Сборник стихов, черновиков, зарисовок

      последний прием пищи был месяц назад. холодная смесь непонятно чего то ли с томатным соусом, то ли с чем нибудь похуже. это уже не имеет значение, ведь странный вкус этой однообразной еды уже давно приелся настолько, что от него уже тошнит. еда медленно опускается в желудок, наполняя тело насыщением, которое через пару минут иссякает, и от голода и омерзения хочется блевать. сдерживаемые рвотные позывы пресекаются на самом конце, ведь если это выйдет наружу, обратно не вернется. и тогда организм умрет, не получив ничего из того, что было поглощено парой минут ранее. с этими мыслями проходят попытки успокоить тошноту, которая со временем успокаивается сама. главное чтобы мысли не мешали.       ничего не остается, кроме как спать по 20 часов в день, ведь разрывающее чувство не дает покоя, заставляя желать сожрать ближайшую сущность, будь то животное или человек. человек.. именно вкус человечины всегда хотелось попробовать, но всегда останавливал страх перед последствиями. и вот, снова продолжается сдерживание себя в руках, в плену голода, желание выйти наружу и наброситься, жадно поедая истекающее кровью мясо. такое теплое, такое вкусное, такое.. желанное. голод терроризирует страдающий желудок, пытающийся сожрать сам себя, если судить по ощущениям. страх того, что при выходе из собственноручно построенной клетки его нельзя будет сдержать, заставляет оставаться в четырех стенах, глотая собственную слюну и кровь, задыхаясь в отчаянии. лишь лезвие в руке и звук разрезаемой кожи успокаивают терзаемые голодом душу и тело.       наконец, голод становится настолько сильным, что терпеть уже нельзя. окружающие обстоятельства и состояние внутреннего мира заставляют выйти, как бы разум этому не противился, аргументируя все лишь страхом. снаружи знакомые лица. уж они точно помогут, они уж точно поделятся.. поделятся своей плотью. мягкой и сытной плотью, которую так жаждет душа, раскалывающаяся от голода. даже слюни текут от таких мыслей. кажется, что изо рта течет совсем не это, а сам голод и отчаяние, разъедая губы, стекая вниз и заставляя чувствовать это порочное желание еще сильнее. по дороге к знакомым лицам, даже незнакомцы привлекают своим запахом и теплом, будто хорошо прожаренная дичь. как будто они преподносят ее перед лицом на светящемся блюде, которое так и манит вкусить долгожданное. игнорируя эти мысли, разум сосредотачивается лишь на страхе быть наказанным за то, что неразумная душа поддалась желаниям.       наконец, путь окончен. в кармане инструменты для трапезы, а долгожданное блюдо принимает в свою обитель с распростертыми объятиями. осталось лишь подождать, пока потенциальных свидетелей сего действа не останется. и вот, разум отключается, когда остается наедине с добычей. охота начата. инструмент покидает свое укрытие, обнажая свою неприятную сущность. но разум спит. телом руководят лишь голод и жажда. спящему разуму снится, как он жалеет об этом, но это лишь его сон. сейчас больше ничего не волнует кроме мысли о том, что хорошо было бы сейчас вкусить запретный плод. добыча подозревает неладное, пытается что то сказать, но до спящего разума уже не доходят звуки. рука, движимая одним лишь желанием, начинает охоту. тело движется само, будто разума, управлявшего им, никогда не существовало. взгляд лишь пусто смотрит в размытость, видя только цель.       взмах, удар. запах крови ударяется в онемевшие ноздри, погружая разум в еще более глубокий сон. жертва пытается кричать и звать на помощь, но никто не пришел. будто это всегда было обычным занятием, руки машинально разделывают жертву. она все еще жива, ведь она такая теплая, ведь ее сердце все еще бьется. мягкие, вкусно кровоточащие куски плоти касаются языка. наконец то новый вкус. наконец то голод оставит тело в покое. куски один за другим отделяются от вкусной добычи, насыщая страдающее тело, пробуждая разум из оков голода. один за другим, другой за третьим. зубы впиваются в теплую плоть, отогревая онемевшие и пересохшие губы. бледная кожа наконец обретает цвет. жизнь бьет ключом в окостеневшем теле, граничащем со смертью. по полу растекается драгоценная жидкость, так похожая на питательный томатный сок. одежда перепачкана тем же веществом. все вокруг напоминает теплый и вкусный рай. можно поглощать пищу сколько угодно, не экономить, растягивая до последнего....       наконец, разум окончательно просыпается. сытый желудок довольно урчит. глаза перестают видеть лишь цель, и разум охватывает страх. "ЧТО Я НАТВОРИЛ?!" - спрашивает он у себя, своего тела, cвоей души. глазам представляется ужасающая картина: на полу полусъеденный труп, все вокруг в крови, руки держат откушенный кусок плоти, а во рту бушует металлический привкус крови и сырой человечины. голова начинает болеть то ли от паники, то ли от количества сырой плоти и крови. паника и страх полностью овладевают телом, заставляя разум сжиматься от ужаса. руки трясутся, роняя недоеденный кусок. никакое наказание не соизмеримо с содеянным.       трясущимися конечностями тело само переодевается в первую попавшуюся одежду и пулей удаляется куда подальше от этого места. возвращение на свое привычное место было ужасающе долгим и страшным. сердце бешено колотится, напоминая разуму, что нельзя было засыпать. кажется, этот бешеный грохот слышат все, кто может быть рядом. наконец, уже до боли осточертевшее место снова укрывает от всех бед и опасности, но дрожь не проходит. остается лишь ждать, пока наказание не настигнет....