Причуды Фемиды.

Проснувшись утром от звонка будильника, Бай искренне хотел дать Илуну еще поспать, но сегодня был слишком важный день. Наступил именно тот момент, когда нужно было стиснуть зубы и взять себя в руки. Поэтому, еще минуту полюбовавшись на спящего возлюбленного, Бай начал нежно поглаживать волосы Илуна, его плечи и личико. -Илун... Лун-Лун... Лун-гэ... Лун-Лун... Любимый, просыпайся! К сожалению, нам пора вставать... Илун с видимой неохотой заворочался под одеялом, но через секунду распахнул глаза и принял сидячее положение. Он вспомнил о том, что им предстояло сегодня сделать и сонливость начала стремительно отступать. Окончательно сон ушел, когда Илун, забывшись, оперся на простреленную руку, чтобы сесть на кровати. Рука тут же отозвалась тупой, ноющей болью. Илун тихо застонал и стиснул зубы. А Юй тут же заботливо усадил его, прислонив спиной к спинке кровати и сказал: -Так, сейчас мы снимем повязку, ты сходишь в душ, потом я обработаю рану и снова тебя перебинтуем. Потом завтрак, потом обезболивающее и потом уже грим, идет? -Идет - прошипел сквозь зубы Илун. Боль уже утихла, но зато он достоверно проснулся. Его мозг начал работать на полную катушку и прорабатывать дальнейшие их действия и варианты развития событий. Тем временем Бай ножницами срезал бинты и открыл рану, чтобы она подышала. Входное отверстие от пули было маленьким, аккуратным, края раненой кожи покраснели и выглядели слегка глянцевыми. Илун чуть развернул руку и стало видно выходное отверстие. Оно было уже больше по размерам, чем входное. Края раны были рваные, местами бледные, местами алые. Раневой канал был чистый, отделяемое из раны без признаков нагноения. В воздухе разлился резкий запах крови, но запаха гниения не было. Бай резко втянул в себя воздух и стиснул зубы. -Жаль, что я не могу убить того, кто выстрелил в тебя! - кровожадно произнес Бай и Илун с удивлением воззрился на любимого. Илун открыл было рот, чтобы озвучить свое удивление, но Бай снова прервал его жестом и сказал: -Да, то, что я сказал - совершенно не типично для меня, но ради своей семьи я могу убить не задумываясь. А ты пострадал и для меня естественно, что я жажду мести. Но ты уже устранил обидчика, так что мне остается только желать, чтобы его хорошенько помучили в Диюе. Илун беспомощно рассмеялся и пожал плечами. -Так, иди в душ, аккуратно помойся, но руку особо не мочи, рана открытая, промой кожу вокруг, но без фанатизма, а я буду ждать тебя на перевязку. Мужчины коротко поцеловали друг друга и Илун пошел в душ. С наслаждением стоя под струями воды, он держал раненую руку на весу, что бы на нее попадали только мелкие брызги воды. Теплая вода смыла остатки стресса и напряжения от вчерашнего дня и из душа Илун вышел окончательно пришедшим в себя и в полной боевой готовности. Не в физическом смысле конечно - ведь на второй день от ранения плечо отекло и болело, подвижность была очень сильно нарушена и Илун поддерживал одну руку другой. Но мозгами он был совершенно готов к активным действиям. Бай в спальне разложил на постели все необходимое для перевязки - чистые бинты, мазь с антибиотиком, ватные палочки, шприц и антисептический раствор, чтобы все промыть. Илун вышел из душа только в нижнем белье, придерживая руку и сел на кровать. Бай сочувственно приобнял Илуна, поцеловал его и начал обрабатывать рану. Сначала он протер кожу антисептиком, затем наполнил шприц мазью с антибиотиком и отдал Илуну. Илун сам развернул руку и прижал подыгольный конус шприца к входному отверстию и надавил на поршень. Когда чуть меньше половины содержимого ушло в рану, он повторил ту же процедуру у выходного отверстия. Затем Бай нанес мазь на сами отверстия, добавил заживляющую мазь, прикрыл раны стерильными салфетками и надежно забинтовал бинтом. Повязка получилась аккуратной и не стесняла движений. Затем Бай помог Илуну одеться, усадил его завтракать, поставил перед ним стакан с теплой водой и положил антибиотик и сильное обезболивающее и уже сам отправился в душ. Пока Илун завтракал, А Юй закончил все утренние процедуры, и оделся так же, как Илун. Теперь им предстояло загримировать Илуна под Бая. Так как Илун накануне репетировал грим, процесс занял не много времени и к половине седьмого парни были полностью готовы. Обезболивающее подействовало, но, пока не настало время для выхода Илуна, Бай соорудил ему свободную повязку, чтобы рука своим весом не тянула рану. Мужчины повернулись к зеркалу. Илун очень хорошо загримировался. Если смотреть невнимательным взглядом, мельком и издалека - их действительно можно было спутать. Кивнув друг другу в отражении, мужчины развернулись и стремительным шагом покинули квартиру. Это был первый выход Бая на улицу со времен его “убийства”. Мужчины сели в машину. За рулем был Бай. До дома родителей они доехали примерно за пятнадцать минут и увидели, что Цзинь Лун уже ждет их за рулем арендованного фургончика. Илун снял поддерживающую повязку и слегка охнул от вернувшейся боли. Но времени у них почти не осталось, поэтому пришлось стиснуть зубы и двинуться вперед. Бай с беспокойством посмотрел на него, но Илун покачал головой и сделал ему знак идти, ведь отец мог с минуты на минуту выйти из двери. Бай кивнул, быстро чмокнул Илуна и вышел из машины. Не сводя взгляд с входной двери дома родителей, А Юй подошел и встал на условленное место, стоя полу-боком к двери, якобы рассматривая рекламный щит. Цзинь Лун завел мотор и стал ждать условного сигнала. Буквально через минуту послышался скрип открывающейся двери, и Бай Ливей вышел из дома и направился к ожидающей его машине. Он окинул взглядом улицу перед собой и замер, как будто натолкнулся на невидимую стену. На другой стороне улицы, полу-боком к нему стоял молодой человек, одетый в синие джинсы, белую футболку и джинсовку, на ногах были мягкие берцы песочного цвета. Он что-то рассматривал на рекламном щите. Его профиль очень походил на профиль его сына. Бай - старший замер и начал пристально приглядываться к мужчине. В этот момент мужчина засунул левую ладонь в карман джинсов, оттопырив большой палец и повернулся к Бай Ливею. У того чуть инфаркт не случился! Бай Ливей резко побледнел, его руки затряслись и во рту мгновенно пересохло до такой степени, что он не мог сглотнуть. Он широко раскрыл глаза и неотрывно рассматривал мужчину. На него смотрел его собственный сын, который считался погибшим или пропавшим без вести. Их взгляды пересеклись всего лишь на мгновение, и мужчина с абсолютно равнодушным выражением лица отвел взгляд. Бая - старшего затрясло и он, стремительно обойдя ожидавшую его машину, начал приближаться к подозрительно похожему на его сына, мужчине. Но тут его путь преградил медленно двигающийся фургончик, который грозил вот-вот заглохнуть. Бай Ливей в нетерпении обошел его и подскочил к мужчине, резко развернул его на себя и потрясенно выдохнул. -Эй, что вы делаете??? Отпустите меня! - возмущенно вскрикнул мужчина, громким голосом скрыв боль, которая охватила его, когда Ливей схватил того за пострадавшую руку и дернул на себя. Если бы не обезболивающее, Илун бы не смог проконтролировать свое выражение лица и не смог бы пристально вглядываться в лицо Бая - старшего, считывая его эмоции. Бай - старший понял, что его глаза сыграли с ним злую шутку. Мужчина, стоявший перед ним, при ближайшем рассмотрении оказался невероятно похож на его сына, но точно не был им. Он был пониже ростом, немного более узкие черты лица и менее полные губы - в отдалении давали определенную схожесть, но вблизи разница становилась очевидна. Решающим фактором стала похожая бородка и стрижка, но Ливей уже понял, что обознался. Выражения шока, неверия, испуга постепенно сходили с его лица, уступая место неловкости и замешательству. -Простите меня, я обознался... Мне показалось... Просто вы очень похожи на одного человека... И, я подумал, что вы это он...То есть вы не он, но вы с ним почти на одно лицо и я... Простите меня еще раз, - сконфуженно и сбивчиво попытался оправдаться Ливей. Илун придал своему лицу выражение легкого недовольства и вежливой отстраненности и, понимающе кивнув в ответ, развернулся, отошел от Ливея, сел в стоящую рядом машину, завел мотор и уехал. Отец Бая еще некоторое время постоял на одном месте. Он потрясенно глядел в след уехавшей машине. Холодный пот все еще стекал по его лицу, руки все еще мелко дрожали, но первоначальный шок отступил, и Бай - старший понял, что еще одно такое сильное нервное потрясение он просто не переживет. С абсолютно потерянным видом он вернулся к ожидавшей его машине, сел на заднее сиденье и приказал водителю отвезти его на работу. Тем временем, в фургончике, который на всех парах несся к работе Ливея, А Юй переговаривался с Илуном через наушник. -Ну как? - спросил Илун. -Отец был потрясен - это факт! Он был испуган - это тоже факт. Ошеломлен, удивлен, но не в ужасе... Испуг да, был, но не такой, как мы ожидали... А ты что увидел? -Да, я согласен с тобой. Он был потрясен и испуган, но как будто разочарован, что обознался. Не уверен, что могу сказать точно, но явной агрессии в его глазах я не увидел... Может потому, что он уже понял к тому моменту, что обознался... Не знаю, сейчас повторно посмотрим, как он поведет себя при встрече уже с тобой. -Да, ты прав. Мы почти доехали. А ты где? -Я прямо за вами, через две машины позади. Сворачивайте на стоянку и жди его, стоя за опорой рекламного щита. Он должен появиться с минуты на минуту. -Понял. Будь осторожен. -Ты тоже. Цзинь Лун высадил Бая у нужного места и отъехал, давая Илуну пространство для маневра. А Юй встал за опорой столба и стал поджидать отца. Через десять минут показался его автомобиль. Машина медленно въехала на стоянку и встала на нужное место. Бай Ливей вышел из машины и нервно огляделся вокруг. Несколькими секундами ранее А Юй вышел из-за опоры и встал строго напротив отца, лицом к нему. Растояние между ними было не более десяти метров. Когда Бай-старший во второй раз увидел А Юя, и четко разглядел, что этот мужчина - именно А Юй, то попятился, пока не уперся спиной в машину, резко побледнел и затрясся. Он хватал ртом воздух, тяжело опираясь на машину и силился издать какие-то звуки, но оставался безмолвным. А Юй сделал ледяное выражение лица, покачал головой, развернулся и ушел, скрываясь за углом здания. Зайдя за угол, он быстро побежал к машине Илуна, сел в нее, и они стремительно уехали, пока отец Бая не пришел в себя и не кинулся за ними в погоню. Цзинь Лун доложил через наушник, что они могли бы так и не спешить - отцу А Юя поплохело - он грузно осел на асфальт рядом с машиной и едва не потерял сознание. Водитель пришел ему на помощь и хотел было вызвать скорую, но Ливей отказался и, тяжело шагая и пошатываясь, все-таки отправился в офис. Илун с А Юем переглянулись и решили обдумать все позже, сейчас нужно было возвращаться назад и проделать тот же фокус мамой А Юя. Тем временем госпожа Бай, Бай Гуанхуй Лан, еще сладко спала в своей постели и не подозревала, какие эмоциональные качели ей готовит ее сын. Бай с Илуном вернулись к особняку около восьми пятнадцати утра. У них было еще около сорока пяти минут до пробуждения матери. -А если она не будет никуда выходить сегодня? - Задумчиво спросил Илун, когда они припарковались напротив особняка и приготовились к длительному ожиданию. -Нет, она обязательно выходит из дома каждый день. У нее все встречи и светские рауты расписаны на месяц вперед и часто это такие мероприятия, на которые просто так не попасть. Некоторые закрытого типа, некоторые - аукционы, некоторые - выставки, которые проходят в строго определенные дни. Одним словом - она не может пропустить ничего из запланированного - остановить ее может только болезнь с температурой под сорок градусов, смерть - ее же, смена власти в городе, в стране, в мире, захват мира инопланетянами или какая-нибудь катастрофа. В иных случаях - ее дома днем с огнем не сыщешь. Для нее выход в свет - это ее работа, ее наслаждение, купание в лучах обожания и ежедневная подкормка ее эго. -Понял, понял, понял - рассмеялся Илун - Значит - будем ждать. -Да, ждем. А пока ждем - давай еще раз изучим реакцию отца. Мужчины еще раз обсудили друг с другом, то, как отреагировал отец Бая, и пришли к выводу, что понятнее не стало - явного ужаса или желания убивать они не увидели и выводы пока делать рано. После этого мужчины решили слегка перекусить, а Бай начал аккуратно разминать пострадавшую руку Илуна. Так, за заботами время прошло незаметно и мужчины увидели, как в окне на втором этаже дома распахнули шторы. Мужчины отбросили лирику. Сосредоточились и стали наблюдать. Госпожа Бай тем временем лежала в кровати, сладко потягиваясь. Ей уже было около шестидесяти лет, но она сохранила прекрасную фигуру, которая могла соперничать с фигурой молодой девушки. Кожа на ее лице и теле была гладкая, молочно - белого цвета. Морщинок почти не было, потому что госпожа Бай регулярно посещала косметолога, постоянно сидела на диете и наносила грамотный макияж. Она регулярно посещала спортзал, поэтому ее мышцы были всегда в тонусе и, если не знать, сколько ей лет - ей вполне можно было дать не больше сорока. Наконец, госпожа Бай встала с кровати и пошла в душ. После душа пришла очередь укладки, макияжа и одежды. “Правильно подобранный лифчик - это половина успеха” - любила приговаривать госпожа Бай и поэтому ее белье всегда было только высшего качества и подчеркивало все ее соблазнительные изгибы. Она пользовалась успехом у многих мужчин, на нее постоянно обращали внимание и приглашали выпить кофе или чай, но господин Бай не придавал этому большого значения и не ревновал жену. Он всегда был очень сдержан с ней и на все ее рассказы об очередном приглашении только кивал и мрачнел. После того, как госпожа Бай навела внешний лоск, она спустилась в гостиную, на завтрак. Завтракая, она попутно проверила свое расписание на сегодня. Сегодня ей предстояло посетить выставку современного скульптора, который творил, используя в качестве материала для своих скульптур, западные столовые приборы - вилки, ложки, ножи, какие-то пружины, шестеренки и прочие непонятные вещи. Затем ей следовало побывать на концерте неоклассики Пекинской оперы и закончить вечер ужином в закрытом клубе, в компании жен местных членов партии. Там соберутся сливки сливок и ей просто необходимо выглядеть на все сто. Это значит, что ей нужно взять с собой смену одежды на вечер и сменить макияж перед ужином. Ну да ничего страшного - с ней поедет ее помощница, на которую можно все скинуть. Размышляя таким образом, госпожа Бай закончила завтрак и была готова к выходу, чтобы ехать на выставку этого новоявленного скульптора. -Суиин цзе! Суиин цзе! - нетерпеливо позвала помощницу Гуанхуй Лан, - захвати мои вещи из комнаты, которые я приготовила на кровати и прикажи водителю подать машину ко входу. Через минуту мы выходим! Да поторопись, несносная ты девчонка! - прикрикнула на девушку госпожа Бай. -Да, госпожа! - смиренно ответила девушка и быстро позвонив водителю на счет машины, побежала наверх, что бы взять наряд госпожи. Тем временем, в машине А Юй уже изнывал от нетерпения. Илун же был спокоен, как удав. Его способность к безграничному ожиданию цели снова пригодилась, и он терпеливо уговаривал начавшего паниковать Бая, что стоит немного подождать и мадам Бай вот-вот появится. Когда терпение Бая уже было на исходе и Илун подумывал о том, чтобы прервать его причитания, заткнув того поцелуем, наконец открылись двери гаража, и машина госпожи Бай показалась у входа в особняк. Парни тут же прекратили всю свою возню и снова сосредоточились. Они быстро вышли из машины и снова готовились провернуть те же действия с мамой Бая. Цзинь Лун был наготове. Открылась входная дверь и госпожа Бай показалась на пороге. А Юй занял свое место на противоположной стороне улицы. Мадам Бай обвела улицу взглядом хозяйки мира и вдруг крупно вздрогнула и едва не выронила из рук дорогущую сумку от известного бренда. Мадам Бай застыла в одной позе и не сводила глаз с мужчины на другой стороне дороги. Женщина судорожно вцепилась в свою сумку так, что ее пальцы побелели. Она открыла рот, но не издала ни звука. Наконец, преодолев ступор, госпожа Бай, постепенно ускоряясь, пошла в направлении мужчины и тут ей дорогу перегородил фургончик. Когда он наконец проехал, мужчина уже стоял к ней спиной. Госпожа Бай подбежала к нему, резко схватила за рукав и рывком развернула на себя. Госпожа Бай во все глаза смотра на мужчину перед ней и поняла, что обозналась. -Вы!.. Вы... Вы не... Вы не он... - сбивчиво пробормотала она. Про... Простите меня... Я просто... Вы так похожи... Простите - бормотала госпожа Бай, быстро ретируясь назад к своей машине. Перебежав улицу так, словно за ней гналась стая гончих, госпожа Бай молниеносно села на заднее сиденье машины и приказала водителю двигаться. Мадам Бай была взбудоражена и ее мысли были вовсе не о предстоящей выставке. Ее помощница сидела рядом и сохраняла молчание, стараясь быть как можно незаметнее. Хозяйка выглядела очень нервной и не дай Бог попасться ей под горячую руку. Илун же, с трудом сохранив непонимающее выражение лица, снова стиснул зубы от боли - его простреленной руке опять досталось. Госпожа Бай, как и ее супруг, схватила его за больную руку. Да еще и дернула так сильно, что Илун подумал, что она порвала ткань джинсовки. -Госпожа Бай была явно шокирована и растеряна, когда поняла, что обозналась. У нее выражение лица такое странное было, я понять никак не могу, что оно значило - сев за руль своей машины, задумчиво сказал Илун А Юю, когда они снова начали переговариваться через наушник. - Так, ладно. Подумаю об этом по дороге. Куда может ехать твоя мать, как ты думаешь? -Да хрен ее знает! - в сердцах ответил А Юй. Он тоже недоумевал о выражении лица матери - то, что она была шокирована - это факт, но как стремительно она убегала от Илуна! Почему? Ей было страшно? Или она испугалась, что ее кто-то увидит с человеком похожим на ее пропавшего сына? Словом - одни вопросы, а ответов нет. -Короче, надо следить за ее машиной и выстроить предполагаемые варианты маршрута, я займусь этим и заодно узнаю, какие сегодня светские мероприятия проходят в городе. - предложил Бай. -Давай, я пока сяду ей на хвост, а вы будьте в двух машинах от меня. - сказал Илун. - И - эй, малыш - не переживай так сильно, если не поймем ее маршрут раньше, просто проедешь мимо нее на машине Цзинь Луна и покажешь ей свое лицо, а я понаблюдаю эффект, ладно? Не грузись сильно. И, понизив голос, Илун тихонько добавил - Люблю тебя! -И я тебя! - так же тихо ответил Бай и сосредоточился на поисках, пока Цзинь Лун вел машину. Заводя в программу маршрут их движения, Бай начал вычислять наиболее вероятные конечные точки, сопоставляя их с проходящими светскими мероприятиями. Корректируя маршрут под комментарии Илуна он выяснил, что они едут на выставку “металлического” скульптора в северной части района Чаоян, к юго-востоку от эстакады Дашаньцзе на территории полузаброшенного завода, в самом центре пекинской арт-зоны 798. А Юй быстро продиктовал адрес Илуну и их машины обогнали машину матери и устремились к музею современного искусства UCCA. Илун припарковался напротив входа на выставку, А Юй занял место рядом с уличной скульптурой, которая символизировала собой... Что именно она символизировала А Юй так и не смог понять, потому что показалась машина матери и у него совершенно не было времени разбираться со всей этой современной лабудой. А Юй наблюдал за машиной и когда мать вышла из машины, А Юй вышел из-за инсталляции. Госпожа Бай в этот момент как раз нервно оглядывалась по сторонам и увидев А Юя перед собой на расстоянии около пяти метров приглушенно вскрикнула. Ее лицо приобрело выражение сильнейшего ужаса и неверия. Он вытянула в направлении А Юя дрожащую руку, захрипела и явно пыталась что-то сказать. А Юй с ледяным выражением лица посмотрел на нее и презрительно покачал головой. Госпожа Бай качала головой все сильнее, как будто отказывалась верить в то, что видит. Она сильно побледнела, ее глаза закатились, и она потеряла сознание, упав на бетонное покрытие у входа на выставку. А Юй быстро скрылся за инсталляцией, пока его еще кто-нибудь не заметил и побежал к машине Илуна. К госпоже Бай подскочила ее помощница. Она видела, что мадам замерла и на что-то указывает, но помощница не видела - на что конкретно, так как мадам сама своим тело закрывала ей обзор. А водитель даже не обратил внимание на происходящее за его спиной - он в это время как раз искал карту этой арт-зоны - ему нужна была парковка. Помощница позвала на помощь и вызвала скорую, потому что ее хозяйка никак не хотела приходить в себя. А Юй, сев в машину к Илуну, спросил у него: -Ну, что скажешь? -Она испугалась. Очень сильно испугалась! Но чего? Тебя? Того, что ты жив? Или она приняла тебя за призрака, который пришел по ее душу? Или она не верит в такое? - засыпал его вопросами в ответ Илун. -Да нет, мама у меня вроде в фольклор не верит... Но она была в ужасе. В таком ужасе, что потеряла сознание... Что-то тут не чисто... Может, ее отец запугал или она что-то подслушала у отца или нашла... Может она боится, что отец узнает, что я жив и попытается во второй раз убить меня? Не понятно... -Ладно, поехали назад к твоему дому - сейчас туда должны приехать Синь Пэн и Цзян, и будут пытаться пробраться в дом. Я устрою по району короткое замыкание, а они придут - как ремонтники. Цзинь Лун, прием? -Да, напарник - отозвался Цзинь Лун. -Ты зайдешь с ними втроем и бегом к компам родителей. А мы будем ждать снаружи. Если понадобиться, то снова привлечем А Юя, но лучше нам в третий раз не светиться перед домом. Сколько вам времени понадобиться, чтобы добраться до информации с компов? -Не больше десяти минут. Вдвоем мы с Синь Пэном управимся быстро, а Цзян отвлечет слуг. Так что не переживайте - возвращайтесь к особняку Бай и устройте там переполох. -Возвращаемся - ответил Илун и повернулся к А Юю - звони своим парням, пускай выдвигаются. А Юй согласно кивнул, сделал звонок и мужчины устремились к особняку Бай.