маша манда

Все мы мечтаем найти, тот самый вкус, вкус, который навсегда останется неотъемлимой частью тебя, та часть, которая будет известна самым близким, та часть, которая никогда не пропадет в воспоминаниях и главное во времени. Но даже в этой мелочи нет уникальности, сама уникальность была не в любви к пирожкам с вишней или карамели, уникальность была в рассказах, голосе, взгляде и эмоции, которая передавала восторг этой любви — любви к карамели, вишнёвым пирожкам и Надежде.

*** События, что происходящие в заведении мисс Уиринг остаются лишь в заведении мисс Уиринг, но есть история, которая стала исключением. Это был далёкий май 2025 года, тогда нам всем казалось, что наши планы неизбежно исполняться и это будет самым приятным и великим воспоминанием из тысячи прожитых. 24 мая - первая Уиринг. Конец весны, солнце горячо светит, пугает глаза и заставляет щуриться, порой кажется, что смотреть куда-либо выше своих ног — гибель. Мы слышим задорный смех и топот ног, я вижу красные кеды, с которых свисали два бантика, казалось, что сделав она ещё шаг, то тот час же упадет. Я поднимаю голову, замечая как уголки губ Маши поднимаются вверх, я невольно начинаю робеть, вернув взгляд к красным кедам, я снова поднимаю голову и вижу её — Надежда. Наверное, она навсегда останется у меня в памяти, как неугомонная бестия Вероники, мне это и нравилось, она всегда могла найти Егора Крида в лице своей крыски, но откуда я это знаю? Надя поправляет очки, её взгляд направлен на меня. Я молю всех богинь лесбиянства о том, что было она не делала этого, я закрываю глаза, поднимаю уголки губ и снова открываю глаза. — Артурик!! Родной мой — словно звёздочка, Надя вытягивает свои руки и делает шаг. — Сколько лет и зим, — я невольно смотрю на Машу, замечаю её улыбку и ухмыляюсь. Её улыбка была не редкостью, но всегда была лучиком в пасмурную погоду, овсяным печеньем с молоком в промозглую зиму и удивительной радугой, на конце который был не горшок с золотом. Последняя улыбка моей овсяночки оставила во мне лишь дыру, в буквальном смысле, она выстрелила в меня! — Всего-то.. Вторая встреча за полвека — я улыбаюсь, в моей голова отражается, та первая встреча, встреча с ней и её полу-крысой. Эта махнатка укусила меня! За мой любимый палец, к счастью, пальцы на руках и ногах были целы. Надя сделала шаг назад, провела в воздухе тыльной стороной ладони и резко щёлкнула пальцами, за нашими с Машей спинами вылетала ночная фурия, хотя фурией назвать её было преувеличением, она как самый настоящий лимур, не видит меры в своих действиях, особенно когда пугает кого-то. Маша подскочила и рванула под бок к Наде, я впервые заметила напряжение Нади, она тот час стала пусси боем в лице и апполоном в груди, но тогда я этого ещё не понимал, мой взгляд был сосредоточен лишь на действиях Маши, она будто стала для меня центром всего необычного и притягательного, как Володя для Юрочки, только тогда, мои чувства не вызвали у меня отторжения. Но наш лимур сразу же начал хохотать, Анита будто бы снова увидела подтянутые солдатские попы в прусской форме, а возможно так оно и было, ибо попа Маши и правда была очень подтянутая. — Когда-нибудь, моё уважение к подружкам Вероники вернётся — Маша приподнимает голову, вытягивает свой фарфоровый носик, надув свои губки, — когда-нибудь! Но точно не сегодня. Мы с Надей сразу же улыбаемся, только вот Анита закатывает глаза резко хлопнув в ладоши, ЕЙ БОГУ, ШИЛО В ЖОПЕ. — Мисс Уиринг ждёт!! — тогда я не совсем поняла, что имела в виду Надя, но сказала она это очень весёлым тоном. Вероника нас ждала уже в помещении, она была лицом всех кофейн в городе, особенно осенью, когда начиналась эпоха пирожком с вишней и кофе с карамелью. Именно тогда, мы увидели её. Первую Уиринг. Девочка невысокого роста, чуть ниже лимура, с короткой стрижкой и красной помадой на губах, но самой отличительной чертой первой мисс Уиринг была маша манда. Увидев знакомый силуэт, Анита сразу же крикнула во всю мощь, да так, что если бы в сила герцов могла бы вызывать мочу, то все бы обмочились. — АЛИЯ, ДЕВУШКА МАШИ МАНДЫ, ПРИВЕТ!! — посмотрев по сторонам, Анита опешила, прикрыв рот рукой, но пошла следом за остальными, к Нике и Алие. Почему-то в заведении было совершено не людно, меня тогда это не особо волновало, но я точно об этом задумывался, до тех пор пока ненароком смотрел на попу Маши. — Артур! — серьезным тоном сказала Ника, ну не то, чтобы серьезным, но таким она хотела его показать. Стиснув зубы, пытайся со всей своей строгости произнести ответ, я сказала. — Да, — мой голос был как никогда натянут, я будто бы озвучивала какого-то сексуального транса в баре, уже слыша взвизги Нади, Аниты и Маши, Ника же старалась быть серьезной, но её лицо всё выдавало, она покраснела, как узбекская помидорка в мае. — Пиздаа — детским голосом сразу же ответила Надя, в моей голове крутилась попа Маши и желание сказать: "Егорова Сковорода, еб твою мать" Вероника выпрямилась, посмотрела на Машу, а после на Надю, с ними было что-то не так, помню как сейчас выражение лица Алии, оно говорило само за себя: "она меня уебет.." Анита встаёт, зашторивая помещение, я вижу лишь потерянный взгляд Алии и сам ничего не понимаю, Маша прикасается пальцами к моим костяшкам на кисте, медленно отводя руку. — Начинаем. — я не узнаю голос Маши, но это было не самым удивительным. Надя подбрасывает нож в воздух, Ника делает один шаг из-за стола и ловит нож, её взгляд напоминает мне полу-крыску Нади, НО БОЖЕ, ЭТО НЕ МИЛО.. Хотя, может быть чуть-чуть. Вероника медленными шагами направляется к Алие,та в панике бежит к выходу, натыкаясь на Машу. Она резким движением толкает Алию, прямо на лезвие ножа Ники. И даже тогда они не прекратили, Надя снова подкинула ножи, подхватив их она принимается делать рваные удары около живота, Надежда передает нож Маше, та смотрит на личико и аккуратными движения проводит линию. Крики Алии до сих отдаются эхом в моей голове. Анита подходит к ней, измученному, но ещё живому телу, она берет маленький нож и делает надрезы на лбу, которые напоминают мне буквы, она отходит и я чётко вижу. «маша манда» Она снова кричит, я поражаюсь её силе, ведь она ещё жива. Ника встаёт нал её телом, шпилька её туфли достигает 15 сантиметров, она оценочным взглядом проводит по лицу и надпись на лбу, её уголки губ лукаво поднимаются вверх, указательным пальцем Ника потирает кровь Алии, что оказалась на лице и делает цок каблуком в голову блондинки. Она молчит. Из звуков только стекающая кровь и тиканье часов, я смотрю на тело и замечаю, что удар Ники выглядит как точка после надписи. Молчание прервалось. — Неужели, Алия надеялась безнаказанно отписаться от меня, — Ника снимает туфли и делает шаги по окровавленному полу, — как жаль, мы ведь могли подружиться.