Незнакомые знакомые

***

       Роба мало волновало всё происходящее, за последние дни он так вымотался, что сил не оставалось даже на дорогу домой. Он полностью отдавался работе, не замечая того, что вокруг него пролетает жизнь. Штицхен не так часто весело проводил время, да и приятной компании для этого не находилось. В тот вечер мужчина после нервной смены решительно направился в бар, при виде которого обычно брезгливо отводил взгляд. К алкоголю и прочим веселящим веществам он относился весьма спорно из-за печального прошлого. Но именно оно помогало Робу контролировать себя и развлекаться в меру.        Заведение встретило его довольно спокойной музыкой, что приятно удивило. Зал был заполнен посетителями, отчего мест осталось катастрофически мало. Оглядев свободные стулья, Штицхен нашёл только один вариант. Отстранённо и даже с каким-то пренебрежением он сел рядом с черноволосым мужчиной, который уловил на лице Роба нежелание находиться рядом с таким контингентом.        — Ты точно сюда планировал зайти? — с наглой усмешкой спросил незнакомец, по его голосу было ясно, что в баре он находится не первый час.        — А тебе то какое дело? — заказав рюмку виски, Роб отвернулся от собеседника.        — Я тут всех знаю, не хочу чтобы ты стал исключением. — его лицо было настолько расслабленным, что понять его эмоции казалось действительно трудной задачей.        — Господи… — немного прошипев, сказал он себе под нос. — Я Роберт Штицхен.        — Как официально, — игриво улыбнулся, словно специально раздражая. — Я Берт, пожалуй, это единственное, что тебе нужно обо мне знать.        — И как ты дошёл до жизни такой, Берт? — поглотив напиток, Штицхен немного поморщился.        — Думаешь, я алкоголик? — в ответ получил кивок. — Нет, просто иногда в жизни случается дерьмо. Лучше я буду вредить себе, а не другим. — мужчине поднесли коктейль, который уже через секунду исчез из стакана.        Роб не смог и не собирался поддерживать беседу, они лишь изредка перекидывались взглядами, которые сначала были неодобрительными, а затем становились даже заигрывающими, будто им не требовалось слов, чтобы вместе приятно проводить время. Берт изучал Роба, замечая любое его микродвижение. Что-то казалось ему родным в нём, хотя и никаких причин для этого не было. Он чувствовал, что ему хочется быть к нему поближе. Единственное объяснение этих странных мыслей было действие алкоголя, который нередко затуманивал разум бывшему врачу. С каждой минутой молчание давалось ему всё тяжелее и тяжелее, поэтому, словно в голову пришла какая-то гениальная идея, он вздрогнул и скрасил напряжение своим бархатным, слегка пьяным голосом:        — Может, мы знакомы? — Берт прищурился, дабы разглядеть в Робе знакомые черты.        — Да, пару минут назад познакомились. — ответил тот без задней мысли. Собеседник вздохнул от безысходности и даже немного оскорбился такому саркастичному ответу.        — У тебя красивые глаза. — Берт никогда не стеснялся флиртовать ни с парнями, ни с девушками. Это было его сильной стороной, так как своей невозмутимостью даже после неудачного подката он скорее привлекал, чем вызывал чувство стыда.        Роб опешил от такого неожиданного комплимента. Мало того, что он их получал крайне редко, так ещё и от представителя своего пола слышать это было вдвойне непривычно. Ему, как и всем, кому удосужилось слышать приятные вещи от Берта, стало не по себе, но вместе с тем мужчина подловил игривое настроение собеседника. Почему-то именно в этот момент он почувствовал себя живым, словив эйфорию от нескольких слов. Штицхен стал приглядываться к загадочному посетителю бара, подмечая для себя то, что Берт имел красивые черта лица, даже аристократичные. Вне работы он обычно не считывал эмоции других, дела ему никакого до этого не было. Но в тот вечер он почувствовал неподдельный интерес, напоминающий даже азартный. Берт казался ему чем-то неизведанным, но при этом родным. Словно в чём-то привычном поменяли одну деталь, полностью изменившую представление об объекте.        — Ты со мной заигрываешь? — засмеялся Роб, прямо повернувшись к мужчине.        — А ты против? Или женат? — одарил хитрой улыбкой, которая заставила собеседника засмеяться ещё больше.        — Знаешь… Мы точно не знакомы, я уверен, что не забыл бы тебя.        — Даже так? — выпив очередной напиток, спросил Берт, итак зная ответ на свой вопрос.        Роб будто находился под гипнозом, совершенно потеряв умение совладать с собой и своими эмоциями. Либо этот Берт колдун, либо Штицхену настолько всё осточертело, что он готов на любые авантюры, лишь бы не идти в одиночестве домой. После каждой рюмки в помещении становилось всё жарче, а разговоры всё душевнее. Роб уже не сдерживался в действиях и словах, иногда позволяя себе разбалтывать то, о чём на трезвую голову даже бы не заикнулся. Берт терпеливо молчал, откладывая в голове информацию, которую наутро уже вряд ли будет помнить.        — Ладно… мне на работу завтра, пойду я. — несвязно пробормотал Штицхен, неуклюже вставая с места. Берт тихо засмеялся, глядя на некогда сурового мужичину, который смотрел на всех присутствующих как на низших существ. Умиляла беспомощность перед зловещими градусами в алкоголе, которая полностью подрывала его образ.        Подхватив бедолагу, Берт смог из всего пьяного бреда вычленить нужное, разузнав адрес собутыльника. К огромному счастью Берта квартира Роба находилась близко, так ещё и на первом этаже, поэтому далеко тащить нового приятеля не пришлось. Зайдя в квартиру, в глаза черноволосому бросился несвойственный холостякам порядок. Всё стояло на своих местах, постель заправлена, а шторы завешаны.        — Ты как себя чувствуешь? — спросил более трезвый собеседник.        — Намного лучше, свежий воздух делает своё дело. — Роб уже мог самостоятельно стоять на ногах, причём довольно недурно. — Берт улыбнулся, без кокетства или хитрости, а нежно, заботливо. В свою очередь это вызвало такую же эмоцию у другого.        — Я тогда, наверное, пошёл… Отрезвляйся! — необъяснимые чувства нахлынули, задорность сменилась на лёгкую тоску по чему-то абстрактному, будто приходилось покидать родной дом, оставляя близких.        Штицхен не хотел оставаться один ни при каких обстоятельствах. Его желание провести ночь не в одиночку было чертовски сильным, смотреть на то, как Берт собирался уходить становилось с каждой секундой всё больнее. Возможно алкоголь овладел его разумом, но сердце подсказывало, что стоит хоть раз сделать то, что поможет ему стать счастливым. Даже если это счастье будет мимолётным и мнимым.        — Помоги мне отрезветь. — грубовато притянул к себе Берта, крепко сжав его руку. Тот удивился, но не показал своих эмоций, делая вид, что знал к чему всё это приведёт.        — Да с радостью. — хитрая улыбка вернулась к мужчине, снова одаряя его огоньком не только в глазах, но и в душе.        Он запускает пятерню в волосы Роба, резко, но с особой нежностью, прикасаясь к его губам. Чувствует вкус и запах алкоголя, который сейчас одурманивает его больше, чем весь ассортимент бара. Несмотря на страсть, которая овладевала ими, поцелуи были ласковые, медленные и спокойные, без лишнего. Губы друг друга словно были чем-то знакомым, хорошо известным и оттого становилось приятнее, возбуждение росло, не переходя в откровенную грязь. Запястья Берта аккуратно ползли под рубашкой Роба. Тот, в свою очередь, торопливо расстёгивал пуговицы, желая быстрее избавиться от ненужных вещей. Несмотря на внешнюю уверенность, сердце у Берта колотилось со скоростью света, а дыхание становилось всё более прерывистом. Особое чувство трепета он испытывал по отношению к новому знакомому, что-то не позволяло ему вести себя с ним слишком легкомысленно, пустив ласки на самотёк. Мужчине хотелось сделать особенно приятно Робу, поэтому он медленно спускался к низу, ловко расстёгивая ремень и отбрасывая его в сторону.        Через миг ширинка Штицхена была распахнута, а Берт покорно спускается на колени, приступая к делу. Нежно проводя языком по головке, вопросительно смотрит на партнёра, ожидая его одобрения. Тот торопливо кивает, всем видом показывая, что останавливаться явно не время. Повторив пару таких манипуляций, мужчина осторожно, но уверенно берёт в рот, нежно проводя губами практически до самого начала, полностью осиливая всю длину. Реакция Роба не заставила долго ждать, тот издаёт протяжный стон, скорее, он сам вырывается, отчего мужчина даже засмущался. Черноволосый продолжает то возвращаться в исходное положение, то беря в рот всё глубже. Штицхен ладонями притягивает макушку Берта ближе к себе, почти не оставляя шансов на отдаление. Заметив, что мужчина уже достиг своего окончательного уровня навыков, хватка детектива слабеет, а неудавшийся врач отстраняется, постанывая практически шёпотом. Сначал Роб испугался, что мог причинить ему боль своими действиями и нежеланием заканчивать, но увидев фирменную самоуверенную ухмылку, выдохнул с облегчением.        — Твоя очередь, зануда. — взяв мужчину за руку, Берт завалился вместе с ним на кровать.        Штицхен охотно снял с него всю одежду, аккуратно скинув её на пол. Покрывая шею парня поцелуями, оставляющими после себя багровые пятна, он спускался всё ниже, задержавшись на прессе, по которому так и манило блуждать руками вечность. Роб довольно неуверенно, но решительно насаживается на член Берта, прикрывая глаза от лёгкой боли, накрывавшей его, но тем не менее, не перекрывающей того удовольствия, которое он получал от того, что занимается любовью с тем, кто смотрит на него так, словно они долгое время вместе, будто тело детектива — его тело. Мужчина протягивает ему руку, Штицхен крепко сжимает её, садясь до самого конца.        Бёдра стали невольно приподниматься, а затем опускаться, доводя Берта до бархатных стонов, ставшие для второго мелодией, которую он ставил на репит. Движения стали учащаться, доходя до лёгких подпрыгиваний. Руки Берта крепко, но нежно сжали талию мужчины, отчего тот сел на член до самого конца, став плавно покачиваться из стороны в сторону.        — Сейчас я хочу быть полностью твоим. — тихо, сквозь стоны, шепчет детектив, глядя партнёру в глаза.        Тот одобрительно кивнул, молча решил сменить позу, уложив мужчину на живот, провёл руками по его спине, доходя до ягодиц, которые стал пошлепывать, заставляя Роба изгибаться от желания. Берт осторожно вошёл в него, прижимая его бёдра к себе, глубже насаживает Штицхена на свой член. Мужчины практически в один голос вскрикивают. Детектив откидывает голову назад, постанывая. Берт прижимается к нему всем телом, а руки блуждают по груди мужчины, не оставляя соски без внимания. Он медленно поглаживает их сначала парой пальцев, а затем ладонями, одна из них доходит до шеи и начинает её слегка душить.        — Тебе не больно? — наклонившись к уху, полушёпотом спрашивает мужчина.        Тот лишь смог промычать «нет», а затем запустить очередную серию стонов, ставших такими сладкими для черноволосого. Рука от шеи переходит к лицу, поглаживает щеку Роба, тот приоткрывает рот, в который быстро входит два пальца. Штицхен обволакивает их губами, начиная нежно посасывать, практически полностью беря их в рот.        — Хорошо, что мы познакомились. — он повернулся к Берту, подарив одну из своих самых очаровательных улыбок. Тот наклонился к нему, после чего они сплелись в долгом, наполненным заботой, поцелуе, оставшимся навсегда в памяти двоих как самый тёплый, счастливый поцелуй в их жизни.        Кончив, Берт ещё долго не отпускал бёдра мужчины, сжимая их немного крепче, чем в процессе. Заметив уставшее, но довольно лицо партнёра, он отпустил его, завалившись вместе с ним на кровать. Выдохнув, он произнёс:        — А по тебе и не скажешь, что ты такой развратник.        — Это из-за тебя. — он улыбнулся, проведя ладонью по его щеке. Тот одарил Роба быстрым поцелуем в макушку, а затем закрыл глаза, погрузившись в сон.        В голове у Штицхена происходит настоящий хаос, создаётся ощущение, что по ней одновременно бьют сковородкой и молотком. Это заставляет мужчину открыть глаза, яркий свет их ослепляет, а рядом кого-то не хватает. Оглядев обстановку возле себя, детектив понял, что находится в квартире один, а на тумбочке осталась записка. Он аккуратно взял её, почёсывая макушку. Ничего, кроме «Спасибо, пока» Берт после себя не оставил. Несмотря на не сентиментальный нрав Роба, он почувствовал себя брошенным и использованным, словно он был очередным глупцом, который повёлся на чары харизматичного гада. Осознание того, что в таком состоянии ещё и надо идти на работу добивало мужчину, это мимолётное наслаждение стоило ему подрыва самооценки. Разве этот идиот из бара мог оказаться таким мудаком? Робу казалось, что между ними возникла особая связь, будто это не очередная интрижка. Ему не хотелось признавать, но это задело его до глубины души, оставило очередной шрам.        Вечером ему хотелось забыться ещё больше, чем вчера. Мужчина так и не вышел на работу, поставив в приоритет своё состояние, заменив нескончаемую рутину на моральный отдых. Но отдохнуть ему так и не удалось. Голова резко запульсировала, словно в комнате происходит взлёт ракеты. От раздражающе больного звука закрылись глаза, а затем наступила гробовая тишина. Сначала показывались смутные отрывки, без последовательности и смысла. Затем это стало сменяться цельными картинами, медленно мелькающими в сознании Роба. С каждым воспоминаем ему становилась понятна тяга к тому незнакомцу из бара. Он не был ему незнакомцем уже долгое время. Неужели тот, с кем его связывают такие истории в их, настоящем, мире смог так запросто его бросить?        В этот раз Штицхен пришёл в бар только за выпивкой, сегодня люди ему казались максимально омерзительными. Уверенно подойдя к барной стойке, он заметил знакомый силуэт и пальто. Разум подсказывал развернуться и уйти домой, но что-то заставляло стоять Роба на месте. Как только он смог осуществить движение к выходу, на его плече оказалась тяжёлая ладонь. Развернувшись, он посмотрел в глаза Берту, который был ошарашен не меньше него, а то и больше.        — Ничего не говори, я тоже всё вспомнил.