Когда цветет магнолия

      - Не против, если я сяду здесь? Мест совсем нет, сегодня какая-то акция?       Кажется, он увидел свое фото в телефоне, потому что иначе не объяснить эту странную самодовольную ухмылку и блестящий взгляд.       Бинна смотрит в ответ вопросительно, не нравится ей все это. Пытается не нервничать и сохранять спокойствие, адекватность, но она с ними попрощалась, едва ли Бин вошла в осознанный возраст.       - Милая футболка, - хмыкает Чонгук и кивает на ее одежду. Садится, так и не дождавшись ответа, - Тебе нравится "Бэмби"?       Бин утыкается в свой телефон, на скорости закрывая все вкладки соцсетей, будь они неладны, а затем чувствует его пристальный взгляд. Слышит, как он стучит пальцами по столешнице и сама начинает заводиться еще больше.       Осторожно поднимает на него глаза и видит, что он до сих пор смотрит на футболку. Юн промаргивается и резко замирает, потому что теперь он смотрит ей в глаза.              Кажется, кондиционеры перестали работать.       - Мне нравятся хорошие фильмы. Просто приглянулся кролик, вот и купила. Только потом поняла, что он из "Бэмби", - неловко улыбается, объясняя почему у нее футболка с принтом кролика из мультфильма. Пальцы не перестают стучать.       В голове то рой мыслей, то пустота, они не могу собраться в кучу, но одно Юн понимает точно - она начинает краснеть. Краснеть за то, что сидит в мультяшной футболке и выглядит, наверно, как семилетка.       Впрочем, плевать, это ее любимая вещь и снимать ее даже ради него она не собирается.       - Прикольный персонаж. Он начинал стучать лапой, когда видел свою подружку, - наконец произносит он и стук прекращается. - Когда повзрослел, понял, что это он так возбуждался, - подмигивает, подсаживаясь ближе к столику.       Это не странные изречения Чонгука, это кондиционеры не работают, поэтому Бин и красная. А еще, похоже, тут ее никто и не просит снимать эту футболку, потому что, судя по выражению лица, он не прочь снять ее сам.       - Не думала никогда в таком ключе, - растерянно бормочет Бин.       - Я провел аналогию с учащенным сердцебиением. Оно начинает биться с бешенном ритме, когда мы смотрим на объект вожделения, - наклоняется ближе, проживая искрами глаз.              - Мое сердце наоборот замирает...       - А сейчас оно замерло? - блядки низкий голос Чонгука пробирает до мурашек.       - Что? - куда девается весь словарный запас Юн, не понятно.       - Ничего, ты милая, - улыбается Чонгук и вот тут весь кислород вышибает окончательно.       Как на это реагировать? Сказать спасибо? Сказать, что он тоже очень милый и она считает его самым милым существом на планете и не важно, что где-то плачет один несчастный Теодорчик из "Элвин и бурундуки"?       Он передразнивает ее округленные глаза:       - Не знала, что миленькая?       Бинна видит в нем садиста, потому что уши дико горят. Ну не привыкла она к таким поворотам, не привыкла к таким словам от противоположного пола, а тут еще и такой индивид.       - Спасибо, не знала, - прокашливается и неловко отводит глаза.       Чон Чонгук для Юн самая сложная загадка. Он до невозможности прямолинейный и смущающий. Так не разговаривают обычные люди, так говорят либо абсолютно уверенные в себе личности, либо те, кто совсем не думает о последствиях и просто играет.       Чонгук - очевидный игрок, для Бинны не ясно только одно: за что и на что он играет.       - Ты же Бинна, верно? - он уже не скрывает своего смеха, упивается ее беспомощностью и щурит глаза, когда она неловко кивает.       Спасибо официанту, который приносит заказ Чонгука, отчего тот вынужден откинуться на спинку стула. Гук довольно ухмыляется и смотрит в сторону.       - Мы должны были встретиться с другом, но у него неожиданно появились планы. Шоколадный милкшейк так и не попал в руки к своему хозяину, поэтому угощаю, - он протягивает ей стаканчик и мило улыбается. Обстановка начинает разряжаться, кондиционеры заработали.       - Твой друг пьет милкшейк? - Бин удивленно смотрит на апельсиновый сок Чонгука.       - У него специфичные вкусы, - он подмигивает и отпивает сок.       Как же хорошо, что Гук не видит, как трясутся под столиком коленки Бинны. Там такая амплитуда, что, вполне возможно, по новостям сегодня передадут о высокобалльном землетрясении неизвестной этиологии.       Она пропускает момент, когда Чонгук стекает по стулу вниз и слегка касается своими коленями ее. Бин вздрагивает, отодвигается и вновь утыкается в телефон, громко пробуя милкшейк. Почините кто-нибудь эти кондиционеры!       А потом в ее голову внезапно приходит дурная мысль, что она вообще-то должна противостоять своим страхам. Пора брать ситуацию под контроль. Сейчас или никогда. Если прямо тут она снова поджимает хвостик, то так будет всегда, ничего не изменится. Нельзя начинать с "понедельника", для людей существует только "здесь и сейчас". И сейчас Бин должна показать настоящую себя: смелую, открытую, жизнерадостную. Ей еще целовать его, прости Господи.       Бин показательно выпрямляется и смотрит прямо на Чонгука. Тот в свою очередь подперев рукой голову смотрит на нее. Дело дрянь, уверенность испаряется. И только она собирается позорно капитулировать, унося все свои пожитки прочь из кафе, как замечает, что Чонгук начинает лениво промаргиваться, а потом и вовсе роняет голову на руку.       - Эй, все хорошо? - Бинна в панике оглядывается на официанта, который, заметив неладное, не медля, стягивает Чонгука со столика и при помощи взволнованной, ничего не понимающей Юн тащит в комнату для персонала.       Посетители кафе недоуменно разглядывают безвольное тело Чонгука, повисшего на официанте и перепуганную Юн, которая бежит, спотыкаясь, за ними.       Думала ли она, что когда-то попадет в такую ситуацию. Фортуна только что наградила безнадежного человека, сталкивая лицом к лицу со своим крашем, а он тут же слег от неизвестной хвори.       А у Юн паника: сердце колотится как бешенное, страх, непонимание. Все происходит так быстро, будто в водоворот попала, картинки перед глазами плывут, только что они были в зале кафе, как уже оказались где-то в коридоре. Ноги запутываются, ее трясет все сильнее, а мозг лихорадочно пытается сообразить, как помочь Чонгуку.       Они укладывают его на диванчик. Официант растегивает ему верние пуговицы рубашки, освобождая от стеснения. Бинна нервно набирает номер скорой помощи, попутно пытаясь докричаться до Чонгука. Пока скорая не берет трубку, она пытается прощупать пульс Чонгука, расспрашивает официанта, было ли такое на его практике, тот лишь молчит, чем начинает раздражать паникующую Юн. А затем произносит то, от чего Бин совсем выпадает в осадок.       - У тебя есть три часа на все, - официант быстро уходит и прикрывает за собой дверь.              В телефоне слышно, как зовет диспетчер скорой, но Бин просто сбрасывает звонок, падая на колени перед Чонгуком.       Юн Бинна сегодня кого-то покалечит. По новостям вместе с землетрясением передадут о двух жертвах маньяка. Очевидно, Вивьен и Хосок подсыпали что-то в сок Чонгука. Но как?       Дурдом на колесиках, а не дружба. Могли бы предупредить, что он просто вырубится. Так стоп, какого фига они вообще что-то ему подсыпали. А если клофелин?! Ужас.       Когда она переваривает эту информацию, до нее доходит, что официант знал все изначально и даже не пытался успокоить. А если бы Юн тоже стало плохо. Тогда две жертвы за один вечер повесили бы на его душу. Радовался бы, что Бинна не успела оценить масштаб катастрофы и упасть в обморок.       Она сидит еще очень долго на коленях перед диваном, потеряв счет времени, держит Чонгука за руку и просто не верит, что вся эта заварушка случилась именно с ней. Как потом объясняться перед Чонгуком, почему и каким образом его вырубило в кафе? Он ведь начнет разбираться с заведением, дойдет до полиции, а там уже выяснят, кто и что задумал.       Ужасно, ужасно, ужасно.       Бинна уверена, что ни Вивьен, ни Хосок не думали о последствиях, скинули все на нее и радуются.       А потом Юн ужасается еще больше, ведь у Чонгука могла быть аллергия на препарат и она могла его потерять. От страха ладошки совсем вспотели и она аккуратно освободила руку Чонгука. Присела на диванчик рядом с ним и осторожно попыталась проверить, нет ли признаков аллергии.       Послышался звук уведомления с телефона. * Мерзавка: ну что, ты оценила наш подгон? Поцеловала уже???? * * Бин-Бин: Я ВАС ВСЕХ ПРИДУШУ, ОН МОГ УМЕРЕТЬ! ТЫ ЗНАЕШЬ, ЕСЛИ ПОЛИЦИЯ БУДЕТ ПОДОЗРЕВАТЬ ВАС, Я СДЕЛАЮ ЧИСТОСЕРДЕЧНОЕ ПРИЗНАНИЕ И ВСЕХ СДАМ!!! * * Жук: не ори на нас, делай уже то, что должна, а то все будет коту под яйца. * * Бин-Бин: Я ТЕБЯ САМА ЗАКАТАЮ ПОД ЕГО ЯЙЦА, А ПОТОМ ЗАСУНУ ТВОЙ СТИЛУС ТЕБЕ В ЗАДНИЦУ, ГЕНИЙ НЕДОДЕЛАННЫЙ, ПОШЛИ К ЧЕРТУ СО СВОИМИ СПОРАМИ *       Юн игнорирует поток звуковых уведомлений, вырубает телефон и откидывает его далеко.              Она снова наклоняется к Чонгуку, а потом весь мир идет кувырком, сердце испуганно замирает, потому что он открывает глаза и одним слитым движением хватает ее за талию и подминает под себя.       Юн крепо зажмуривается, ожидая чего угодно. Ее тело становится каменным от напряжения, она не видит и не слышит ничего, потому что...       Тишина, он просто схватил ее, лег на нее же и спит дальше.       - Серьзно? - Бин открывает один глаз, а потом резко распахивает оба, пытается дышать, но огромное тело над ней не позволяет.       Она старается оттолкнуть его, но он слишком тяжелый. Борется еще какое-то время, пока не слышит сладкое причмокивание рядом со своим ухом. Спит, зараза, дальше.       Юн думает, что лучше наверно смириться, насладиться моментом, представить, что все друг друга любят, что здесь нет никаких криминальных обстоятельств, и от этого становится так хорошо, что даже тело над ней уже не мешает мечтательно улыбаться и гладить его руку.       - Меня тоже все устраивает, - вдруг хрипит ее человек-одеяло, и она чувствует, как он посмеивается от ее вздрагивания. - Я не понимаю, почему я вырубился, вроде бы выспался.       Чонгук очень удобно расположился - сгреб ее в свои объятия и лежит себе. Бин чувствует жар его тела, теплое дыхание, щекочущее шею, отчего та покрывается мурашками, чувствует, как его руки медленно ползут вверх.       А затем он вопросительно смотрит на нее. Юн снова зажмуривается. Сказать, не сказать...       Спасибо родителям, жизни, окружению за то, что воспитали в ней смелого человека, который старается смотреть трудностям в глаза.       Юн идет по жизни гордо: поплачет, удавится, но сделает. За это ее любили в школе, за это ее любят и друзья. Поэтому даже сейчас вместо того, чтобы оправдываться, придумывать что-то, бежать, как трусливый зайчик, она разворачивается лицом к проблеме. Это не всегда правильнее, но так устроено подсознание Бинны, не хочется копошиться, иногда лучше просто принять все, признаться и быть собой. Все имеет последствия, но, кажется, Бин устала, чтобы думать о них. Она так долго боролась с Чонгуком в своей голове, отрицала свои чувства или же, наоборот, давила на себя за неспособность просто вовремя сказать. Почему? Почему она может быть прямолинейной и честной во всем, кроме себя самой. Она может сказать ему сейчас про снотворное, но никогда не скажет про свои чувства. Она раскроет все карты, но никогда не покажет, что у нее на сердце.       И, пожалуй, он - единственная проблема, от которой она бежит, сверкая пятками.       Люди думают, что Бин честная, открытая, но разве можно так сказать про человека, что лжет сам себе? Почему ее принципы ломаются именно на нем? Вся смелость в миг испаряется. Чонгук - другой момент, другая территория, на которой действуют свои законы и правила, и даже Бинна вынуждена прогибаться под них и поджимать в страхах хвостик.       Она смотрит на Чонгука честными-пречестными глазами, хмурится и сжимает губы.       - Боже, ты и правда милая, - Чонгук протягивает руки к ее голове и аккуратно проводит по волосам, заглядывая в ее глаза.       А он и не догадывается, как тяжело ей. Как опасно раскачивается механизм в ее голове, крутит шестеренки, чтобы сделать выбор. Сказать все, либо сказать часть правды. Утаить - не лгать, но есть ли смысл говорить про махинации друзей, если опускаешь главный момент всей истории. Глупости, но видимо ее удел - жить в своем розовом мире, жалея себя.       Юн понимает, что все это очень странно и как бы не хотелось продлить момент, но выбираться ради приличия надо, поэтому осторожно отталкивает его от себя, совершенно не ожидая, что Чонгук начнет сопротивляться.       - Давай полежим еще, - с надеждой смотрит в ответ, и Юн громко сглатывает, ведь знает, что никогда не смогла бы отказать.       - Мои друзья подмешали тебе снотворное, - шепчет Бин, морально готовя себя ко всему на свете. Вот так, просто сказала. Черт с ним, а дальше плывем по течению.       - Зачем? - доверительный шепот в ответ.       - Я должна желание, - она видит звездочки в его глазах, галактику, вселенную, целый мир который не пытается задушить ее. Это не ее розовый мир, это что-то за гранью реальности.       - И какое же?       Юн сглатывает.       Делай выбор, решайся.       - Меня попросили поцеловать тебя, мы долго спорили, что ты будешь против и они решили, что лучше всего усыпить тебя, чтобы я... Чтобы я поцеловала, - на скорости выдает Юн и и отводит глаза. - Я тоже была бы против, конечно же, и сейчас против, да. В общем, это нарушает твои личные границы, да и в вообще моральные устои, социальные нормы, а в чем-то даже и закон, но мои друзья решили, что это все их не касается...       - Почему ты против? - перебивает ее Чонгук.       - Потому что это неправильно.       - А если я сам тебя поцелую, это будет правильно? - он снова очаровательно улыбается и наклоняется ближе к Юн.       И вот тут, казалось бы, молодой человек не против, используй его, да и беги со всей скорости снова в свою скорлупу, залечивая сердечные раны, или хватай этого кролика за лапу и тащи его в эту норку, но нет, Бин просто икает от волнения и начинает активнее выбираться из-под засады.       Чонгук перестает удерживать ее, хватает за голову, которая начала раскалываться, и аккуратно усаживается на диванчике.       - Нет, не правильно, - грустно вздыхает Бинна, - Все изначально было неправильно.       Она сделала выбор.       - Ты мне нравишься.       И это далеко не слова Юн. Кажется в их компашке два отбитых на всю голову. И второй - это Чонгук.