The Words

~~~[] [] []~~~

      Холодный ветерок неприятно обдувал кисти рук, из-за чего приходилось постоянно держать их в карманах куртки. И почему Хенджин не взял с собой перчатки? В следующий раз выходя на улицу он будет более предусмотрителен. Занятия в лицее уже закончились, а значит можно пойти домой, только парень даже не собирается сворачивать в сторону дома. Сегодня день рождения Бан Чана и вечеринка в шесть часов, на которую Хван приглашён. Прийти туда без всего — значит переступить через все моральные принципы Хенджина. Он просто не мог не порадовать друга подарком. Единственное, что было проблемой — Хван совершенно не знал что дарить. Кристофер такой человек, который в принципе редко говорит о чем нуждается, поэтому подгадать и выбрать практичный, в таком случае, подарок было сложновато.       Конечно, можно было бы не волноваться и просто купить что-то банальное, как кружка, набор для ухода за телом, или вообще отдать деньгами. Но Хенджин хотел чего-то особенного, чего-то, что будет вызвать тёплые чувства.       Парень обречённо выдыхает. Идей нет от слова «совсем». Хотя, всё ещё можно написать Минхо, всё-таки Ли живёт с Крисом в одном доме, он же должен знать о том, что Бан Чану нужно, верно? Только Хван не решался что-то спрашивать у хёна. Ли в последнее время выглядит слишком серьёзным, он будто поглащён собственными мыслями. Тревожить Минхо в таком состоянии было страшновато.       Хенджин останавливается и осматривается по сторонам. Пока он размышлял о том, что подарить, его ноги явно свернули куда-то не туда, ибо парень теперь вообще не знает где он. Ладно, хорошо что телефон заряжен и можно открыть гугл карты. Хван обращает свое внимание на здание, около которого он остановился, пытаясь разглядеть и прочитать вывеску.       «Music-Shop»       Ну что же, почему бы и нет?       Он решает хотя бы просто посмотреть что конкретно здесь продают. Парень прекрасно помнил, что у Криса есть собственная студия, в которой тот мог сидеть часами, почти не вылезая, лишь бы не терять ни единый кусочек нахлынувшего вдохновения для написания песни. Такое упорство старшего и его любовь к своему делу всегда поражали.       Хенджин осматривает витрины, пытаясь прикинуть, что может быть нужно каждому композитору. Микрофон, синтезатор, колонки… это такие базовые вещи, они сто процентов у Бан Чана уже есть!       — Здравствуйте, чем могу вам помочь? — Голос подошедшего консультанта словно спасательный круг.       — Здравствуйте, я… у моего друга есть своя студия, и мне хочется подарить ему что-нибудь. — Хенджин видит как молодой консультант кивает на его слова и, чуть подумав, идёт в сторону другого отдела.       — Для студийных работ к нам часто приходят покупать либо фильтры для микрофонов либо аудиоинтерфейс. Они чаще всего, то ломаются, то загрязняются. — Работник магазина едва склоняется и берёт в руки две коробки. — Могу посоветовать эти два. И фильтр и интерфейс от хорошей компании.       Хван смотрит на приборы и честно, ощущает себя первоклассником которому показали триганометрические функции.       — Ладно, тогда я, пожалуй, их и возьму. — Консультант коротко кивает и проходит к кассе.

~~~[] [] []~~~

      Время без десяти минут шесть, а Хенджин только закончил работать над сообщением которое ему задали сегодня утром. Он думал, что ещё успеет поспать, но времени уже не оставалось. Парень прибирает на столе, после подходит к шкафу и беглым взглядом оценивает то, в чем он может пойти. По правде говоря, Хван даже понятия не имел, что следует одевать на подобные мероприятия. Скорее всего что-то не официальное и удобное, верно? Парень берёт темно-синию рубашку с коротким рукавом и свободные светлые джинсы. Выглядит очень просто, зато вполне комфортно. Когда Хенджин забирал свои, уже отросшие, чёрные волосы в хвост, его телефон вибрирует, оповещая о новом сообщении. [I.N.fox]: Мы уже подъехали, можешь выходить.       Парень спешно берёт свой телефон и, конечно же, белый пакет с подарком. Быстро одевает ботинки и накидывает джинсовку. Уже закрывая дверь дома он ещё раз проверяет все ли взял и, наконец, выходит из подъезда. Даже в шесть часов на улице относительно темно и почти нет людей, отчего по всему телу пробегает ощущение свежести и свободы.       Искать нужную машину не пришлось, Хенджина почти сразу ловит Чонин и ведёт в нужную сторону. К слову, Ян приехал на машине Чанбина. Со сам предложил подвезти, ибо всем троим было по пути.       — Не против если я сяду на переднее сиденье? — Спрашивает Хенджин уже открытая дверь машины, закидывая свои вещи.       — Вообще без разницы. — Чанбин включает радио, ставит свой плейлист и делает громче.       — У тебя клёвая тачка. — Хван пристёгивается и открывает встроенное зеркало, проверяя свой внешний вид.       — Ага. — Ладно, разговор не особо клеится, поэтому Хенджин не решается говорить что-то ещё. Вообще, они не были так близки как хотелось бы. Чанбин хоть и был частью их общей компании, Хван знал, что у Со есть ещё друзья, с которыми Хенджин даже не знаком. Да и в целом, хён кажется очень сложным, поэтому общение почти всегда ограничивается базовыми фразами.       Хван решает доехать молча, поэтому отворачивается к окну, вглядываясь в пейзаж сумеречных улиц.       Пока ему на телефон вновь не приходит сообщение. [I.N.fox]: Ты выглядишь каким-то обеспокоеным, все хорошо?       Старший улыбается, всё-таки Ян очень проницательный. [Hyunjin_HW]: Да, просто волнуюсь немного, я не так часто хожу на подобные мероприятия… а ещё хочется спать, хаха. [I.N.fox]: Оофф, не переживай, я буду всегда рядом, поэтому тебе не о чем беспокоиться ;)       Хенджин перечитывает сообщение. Волнение постепенно растворяется, но сердце в его груди от чего-то больно колется.       Путь до нужного места не занял много времени. Всего за 15 минут они успели добраться до дома в котором проводилась вечеринка. Кстати говоря, Хван изначально думал, что для празднования Бан Чан выберет какой-то клуб или вообще свою квартиру, но как оказалось, тусовка проходит в съёмном коттедже. Хотя, так даже практичнее, неудивительно что Крис выбрал именно это место. Вечеринка ещё только началась, а из дома уже слышна громкая музыка и чьи-то крики. Чан похоже, пригласил чуть ли не весь город. Хенджин не успевает открыть входную дверь, как в нос ударяет запах алкоголя и освежителя воздуха. По всюду много людей. Чьи-то лица Хван узнаёт сразу, но точно вспомнить не может, здесь полно его одноклассников и учеников из параллели… а так же людей, которые выглядят взрослее парня лет так на десять. Неужели так много человек знакомо с Крисом? Кстати говоря, а где сам Чан?       — Ого, здесь так весело! — Голос Чонина еле прорезался сквозь кричащую музыку. Хенджин осматривается и понимает, что Чанбин тоже куда-то ушёл.       В ту же минуту, на периферии зрения Хван замечает знакомую фигуру, что спускается с первого этажа.       А вот и именинник.       — С днём рождения, Чани-Хён! — Хенджин улыбается и нападает на Криса с обьятьями.       — Ха-ха, привет. Как чувствуешь себя? — Бан Чан выглядит таким радостным и энергичным. Его улыбка всегда наполнена миролюбивостью, но сейчас он сам словно искрится тихим счастьем.       — В целом, отлично. Сам-то как?       — Так же. — Хён отпивает из стакана, который он держал всё это время в руке и Хенджин чуть не забыл о своём подарке. Он берёт пакет в обе руки и, раскрыв его, протягивает Чану.       — Я не знал, что конкретно тебе может пригодится, поэтому взял всё, что мне порекомендовал консультант. — Хван слабо улыбается. Да, он совсем не разбирался в композиторстве.       Крис всматривается в две упаковки на дне пакета, как через секунду его глаза внезапно расширяются и парень прикрывает рот рукой.       — Серьёзно? У меня буквально на днях у фильтра сломался держатель. Ты точно не следил за мной? — Чан смеётся и принимает подарок. От его улыбки в груди Хенджина теплеет. — Спасибо.       — Кстати, как Минхо-хён? Он в последнее время выглядит не важно.       — Минхо… я сказал ему, чтобы он не закрывался от меня, но… — Кристофер отходит от лестницы и идёт в сторону мини бара, когда убеждается, что Хван следует за ним. — Я просто не хочу давить на него, поэтому я просто жду, когда он сам захочет мне открыться. — Хён достаёт чистый стакан с полки. — Соджу или виски?       — Я не пью, прости. — Хенджин отказывается, пожалуй, только из-за страха напиться. Пьяные люди творят много постыдных вещей.       — Да брось, даже малой так не зажимается. — Чан кивает куда-то в сторону, намекая посмотреть в том же направлении. Хван поворачивает голову и слишком ясно видит то, как Чонин, чуть поодаль, общается с новыми знакомыми, которые наливали ему в стакан алкоголь.       Хенджин был уверен, что Ян ходит где-то около, а оказалось, стоило Хвану овтернуться, как младший уже пьёт в новой компании. В принципе, кто он такой, чтобы запрещать Яну развлекаться, верно?       — Ладно, я не заставляю же. — Бан Чан улыбается. — Если что, на втором этаже свободные спальные комнаты, на случай, если станет плохо, захочется поспать… ну, или ещё чего. Веселись. — Крис подмигивает и уходит, а Хенджин пропустил последние фразы хёна мимо ушей. Для чего ему свободная комната если он даже пить не собирался?        « …ну, или ещё чего. Веселись. »       Хван чувствует как резко его шея начинает гореть а щеки покрываться румянцем. Кажется, он понял на что Бан Чан намекнул.       Боже, хён как ты даже в мыслях можешь такое допускать?!       Хенджин смущённо выдыхает, но стакан с бутылкой из мини бара все равно вытаскивает. Ладно, ему скоро девятнадцать, почему бы не позволить себе расслабиться хотя бы на один день.       Хван наливает соджу чуть меньше половины стакана и слегка отпивает, лишь пробуя. Язык мгновенно обжигает сладковатый вкус, с лёгкой ноткой персика. Хочется сморщиться либо от послевкусия, либо от яркого спиртного запаха. Что же, для первого раза вроде не плохо. Парень наливает уже целый стакан и ставит бутылку на место. Напиваться, он всё ещё не планирует.       Хенджин вновь цепляется взглядом за смеющегося Чонина и хочет подойти к нему. Ян делает глоток из кружки и продолжает что-то обсуждать, а Хван всматривается в людей, что окружали младшего. К слову, Хенджин никого из них не знал. Ещё пара минут наблюдений и старший становится свидетелем того, как на плечо Чонина укладывает голову невысокая девушка. Мысли Хвана стопорятся, когда незнакомка плавными движениями начинает оглаживать предплечье Яна. Непреодолимое желание оттолкнуть девушку красными огнями вспыхивает в сознании и Хенджин не смеет перечить этому чувству. Он осушает залпом весь стакан и ставит его на первую попавшуюся ровную поверхность. Хван быстрым шагом приближается к их шумной компании и как только парень оказывается возле Чонина, который непонимающе моргает такому внезапному появлению хёна, то Хенджин спокойно берёт руку Яна и отводит младшего в сторону, подальше от тех людей.       — Эй, ты чего? — Чонин протягивает каждую гласную, обижено смотрит, но руку не убирает.       А Хван и не знает, что ответить. Хотелось бы скинуть его внезапное раздражение на выпитый алкоголь, только выпил-то он, совсем ничего. Теперь даже немного неловко, разъедающая желчь слишком резко охватила его мысли и не хотела отпускать до сих пор.       — Ничего. Почему ты вообще пьёшь с неизвестными людьми? — Хван сжимает чужое запястье в своей руке.       — М, а мне нельзя? Я уже не маленький, чтобы мне кто-то запрещал пить… — Ян осматривает хёна, после чего хитро ухмыляетя. — Или ты ревнуешь?       Хенджина словно окатили водой.       Ревнует? Он? Да ни за что.       Ну… разве что совсем немного.       — Стоило мне отвернуться, как к тебе уже лезет какая-то девушка. Ты хоть имя её знаешь? — Хван уже не пытается сохранять самообладание и скрывать своё недовольство которое, в принципе, и так явно видно.       — Это так мило, ты действительно приревновал меня. — Чонин чуть ли не мурлычит эти слова. — Брось, это просто моя одноклассница. Я сам не ожидал, что она полезет ко мне. — Ян кладёт обе руки Хенджину на плечи и прислоняется ближе.       Хван хмурится, ничего не отвечает, но всё равно успокаивается. Даже сквозь одежду, кожа под чужими прикосновениями словно полыхала синим пламенем. Парень не думая укладывает свои руки на талию Яна. От чего-то хочется сжать и огладить весь периметр изгиба. Чонин льнёт к старшему, прижимается плотнее и сцепляет руки на плечах Хенджина в кольце, обнимая.       — Ты ведь не злишься? Или мне стоит напомнить, что я только твой? — Голос младшего такой нежный, но обжигающий подобно пламени, опаляет кожу у самого уха. Хван чувствует как постепенно сгорает.       — Чонин… — Боже, сердце Хенджина сейчас слетит с катушек от бешеного ритма. — Ты, кажется, слишком много выпил. — Старший хочет вырваться из этого тягучего омута, но хватка Яна слишком крепкая.       — Неправда, я выпил совсем чуть-чуть. — Чонин так близко, что Хван может пересчитать его ресницы. Взгляд сам от лисьих глаз сползает к ровной переносице, к кончику носа, а затем замирает на чужих губах. Желание приблизиться и коснутся их было превыше каких-либо предосторожностей. Поддавшись этому порыву Хенджин без задней мысли сминает чужие губы своими, изредка покусывая их так, что они за секунду краснеют и пухнут. Руки Яна перемещаются к тёмным волосам старшего, сжимают их меж пальцев и слегка оттягивают. Хотелось углубить поцелуй, проникнуть глубже. Музыка на фоне и гул толпы смешались в одно звучание и будто стали тише. Веки закрыты, но перед глазами продолжают взрываться фейрверки. Желание слиться с человеком, что так жадно отвечает на поцелуй, разбивало все границы и звенело в ушах.       — Чонин, ты… — Хенджин выпаливает это в самые губы, едва ли позволяя себе отдышаться. — … ты сведёшь меня с ума.       Ян мелко посмеивается, и Хван готов покляться, что этот смех принадлежит дьяволу. Под светом тусклых огней младший выглядел ни как иначе как суккуб.       — Неужели я так хорошо целуюсь? — Чонин смотрит хитро, выжидающе. А Хенджин, кажется, сейчас попрощается со своей душой.       И телом.       — Не отпускай меня. — Звучит как мольба и, в принципе, так и есть. Голову кружит очень сильно, а желание ещё раз прильнуть к таким манящии губам Яна с каждой секундой становилось лишь сильнее. Он знал, что утопает в этом порыве чувств, и прекрасно видел как Чонин тонет вместе с ним.       Младший вновь расплывается в улыбке и мягко берёт Хвана за руку. Куда бы Ян не повёл его, Хенджин пойдёт следом. Мысли абстрагируются от внешнего мира, концентрируясь только на нежной руке Чонина, которая так аккуратно сжимает его ладонь.       Дойдя до второго этажа Ян открывает какую-то дверь и стоило закрыть её с другой стороны как старшего резко прижимают к стене. В комнате, в которую они зашли, было относительно темно и тихо, звуки с первого этажа приглушались и теперь Хенджин отчётливо слышит своё сердцебиение.       Пара лисьих глаз блестели хитрыми искрами, которые вот-вот превратятся в настоящий пожар. Хвана целуют жадно и напористо, так будто этого поцелуя ждали всю жизнь. Хён прижимает Чонина к себе, стискивает меж пальцев его волосы. Под чужим напором хотелось растаять. Ноги подкашиваются, а руки беспорядочно шарятся по всей спине младшего. Хенджин чувствует, что больше не может стоять, поэтому он словно заколдованный тянет Яна к кровати, что так кстати была в этой комнате.       — Чонин, ты ведь не собираешься м… — Вопрос застревает комом в горле, как только Хвана резким движением укладывают на постель, буквально вдавливая в матрас. Собственно, спрашивать что-либо уже не хочется. Хочется напиться, но от чужих прикосновений голову сносит похлеще чем от любого алкоголя. Ян усаживается на бёдрах хёна, ёрзая, будто специально. Его тонкие руки спешно расстёгивают чужую рубашку, открывая вид на бледную кожу Хвана, в которую младший тот час впивается. Хенджин сейчас сойдёт с ума, Чонин чуть ли не вылизывает его шею, оставляя короткие поцелуи и укусы. Хочется куда-то деть свои руки, хочется прижаться ещё ближе.       Сознание постепенно расплывается, стоило младшему поддеть молнию на джинсах. Боже, Хван точно не рассчитывал, что сегодняшний день может свестись к этому. Но на анализ ситуации и на уровень её здравомыслия тратить время не хочется. В одежде уже невыносимо жарко и тесно, поэтому Хенджин чуть ли не молит Яна поскорее снять с себя эти тряпки, издавая еле слышное мычание. Чонин настоящий демон во плоти, он продолжает улыбаться и дразниться: его рука то нежно проезжается к паху, подцепляя молнию ширинки, то снова возвращается к животу, поддевая концы рубашки, проникая под неё.       — Чонин, пожалуйста… — Хван не узнаёт собственный голос. Он даже не знает о чем конкретно просит, лишь бы младший не останавливался. Ян улавливает чужие мысли и в секунду стаскивает с Хенджина рубашку, откидывая её на пол. В след за рубашкой идёт и свитер Чонина. Теперь Хван мог полностью осмотреть чужой торс, и, о боже! Почему Хенджин раньше не замечал, какое красивое и подтянутое тело у младшего?       — Ты такой красивый… — В глазах Яна столько нежности и любви, что Хван сейчас еле сдерживает себя от прорыва прижать младшего к себе, расцеловать и больше никогда не отпускать.       — Ты тоже… — Голос Хенджина так охрип, говорить всё ещё не хотелось. Зато хотелось Чонина и очень сильно. Руки непроизвольно переместились на бёдра младшего, сжимая их и стискивая, из-за чего, даже сквозь ткань джинс можно было ощутить возбуждение друг друга. Хван слышит чужой сдавленный стон, от которого сердце начинало стучать бешеным ритмом. Кровь приливает вниз, от чего в области паха болезненно, но приятно тянет. Терпеть уже слишком не выносимо. — Пообещай мне, что ты потом не будешь жалеть об этом.       Чонин коротко кивает и закусывает нижнюю губу. Этот кивок сжёг любые дороги назад.       Хенджин чуть привстаёт с кровати, резким движением переворачиваясь и меняясь местами с Яном. Теперь Хван сверху вниз видит то, с каким желанием младший поедает его глазами. Парень не намерен терять ни секунды, поэтому спешно снимает свои и чужие джинсы, скидывая их на пол, к рубашкам.       Когда Чонин доверительно положил свои нежные руки хёну на плечи, в голове адекватных мыслей уже не оставалось. Хенджин приближается к ключицам Яна, языком очерчивая каждый изгиб, спускаясь ниже. Руки старшего сжимают чужие бёдра, сминают и гладят. Чонина бросало то в жар, то в холод от переполняющего возбуждения. А Хвана окутывает жажда и сильнейшая жадность, в порыве которой он то кусает кожу, то мягко целует. Языком проезжается по чувствительным соскам, мягко покусывая их и посасывая. Когда чужие стоны тихим звучанием ласкают слух, Хенджин совсем теряет рассудок.       Его рука нежно обхватывает член Яна, начиная медленно водить по всей длине. Чонин буквально дрожал под ним, выгибаясь. Младший ёрзает и обрывисто стонет, когда старший уже другой рукой вводит один палец в Яна, растягивая того изнутри. Как бы сильно Хвану не хотелось трахнуть Чонина прямо сейчас, он не мог пренебречь чужим комфортом и здоровьем.       Стоило ему ввести ещё два пальца как Ян болезненно сжимается и едва ли не царапает кожу на плечах Хенджина. Если бы старший знал к чему сведётся сегодняшний день, то точно позаботился бы о том, чтобы взять с собой смазку. Но поскольку её нет, Хван старается как можно нежнее двигать пальцами внутри.       — Тише, сейчас станет легче. — Голос хёна томный и хриплый, Чонин почти сразу затихает. Хван вновь утягивает Яна в поцелуй. Целует сладко и нежно, чем старается загладить неприятные ощущения внизу. Через некоторое время младший сам начал насаживаться на чужие пальцы, тихо постанывая. Только когда Хенджин решает, что Ян достаточно растянут, он делает несколько резких движений, после чего вынимает пальцы.       Хён берёт небольшую подушку у изголовья кровати и кладёт её младшему под бёдра, для большего удобства.       — Дай мне знать, если тебе будет неприятно. — Последние слова, которые говорит Хван перед тем как медленно входит в Чонина. Хенджин нависает над чужим телом, которое вмиг напрягается и сжимает член старшего. Ян тихо шипит и переместив руки на постель сжимает покрывало чуть ли не разрывая его. Хван накрывает приоткрытые губы Чонина в трепетном поцелуе и входит ещё на несколько сантиметров, от чего младший жмурится испытывая дискомфорт.       — Хенджин… — Ян стонет и извивается. В уголках его глаз уже скопились слёзы, которые вот-вот польются ручьём.       — Тише… всё хорошо… — Хенджин начинает размеренно двигаться, руками мягко поглаживая бёдра младшего. Хван наклоняться чуть ниже, языком вновь проходясь по бледной шее Яна, буквально слизывая редкие скатывающиеся слезинки. Чонин расслабляется, обвивая руками шею старшего, притягивая к себе ещё ближе. Хенджин отчётливо слышит чужое сбивчивое дыхание и тихие стоны, что звучат у самого уха.       — Можно чуть быстрее? — Просит Ян между протяжными стонами.       Хенджин лишь мычит в ответ и как Чонин и попросил, начал двигаться чуть быстрее. Старший впивается в ключицы Яна, кусая и оставляя едва заметные покраснения. Мыслей в голове уже не осталось. Осталось только животное желание и страсть. Ян выгибался и стонал с каждым резким толчком, а когда член хёна толкнулся в простату, у младшего словно искры из глаз посыпались. Хенджин сразу понял, что двигается под правильным углом, поэтому желание начать толкаться резже только усилилось. Старшему буквально сносило рассудок от вида такого податливого Чонина, что так сладко стонет от каждого движения.       — Боже, я сейчас не выдержу. — Ян чуть ли не скулит это и спустя ещё пары резких толчков младший с протяжным стоном изливается на живот себе и хёна.       Хван чувствует, что сам уже близок к разрядке, поэтому он аккуратно выходит из Чонина, доводит себя до оргазма рукой буквально парой фрикцей и устало падает на кровать рядом с Яном.       — Пиздец. — Хенджин пытается отдышаться, смотрит прямо на Чонина и улыбается.       — Это был мой первый раз… с парнем. — Ян тоже поворачивает голову и осматривает Хвана. Оба сейчас лежали в приятной истоме и не хотели даже шевелиться. — Мне понравилось.       — Мне тоже… — Хенджин с трудом обрабатывал сказанные младшим слова, ибо мозг всё ещё отказывался работать.       К слову, музыка и разговоры с первого этажа всё ещё очень слышны.       Хенджин поднимается на локтях и смотрит на закрытую дверь, за которой всё так же был разгар вечеринки… Чёрт, они же буквально потрахались на чьей-то кровати.       — Не волнуйся, я ещё в самом начале закрыл дверь на замок. — Чонин тоже поднимается и чуть склонившись достаёт все их вещи с пола.       — Может поедем домой? — Хенджин уже не в состоянии продолжать здесь находиться.       — Давай ко мне? У меня всё равно никого не будет вплоть до следующей недели. — Ян кидает Хвану его вещи, пока сам искал у себя в карманах джинс салфетки. И как только их находит, сразу даёт парочку хёну, чтобы вытереть живот.       — Давай. — Хенджин вытирает испачканую кожу и откидывает использованую бумагу куда-то за кровать, после чего подползает к Чонину и нежно обнимает его со спины, укладвая голову на бледные плечи. — Ты такой сладкий.       Ян на это мило смеётся и от его смеха хотелось расплавиться.