латте с карамельным сиропом

Фэнг шмыгает покрасневшим носом, трёт его рукавом худи, натянутым на ладонь, и поправляет сползшую с плеча лямку рюкзака. Улыбка касается его губ, потому что приятно вырваться из лап октябрьской прохлады и оказаться в тёплом помещении. Он морщится, чувствуя себя уязвимым и слепым, только-только появившимся на свет котёнком из-за предательски запотевших стёкол очков. Фэнг, коря себя за забытую салфетку из микрофибры, касается линз указательными и большими пальцами и начинает водить ими по стеклам, избавляясь от последствий перехода с мороза в тепло на линзах. Ощущение, что его сверлят взглядом, заставляет вздрогнуть. Фэнг поправляет очки и оглядывается по сторонам. Из груди вырывается разочарованный вздох. Он пожимает плечами, так и не найдя заветного сталкера, а после бросает рюкзак на стул, занимая столик. Когда Фэнг подходит к барной стойке, чтобы оформить заказ, бариста, выполняющий и функцию кассира, недовольно хмурит брови, манерно поправляя отросшую чёлку изящными пальцами с ногтями, крашенными чёрным лаком. Незнакомец кажется Фэнгу олицетворением грозовой тучи с молнией и холодной осени. Фэнг решает не заморачиваться, потому что чужие тараканы, чешущие череп изнутри, — уж точно не его морока. Он слишком утомился на парах за сегодня, чтобы париться по пустякам и зацикливаться на плохом настроении человека, которого он забудет через пару часов. — Средний латте с карамельным сиропом с собой, пожалуйста! — Фэнг устало улыбается, считывая чужое имя с потрёпанного бейджика. Эдгар. — Не хотите попробовать что-нибудь из сезонного меню? — кассир, показывая явную незаинтересованность в диалоге с посетителем, опускает взгляд вниз, считывает фразу с листа, на котором напечатан скрипт. Он даже не утруждается предложить конкретный напиток, в надежде на то, что сезонное предложение человека напротив не заинтересует. Фэнг отрицательно мотает головой, отказывается от скидочной карты, убеждая себя в том, что он больше сюда никогда не вернётся, и называет своё имя, чтобы забрать заказ, как только его позовут. Усаживаясь за облюбованный стол возле окна, он бросает взгляд на суету города через стекло. — Заебался, — бубнит он себе под нос, растягивая слово, и тянется за рюкзаком, стоящим на стуле напротив, через стол, чтобы выудить оттуда тетрадь с ручкой, и бросить его на пол, отодвигая ногой в сторону. Он погружается в работу над домашним заданием с головой, и из лап высшей математики его вытаскивает разносящееся по помещению «Заказ для Фанга готов». Фэнг чешет лоб колпачком ручки и усмехается, вставая из-за стола. — Спасибо, Эдуард, — на губах Фэнга появляется ехидная улыбка, когда он тянется за цветной трубочкой, не разрывая зрительный контакт. Баристу подобный выпад злит. Это видно по его нахмуренным бровям и плотно сжатым губам. — Я Эдгар, — недовольно бурчит он, отводя взгляд в сторону и поправляя чёлку. — А я Фэнг. Мы квиты теперь, — Фэнг поправляет очки, сползшие на нос, указательным пальцем, хотя очень хочется сделать это средним; и отпивает столь желанный латте через трубочку. — Спасибо за вкусный кофе! — Не за что. Это моя работа — готовить напитки, пригодные для употребления, — Эдгар закатывает глаза и скрещивает руки на груди. Фэнг, не выдерживая подобной серьёзности, отворачивается и подносит кулак к губам, еле сдерживая рвущийся наружу смех. Садясь на место, он ставит стаканчик с написанным на нём маркером «Фанг» на стол и возвращается к бороздению бескрайних просторов высшей математики. В голове невольно всплывает образ хмурого баристы, который, наверное, изо дня в день получает выговоры от начальства за свою манеру общения с посетителями. Интересно, долго ли ему осталось здесь работать? Фэнг пододвигает портфель к себе ногой, открывает его, и достает из пенала карандаш. Открывая последнюю страницу тетради, он, не переставая улыбаться, пытается вывести собственную формулу под названием: «Как долго Эдгар продержится на своём рабочем месте?». Выдумывать собственные переменные оказывается куда интереснее высшей математики, поэтому он, увлечённый процессом, не замечает даже, как за окном начинает вечереть, а напитка в стакане совсем не остается, из-за чего раздается неприятный звук высасывания пустоты через трубочку. Телефон, лежащий на столе, начинает вибрировать. Фэнг бросает взгляд на всплывшее оповещение.

от кого: напукиш

привет! Забери меня с художки, пж. Мама сказала, что не успевает. Не хочу ночевать здесь.

можно со мной еще Бонни будет? Пж пж.

не говори маме ладно?

я поделюсь с тобой чипсами…

с крабом.

Фэнг, читая сообщения, прилетевшие от младшего брата, не может сдержать улыбки. Гас кажется ему милым со своей влюблённостью в девочку, посещающую с ним одну секцию. Он изо всех сил старается скрыть свой интерес от матери. Если бы он знал только, что она давно заметила, как нерадивый младший неожиданно начал задерживаться в художественной школе, брызгаться духами старшего брата и перестал возвращаться домой с пакетами из фастфуда, откладывая деньги на шоколадки для понравившейся девочки, и срывая цветы с клумбы возле дома. от кого: биг бро окейййй я согласен но только ради пачки чипсов Фэнг, сидя на стуле, потягивается, встаёт из-за стола, вкладывая ручку и карандаш в тетрадь, а затем небрежно закидывает их в рюкзак. На прощание он смотрит в сторону кассы, и Эдгар, спрятавшийся за чёлкой и уткнувшийся в телефон, почему-то вызывает улыбку на его лице. Фэнг нарекает себя легендой переобувки и отказывается от собственных слов о том, что он больше сюда никогда не вернётся. Возможно, стоило согласиться на скидочную карту? Он обязательно зайдёт проверить, выперли ли Эдгара с работы. По его подсчётам, должны. Это лишь вопрос времени. Если Фэнг вдруг окажется не прав, значит, у начальства в этом заведении бездонная чаша терпения.

***

— Почему люди просят сделать им кофе с собой, а в итоге остаются сидеть здесь ещё сто часов, посасывая его из трубочки так, словно во рту оказался самый желанный член на свете? Напарница по смене, вернувшаяся с обеда, начинает заливисто смеяться, глядя на Эдгара. — Дисс на того парнишку, имя которого ты неправильно произнёс? — девушка улыбается, поправляя пепельного цвета волосы. — Я была в подсобке и всё слышала, пока ела свой бургер! Жаль, правда, что не видела это удивительное цирковое выступление… Появилось бы больше идей для шуток над тобой. — Ой, иди ты знаешь куда! — Эдгар, повышая голос, в излюбленной манере скрещивает руки на груди. — Все люди ошибаются, Колетт! К тому же, я не виноват, что он бубнил так, будто набрал хуёв в рот. Ложь. Клиент говорил очень даже чётко и понятно. Просто Эдгару сейчас не хочется позорно упасть в грязь лицом перед подругой, признаваясь в собственной невнимательности, поэтому он изо всех сил старается выгородить себя, перебрасывая груз вины на плечи незнакомого человека, с которым он, вероятнее всего, никогда больше не пересечётся. Если бы он был постоянником, Эдгар точно запомнил бы его. А так… обычный неприметный голубь, пролетающий мимо, которому просто захотелось погреться в стенах кофейни, так удобно находящейся в самом центре города и радующей всех доступными, по сравнению с конкурентами, ценами и вкусными напитками. — Чего ты так на членах зациклился? — Колетт ехидно улыбается, будучи прекрасно осведомлённой о предпочтениях своего друга. — Неужели так сильно захотелось взять за щеку? — она приобнимает друга за шею и треплет его по щеке. — Нет! — Эдгар топает ногой, что очень веселит Колетт. — Я просто не выспался и не могу чётко формулировать мысли. — Конечно, — Колетт, щурясь, кивает головой, думая о том, что иногда действия говорят куда больше, чем слова. Особенно, когда речь идёт о её друге, который, в попытке защититься от возможных внешних угроз, многих отталкивает ещё на этапе знакомства, а потом, остыв, жалеет об этом.

***

Фэнгу кажется, что ещё секунда, и он, обессилев, упадёт на пол, проваливаясь в недельный сон. Время, проведенное с детьми, вымотало его. Младший брат, пользуясь тем, что мать вернётся с работы только под ночь, потащил его в парк аттракционов. — Прокатимся на колесе обозрения? Вид будет обалденный, я гарантирую! И Фэнга, который так легко повёлся, до сих пор тошнит из-за того, что он, по глупости, на высоте решил посмотреть на собственные ноги, забывая о прозрачности пола под ними. Появилось ощущение, что он вот-вот упадёт вниз и разобьётся. А ещё он невероятно замёрз, пока тепло одетые Гас с Бонни бегали от одной точки продаж к другой, долго и муторно выбирая, какие сувениры купить. Он бросает взгляд на младшего брата, что идёт впереди и что-то увлечённо рассказывает своей подружке. Кажется, он пересказывает ей сюжет какого-то популярного сейчас мультсериала. Фэнг чувствует себя отстающим от трендов из-за того, что не разбирается в том, что сейчас на хайпе у детей. Они вообще используют слово «хайп»? — Гас, Бонни, вы что будете? — он подносит ладонь к лицу, зевая, и, приподнимая очки, трёт глаза. — Бонни, знаешь, я бы всё меню заказал для такой девочки, как ты! — Гас, стягивая шапку и размахивая купленным в парке аттракционов шариком, смеётся, вызывая улыбку на лице подруги. — Удачи в заработках на всё это, гений. Можешь вообще заведение выкупить и не париться, — Фэнг треплет брата по голове. В глубине души он завидует его детской наивности и энтузиазму. И тому, что Гас не боится проявлять свою симпатию. Ещё бы перестал звать подругу прыгать по гаражам — цены бы ему не было. Фэнг переводит взгляд на кассира, но вместо уже знакомого ему Эдгара замечает улыбающуюся так, что видно её клыки, девушку. — Что будете заказывать? Предлагаю вам попробовать новинки из сезонного меню! Например, латте «Абрикосовый пирог с корицей»! — она кажется куда более приятной, чем её напарник. Не отталкивает, а прёт напролом, снося всё на своём пути. Фэнгу такие люди, напоминающие открытую книгу, нравятся. Но с такими, как Эдгар, возиться куда интереснее. Они как кубик Рубика, который вертишь в руках, подбирая подходящую комбинацию. Гас дёргает Фэнга за рукав, заставляя брата наклониться. — Мы с Бонни пришли к выводу, что хотим чизкейки и молочные коктейли! — шепчет он на ухо, словно делится секретом. Фэнг кивает головой, давая Гасу понять, что он услышан. — Мне, пожалуйста, три чизкейка, два молочных коктейля и большой латте с карамельным сиропом. — С собой или здесь кушать будете? — Здесь, — Фэнг улыбается, склонив голову набок. Он получит по шапке от матери, если завтра у его брата будет болеть горло. Но это ведь не повод отказывать ему в молочном коктейле, правда? — Ваше имя? — Фэнг. — Поняла! Заказ будет готов минут через 15. Я вас позову. Фэнг расплачивается, благодарит кассиршу и идёт занимать какой-нибудь из свободных столиков, чтобы под детский смех послушать невероятные истории Гаса о вредных и несправедливых учителях со школы, и о том, как Бонни потеряла очередной зуб. — С тебя два молочных коктейля и латте с карамельным сиропом, Эдгар. А ещё его зовут Ф-э-н-г. Запомни это! — говорит Колетт, диктуя имя по буквам, когда её напарник, занимающийся фасовкой, возвращается из подсобки. Эдгару хочется вернуться обратно с громким и протяжным «блять», как в том самом видео, где мальчику сломали его постройку в майнкрафте, а потом он получил по шее от матери, услышавшей нецензурную лексику из уст сына. — Этот любитель карамельного сиропа преследует меня? — Эдгар завязывает фартук, раздражаясь из-за того, что это не получается с первого раза. — Слишком много на себя берёшь, — Колетт закатывает глаза и слабо ударяет друга кулаком по плечу под аккомпанемент его возмущённого возгласа. — У него вон, уже дети, а ты думаешь, что ему есть дело до тебя! — девушка плотно сжимает губы, не давая смеху вырваться наружу. Эдгар, сосредоточившийся на приготовлении коктейлей и кофе, шутку не понимает. Он вздыхает, чувствуя себя неполноценным. Пока его ровесники — Фэнг кажется ему именно таковым — заводят детей и радуются жизни, он торчит в кофейне, после того, как вылетел из колледжа и потерял неплохое рабочее место в сувенирном магазине из-за своего скверного характера и неумения держать язык за зубами. Эдгар обещает наложить на себя руки, если окажется, что Фэнг успешный студент, умудряющийся совмещать учёбу с работой и семейной жизнью. Витая в мрачных облаках, Эдгар на волне негативных эмоций слишком сильно сжимает один из пластиковых стаканов, пачкая руку и фартук. — Пизда рулю, — возвращаясь с небес на землю, Эдгар тянется за бумажными салфетками, после берясь за приготовление нового коктейля вместо испорченного. Он выдыхает, когда слышит звук шагов Колетт и понимает, что успел исправить собственную оплошность вовремя. — Ну что, плюнул в один из стаканов? — Ага, во все! — Эдгар закатывает глаза и стягивает фартук. — Позовёшь, если придёт кто-нибудь ещё, не могу здесь находиться больше. Колетт провожает друга взглядом, после чего замечает пятно от коктейля на его фартуке и несколько капель на полу. Она закусывает нижнюю губу и корит себя за дурацкую шутку. Колетт делает вывод, что Эдгар, всегда внимательно готовящий напитки, расстроился.

***

За учёбой в университете время пролетает незаметно. Фэнг, радующийся тому, что, во-первых, завтра выходной, а во-вторых, ему пришла стипендия, потягивается под звуки завывающих китов в его животе. Он пришел к выводу, что кофейня, куда он зашёл совершенно случайно, чтобы согреться, оказалась самым хорошим местом для посещения после пар. — Мне, пожалуйста, латте с карамельным сиропом. Большой. С собой, — уже привычный вечно хмурый Эдгар за кассой заставляет улыбнуться. Фэнг думает о том, что ещё немного, и этот недовольный бариста станет неотъемлемой частью его рутины. — Не хотите попробовать что-нибудь из нашего сезонного меню? — Эдгар опускает взгляд вниз. Сейчас по скрипту он должен предложить латте «Абрикосовый пирог с корицей», а дальше, по ситуации, перебрать большую часть новинок и при лучшем исходе склонить посетителя к тому, чтобы вместо банального латте он отдал предпочтение чему-нибудь новенькому. — У меня аллергия на абрикосы, поэтому можете даже не пытаться предложить мне ваш латте «Абрикосовый пирог с корицей», — Фэнг, знающий сезонные предложения наперёд, пожимает плечами и тянется в кошелёк за картой. Взгляд Эдгара цепляется за фотографию ребёнка, лежащую в кошельке. Тот мелкий точно сын Фэнга. — Это мой младший брат, — резкая смена эмоций на лице собеседника не остаётся незамеченной, — та ещё заноза в попе, если честно! Фэнг начинает смеяться, и Эдгару кажется, будто в этот самый момент его уволили с поста Атланта, держащего на своих плечах небосвод. Смех и шаг, сделанный ему на встречу, становятся зелёным светом. — Это у вас семейное, я думаю, — Эдгар разворачивается на пятках, чтобы взять на себя роль ответственного баристы и приготовить самый вкусный кофе для самой большой занозы его жизни. — Меня зовут Фэнг, кстати! Через «э», а не «а»! Еще можно называть меня Фань. Ну, знаете, чисто по-китайски, — Фэнг деловито чешет подбородок, чувствуя гордость за свои корни. — А меня зовут Эдгар. И у меня нет крутого жизненного бэкграунда, — он пожимает плечами, благодарный за то, что обошлось без Эдиков-педиков. Фэнг, занимая свободный столик, тянется за заветной тетрадью по высшей математике, чтобы открыть последнюю страницу и отметить для себя то, что Эдгара до сих пор не уволили. Оно и к лучшему? Наверное.

***

— Латте с карамельным сиропом для Фэнга готов! — разносится по помещению. — Приятно, что меня запомнили, — Фэнг забирает картонный стаканчик без написанного на нём маркером имени из чужих рук, случайно соприкасаясь с Эдгаром пальцами. Эдгар, не ожидавший того, что посетитель, набивающийся в ряды постоянников, заберёт напиток прямиком из его рук, а не дождётся, пока тот поставят на стойку, резко вздрагивает, отходя на пару шагов назад. — Хорошего дня! — бросает Фэнг перед тем, как выйти на улицу. Произнесённое в ответ: «Сейчас вечер, вообще-то. Хорошего вечера!», — заставляет Фэнга улыбнуться. Дождавшись того, чтобы Фэнг ушёл, Эдгар закатывает рукав рубашки и смотрит на заветное «Фэнг», написанное перманентным маркером на запястье. Это определенно стоило того, чтобы лишний раз увидеть улыбку на чужих губах. Стоп. Стоп- Эдгар мысленно отдёргивает себя и трёт надпись пальцами, пытаясь убрать её. Ход оказывается безуспешным, поэтому он, ощутив мнимое удовлетворение, опускает рукав, застёгивая манжет. Румянец, резко проступивший на его щеках, он списывает на неожиданно поднявшуюся температуру. Эдгар не помнит, когда в последний раз спал нормально, так что неудивительно, что его организм подбрасывает подобные приколы.

***

— Мне как обычно! На лице Фэнга появляется улыбка, пока он роется в рюкзаке, а потом достаёт оттуда энергетик и бросает его прямиком Эдгару в руки. — Я запомнил, что ты любишь химозный монстр манго, поэтому заскочил и взял тебе один, — он шутливо подмигивает. На то, чтобы перейти от «вы» на «ты» и относительно подружиться, ушёл месяц и несколько дней. Инициатором стал Фэнг, заваливающийся в кофейню и рассказывающий хмурому Эдгару, натирающему посуду полотенцем и готовящему кофе, всякое о своей жизни: об учёбе, о семье и о гача-играх, в которые он играет, периодически донатя. 31 октября, когда заведение было украшено тыквами с забавными лицами, пауками, паутиной и призраками, вырезанными из салфеток, Фэнг получил свой первый бесплатный кофе, умудрившись за неделю собрать 10 печатей на хэллоуинской карточке. — С днём бесплатного тыквенного латте! — кажется, в тот день Эдгар впервые показал, что умеет улыбаться. Единоразовая акция по причине того, что он наконец-то выспался. Уголки губ Фэнга поползли вверх, но спустя пару секунд он уткнулся головой в барную стойку, грустно вздыхая. — Ненавижу тыкву, — слетело с его губ, — я тыквофоб! Эдгар ничего не ответил, лишь пожал плечами и принялся за приготовление напитка. — С днём латте с карамельным сиропом за счёт заведения! — Эдгар поставил стаканчик напротив Фэнга, подпирающего голову рукой и изучающего картины на стенах. Эдгару на мгновение показалось, что ещё секунда и посетитель бы заплакал. Он надолго запомнил благодарный блеск чужих глаз. — Спасибо большое, — Эдгар прячет напиток под прилавок, улыбаясь в ответ. Он больше не отводит взгляд в сторону, а смотрит Фэнгу в глаза так, словно они играют в гляделки, и ему ни в коем случае нельзя проиграть. — Ещё, кстати, принёс тебе сувенирчик! — Фэнг достает из кармана пальто брелок с красно-синим существом в жёлтый горошек, напоминающим сердечко, и протягивает его Эдгару. — Гас купил его в Корее, пока отдыхал там с родителями. Сказал, что передать его тебе — это невероятно важная миссия — потому что… — он открывает заметки в телефоне, зачитывая то, что записал под диктовку младшего брата, — «задача таты — быть недостающим кусочком, который заполнит то, чего не хватает каждому человеку». — Оно похоже на попу, — Эдгар вертит брелок в руках, глядя на, как кажется ему, гуманоида с планеты жопа, с недоверием. «Гас сказал, что надо отдать его тебе». «Задача таты — быть недостающим кусочком, который заполнит то, чего не хватает каждому человеку». Эдгар вздыхает. Неужели у него на лбу написано, что на данном этапе жизни он потерян, чувствует опустошение внутри и не знает, куда идти? — Сам ты попа! — Фэнг хмурит густые брови, повышая на баристу, ставшего ему другом, голос. — Это Тата из коллекции BT21. Прояви уважение! — О нет, Тата, мне так жаль, — Эдгар подносит брелок к лицу и начинает тереться о него щекой, — простите, что вас обидел! Пока Эдгар готовит кофе, Фэнг делится тем, как ему грустно, что он не смог поехать в Корею с семьёй из-за учёбы и бесконечной череды важных конференций. — Хочу в начальную школу! Забирая напиток, Фэнг желает другу хорошего вечеродня и показывает язык. В конце рабочего дня Эдгар достаёт заветный плюшевый брелок из кармана брюк и цепляет его на рюкзак, улыбаясь.

***

— Не хочешь погулять после работы? — Фэнг поправляет очки, сползшие на нос. — Да хоть прямо сейчас! — Эдгар смотрит на друга с вызовом и, забывшись, закатывает белоснежные рукава рубашки. Взгляд Фэнга останавливается на татуировке с двумя переплетающимися змеями разных цветов, набитой, судя по всему, от плеча до самой кисти. С его губ слетает полное восхищения «вау». Эдгар сначала не понимает столь бурной реакции, а потом смущается из-за того, что Фэнг не перестаёт изучать его взглядом. Хочется прикрыть татуировку другой рукой и в своё оправдание сказать, что две змеи, одна из которых фиолетовая, а другая зелёная, — не более, чем ошибка молодости. — Классная! Дашь рассмотреть поближе? — Ага, обязательно. Заползай в подсобку, — произносит Эдгар в шутку, но Фэнг воспринимает всё всерьёз, поэтому без промедлений обходит барную стойку, задерживает взгляд на Эдгаре и скрывается в комнате для персонала. — Не забыл резинки и смазку? — Колетт, всё время сидящая в зале, встаёт за кассу, мило улыбаясь. Эдгар ничего не отвечает, только краснеет и прикусывает нижнюю губу. Он выпивает стакан воды для храбрости, коря себя за то, что заставляет Фэнга ждать. — Извини, — заходя в комнату, он делает глубокий вдох и принимается расстёгивать рубашку. На выдохе он стягивает её с плеч и поворачивается боком, чтобы Фэнг, сидящий на диване, мог рассмотреть татуировку на левой руке получше. — Блять, Эдгар, татушка охуенная! — Фэнг ведёт по контуру рисунка пальцами, изучая каждый его сантиметр. — Мне нравится то, что у фиолетовой змеи глаза зелёные, в то время как у зелёной — фиолетовые. Эдгару кажется, что кожа под подушечками чужих пальцев начинает гореть. Он отворачивается, пряча смущение под чёлкой. Никто и никогда не был заинтересован в его татуировке настолько сильно. — Больно было? «Не больнее, чем терпеть пытку, происходящую сейчас в этой комнате», — проносится в голове. — Да нет, — отвечает Эдгар, пожимая плечами. — Так «да» или «нет»? — Фэнг, усмехаясь, неожиданно хватает Эдгара за запястье. — Плакал небось так, что весь район слышал. Крепкая хватка на запястье кажется слишком неправильной, поэтому Эдгар, ощутив, как размываются личные границы, резко выдёргивает руку из кольца чужих пальцев. Он игнорирует подколку про громкий плач, потому что слёзы не кажутся ему чем-то постыдным. — Давай без вот этого вот, ладно? — Эдгар надевает рубашку, дрожащими пальцами застёгивая пуговицы. — Без чего «этого»? — Фэнг облизывает губы, улыбаясь. — Ну же, скажи, Эдгар. — Блять, придурок, ты как будто не вдупляешь, что я о твоих дурацких подколах и хватаниях меня за руку! Мне некомофортно, Фэнг! Ведёшь себя так, словно мы триста лет в отношениях. — А тебе хотелось бы? — улыбка пропадает с лица собеседника, и Эдгар понимает, что дело начинает принимать серьёзный оборот. Хотелось бы? Знал бы ты, как сильно, Фэнг. Эдгар сглатывает ком в горле, думая о том, что Фэнг, вечно заказывающий латте с карамельным сиропом, стал его личным солнцем в пасмурном небе. После того, как Фэнг начал открываться и рассказывать о своей семье, Эдгар понял, что он — обычный человек и безработный студент, живущий с родителями, которого вот-вот укусит сессия за задницу. Благодаря новому знакомству он пришёл к выводу, что у каждого свой жизненный сценарий и нет смысла корить себя, если что-то идёт не по плану или вообще не идёт. — Нам всего лишь двадцать с лишним, а не пятьдесят, Эдгар! Кстати, наблюдая за младшим братом, я пришёл к выводу, что чем мы старше, тем больше в нашей голове мусора, который мы перевариваем, каждый день борясь с собой. Это очень выматывает! Поэтому, Эдгар, обещай мне, что отдохнёшь, хорошо? Такие простые и очевидные слова нашли отклик со стороны Эдгара, запутавшегося в себе. «Эдгар, обещай мне, что отдохнёшь, хорошо?». И Эдгар пообещал ведь пересмотреть свой образ жизни и поработать над восприятием мира. Приятно, когда о тебе заботятся. — Возможно, — Эдгар подаёт голос, мысленно извиняясь за затяжное молчание. — Пранкуешь? Хочется ответить «да» из-за страха ответственности, театрально засмеяться, как какой-нибудь джокер, слетевший с катушек, и покинуть наконец-то комнату, стены которой давят так сильно. — Дурилка ты, Фэнг. Не пранкую, — Эдгар чешет нос, потому что ему надо деть куда-то руки от волнения. — Пробил бы тебе бесконечное количество дурацких латте с карамельным сиропом на кассе и сам бы их приготовил, — произносит он вместо «ты мне нравишься». Он устал отрицать симпатию к Фэнгу. Принял её, пережевал и проглотил, запихивая поглубже. Если всё окажется невзаимно, он не позволит своим чувствам разрушить их дружбу. На лице Фэнга появляется улыбка. Бариста, интерес к которому зародился случайно, из-за теории о его скорейшем увольнении по причине непростого характера, стал слишком важным для него и вне своего панциря оказался хорошим человеком. Фэнг поднимается с места, подходит к Эдгару и осторожно обнимает его со спины. — Можно тебя поцеловать? — шепчет Фэнг на ухо, вызывая табун мурашек на чужом теле. — Попробуй, — произносит Эдгар, поворачиваясь. Он не может перестать улыбаться, когда Фэнг аккуратно касается его щёк ладонями, оставляя лёгкий поцелуй на губах. — Мог бы и с языком, знаешь! — Эдгар запускает пальцы в фиолетовые волосы и начинает их перебирать. Господи, как же давно он хотел это сделать. — Нет, Эдгар, я бы умер. У меня сердце колотится так, словно из груди сейчас выскочит! — Фэнг хватает Эдгара за руку и подносит её к грудной клетке в районе сердца. — Чувствуешь? Эдгар мягко улыбается, стягивая очки с носа Фэнга и целуя его в лоб. — Не хочешь ко мне? Познакомлю тебя со своим дурацким рыжим котом, которого я назвал Молнией в честь Молнии Маккуина из «Тачек». Фэнг без лишних раздумий соглашается, ещё не зная, что нерадивый рыжий кот от ревности нассыт в его кроссовки, а после и вовсе утащит один из них за шнурки в неизвестность.