Сиреневый платок

      21-го Второго зерна 203 4Э       Тёмные, словно ночь, фигуры проскользнули на крыше домов Виндхельма. Они быстро, но абсолютно беззвучно, передвигались по черепице. Тени остановились на краю дома, что стоял ближе всего к каменному парапету дворца ярла города. Набрав дистанцию, они разбежалась и легко запрыгнули на балкон. Одна из теней аккуратно взглянула в окошко. Явно это была комната прислуги. Спрятавшись за каменной стеной, она достала карту плана тайных путей.       – Сейчас мы на третьем этаже, – Хора осторожно провела пальцами по пергаменту.       – А нам нужен пятый… – ответил Хоки. – Если мы поднимемся чуть выше, то попадём к нужной двери…       – Отлично.       Девушка сложила аккуратно карту и, осмотревшись, нашла уступы, по которым можно было забраться. С небывалой лёгкостью она вскарабкалась по стене замка и оказалась на балконе пятого этажа. За ней последовал вор. Им крупно повезло. Одна из створок была открыта. Проверив, что никого нет, норды запрыгнули в комнату, запустив за собой прохладный ветерок.       Судя по плану, в соседнем помещении был секретный проход. Хоки заглянул за угол. В коридоре послышался приглушённый разговор стражников.       Один из стражников вздрогнул и вытащил меч. Второй последовал примеру.       – Кто здесь?       Из-за угла появилась фигура, облечённая полностью в чёрное кожаное обмундирование, с многочисленными ремешками и креплениями для метательных ножей. На лице была маска, а на голове объёмный капюшон, переходящий в чёрный, словно крыло Пожирателя Мира, плащ.       Девушка дрогнула и тут же оказалась за спинами стражников, оставляя за собой след из розовых лепестков. Она нейтрализовала стражников двумя мощными ударами. Хора подхватила первого, а второго поймал Хоки, чтобы они с грохотом не свалились на каменный пол.       – Слава Ноктюрнал… – прошептал молодой вор.       Норды, пройдясь по длинным коридорам, оказались в нужной им комнате. В неё находилось четверо прислуг. Они мирно спали, не догадываясь о присутствии постороннего человека.       Хора подошла к огромному платяному шкафу. Она аккуратно приоткрыла дверцу, убеждаясь, что та не скрипит. Соратница развела в сторону одежду прислуги и попыталась нащупать рычажок, чтобы фальшь-панель отворилась. Через пару секунд девушка услышала тихий щелчок. Девушка осторожно толкнула панель, и та отворилась. Кивнув Хоки, Соратница залезла внутрь. Соловей последовал за ней и закрыл за собой дверцы шкафа и панель, чтобы оттянуть время обнаружения. Хотя, найти двух стражников в отключке проще простого.       – Интересно, прислуга знает об этом секрете? – спросила нордка, осторожно ступая по камню.       – Вряд ли, – ответил Хоки. – Ульфрик многое утаивает от своих последователей. Не думаю, что простая прислуга о чём-либо догадывается.       – И то верно.         – Как думаешь, мы найдём тут твоих родителей? – скучно спросил монстр. – Вряд ли они пленили того рыжего, не обезопасив себя. Скорее всего, их тут не будет…       – Я уверена, они здесь. Бриньольф нашёл их. И из-за этого попал в лапы Буревестника.       – А я вот не уверен… Будет совсем непредусмотрительно со стороны Ульфрика оставлять твоих родителей… По крайней мере в живых.       Хора цокнула языком и прошла очередной поворот, глядя на карту.       – Ульфрику невыгодно их убивать.       – И да, и нет. Ульфрику вовсе нет дела до твоих родителей. Он в любой момент может от них избавиться, насолив Талмор. А может и использовать их, чтобы…, впрочем, ему ума не хватит.       – Возможно… ты прав. Но я всё равно не буду терять надежды.       – Другого ответа я и не ждал…       Норды вышли из-за угла и увидели внизу в стене проход, похожее на небольшой тоннель. Хора протиснулась и поползла ничком по каменному туннелю, размером с небольшую собаку. Собрав животом всю пыль, Соратница остановилась перед решёткой. Она услышала тихий разговор.       – Ты думаешь, что у них получится, Ульфрик? – пробасил чей-то грубый голос. – Эти эльфы… слишком хитрые.       – Мы отправили к ним Вунферта, – прозвучал в ответ бархатный голос. – Он один из лучших в своём деле. Не переживай. Скоро мы вновь пополним ряды…       Хора прищурилась. А вот и кабинет Ульфрика. И сам Ульфрик…       – … твоя задача – вести их в битве, вместе со мной.       – Я не подведу тебя, мой господин.       – Что же, Галмар. Уже поздно. Нужно набраться сил…       Ульфрик и Галмар покинули помещение, заперев за собой дверь. Соратница немного подождала, пока норды уйдут подальше. Хора подёргала решётку. Не поддаётся. Девушка растворилась в воздухе и тут же оказалась на мягком ковре, окружённая розовыми лепестками. Хоки остался в туннеле.       – Я думала, это будет сложнее… Отлично. Теперь документы.       – Тебе просто повезло. Интересно… Как тот вор попался. Ведь он благословлён императрицей теней… Очень странно.       – Согласна. Может Бриньольф пошёл напролом…       – Кто знает, кто знает…       Хора, осмотрев кабинет и проверив, что ловушек нет ещё раз, начала искать нужные ей документы. Она достала пергаменты из первого ящика стола. «План маркартского инцидента… Сотрудничество с Талмор…»       – Обливион тебя подери, Ульфрик… – тихо ругнулась Хора, прочитав строки о приказе казнить женщин, стариков и детей Маркарта. – Что за жестокость…       Девушка сложила фрагмент с сотрудничеством с Талмор и продолжила дальше искать полезные сведения.       – Засада в Чёрном Броду… Побег из Хелгена… Талмор хотели освободить Ульфрика, однако Алдуин вмешался в их планы. Интересно… Планы нападений на многочисленные города… В том числе и на Вайтран…       Хора взяла другую стопку пергамента… Лицо нордки резко переменилось. Девушка вздрогнула и прикрыла рот ладошкой. Она вновь перечитала написанное, не веря глазам.       «Освобождение Ротхиса было глупостью… Оказалось, грязные эльфы сами не знали, как остановить монстра… Только зря время потратил. По крайней мере, все запечатывающие кристаллы я разрушил, и никто не сможет заточить чудище снова.       …Мерта и Стор. Кто мог подумать, что у них хватит сил запечатать Ротхиса в своём же ребёнке. Но это уже не моё дело. Пусть Халион сам разбирается…       …Покорение Вайтрана завершено неудачно. Причиной этому стали Довакин и та самая девчонка, с силой Ротхиса. Эти двое настоящие монстры, вывести их из битвы было невозможным. По крайней мере силами армии. А вмешательство Талмор не входило ни в мои планы, ни в планы эльфов…       Впрочем, поражение не мешает нашим задумкам. Талмор с удовольствием… снабдят нас солдатами. Халион и Вунферт работают над огромным проектом «абсолютного воскрешения». Как объяснил остроухий, это увеличит количество солдат на поле боя, что приведёт к полному превосходству по численности над Легионом. Это раздавит Империю. Через пару месяцев проект будет завершён, и тогда Братья Бури разгромят и Вайтран, и Солитьюд, – города, которые не подчинились нам… А после, когда Скайрим будет моим, я приду к Императору лично и покажу свою силу…       Все планы по поимке девчонки успешно провалились. Она слишком сильная. Её магия разрушения на высоте, а развевающие чары никому не позволяют подчинить её разум. Халион объяснил это ещё и тем, что монстр внутри неё словно барьер для любых заклинаний, которые могли бы овладеть её мыслями и телом… Это сильно затрудняет поимку…       …Воришка из Рифтена, и родители Хоры станут отличной приманкой для девчонки. Скоро она придёт и тогда мы наконец поймаем её…       Будь ты проклята, девчонка! Сам Император пожелал с ней встретиться. Кто знает, о чём они будут беседовать. Надеюсь, Талмор смогут выведать тайны разговора…       … У них ничего не получилось. «Катария» была полностью защищена магией. Никто не смог пробраться на корабль. А родителей Халион увёл куда-то… Он не сказал куда, но у меня есть предположения. Хотя, это уже не моё дело. Да и толку от Мерты и Стора мало. Эти хитрецы стёрли себе память о том, как можно снять печать Ротхиса. Ни под какими пытками не расскажут. Стойкие норды, жаль, что отказались сотрудничать…       Халион поведал мне, что у него есть ещё один проект, однако он не желает раскрывать все козыри. Единственное, что он сказал, это: «Возвращение Короля неминуемо. Он придёт на рассвете новой истории, став нашим Богом…».       Что это значит, одному Талосу известно. Нужно будет приглядеть за эльфами, чтобы они не вставили мне нож в спину, подыскать удобный момент, использовав их же оружие против них…       А пока, стоит следить за девчонкой. Остаётся лишь ждать её прихода, а приём будет очень сладким…»       Хора стояла по середине кабинета, не веря прочитанному. На глазах навернулись слёзы. Родителей здесь нет… К горлу подошёл неприятный ком. Снова неизвестность. Снова придётся гоняться за ветром. Ну почему же Ульфрик не описал свои предположения. Тогда было бы гораздо проще. Бриньольф здесь. Хоть что-то радует. Осталось найти его в огромном замке Буревестника.       – И снова они… на шаг впереди… – Соратница свернула пергамент и сложила его к остальным бумагам в сумку. Девушка смахнула слёзы. – Сейчас нужно спасти Брина, а после доложить генералу Туллию о планах Ульфрика. Через два месяца на Вайтран и Солитьюд нападут ходячие мертвецы. Тогда нам точно их не остановить.       – Почему? – отозвался Ротхис. – Что это такое «абсолютное воскрешение»?       – Это… воскрешение, при котором человек снова становится собой. Как-будто не умирал никогда. Это заклинание очень древнее и запрещено во всём Тамриэле.       – Но…?       – Но это заклинание делает воскрешённого бессмертным. По крайней мере ни одна физическая атака его не возьмёт. Он не умрёт, пока жив заклинатель, или пока тело воскрешённого не истощится. Если Талмор оживят всех мёртвых… Мы проиграем.       – Значит эти эльфы на два фронта воюют.       – Ты только сейчас понял? Это и так было понятно с самого начала… – Хора оглянулась. За дверью послышались шаги. – Обливион тебя подери, нужно уходить…       Дверь кабинета отворилась. В комнату вошёл Ульфрик, на этот раз один. Ярл подошёл к столу, прищурив глаза. Он бросил взгляд на решётку под потолком и сжал кулаки до побеления костяшек.       Соратница и Соловей добрались до нужного места. Хоки отворил решётку в потолке, и норды спрыгнули вниз. Они огляделись и увидели железные прутья тюремных камер. Девушка заглянула в каждую клетку, надеясь увидеть рыжую макушку. И увидела лишь исхудавших мужчин и женщин в дырявых балахонах. Их тела были усыпаны ссадинами и ожогами. Сердце Соратницы сжалось. В таких условиях держать заключённых было бесчеловечно.       – Где же ты, Брин, – прошептал вор. Он волновался за друга не меньше Хоры.       Среди решёток норды не нашли товарища и прошли дальше, по длинному коридору нескончаемых клеток. Они дошли до пыточной. На стенах висели орудия пыток всех видов, и все были окровавлены.       – А Ульфрик явно любит издеваться над людьми…       Хора замерла.       – Брин… – голос Хоки задрожал. – О Ноктюрнал, что они сделали с тобой…       Рыжий вор был весь в крови и глубоких порезах. Вместо брони на нём был балахон для заключённых. На левом глазу была грязная повязка, полностью пропитанная кровью.       Девушка подсела к нему, легко касаясь его щеки. Молодой Соловей подошёл ближе.        – Брин, проснись… Прошу.       Норд чуть дёрнулся и еле открыл целый глаз. Он с трудом поднял голову, замерев.       – Детка… Парень…       – Слава Ноктюрнал, ты жив, – сказал Хоки, развязывая друга.       – Мы вытащим тебя отсюда.       Соратница принялась лечить раны так быстро, насколько это возможно.       – Бриньольф, ты слышишь меня? Прошу, ответь что-нибудь.       – Д-детка… Парень… Вы п-пришли за мной, – вор шумно сглотнул. – Они пытали меня… Хотели узнать всё… Я молчал… Т-твои родители были здесь…       – Знаю, Брин, знаю, – глаза девушки предательски наполнились слезами. Пелена мешала, отвлекала. – Ты молодец, ты продержался.       Когда самые глубокие раны были частично исцелены, Хора убедилась, что Бриньольф в состоянии передвигаться самостоятельно. Соратница отдала Хоки карту и приказала Соловьям сбежать из тюрьмы.       – Что ты задумала? – спросил молодой вор.       – Я отвлеку внимание, чтобы вы могли уйти. Недалеко от конюшен города нас ждёт Карлия. Вы должны покинуть Виндхельм незаметно.       – Я не пойду без тебя, – сказал Бриньольф, остановившись. Он чуть пошатнулся. – Стража Виндхельма хлеще, чем личная охрана поместья «Златоцвет»! Ты не сможешь сбежать.       Хора внимательно всмотрелась в лицо вора. В её взгляде читалась решимость. Бриньольф несколько секунд удивлённо смотрел на подругу, но улыбка всё-таки расплылась по лицу. Мужчина обнял девушку.       – Ноктюрнал бы обрадовалась такому Соловью, – сказал вор, подмигнув целым глазом.       – А зачем ей ещё? У неё и так отличные последователи, – Хора улыбнулась ворам. – Идите. Я справлюсь.       Соловьи, слившись с тенью, скрылись в тайном проходе и оставили Соратницу наедине. Хора телепортировалась на балкон, с которого начался её путь в огромном замке, и перепрыгнула на крышу соседнего дома. Преодолев несколько построек, девушка спустилась в пустую узкую улочку, поглощённую тенью.       Убедившись, что никого рядом нет, Соратница вышла из тени, направляясь в сторону главных ворот.       – Глупо покидать место преступления так открыто…       – Если привлеку на себя больше внимания… Бриньольф и Хоки смогут спокойно сбежать…       – Смотри, чтобы тебе это не…       Острая боль в плече заставила Хора свалиться на холодный камень в центре площади. Стрела, возникшая из ниоткуда, вонзилась в тело девушки. Тёмный Винтерхолд, освещённый лишь пламенем факелов, скрыл в своих тенях врага.       – Так и думал, что это ты, Хора. Неужто ты подумала, что так просто сбежишь? – иронично спросил ярл холодного города, шагая из стороны в сторону.       Хора вытащила стрелу из плеча и вылечила рану. Она осмотрелась. Её окружило как минимум сорок человек внизу, и ещё примерно двадцать на стенах. Ульфрик и его хускарл стояли с оружием наготове, как и все остальные. Девушка взглянула на главные ворота за спиной Буревестника, придумывая план.       – Молчишь? Боишься? – Ульфрик стал приближаться. Хора сделала пару шагов назад. – Конечно, боишься. Ведь настал твой конец. А вообще, мы могли бы договориться и всё решить мирным путём.       – Мирным? Ты в сговоре с Талмор. Об этом и речи быть не может, – вокруг послышалось шептание и озадаченные возгласы. Девушка злобно усмехнулась. Ну, конечно, никто не знал о тайне Ульфрика. – А-а… Так твои подданные не в курсе…       – Не верьте ей, братья, сёстры! – голос Буревестника вздрогнул. – Она хочет одурачить вас всех.       – Значит воскрешать умерших братьев и сестёр ты не собираешься, а? – Хора развела руками, а солдаты Братьев Бури начали опускать оружие. – Такие подробности не берутся из воздуха, Ульфрик. Ты подписал себе смертный договор, когда предал всех и сдал все позиции на Великой войне альтмерам, и продолжаешь себе копать яму…       – Заткнись…       – Ты сотрудничаешь с Талмор. Тебе не смыть с себя этот грех, предатель!       – Fus Ro Duh!        Крик прогремел по всему городу. Хора успела использовать магию телепортации, избегая атаки. Ту’ум Ульфрика послужил сигналом для битвы. То, что произошло дальше, девушка не ожидала. Конечно, она этого и добивалась, но такой результат превзошёл все варианты развития событий. Часть Братьев Бури кинулась на Ульфрика, а другая на Хору. Соратница, воспользовавшись смутой в армии, проскользнула мимо врагов и выбежала через главные ворота. Со стены посыпался град стрел. К счастью, ни одна не попала в девушку. Когда она уже добежала до конюшен, вновь услышала гром посреди чёрной ночи. Земля словно ушла из-под ног, и Хора, пролетев метров пять, кубарем покатилась по холодной земле.       – Так вот каково это… Попасть под Крик… – Соратница с трудом поднялась на ноги. Она схватилась за плечо и увидела на ладони алую жидкость. Рана снова открылась.       – Думаешь, после всего этот я тебя отпущу живой? – прорычал Ульфрик. Он надвигался на нордку, прихрамывая. Его одежда была покрыта кровью. – Плевать на Халиона! Я прикончу тебя голыми руками…       Хора постояла пару секунд и усмехнулась.       – А ты попробуй, догони.       Девушка ринулась назад и рассыпалась лепестками, которые через пару секунд исчезли, оставив Буревестника в ярости…       21-го Высокого солнца 203 4Э       Хора сидела на краю скалы и смотрела как солнце медленно поднимается над горизонтом. Девушка бросила взгляд на Виндхельм. Через час Легион, что скрылся в горах будет атаковать город. Нордка вздрогнула.       – Вот ты где, – прокряхтел сзади Ригмор, карабкаясь на уступ, и сел рядом. – Как, во имя Исмира, ты сюда залезла?       – Довакин? Когда ты прибыл?       – Полчаса назад.       – Как нашёл меня? – удивилась Хора, на что норд клацнул языком.       – Забыла, что я оборотень?       Соратница промолчала и снова посмотрела на Виндхельм. Скоро настанет конец войне, и Скайрим облегчённо выдохнет. Два года не прекращалось братоубийство. Многие, кого называли друзьями, погибли от клинка некогда своих товарищей… Это навевает безнадёжность, отчаяние и боль. Хадвар как-то рассказывал, что его друг детства стал ему врагом. Ралоф, вроде так его зовут, или звали… Хора уверена, что и у Довакина в рядах Братьев Бури были друзья.       – Рассказывать подчинённым Ульфрика про его дела с Талмор было опрометчиво.       – Зато очень эффективно. Теперь в политике Буревестника смута, и она оставит брешь в его защите.       – Может ты и права… Всё равно это было опасно.       – Согласна, опасно. Зато Бриньольф и Хоки смогли сбежать, – Соратник хмыкнул. – Как там… Вилкас?       Ригмор нахмурился, скрестив руки на груди. Он молчал.       – Что-то случилось? – взволнованно заглянула Хора в лицо Довакина. – На него напали? Он ранен?       – Он страдает. Душа волка не даёт ему покоя… Тебя не было дома почти четыре месяца, – Ригмор злобно покосился на девушку, осуждая. – Без тебя его зверь бушует. Вилкас постоянно срывается на братьев и сестёр. Скоро совсем с ума сойдёт.       – Нужно было заехать в Вайтран, помочь Вилкасу… – девушка поникло опустила голову. – Когда мы вернёмся, отправимся в гробницу Исграмора.       – Не получится. Головы… Они исчезли.       – Что!? – вскрикнула Хора. – В смысле исчезли? Они не могут просто взять и испариться!       – Не могут, – спокойно ответил мужчина. – Я пытался найти по запаху воришку. Но ничего не получилось. Головы пропали из кладовой комнаты, а ключ есть только у Тильмы.       – Думаешь, это Тильма их выбросила?       – Нет. Я лично сказал ей, чтобы она их не трогала. Значит, их взял кто-то другой.       – Получается, среди нас завелась крыса… – прошептала Соратница и обречённо взвыла.       Осознание того, что она так беспечно отнеслась к здоровью близкого ей человека, разъедало её душу изнутри. Хора была готова оставить всё, лишь бы увидеть его…       – Почему же Вилкас сразу не сказал, что зверь его так сильно тревожит? Теперь способов излечится совсем нет!       – Вилкас слишком горд. Сама знаешь, – девушка грустно посмотрела на Ригмора. – Если голов нет, то только ты ему поможешь. Больше не оставляй его одного. Ещё раз такое Вилкас не перенесёт.       Взгляд Довакина стал каким-то обеспокоенным, но мужчина тут же натянул маску безразличия. После небольшой паузы, он продолжил и достал карту, протянув её девушке.       – Пока тебя не было, я немного нарыл информации. По поводу твоих родителей. Хоки рассказал о том, что вы узнали в Виндхельме, – дитя Акатоша указал пальцем на красный кружок. – Единственное место, куда могли их отправить, – это Северная сторожевая крепость. Огромная заброшенная крепость, где Талмор держат пленных. Идеальное место. Считай, на краю Скайрима. Я не стал пока что туда соваться, слишком много талморских солдат. Есть шанс, что Халион тоже там будет. Но, как ты докладывала, он готовится к тому проекту, да ещё и война с Хаммерфеллом. Возможно, мы не встретим его, когда придём штурмовать крепость… Надо сказать, «спасибо» твоим друзьям из Гильдии воров. Они рассказали много чего интересного. Хорошо, что Бриньольф жив остался и не сошёл с ума от пыток.       Хора не могла отвести удивлённый взгляд с Соратника. Такой добродетели от Ригмора она уж никак не могла ожидать. И, судя по всему, Довакин хочет отправится вместе с нордкой спасать её родню.       Мужчина заметил затянувшееся, неподдельное изумление сестры по оружию и как-то добродушно усмехнулся, вызвав ещё большее удивление у Хоры.       – Рот прикрой, муха залетит, – Ригмор отдал карту девушке и поднялся с холодного камня. – Ладно. Пора отправляться. Навестим Ульфрика…       ***       Легион подошёл к Виндхельму. Сзади катапульты обстреливали город, а со стороны Мёртвого моря подплыл имперский флот. Легионеры пытались выломать ворота, однако их намертво забаррикадировали Братья Бури. На стенах враги без перерыва обстреливали вторженцев.       – Отвлеки стрелков, а я выбью ворота, – спокойно сказала девушка, анализируя обстановку.       – Будешь три часа возиться. Объединим силы, но сначала, – Довакин указал на стены. – Разберёмся с этими.       Хора посмотрела на свои ладони. Их обволокли осколки льда, а над нордкой появились огромные холодные шипы. Соратница щёлкнула пальцами и тысячи копий изо льда пронзили всех видимых ей врагов. Ригмор сглотнул. Теперь то с ней будет тяжело тягаться. Хора стала гораздо сильнее с их первой встречи. Стало ли ему страшно на секунду? Нет, это вряд ли. Просто в какой-то степени он рад, что она не его враг. Удивительно.       – Готово. Ну? Начали? – девушка стала в стойку, а воздух вокруг начал хаотично двигаться, вызывая целый ураган.       Довакин кивнул и глубоко вздохнул. Из его уст вырвалась безжалостная сила, а Хора направила всю мощь вихря на ворота. Громоздкие двери не выдержали давления и с грохотом слетели с петель, открывая путь Легиону.       Генерал Туллий, Хадвар и Легат Рикке вошли в город первыми. Легат охнул, когда увидел тела, пронзённые ледяными копьями. Он посмотрел на Хору, которая чуть пошатнулась. На её лице не было ни единой эмоции. Лишь холод, пробирающий до дрожи. Девушка безразлично окинула взглядом трупы.       – Отличная работа, – сказал Туллий. – Осталось добраться до Ульфрика и дело с концами.       Армия, во главе с Генералом, направилась в сторону Королевского Дворца. Ей пришлось пробиваться силой, ведь на улицах оставалось полно Братьев Бури. Под грохот прилетающих на город снарядов, лязг стали о сталь и Крики Довакина до обители ярла добрались пять человек, оставив за собой десятки трупов. Всего лишь пять человек пришли по душу предателя.       Ригмор с ноги выбил дверь Дворца. В огромном зале, на своём троне восседал Ульфрик Буревестник. Подле него стоял Галмар, его верный друг и хускарл, и один неизвестный солдат.       – Ульфрик Буревестник! – начал Генерал Туллий. – Ты виновен в мятеже, убийстве граждан Империи, умерщвлении короля Торуга и государственной измене. Всё кончено.       – Не кончено, пока я ещё жив, – пробасил Галмар Каменный Кулак.       – Отойди, Гал, – легат Рикке сложила оружие в ножны. – Мы пришли принять капитуляцию Ульфрика.       – Я не отдам Скайрим в руки развращённой, умирающей Империи, – чуть ли не рычащим голосом пробасил ярл Виндхельма.       – Скайрим не принадлежит тебе, Ульфрик, – как-то грустно сказала женщина. Хоре показалось, что ей вовсе не хотелось сражаться с Буревестником.       – Нет, но я принадлежу ему.       – Хватит! – перебил ярла Туллий. – Вы предатели и умрёте как предатели! Сдавайтесь и примите публичную казнь, но окажите сопротивление, я перебью вас без суда, собственноручно. Мне всё равно. В любом случае я отошлю ваши головы в Сиродил.       – Ну так вперёд!       Голос Галмара прогремел по всему залу, и мужчина кинулся на Генерала и Рикке. Неизвестный солдат бросился на Хадвара. А Ульфрик встал с трона и медленно стал приближаться к Хоре и Ригмору.       – Н-да… – голос Буревестника вновь стал бархатным. – Не хотелось бы мне сражаться с вами двумя в одиночку…       – Боишься? – спросила девушка, повторяя манеру ярла, когда он чуть было не убил её. – Конечно, боишься. Перед тобой два человека, которых ты называешь монстрами.       – У тебя нет шансов. Сдавайся, Ульфрик, – откликнулся Довакин. – Так будет лучше для всех.       – Я уже сказал, что не стану сдаваться. Я слишком долго к этому шёл… Хотел, чтобы Скайрим не зависел от эльфов. Чтобы норды были вождями своей земли…       – Единственное, к чему ты шёл – это власть.       – Не стыдно врать, Ульфрик? – равнодушно спросил дитя Акатоша и вытащил секиру, а девушка клинки. – Это уже перебор.       – К сожалению, мне не позволили завершить мои планы. Я лишь хотел использовать эльфов, чтобы прогнать их же из Скайрима… – воины переглянулись.       – Да ну? Зачем тогда последовал приказу Халиона? Зачем выпустил Ротхиса?       Ярл Виндхельма подходил всё ближе и ближе. Его лицо внезапно расплылось в кровожадной улыбке, отчего нордка вздрогнула. Даже безмятежный Ригмор чуть отступил назад. В эту секунду из-за двери показался огромный воин в эбонитовой броне… Настоящий великан.       Хора охнула, а воин лишь бесшумно набрал воздуха в лёгкие.       – Не может быть… Хора! Берегись!       Не естественно для самого себя закричал Ригмор и оттолкнул девушку как можно дальше. В эту же секунду тело Довакина отлетело в начало зала и столкнулось с каменной стеной. Его броня звонко прогремела, возможно, даже в каких-то местах проломилась.       – Довакин!        Девушка рассыпалась в лепестках, и тут же на месте, где она была, просвистел клинок Ульфрика. Хора тут же появилась возле Ригмора, осматривая его тело на наличие серьёзных ран, пытаясь вылечить его. Мужчина прервал Соратницу, сплюнув кровь.       – Ничего… Десять минут и раны затянутся. Всё-таки регенерация оборотней хорошая вещь…       – Совсем с ума сошёл? – испуганно воскликнула нордка. – Ты не успеешь восстановиться. Броня пробита, и, возможно, сломаны кости. Как Обливион тебя подери ты восстановишься сам?!       – Тебя сейчас это волнует? – прокряхтел мужчина. – Отвлеки их. Десять минут.       Хора испуганно посмотрела на норда и огляделась вокруг. Эбонитовый воин и Ульфрик приближались, Легат Рикке лежала на полу, истекая кровью, Туллий ещё противостоял Галмару, а Хадвар сражался с Братом Бури. Соратница сглотнула. Ситуация выходила из-под контроля, и нужно было срочно принимать решения.       Буревестник набрал в лёгкие воздух. Хора наколдовала оберег и стала так, чтобы удержаться на ногах.       – Дура! – сдавленно прорычал Ригмор. – Это не сработает!       Ульфрик закричал. Сила Ту’ума вновь прогремела на весь дворец и понеслась на Соратников. Девушка зажмурилась, вливая в оберег все силы. Когда Хора открыла глаза, то изумилась. Оберег покрылся коркой льда, укрепляясь. Магическая защита в ту же секунду рассыпалась на маленькие осколки. «Разве возможно объединять школы?» – удивлённо вскинула брови нордка.       Лидер Братьев Бури замер. Ещё никто в его памяти не мог противостоять Крику. Великан также не шевелился. Ульфрик заскрипел зубами, не желая признавать своё крошечное поражение.       Хора гордо выпрямилась, ухмыляясь. У неё появился шанс. Шанс победить. Соратница бросила взгляд на эбонитового воина и тут же растворилась в лепестках, появившись за его спиной. Девушка замахнулась клинком, атакуя, и оставила огромную царапину на броне. Он тут же развернулся, пытаясь попасть в Хору огромным двуручником, но лезвие просвистело в пустоте. Соратница вновь появилась за безымянным воином, атакуя слабозащищённые места. Клинок полоснул по ногам, однако броню всё равно не пробил. Хора не успела телепортироваться, и громила воспользовался этим, ударив нордку под дых ногой. Соратница согнулась пополам, задыхаясь.       В это мгновенье сзади появился Ульфрик, занося клинок для удара. Однако лезвие не достигло её: Хадвар, расправившись с Братом Бури кинулся на помощь Хоре, отталкивая Буревестника. Соратница кивнула другу и вновь начала атаковать великана. Получалось у неё это с большим трудом, ведь он был выше и крупнее Довакина. Хора кружилась вокруг воина, пытаясь хоть немного вымотать громилу и снизить его скорость и выносливость. Но он был непоколебим.       Хора телепортировалась так, чтобы между ними набралась дистанция. Девушка тяжело задышала. Пусть и не глубокие, но кровоточащие раны выбивали из колеи. Да и меч воина явно был зачарован.       Соратница вновь окинула взглядом зал. Туллий победил Галмара и вместе с Хадваром атаковал Ульфрика, Ригмор всё ещё восстанавливался. Рикке так и не поднялась… Хора глубоко вздохнула и ринулась на громилу, однако… по залу вновь раздался грохот Крика. На удивление нордки она не отлетела на десятки метров от воина. Но с ужасом обнаружила, что в её руках нет мечей.       – Ч-что? – вздрогнула Хора и оглянулась. Оба клинка оказались позади неё под самыми окнами зала. И это было её ошибкой.       Громадная ладонь великана потянулась к ней, хватая за грудки. Одной рукой он поднял девушку над землёй. Соратница вновь исчезла в лепестках, однако этот трюк с появлением за спиной не сработал. Воин тут же развернулся, атакуя место, где появится Хора. Девушка этого не ожидала. Тем не менее успела увернуться и запустить огненный шар в противника. Только и это не сработало.       Эбонитовый воин одним ударом сбил с ног Соратницу и наступил на её левую руку. Хрупкая кость, под тяжестью воина, не выдержала и беспощадно треснула, заставляя девушку кричать от дикой боли. А воин всё давил и давил на тонкую руку, дробя кости. На глазах Хоры выступили слёзы. Больно. Очень больно. Но девушка нашла в себе силы запустить во врага ещё один огненный шар, однако… Однако громила был быстрее. Воин хлестнул мечом по руке девушке, отнимая у неё возможность двигать ею.       – Нет!       Хадвар кинулся на великана, защищая подругу. Однако… это было последнее его решение в жизни. Измотанный битвой молодой легат пропустил смертельный удар. Секунда, и голова друга уже катилась по каменной кладке дворца Ульфрика, оставляя алый след крови…       Хора и Ригмор с застывшим ужасом в глазах смотрели на труп их друга, не веря. Они не могли поверить, что одно мгновенье – и их товарища, брата нет в живых. Его обезглавили зверски, бесчеловечно. Словно его убил не живой человек, а машина, бездушная оболочка.       – ХАДВАР!!!       Чуждо девушка закричала, а её тело обволокла тёмная энергия. Руки тут же пришли в действие, покрываясь чем-то чёрным; на пальцах отрасли острые когти; глаза залились багряной кровью, а уши удлинились, как у эльфов; кожа посерела, а среди волос показались недлинные рожки.       В сердце Соратницы что-то встрепенулось, сломалось. Она смогла вновь подняться и биться в полную силу. Скорбь об ушедшем в Совнгард друге охватила её тело, заставляя двигаться. А из глаз, полных дикой яростью, потекли горькие слёзы. Даже адская боль в повреждённых руках не останавливала.       Хора растворилась в лепестках и вновь начала атаковать эбонитового воина, вкладывая все силы Ротхиса, которые были ей подвластны. Разнообразное магическое тёмное оружие, тёмные заклинания огня, молний и льда обрушились на великана. Девушка наколдовала тёмное копьё, насквозь пронзая воина и его броню. Враг склонил голову и взялся за копьё. Соратница охнула, понимая, что даже этот удар не навредил громиле.       – Обливион тебя подери!       Крикнула девушка, направляя поток чёрного ветра на эбонитового воина. Его шлем слетел, открывая лицо…       – Это же ходячий мертвец. О, Боги, что же они с тобой сделали… – прошептала нордка. – Теперь понятно, почему ты неуязвим.       Хора тут же собралась с мыслями и телепортировалась к Довакину. Девушка вложила все силы Ротхиса в заклинание восстановления. Тело Ригмора обволокла золотая дымка, просачиваясь в плоть мужчины и исцеляя его.       – Скоро у меня не останется сил, чтобы продолжить сражаться. Как только это случится, полагаюсь на тебя, Довакин.       Дитя Акатоша выпрямился и потянулся, проверяя, все ли кости на месте. Соратник чуть скривился незаметно для Хоры. Он осмотрел на нордку. Мужчина в первый раз застал девушку в таком виде, ему стало даже как-то некомфортно, находясь рядом с ней. Да и голос стал каким-то мёртвым, холодным. От него кровь стыла в жилах. Если бы она использовала эту силу при первой их встрече… Возможно, Довакина уже не было в живых.       – Могла бы и не говорить, – отмахнулся Ригмор и посмотрел на Ульфрика с Туллием. Последний из последних сил противостоял Буревестнику.       Полностью понимая друг друга, норды бросились в рассыпную. Однако было уже поздно. Тело Генерала Туллия унесло грохочущим Ту’умом Ульфрика, припечатав к стене. Из затылка имперца потекла струйка крови, а веки сомкнулись, погружая мужчину в вечную тьму…       Хора охнула, а Довакин тут же оказался рядом с лидером Братьев Бури, осыпая того точными и мощными ударами.       Соратница вновь начала атаковать воина из последних сил. В глазах помутнело, а голова закружилась.       Хора тяжело вздохнула, замахнулась трясущейся рукой, покрывая её тёмной магией, и резко провела по воздуху, рассекая его. Воин остановился и свалился на колени. Из места, где должна была быть голова, не текла кровь, а лишь какая-то чёрная жидкость, а смуглая голова редгарда закатилась под трапезный стол.       Девушка пустым взглядом осмотрела труп воина и перевела его на Ульфрика. Она, чуть прихрамывая, подходила к норду, который с трудом сдерживал атаки Соратника.       – Ты остался один, Ульфрик, – загробным голосом проговорила Хора. – Сдавайся. Половина твоих людей отвернулась от тебя, а козырей больше не осталось. Тебе не сбежать.       Наверно, в первый раз в своей жизни Ульфрик Буревестник, ярл Виндхельма, лидер могучих Братьев Бури, задрожал от страха. Он полностью осознал свою никчёмность рядом с этим двумя монстрами. Мужчина нервно сглотнул. Ему хотелось бежать. Хора и Ригмор – олицетворение смерти всех Братьев Бури… Хотя, нет… Олицетворение собственной смерти.       Ульфрик и правда захотел сбежать, осознав, что скоро его отправят в Совнгард. Однако попытки были четны. Хора появилась перед Буревестником, и её рука сомкнулась на его шее стальной хваткой.       – Я же сказала, теперь ты никуда не сбежишь… Предатель… Лжец… Убийца… И это только малость тех слов, которые полностью описывают тебя… – загробным голосом сказала Хора. Казалось, что её же голосне принадлежал ей. – Боишься, не так ли? Конечно, боишься. Ты встретился лицом к лицу со своими страхами. Я бы тоже боялась.       – Чего же ты ждёшь, Хора? – прохрипел ярл Виндхельма. – Убей меня и дело с концом.       – О, нет… Быстрая смерть не для тебя. Ты не отправишься в Совнгард безболезненно… Ты якшался с Талмор, это непросительно…       Хора провела когтём по щеке Ульфрика, оставляя алый след. А после поднесла коготь к глазам мужчины, злобно улыбнувшись.       – Стой, – тяжёлый голос Ригмора пронёсся по залу. – Не надо этого делать. Хочешь уподобиться ему? Стать такой же жестокой и кровожадной убийцей?       Соратница замешкалась. А ведь Довакин прав. Если сейчас она начнёт издеваться над телом Ульфрика, то не станет ли она после этого таким же варваром и чудовищем? Не потеряет ли всю свою человечность после лютой расправы над лидером Братьев Бури? Она не знала этого. Но что-то в её душе подсказывало, нет, кричало, что этого не стоит делать! Два года Хора боялась стать тем самым монстром, и сейчас она в шаге от своего страха.       Нордка отпустила Ульфрика. Тот опустился на колени, жадно вдыхая воздух.       – Чтобы песня получилась красивее… – прохрипел Буревестник. – Пусть последний удар нанесёт Довакин…       Хора кивнула Ригмору и отвела взгляд от нордов. В полной тишине раздался неприятный свист лезвия, клинок полоснул по плоти, и бардовая кровь хлынула из тела ярла Виндхельма.       – Вот и всё…       Прошептала Соратница, свалившись навзничь на каменный пол, лишённая возможности двигаться. Внешний вид Хоры вернулся в нормальное состояние, а руки пронзила острая боль, воздух стал спёртым.       Довакин сел рядом.       – Ты как? – спросил норд. Девушка чуть промычала, нахмурившись. – Ладно, и так вижу, что всё плохо.       – Боги… Хадвар… – слёзы сами потекли по щекам Хоры, скрываясь в русых волосах. – Он же обещал вернуться домой… в Йоррваскр.       Осознание того, что Соратники больше не увидятся со своим товарищем, не сразятся бок о бок с братом по оружию, не отпразднуют победу вместе с другом за одним столом, вызывало отчаяние и нестерпимую боль.       – Он хотел вернуться вместе с Ралофом, – мужчина посмотрел на хладеющее тело друга, а после на труп блондина, с которым сражался Хадвар. – Но у него не получилось.       Хора вздрогнула и попыталась встать, но, прошипев от боли, легла обратно.       – Так это был Ралоф?       – Да. Лучший друг детства Хадвара. Точнее, был.       Сзади послышался голос Туллия. Соратники удивлённо посмотрела на имперца. Они были уверены, что генерал погиб.       – Чего уставились? Думали, меня так легко победить? Я не пальцем деланый, детишки. Мужчина подошёл к нордам, прихрамывая. Довакин решил продолжить историю Туллия, обращаясь к Хоре.       – Хадвар и Ралоф вместе выросли в Ривервуде, вместе пошли в Йоррваскр… Но они перестали общаться, когда началась война. Разошлись по разным углам и больше не поддерживали связь, – с досадой говорил Ригмор. – Наверно, нелегко было ему…       – Убивать своего друга? – риторически спросила девушка, уставившись в высокий потолок. – Ему было чертовски больно.       – Говоришь так, будто тебе это знакомо.       – И да, и нет… Мне постоянно кажется, что люди, умершие из-за меня, погибли от моей руки…       – Что ты имеешь ввиду?       – Когда Халион напал на Коллегию, несколько моих друзей погибло. До сих кажется, что это моя вина…       – Ты не виновата, – Ригмор вздохнул. – Кого стоит винить, так это Халиона.       Хора посмотрела на Соратника. Слышать что-то подобное от грозного воина было чем-то удивительным.       – А тот воин, – вмешался Туллий, обращаясь к Довакину. – Мне показалось, ты его знал.       – Да, это Аззан. Встретил его, когда выполнял какое-то задание. Он хотел, чтобы я сразился с ним и отправил его в Совнгард.       – Ты отказался?       – Тогда мне было это совсем неинтересно. Я просто послал его… Но как его победили? Он до жути сильный. Возможно, сильнее меня, – задумчиво проговорил Довакин.       – Не знаю. Скорее всего Халион поспособствовал этому. Он сильнее и Аззана, и тебя, и меня…       Ригмор прыснул. Ему явно не понравилось это заявление. Тем не менее это была правда. Жестокая и реальная правда. Мужчине не хотелось признавать, что двадцать лет он был на коротком поводке у омерзительного эльфа, который воспользовался чистой детской невинностью.       – Ладно, – норд натянул маску безразличия. – Пора возвращаться домой. А то Предвестник там заждался нас.       Ригмор поднялся и помог Соратнице. Хора вновь прошипела от боли, а ноги подкосились. Мужчина без слов взял её на руки, и вышел из замка, бросив последний взгляд на своего товарища.       – Довакин, – прошептала нордка. – У меня будет к тебе одна просьба…