Долгожданное воссоединение

Портал сомкнулся за их спинами, и в глаза тут же ударил яркий солнечный свет, заставляя на мгновение зажмуриться всех. Камилла невольно схватила дочь под руку, опасаясь увидеть что-то жуткое, что подстерегало бы их впереди, но стоило глазам привыкнуть, как перед "путешественниками" открылся привычный мир Кипящих островов, разве что разбитый на странные сегменты, почти незаметные в лесу, но ощутимые здесь, на тропе. Квадраты из тонкой магии собирались в игровое поле, подобное тем, что знакомо Луз из настольных игр. – Это дело рук Коллекционера? – прошептал испуганно Гус, поддерживающий под руку ещё ослабленного Хантера. Юноша смотрел на всё со страхом, прежде не ощутимым ему. Сейчас он был абсолютно беспомощен. Вне Императорского ковена, который теперь ненавидел всей душой, без своего палисмана, без магии. – Возможно, – насупилась Луз, нерешительно делая шаг вперед, улыбаясь обеспокоенной матери. Женщина нервно улыбнулась в ответ, с силой сжимая рукоять алой биты. – В любом случае, нужно поспешить, пока Бэлос не натворил дел опять, – выдохнула Эмити, подхватывая свою девушку за руку, переплетаясь с ней пальцами, позволяя на несколько секунд забыть о том кошмаре, произошедшем с месяц назад. Напряжение повисло в воздухе, не давая вздохнуть любому из них полной грудью. – Там, – Носеда-старшая первой разорвала тишину, поправляя свои очки, указывая куда-то в сторону, на мерзкую слизь на одном из квадратов, – это похоже на того монстра. – Я проверю, – Уиллоу сделала выпад вперед, пальцем вырисовывая круг заклинания в воздухе. Лозы устремились к тому месту, подобно змеям расползлаясь сначала вдоль игрового квадрата, а после наконец касаясь его. Из земли вырвался столб пламени, обращающий и слизь, и растение в обожженное нечто, едва ли походящее на их прежний вид. – Я же говорила – сработает! – донеслась радостная речь из-за дерева в нескольких футах от гостей. Сначала показалась густая седая макушка, затем пара острых ушей – и вот на глазах Луз проступили слёзы. Камилла бросилась вперёд, выставляя перед собой биту, готовясь отразить удар, если вдруг противник пожелает напасть первым. Она больше не позволит сражаться Луз в одиночку. Она видела, к чему это может привести. Она этого не допустит. Никогда. – В следующий раз попрошу Эвер достать пару ягод или чего там... они едят. – Дариус, вышедший из своего укрытия следом за Совиной леди, сбился с мысли, только завидев нежданных гостей. – Маленький... принц? Хантер вздрогнул всем телом, и это было ощутимо – Августус обернулся, глядя на него в волнении, не решаясь остановить, даже когда мальчишка, хромая, бросился в объятия главы ковена Мерзостей. Он ждал этого слишком долго. Он знал, что Дариус выживет. Обязан был выжить. Иначе Хантер бы просто не простил себя. Сначала Оладушек... Нет. Он бы не вынес такого груза. Он споткнулся на последнем шаге, и теплые сильные руки уверенно подхватили его, прижимая к широкой груди в отличной одежде от формы, что он носил будучи главой ковена – темная облегающая кофта, ссадин на которой не видно – у Дариуса идеальные стежки, и Хантер это знает, – поверх которой наброшен потертый пурпурный плащ, расшитый символом "кошечек", название которых по итогу ведьмак всё же принял, как бы не убеждал всех в обратном. Обычно идеально белые сапоги превратились в пару короче и темнее, однако Дариус не изменял себе – они все ещё чистейшие, насколько, конечно, это возможно. Волосы его больше не собраны в хвост, скрепленный артефактом, они мягкими волнами растекались вокруг лица, почти доставая в своей длине до плеч. Его улыбка смягчила обстановку, а теплые, по-настоящему родные, объятия стали спасением для укрытого новыми шрамами ребенка, громко всхлипывающего прямо в его грудь. – Хантер, ты... его знаешь? – опешила Камилла, наконец опуская оружие, расслабляя плечи. – Всё хорошо, – улыбнулась сквозь слезы подошедшая к ним Ида, к которой бросилась в объятия не только преданная ученица, но и ее верные друзья, облепив со всех сторон. – Это его семья. – Она опустила голову, скрывая свои искренние слёзы, обнимая детей в ответ одной рукой и оставшейся частью второй. – А вы, полагаю, мама Луз? – Камилла, – смягчилась женщина, немного смущаясь поспешным выводам. – Прошу прощения за свою грубость. – Это я должен извиняться, – пробормотал сдержанно Дариус, все ещё не отпуская своего ребёнка. Мальчика он больше не оставит. Никогда. Когда вся эта неразбериха закончится, он наконец сделает то, чего так давно хотел. То, чего хотел и Предыдущий Золотой Страж – подарит ребёнку действительно стоящую жизнь, дав и безвозмездную любовь настолько, насколько это будет возможно. – Я вас напугал, о чем сожалею. – Темные пальцы прошлись по светлым волосам, подмечая отросшую длину. – Мы не сомневались, что вы обязательно вернётесь, но эта разлука была невыносима. – А где мой папа..? И близнецы? – Блайт первой подала голос, замечая скованность во взгляде своих друзей. – И родители Уиллоу? Гуса? – Всё в порядке, дитя, – Совиная леди забавно пожмурилась, – они в безопасности. И мы прямо сейчас отправимся к ним. Не одним же нам страдать от этого чувства... в груди. Луз, сжимающая красное платье на ней, громко всхлипнула сквозь смех, и в груди у Камиллы что-то защемило. Она подняла взгляд на ведьму перед собой. – Спасибо, – слова были искренними, но боль никуда не уходила, – что защищали Луз в этом мире. Я не знаю, что бы сталось со мной, узнай я, что она сражалась здесь совсем одна. Дариус глядел на них со стороны, осознавая, что всё это время ошибался. Рискни он чуть раньше пойти против Императора, сейчас эти дети не лили бы слезы понапрасну. – Не могла же я оставить девочку тут совсем одну, – задорно хрюкнула Идалин, трепя ученицу по голове. Луз всё же отпустила наставницу, оставляя между своим носом и ее ключицей тонкую нить соплей, смешанных со слезами. Красные глаза – вот доказательство ее чувств. И Идалин не собиралась злиться. – Как вы смогли вернуться? – задал наконец действительно важный вопрос ведьмак, когда Хантер отпустил его, стыдливо опуская голову, пряча и слезы, и пунцовый румянец, и свою счастливую улыбку. Рука Дариуса всё ещё покоилась на плече мальца, не желая отпускать. Без него мальчик вновь получил шрамы. Очередная боль. И Дариус знал, кто мог её принести, но боялся, действительно боялся, в это поверить. – Бэлос, – промолвила Уиллоу, сталкиваясь со взглядом пурпурных, некогда зеленых, глаз Мерзапакостника, – он привел нас к крови Титана. – Бэлос? В мире людей? – Ида напряглась. – Он пробрался вместе с нами, и теперь он вновь здесь, – пробормотал Гус, опуская голову, сжимая кулаки до хруста. – Мы пытались его остановить, но... но..! – Тише, – остановил его Дариус, – всё хорошо. В этот раз у вас есть мы. Теперь ни День Единства, ни Коллекционер не станут преградой. В этот раз мы его уничтожим. – Ты никогда раньше не толкал речи? – Ида забавно усмехнулась, подмигивая товарищу, пока тот не отвернулся в смущении. Бравые речи – и впрямь не его конёк. Тут он хуже даже Рейн с их заиканием. Хантер обхватил отца за руку, безмолвно поддерживая. – Главное, что вы все вернулись в целости и сохранности. – В этом заслуга Камиллы, – улыбнулся Хантер женщине, слегка краснея. – Она заботилась обо всех нас, как о собственных детях. Пара карих глаз столкнулась с аметистовыми – и ведьмак, и человек одновременно отчего-то смутились. – В таком случае, леди Камиллу ждёт особый приём, и личная благодарность каждого из нас. – Дариус тепло улыбнулся, преклоняя колено перед женщиной, смущенной подобными действиями, мягко обхватывая ее ладонь, ощущая, как течет горячая кровь по ее пальцам, и в конце едва коснулся губами смуглой кожи, даря вежливый и скромный поцелуй. – Что бы вы не попросили, мы постараемся выполнить всё. – Для начала нужно вернуть детей их семьям, – Камилла собралась с мыслями, отвечая на подобный жест сдержанной, но определенной, располагающей к себе улыбкой. – Определенно, – кивнула Идалин, присвистывая, – но вам ещё столько всего предстоит узнать о раскладе вещей после вашего отъезда. – Главное, мы наконец... дома, – выдохнула Луз, ощущая поддержку от матери – ее большую, но легкую ладонь на своем плече, и добрую улыбку. – С возвращением, – поддержала Идалин, встречаясь взглядом с Дариусом, улыбающимся в ответ. Добро пожаловать домой, – вот, что она прочла в его глазах. Вот, что она хотела бы произнести сама.