Чат VK Продолжение

Кот хрустел кормом и урчал одновременно, создавая на кухне уютный, почти идиллический фон. Тимур, запивая свой завтрак уже остывшим кофе, рассказывал мне о предстоящих концертах. Он говорил о городах, о графиках, о репетициях, а я смотрела на него и понимала, что совсем не слушаю. Я просто любовалась им. Тем, как он жестикулирует, как улыбается, когда рассказывает о новой песне, как его волосы падают на глаза. — ...а потом мы летим в Санкт-Петербург, — говорил он, — и если всё сложится, у нас будет пара дней перед следующим туром. Я поймала его руку и переплела наши пальцы, прерывая его рассказ. — Ты так много работаешь. Он замолчал, глядя на меня с нежностью. Затем поднёс мою руку к губам и поцеловал кончики пальцев. — Но теперь у меня есть ради кого возвращаться. И... — он кивнул в сторону кота, который уже доел и теперь умывался, сидя рядом с нами, — ...у нас теперь есть тот, кто будет ждать. В этот момент я поняла, что абсолютно счастлива. Здесь, на этой кухне, с этим мужчиной и этим наглым котом, я наконец-то обрела свой дом. Я отпросилась с работы на несколько дней, и мы с Тимуром не выходили из дома. Мы жили как семейная пара. Это было так просто, так правильно и так... по-настоящему. Мы вместе готовили, споря на кухне, кто будет резать лук, а кто — мыть посуду. Мы вместе, чертыхаясь и смеясь, мыли кота, который превращался в скользкую, когтистую фурию, стоило только нам намочить его шёрстку. Мы вместе прикручивали его когтеточку к стене, а потом втроём, закутавшись в один плед, смотрели на ноутбуке старые фильмы. Кот быстро освоился. Он спал в изножье кровати, будил нас по утрам, требуя завтрак, и с видом строгого судьи наблюдал за нашими «тренировками» в гостиной. Он стал нашим маленьким шерстяным якорем, который привязывал эту сказку к реальности. В эти дни не было ни концертов, ни фанатов, ни шумихи. Были только мы. И это было самое счастливое время в моей жизни. Время, когда я поняла, что дом — это не место. Дом — это он. И кот. И наша маленькая, уютная вселенная, которую мы создали сами. Со временем Тимур обосновался в моей квартире. Сначала он «забыл» зубную щётку, затем — свои любимые шорты, которые я потом нашла в корзине для грязного белья. Я была рада этим переменам. Его вещи, его запах, его присутствие — всё это стало неотъемлемой частью моего дома, моей жизни. После концертов он мчался ко мне. Уставший, но с горящими глазами, он врывался в квартиру, и его первым делом были мои объятия. Он сбрасывал с себя усталость и шум стадионов, растворяясь в тишине нашего маленького мира. А я ждала его. Точнее, мы ждали. Я и кот. Я сидела на кухне с книгой или просто смотрела в окно, а кот лежал у моих ног или на спинке дивана. И как только в замке поворачивался ключ, мы оба срывались с места. Кот бежал тереться о его ноги, а я — летела в его объятия. Мы стали командой. Маленькой, странной, но абсолютно счастливой семьёй. И я знала, что это и есть то самое «долго и счастливо», о котором пишут в книгах. Только наше было настоящим. Со временем Аня узнала, что Тимур влюблён в меня и что мы вроде как вместе. Она ненавидела меня больше всех, называла предателем, кричала, что я увела у неё парня, хотя, по сути, я увела его у её же иллюзий. Это было больно и неприятно, но я понимала её. Со временем буря утихла, оставив после себя холодное, равнодушное молчание. Она просто игнорировала меня, и, честно говоря, это было лучше, чем открытая ненависть. А спустя полгода, на Новый год, всё кардинально изменилось. Катя, Ильяс, Тимур и я с котом собрались встречать праздник в моей квартире. Это было так... правильно. Будто все кусочки пазла наконец встали на свои места. Ильяс был не просто моим прошлым, он стал нашим другом, мостом между мной и своим братом. Мы смеялись, готовили салаты, смотрели старые комедии, и никто не чувствовал неловкости. И вот, за пять минут до полуночи, мы, как и вся страна, замерли перед телевизором. Тимур притянул меня к себе в объятия. Я откинула голову ему на плечо, а кот, этот маленький шерстяной наглец, свернулся клубком у наших ног. Под торжественный бой курантов он развернул меня к себе. Его глаза сияли ярче, чем все огни на ёлке. — Эвелина, — его голос был твёрдым и ясным. — Ты выйдешь за меня? Он открыл маленькую бархатную коробочку, которую до этого момента прятал в кармане. На его ладони лежало золотое кольцо. Простое, но невероятно изящное. А на внутренней стороне я успела заметить тонкую, едва различимую гравировку. Я смотрела то на него, то на кольцо, и чувствовала, как к горлу подступает ком. В этот момент я увидела, как Катя радостно ахнула, прикрыв рот руками, а Ильяс одобрительно улыбнулся и поднял бокал. Я не могла вымолвить ни слова. Я просто кивнула, чувствуя, как по щекам катятся слёзы — слёзы чистого счастья. Он надел кольцо мне на палец под радостные крики друзей и поцеловал так, словно хотел, чтобы этот поцелуй длился вечно. А за окном гремели салюты, возвещая начало нового года. И нашей новой жизни. Вместе. Конец. ❤️