Last day of life

Прозрачный, словно лед, замерший накануне, Пришедший день зимы безжизненнен и пуст. Его не наполняют ни запахи, ни люди, Лишь снега под ногами я слышу слабый хруст. Так холодно внутри – все рядом замерзает, И как-то дальше вглубь уходит мой озноб. Морозу мало рук, полегших жертвой сразу, Ему всегда все мало. Не знает слова стоп. Мир блеклый и безвкусный – как будто не бывало Иначе, чем сейчас. Живее, чем во сне. Не уж то я без ног стремительно бежала? Куда? Зачем? К кому? Скажите уже мне! Не помню, почему. Была ли там причина. И как вообще теперь я оказалась здесь. Среди безликих стен из липы и осины, Кто знает, что найдешь? И что вообще тут есть. Я сильно забываюсь. Из памяти обрывки Мелькают в голове, сливаются в одно. Верхушки крон деревьев в негласном поединке Все тянутся наверх, к небу надо мной. Откуда это чувство отчаянной тревоги? Безмерно тяжким грузом давят облака. Они невысоко. Исчезли в них дороги, Надежда найти дом совсем не велика. Какого черта боль не лечит амнезия? Все также тянет грудь, замедлен сердца стук. Пейзаж везде такой, как будто неземные Просторы развернулись куда ни глянь вокруг. Меня не утешает отсутствие спасенья, Но и не ободряет также ничего. Ведь лес зимой суров, и ветер не весенний. Он заметет любого бурей снеговой. Какого черта я себя так ненавижу? Вконец невыносимо терпеть всех мыслей рой. Когда они уже, как всё кругом, застынут? Но нет – пока ты не умрешь, они будут с тобой.