horny jail.

В Инадзуме кажется, что всё пытается убить тебя. Неприветливое небо, преследующая молния, крутые обрывы, ронины, не знающие законов. Безопасность — пустое слово, и во время путешествия всё твоё естество должно быть насторожено, чтобы не упустить грядущую опасность, даже если ты живёшь на этих островах с самого своего рождения. Не удивительно, что Сара такая напряжённая. — У тебя не мышцы, а камень. — Это твои ладони каменные. Она беспокойно ёрзает на месте и морщится, когда Итто пытается размять её плечи. Вообще-то, она врёт — ладони у него мягкие и тёплые, и боль — это действительно следствие перенапряжения мышц. Разминать их приходится медленно и очень осторожно. — Это из-за лука? — Скорее всего. Сара умолкает, прислушиваясь к ощущениям и сжимая губы, чтобы не ойкнуть, когда пальцы в очередной раз задевают зажатую точку. Удивительно, что с таким количеством дел банды и таким тяжёлым оружием Аратаки не страдает от тех же проблем, что она. Когда Кудзё озвучивает этот вопрос, он по-доброму смеётся. — Нет, со мной такого не может быть. Не нужно расслабляться, если ты не напрягаешься. Эта мысль кажется такой простой и очевидной, что Сара удивлённо вскидывает брови. А затем всё-таки громко воет, когда пальцы Итто давят на шею.