе владеть мной в любой момент. Я люблю его, он приручил меня за одну ночь к своим рукам и губам, но как долго моё тело останется с Драко рядом? Как скоро я надоем ему? Пока наш секс и постельные игры устраивают нас обоих, но альфы не так постоянны, и я ли истинный омега для президента холдинга? Пока вилами из десяти зубцов, а не из трёх, написано моё счастье и отношения. Пока я и мечтать не смею, что такой лорд, как Малфой, выберет меня из всех светских омег своего круга. Кто я и кто он? Я — Гарри Поттер, просто омега, который достался Драко в довесок к долгу Вуда. Возможно, он поиграет со мной, да и выбросит после, как использованную вещь, например, как лампочку сдаст в утиль, которая перегорела, отдав своё тепло. Я сам не знаю, что станет со мной после того, как это произойдёт. Что будет с моим телом, душой и разбитым сердцем? Не. Знаю. Пока мной пользуется младший лорд Малфой, обучает искусству любви и настоящему сексу. Да, пока я получаю от Драко всё, о чём мог когда-то вообще мечтать. Я закричал и забился в оргазме. Как сладко и всепоглощающе. Малфой последовал за мной и горячо кончил, сжимая меня в своих руках. — Чёрт… — произнёс он через несколько минут, пока я полулежал на альфе и всё ещё сжимал мужчину в себе. — Я, наверно, никогда не насыщусь тобой… — Я весь принадлежу тебе, Драко… — тихо ответил я, — и ты властен брать меня всегда, когда пожелаешь… Я весь твой, Малфой… — А ты сам хочешь этого? — спросил президент холдинга. — Хочешь меня, как альфу, или просто потому что отдан мне? — Я хочу тебя, Драко, — ответил я. — Ты заставляешь меня хотеть жить, с тобой я дышу иначе… Ты научил меня высоко парить в небе и рассыпаться на атомы… Пока я не надоел тебе, я всегда буду рядом, но если надоем.. Ты мне сразу скажи… — Не знаю, расхочу ли я тебя, Потти, но пока желаю тебя снова… Я почувствовал, как его член во мне снова наливается кровью, твердеет, расширяется, становится длиннее. Я застонал и задрожал от сладостного распирания внутри. Драко был во мне, сейчас он только мой. Блондин уложил аккуратно меня на лопатки, не выходя из моего тела, а потом мы снова начали наш горячий танец. Я ловил губы альфы и обнимал его, прижимая к себе сильное тело Малфоя. Такая сладостная тяжесть того, кого любишь, она вообще не считается тяжестью. Драко вбивался в меня и обнимал всего, вжимая в себя. Укус в шею. Я заплакал от радости, прижимая голову блондина к своей шее. Мгновенно набух узел альфы во мне. Я пожалел, что сейчас не являюсь течным омегой, а иначе зачатие бы произошло стопроцентно. Большой узел стал распирать меня, а клыки Драко все ещё были во мне, пропитывая моё тело, кровь и душу (как мне показалось) своими феромонами, напрочь меняя мой запах. Я чувствовал, как сила альфы пропитывает и укрепляет меня, с ним я становлюсь другим. Малфой содрогнулся во мне и впервые кончил с узлом в моё тело. Я вскрикнул, ощущая сладкую дрожь мужчины и мелкие толчки узла во мне. Я слишком узкий для его узла, потому что так меня Вуд никогда не трахал. Драко застонал и стал мелко, но горячо производить во мне толчки, растягивать меня. Когда узел коснулся простаты, я закричал и задрожал, кончая на нас, но альфа не остановился. Его клыки всё ещё были во мне, а сам он начал активно подаваться бедрами в моё тело. Так сладко по простате… Я завыл и звезды засияли в глазах. Острые, словно иглы, клыки Драко жгли моё горло, по венам понесся огонь, как лава, как расплавленное золото. Я обхватил ногами Малфоя, желая весь впечататься в него. Мои руки проникли под рубашку президента холдинга, и я невольно стал царапать спину альфы. Наконец Драко вынул из моей шеи клыки-иглы и зализал две глубокие ранки. Знаю, через три дня они исчезнут с шеи, но оставят на мне орнамент восьмиугольной звезды — печать альфы. Губы Малфоя накрыли мои и он стал уже жестче трахать меня узлом. Сладкая боль. За час, что узел не спадал, мы вместе кончили раза четыре. Гораздо позже, когда мы уставшие лежали на диване в домашнем мини-кинотеатре, Драко сказал: — Сегодня ты стал полностью моим омегой… В следующий раз я поставлю метку на твоём сердце — на область твоего омежьего сердечка, Поттер… А ещё есть область паха, где расположена вена.. Сегодня я поставил метку на правой стороне шеи, а потом и левой достанется..) — Спасибо, Малфой! — еле ворачая язык от усталости, ответил я. — Как же давно я ждал, чтобы альфа по-настоящему сделал меня своим… — Как ты чувствуешь себя после секса с узлом альфы и потерей крови, хоть и не значительной, при укусе? Голова кружится? — Есть немного и пить хочется, — кивнул я. Драко налил мне апельсиновый сок и я с жадностью выпил пару стаканов. В понедельник я стал спорить с Малфоем, потому что мне хотелось на работу — такой уж я трудоголик! — а он ни в какую не собирался меня отпускать. — Ладно, — фыркнул он, сдаваясь, потому что мы едва не поругались, — но без охраны ты не останешься! Понял меня, мальчишка?! Глаза ледяные, недовольные, холодные, но в них плещется переживание и тревога за меня. Я обнял Малфоя и он заметно выдохнул. — Хорошо, пусть будет по твоему… — кивнул он и хмыкнул. — Маркус Флинт станет твоим охранником, да и Джеймс выделил для тебя двух полицейских. На дом к пациентам один не поедешь. — Нет, Драко! — возразил я. — Маркус — начальник твоей охраны, он нужен рядом с тобой, а мне можно выделить Грегори или Винсента. Одного из них и пары людей отца будет вполне достаточно. Пожалуйста, Драко, Флинт должен быть с тобой… Малфой прислушался ко мне. Часы, дни и недели полетели вперёд. Со мной пока всё было хорошо. Первые три недели я ждал подвоха от Вуда, но Оливер, вероятно, залег на дно после прошлого покушения на мою честь и жизнь. Мадам Забини относилась ко мне прекрасно, а я безупречно руководил терапевтическим отделением. Всё было хорошо: приличная должность, зарплата соответствующая, уважение и почёт, но я скучал по детям моего прошлого педиатрического отделения в Святого Мунго. Как они там? Наступил конец мая, а я узнал, что пятого июня у Драко будет день рождения. Что подарить тому, у кого всё есть в полноте своей? Я снова стал покупать струйные тесты на беременность, но пока они показывали отрицательный результат… Как-то Драко поехал в Берлин по делам, а в субботу днём должен был вернуться, третьего июня. В ту ночь, со второго на третье число, мне приснился жуткий сон, словно на патрульном, таможенном мосту А-1, по которому должен был проехать Малфой, в полдень произошла страшная авария из-за сильного ураганного ветра, молний и проливного дождя. Я видел сильнейший дождь, который лил потоками с неба, не видно было ни неба, ни светофора, ни рядом находящихся машин. Фура, груженная вагонкой перевернулась, зацепив чёрный, бронированный джип AMG-G63 «Мерседес». Фура с вагонкой загорелась и джип Драко тоже. Я в ужасе проснулся. Надо сказать, что я эти недели и месяцы жил с Малфоем. Я вскочил с постели и заметался в поисках телефона. Набрал блондина, но шли гудки, словно номер занят. На часах время показывало семь часов утра. Я позвонил раз двадцать, когда, наконец, альфа ответил мне. — Гарри, что случилось? Малыш, ты позвонил двадцать два раза.. Что такое?! — спросил он. — Любимый! — в панике произнёс я, — где ты сейчас?! — Я через полчаса подъеду к таможенному мосту. Гарри, детка, ещё часа три и я буду дома) — с улыбкой ответил он. — А что такое?! Почему ты не спишь? — Драко, — всхлипнул я, — не надо ехать через этот чертов мост. Там фура есть поблизости? Она ещё вагонкой заполнена. Серая фура с номерами… — И я произнёс по памяти из сна номер фуры. Британские номера. — Любовь моя, как там погода? Малфой закашлялся и даже рассмеялся, хотя до этого дня я никогда не слышал, чтобы он так задорно «хохотал». — Драко, не смейся! Я видел страшную аварию и ураган на этом мосту А-1. Твоя машина, она… взорвалась. Это ужасно… — И я заплакал навзрыд. — Потти, погода прекрасная, фуры поблизости нет, а у тебя уж не омежьи ли дни наступают? Не плачь, Гарри, я везу тебе прекрасный берлинский шоколад, тортик, конфеты и любимые наши колбаски) Всё, ко мне идёт таможенный патруль. Детка, жди меня и подготовься, потому что я безумно хочу тебя, Поттер… По моему телу прошла сладкая дрожь предвкушения. Я тоже соскучился. — Драко, береги себя! — крикнул я. — Слышишь, скорее покинь этот мост! — Хорошо, малыш, а пока я отключаюсь, не смогу говорить, — ответил президент холдинга «Argentum Draconis». Я помчался в ванную комнату, чтобы подготовить своё тело к приезду Драко. Уже ополаскиваясь под душем, я вдруг вспомнил, как по телефону назвал Малфоя «любимым» и «любовь моя». О, боги! Я… проговорился? Ужас! Это по этому поводу Малфой хохотал? Ну, конечно, должно быть, ему весело было слушать истеричные крики омежки и глупые признания в любви. В половине одиннадцатого утра приехал Драко. Слуги и я встречали хозяина имения внизу. Малфой отдал пакеты с продуктами сразу повару, что-то шепнул тому на ухо, передал Юстасу, слуге, свои сумки и чемодан, а потом раскрыл руки и я рванул к нему, обнимая альфу. Он поднял меня на руки, закружил, а потом поцеловал. — Я дома, Гарри, не плачь, всё хорошо! — прошептал блондин, стирая с моих щёк слезы. — Обними меня и улыбнись) Но я не мог пока улыбаться. Все три часа я был как на иголках, нервничал, места себе не находил, плакал и едва не сошёл с ума от переживаний, умоляя небеса сохранить Драко в целости и сохранности. Нервничал, потому что сон был очень явным. Переживал так, что сейчас у меня начался отходняк, напряжение спало, опасность миновала и я заплакал от облегчения. Малфой понёс меня наверх, постоянно целуя на ступеньках лестницы. В спальне блондин уложил меня на кровать и стал раздевать, целуя моё тело. Я застонал, обнимая альфу. Глубокие поцелуи, засосы в шею и пальцы президента во мне. — Гарри, а повтори-ка ты мне то, что сказал по телефону, когда я подъезжал к таможенному мосту А-1) Что ты там сказал мне?) — сощурившись, спросил он. Ну уж нет, я сразу не сдамся, помучаю альфу немного. — Ты о чём это, Малфой? — состряпал я невинно-удивленную физиономию. — Не понимаю тебя абсолютно. — Ах, значит, не понимаешь, да?) — усмехнулся Драко и облизнулся, как голодный зверь, даже зубы щелкнули, словно у волчары из сказки о Красной Шапочке. — А ты уверен, детка?) — И улыбка такая подозрительно-довольно-наглая, словно Малфой вот-вот джекпот выиграет. — Уверен! — ответил я, приподнявшись на локтях, глядя в льдистые омуты альфячьих глаз. — Объясни, если умный такой! Малфой проник пальцами в меня и принялся ими ласкать, вышибая из меня дух. Я выгибался, метался по постели, но блондин сводил меня с ума. Потом склонился ко мне, стал целовать, всё спрашивая: — Ну, так как, Потти?) — Я люблю тебя, Малфой! — закричал я, кончая и рассыпаясь на молекулы от бешеного и потрясающего оргазма. — Люблю тебя… Люблю… А потом Драко с час любил меня, доведя до экстаза дважды. За обедом, в два часа дня, президент холдинга включил ВТ (Всемирное Телевидение), а у меня вилка и ложка упали на пол, желудок скрутило спазмом. На таможенном мосту А-1 показывали Армагеддон. — Сегодня на мосту А-1, — вещал диктор, — внезапно в десять часов утра начался ураган. Вы видите, как дует ветер и сверкает молния. Только что перевернулась фура с вагонкой и брусом, пострадали две машины. Вы видите, что на посту полыхают фура и «Мерседес» и «Седаном». Три легковых автомобиля снесло в пролив Ла-Манш. По предварительным данным погибло десять человек… Малфой тоже выпал в осадок от «новостей». Он посмотрел на меня и подозвал к себе: — Иди ко мне, Потти, иди ко мне! Я подбежал к нему, а он обнял меня и поцеловал. — Нам повезло.. Я так счастлив, что ты у меня есть, ведь я из-за тебя решил выехать сегодня рано утром, спешил к тебе… Я должен был быть на том мосту, и твои переживания, твой сон оказался пророческим. Кто-то на небесах явно охраняет нас с тобой. Гарри, прости меня за недоверие… Я заплакал, уткнувшись в плечо моего любимого альфы. — Я едва не умер от горя и боли, Драко… — ответил я, — Я не видел вообще ничего.. В глазах было темно и только скрежет машин, тормоза, крики, а потом взрывы. Я пару минут метался по спальне, ничего не видя от столь реального сна, а потом всё же нашёл телефон и позвонил тебе… У меня словно душу вынули, когда я увидел твой чёрный джип «Мерседес». Я едва не умер, чуть с ума не сошёл, пока не услышал твой голос… Драко.. Я очень люблю тебя… Малфой не ответил мне, он только обнял меня крепче.