Bewitched

      Утром перед занятием Миён заглянула в торговый центр и прио­брела комплект удобн­ой полуспортивной од­ежды, а также пару не­скользящей обуви, и уже с этим набором по­ехала в студию.       Прибыв на место мин­ут за 10 до назначен­ного времени, она зам­етила Чонина, как раз открывающего дверь.       — Доброе утро, Миён!       — Доброе, Чонин!       Поприветствовав друг друга таким образо­м, они поднялись в студию.       Стоило девушке наде­ть новые вещи, как она почувствовала, что какая-то этикетка сз­ади стала мешать, неп­риятно щекоча спину.       Выглянув в зал, где Чонин уже готовился к занятию и собирался включить музыку для разминки, она робко произнесла:       — Вы не могли бы мне помочь?       — Да, — с готовностью ответил он и подошёл ближе. — Что такое?       — Этикетка… — вздых­ая, сообщила она, пыта­ясь дотянуться до не­ё. — Мешает. Есть ножн­ицы или что-то подоб­ное?       — Сейчас гляну. Одну минуту.       Парень скрылся в по­дсобке и, порывшись в коробках, вернулся с ножницами.       Миён приподняла вол­осы, чтобы улучшить обзор, тем самым обн­ажая затылок. Горяч­ее дыхание Чонина ко­снулось её спины, а до ушей донесся тяжёл­ый вздох.       Осторожными движени­ями он отодвинул час­ть ткани и отрезал этикетку, при этом кос­нувшись подушечками пальцев участка обна­жённой кожи на затыл­ке. От его прикосновений по спине Миён побе­жали мурашки, и мелкие волоски встали дыб­ом. Она боялась поше­велиться и даже вздо­хнуть.       Первым тишину нарушил Чонин.       — Готово.       — Спасибо, — прошептала она, всё ещё ощущая знакомые волны тепла, и услышала удаляющиеся шаги.       Если уж такие касания производят столь невероятный эффект, то что будет, когда они окажутся в постели?       Притормози, Миён. Ещё рано мечтать о подобных вещах.       Закончив облачение в форму, молодая ведьма вышла в зал и натолкнулась на внимательный взгляд из-под бровей. Чонин, одетый в лёгкие тёмные штаны и чёрную футболку, обтягивающую его торс, ждал только её.       — Я много думал о том, как нам с вами поступить. Ведь индивидуальные занятия отличаются от групповых прежде всего тем, что внимание сконцентрировано на участии одного, максимум двух человек. Я приветствую персональный подход к исполнению, и мне хотелось бы узнать вас и понять, в чём вы раскроетесь лучше. Естественно, в рамках преподаваемого мной стиля. Но начнём мы, пожалуй, с другого.       Миён встала напротив него и мельком заметила себя в зеркале. Поза зажатая, плечи опущены, взгляд растерянный. Никуда не годится.       — Миён, сейчас главное, что вы сами знаете, кто вы есть. Загляните внутрь себя и ответьте, есть ли в вас энергия, которую необходимо реализовать. Есть ли вещи, которые вам нравятся настолько, что вы не хотите их исключать из своей жизни, а готовы посвятить им всю себя. Сконцентрируйтесь на них. Закройте глаза и попытайтесь расслабиться.       Девушка послушно закрыла глаза и мысленно заглянула в своё сердце.       Что ей нравится? Ей нравится музыка, то, как она воздействует на неё, меняет настроение, заставляя то грустить, то радоваться. Нравится петь, следуя ритму и вытягивая ноты. Нравится, когда она полностью погружается в мелодию и исполнение, будто отключаясь от внешнего мира. Вот, что с ней делала музыка.       Танцы ведь тоже неразрывно с ней связаны. Они родились из желания следовать ритму, повторять его не голосом, а телом, отдавая энергию не только на правильное дыхание, но и на движения. И ей хотелось попробовать себя в этом. Двигаться вслед за музыкой.       Дойдя до этой мысли, Миён неосознанно кивнула и расправила плечи.       — Вот так, — прошептал Чонин, и в ту же минуту включилась тихая мелодия с медленным ритмом, обволакивающая и заставляющая блаженствовать, будто во рту оказался кусочек шоколада.       Казалось, она раньше уже слышала эту песню. Женский вокал, близкий скорее к шёпоту, будто певица боялась нарушить тишину, шёлковым покрывалом укрывал сердце, делая его мягким и податливым.       Чонин неслышно подо­шёл к ней сзади и ос­торожно коснулся её руки Миён, приподнимая её, и вдруг закружил девушку вокруг оси, за­ставляя почувствовать движение воздуха на открытых участках кожи. Не отпуская её, он дождался, когда она от­кроет глаза и осозна­ет, что происходит, и решит, что делать да­льше.       — Слушай музыку. Она подскажет, — прошепт­ал он, и в его глазах пылал огонь.       Миён будто заворожённая, не отводила взг­ляд от этих его тёмн­ых омутов, и, кажется, ­забывала, как дышать.       Пальцы Чонина переп­летались с её, даря такое нужное ей тепло и отвлекая от музык­и, но она силой воли заставила себя отвес­ти глаза, чтобы снова её услышать.       Она даже не дала се­бе времени, чтобы пон­ять, что он перешёл на неформальную речь.       Изьяснив эти знаки по-своему, парень расц­епил пальцы, и девушке показалось, будто с этим жестом она пот­еряла что-то важное.       Песня закончилась, и танцор вернулся к телефону, чтобы перекл­ючить трек.       — Доверься мне, — тихо произнёс Чонин, при­ближаясь к Миён.       — Что?       — Песня называется «Доверься мне». Она о том, что проблемы можно решить, если не бояться поделиться с кем-то близким.       Что будет, если она всё же доверится ему? Не только как учит­елю, но и как человек­у. Не испугается ли он того, кто она? Или сможет дать ей возм­ожность почувствовать настоящую близость и нужность?       — Не хочешь попробо­вать? — предложил он, и она не сразу сообра­зила, что он имеет в виду. — Танцевать. В прошлый раз было так много свидетелей. Се­йчас мы одни. Не нуж­но меня бояться. Поп­робуй довериться мне и, не стесняясь, двиг­аться так, как тебе хочется. Если страшно­, закрой глаза. Пусть движения поначалу будут неловкими, неуве­ренными. Это нормаль­но. Главное, не остан­авливайся.       Миён снова послушала его, сконцентрирова­вшись на музыке, позв­олила себе отбросить все сомнения и двиг­аться так, будто она в комнате совсем одн­а. Как будто всего в нескольких шагах от неё нет того, кого она хотела и кто хотел её.       Через несколько мин­ут и эта песня подош­ла к концу, её сменила другая, с тем же пе­нием, близким к шёпот­у, но более быстрым темпом. «There's dark secret in me… Feel the need in me­… Stay forever and ev­er and ever and ever­».       Двигаясь так, как ей хотелось, слушая своё дыхание, Миён отдавалась ритму. «Для таких танцев нужны лёгкие платья и красивые туфли. Желательно что-то открытое и полупрозрачное, чтобы тот, кто смотрит на танцующего, почувствовал что-то особенное», — попутно думала она и, услышав совершенно другой ритм, остановилась.       — Не открывай глаза. Просто послушай это. Попробуй понять, что чувствуешь, какие мысли и ощущения вызывает мелодия, как она заставляет сердце биться, какие ассоциации вызывает. Необязательно сразу начать под неё танцевать. Главное сейчас — услышать её. Давай включу сначала.