Назад дороги нет

      … «Почему то мне не кажется, что я заблудился в темном лесу. Я не чувствую запахов, не слышу шелест травы под ногами, не чувствую дунавение ветра. Передомной только ночное небо, усыпанное звёздами и тропа, что ведёт в чащу. Сколько времени я блуждаю в этой тьме? И только через некоторое время вижу лазурный блеск. Озеро?.. Я приблизился и расстеряно заглянул в отражение, но там был не я. Или скорее не совсем я. Почему-то вместо привычного своего вида в отражении был жалкий человек, в хаори и с корзиной угля за спиной… – Танджиро…»

***

      Удар по струнам сямисэна зажигает огни большого пространства. Музан уже на своем месте, сердито наблюдает за перемещением подчиненного. Разделенная шестая высшая луна-Гютаро уже стоял у ног господина, смотря в пол и ожидая, пока ему разрешат заговорить. – С чем пришел? — величаво поинтересовался брюнет. Мужчина, мягко говоря, не любил, когда его беспокоили, поэтому делалось это только в самых крайних случаях, если его подчинённым голова дорога. – Господин, в городе неладно… —прохрипел худощавый, — Слыхал от сестры, что будто бы в западной части города истребители ошиваются… Сами цветами с головы до пят пропахли, что духу их не слышно. Выискивают Вас и приемника Вашего. – Думаешь, я настолько глуп, чтобы они нашли меня? Даже если бы они знали где я, то не приблизились и на миллиметр. В городе тысяча людей, а уж там я появляюсь крайне редко. Не разочаровывай меня подобной мелочью!       Желтоглазый нервно сглотнул, поняв, что одно неверное слово, движение или мысль отправит его на тот свет. Перебивать Кибуцуджи не позволялось никому. Однако, воспользовавшись телепатией, брюнет только сильнее нахмурился. Камадо ведь бывший охотник, да не простой, поэтому ищут. Но почему именно Токио? Неужели его видели или он не смог убить каких то слабаков? Не с проста это все… – Сколько их? – Пятеро. Двое из них были с Танджиро до того, как он обратился. Ещё с ними столп. – Девчонка с бамбуком во рту тоже с ними? – Пока не ясно. Из-за глицинии запах не уловить. – Найти и убить. Девку привести живой. Что касается Танджиро… В близ города не охотится. Отвечаешь головой за него! А начнёшь болтать лишнее, во век не расплатишься. Умрёшь. И сестра твоя умрет. Теперь прочь!       Гютаро пропал сразу же как только повелел Музан. Жёлтоглазый побрел по коридору, тщательно обдумывая все указания. Оградить Танджиро от города не так то просто, а уж от леса тем более. «Уж если его видели, это не так плохо. Главное, чтобы не сталкивался с этими жалкими слабаками… Хотя, кто тут слабак?! Как посмотреть хозяин печется о нем, как о дорогущей кукле, отгораживает от прошлого и …»       Парень начал задыхаться, горло сдавило очень сильно, и тот повалился на пол кряхтя от удушья. Господин все слышит. Все знает. Гютаро нельзя говорить или думать ничего дурного. Пускай они тренируются и общаются с Камадо, но не нужно забывать, что это любимчик повелителя. К тому же, Гютаро был горазд на издевки, в основном с чужаками, но и к своим «коллегам» мог прицепится запросто, а по сему язык приходилось иногда держать за зубами. Наконец ему дали вдохнуть воздуха, который Гютаро жадно глотал. Это всего лишь предупреждение, но ведь Кибуцуджи может по настоящему разозлится и уж тогда конец.       Два поворота направо, один на лево, третья комната от угла, покои Танджиро. Он жил дальше от главной залы и на этаж ниже господина. С одной стороны это довольно далеко, учитывая огромные, запутанные коридоры, несколько тысяч дверей во все концы и комнаты «молодых лун» которые больше напоминали отдельные дома и измерения. Гютаро жил дальше приятеля на целый поворот. Потоптавшись на месте, морально уставший парень побрел к себе. Демоны ведь орудуют вечером, а сейчас можно было занятия своими делами, тренировками и прочим.

***

«Я снова здесь? Снова у озера, которое сбивает с толку своей светящиеся во тьме водой.Что же это за место? – Танджиро… Я обернулся, и вновь никого не увидел. – Танджиро… Меня зовут отовсюду, голос сводит меня с ума. Я зажмурился, опустился на колени у озера и зажал уши ладонями. Не хочу никого слушать, вот бы это все прекратилось. Я разомкнул глаза и в отражении увидел незнакомую мне женщину с нежной улыбкой. Не успев даже перевести дух, как она уже была совсем рядом, наполовину вынырнув из воды. Она взяла меня за руки своими тёплыми руками и заглянула в глаза. – Ты забыл нас. Мой голос уже дрожал: – В-вас?.. – Меня, отца, Шигеру, Такео, Ханако, Рокуту.Мы все так скучаем по тебе и Незуко. – Н-незуко?.. – Братишка! — раздалось у меня за спиной. Я отдернул свои руки от рук мамы и так же зажмурившись, чтобы никого не видеть поспешил в лес. – Чт-то?..Мама?! — меня прошибло током и я остановился. – Мама! Но почему же я не помню её?! Никого не помню! Глаза наливаются слезами. – Сестра Незуко... Я обернулся и закричал, что есть сил ища младшую сестру. Как я вообще мог забыть про нее?! – Незукоооо! Н-ннннееезукоооо!!! "

***

      Танджиро очнулся у себя в комнате, которую ему любезно предоставил Господин Музан. Сколько же он. Спал? Демоны разве спят? С ним происходило явно что-то не то, но не стоит пока рассказывать кому нибудь об этом. Заняв себя рутинными делами, юноша постарался успокоиться. Нельзя, чтобы его услышали. Камадо привел себя в приемлемый вид, собрал книги, которые брал у господина и отправился по коридору в кабинет Музана. Ничего необычного не происходило. Доума шумел и донимал Аказу, а тот состроив обиженную мордочку отмахивался от него. «Молодые луны как дети" — хихикнул Танджиро. Он быстро переключился на другие мысли, чтобы Кибуцуджи сочел его «чистым», до этого времени красноволосому особо нечего было скрывать, но пару раз практиковал подобное, мало ли как может отреагировать хозяин. Выходит не такой уж он преданный и идеальный. А вдруг господину все давно известно? Кто ж его разберёт… Но расположение хозяина и их взаимоотношения полностью устраивали обоих.       Парень уже стоял у дверей хозяйского кабинета, тихонечко отворяя, так что бы ни малейший звук или свет не помешал Музану. Господин знает, что он здесь.Чувствует кожей, буквально. – Книги пришел вернуть.— не поворачиваясь и уже зная ответ на перед говорит Музан. –Да. Большое спасибо, Господин, за то, что разрешили взять их.— поклонился Танджиро выставляя руки с книгами вперёд. –Ты ведь знаешь, что у всего есть своя цена? — кроваво-красные глаза блеснули через плечо. Танджиро так и стоял с книгами не поднимая глаз, даже прикрыв их. – Да. Музан встал из-за стола быстро и бесшумно, как только мог именно он, принимая книги и сразу откладывая их в сторону, а после поднял за подбородок лицо приемника. – Подними глаза. Я хочу их видеть. —бархатно говорит мужчина. Красноволосый повинуется воле хозяина, выпрямляется, молчит, смотрит и ожидает дальнейших указаний. – Скажи-ка, был ли ты в городе или лесу по-близости три дня назад? – Да. Я думал, что кто-то забредет в те земли и я его съем, но мне не повезло… — немного нахмурил бровки юноша. – А в столице истребителей не встречал? – Я бы их непременно убил если встретил, Хозяин. Пронзительный взгляд, тишина. – Что ж, хорошо.— рука Кибуцуджи скользит сначала к щеке, задевая пальцами шею, проводит возле уха и цепляется пальцами за волосы на загривке, чуть оттягивая их заставляя поднять голову вверх. Чуть наклонившись Музан легко одаривает юношу поцелуем в губы, плавно отстраняясь. – Не здесь…-шепчет хозяин, — Прийди ко мне ровно 2:45. А до того момента подготовься. — Да, Господин.