Глава 48. Миён. Чонин
9 февраля 2023 г., 18:00
— Слушай, а тебе как вообще мысль, что твой парень танцует в таком месте? — снимая машину с тормоза и готовясь завести двигатель, спросил Чонин.
— Разве я могу тебе запретить, скажи? Как бы это выглядело? Кроме очевидного получения признания публики наверняка у тебя есть причины этим заниматься, и я пойму, если ты оставишь их при себе. Каждый имеет право на тайны, — объяснила Миён и спрятала перчатки в карман. В ближайшие несколько минут они ей точно не понадобятся.
— Причины есть, тут ты права. — Он замолчал и отвлёкся, глядя в зеркало заднего вида и поворачивая руль, чтобы вывести машину на нужную полосу.
Заинтригованная, девушка с интересом смотрела на него, ожидая продолжения.
— Если хочешь знать, я расскажу, чтобы не было недопонимания.
— Мне интересно, — коротко отозвалась она, и Чонин поведал ей о том, что привело его в клуб и как в итоге он решил там остаться после того, как финансовое положение выровнялось.
Мечты о сцене с его коллективом, что он обучает в студии, никуда не делись. А работа в клубе теперь как способ показать, на что он способен, и, что греха таить, для поднятия самооценки. Про коллекцию медвежат и потенциальную коллекцию белья парень тоже упомянул, чем вызвал неоднозначную реакцию спутницы.
— Теперь, когда я поделился с тобой, мне стало немного легче, — признался Чонин.
Машина тем временем остановилась возле её дома.
— У меня к тебе вопрос, — произнёс он, глядя через плечо на место её проживания, отчего Миён откровенно занервничала. Сейчас ещё снова в гости напросится…
— Ты, случайно, не фотографировала себя перед выходом? Любопытно, в каком виде ты приходила в клуб.
Про себя ведьма облегчённо выдохнула и, покопавшись в телефоне, показала ему фото с прошлого вечера. Танцор открыл рот в восхищении.
— Жаль, вживую не довелось увидеть. Наряд сногсшибательный.
— Спасибо. Тебе переслать?
— Да-да-да, если можно, — активно закивал он и в ту же минуту получил сообщение с вложением.
Положив телефон в подстаканник, Чонин собрался было попрощаться с Миён, но тут она взяла его за руку, переплетаясь пальцами, и тихо спросила:
— Чонин, скажи, у тебя проблемы со сном? Кошмары снятся?
— А что, так заметно? Видок не очень?
— Тёмные круги под глазами. И в целом вид уставший, да.
— Ну…есть немного. Но всё в порядке, — отмахнулся он, не желая делиться с ней своими мыслями на этот счёт в страхе, что она не поймёт или засмеёт, хотя в глубине души понимал, что это не так.
Стараясь не проявлять явных признаков колдовства, девушка заглянула в его разум и увидела отголоски тех моментов, что связывали его с альтернативной линией и возможным воплощением в теле инкуба. Получается, она была права. Хоть мать и запрещала лезть в его сны, однако ей хотелось ему как-то помочь. Не делать вид, что ей не всё равно, и чисто номинально сочувствовать, а реально помочь. Без магии в этом деле никак.
Придя к этой мысли, Миён прикрыла глаза. Нет, не сейчас. Это опасно, и вообще. Он ещё не готов к тому, чтобы заглянуть за завесу тайны. Что же делать? Снова ритуалы по книгам или…?
— Миён, ты здесь? — тихо шепнул Чонин, боясь нарушить её покой.
— Да. Извини, задумалась. Пыталась вспомнить, какими средствами я обычно пользуюсь в таких случаях, — соврала она не моргнув глазом. Ведь ей, исключая тот раз, когда она жгла травы на Самайн, не снятся сны, тем более кошмары. — Средство не универсальное, но стоит попробовать.
— Какое? — поинтересовался парень.
— Ромашковый чай. Или мята с мелиссой. Можно просто добавлять в некрепкий чёрный, а не заваривать травы в чистом виде, так даже будет лучше.
— Хорошо, я попробую. Как раз по пути есть аптека, — рассеянно пробормотал он, расцепляя их пальцы.
Чонин надеялся услышать другой ответ. Но что он ожидал от девушки, что увлекается чаем?
В ту же минуту, когда он собрался открыть дверь и выпустить Миён, ему пришло сообщение в какао.
«Привет! Помнится, я должен тебе смену. Когда за тебя выйти?»
«Давай завтра.»
«Договорились. А твоя подружка придёт? Ккк.»
«Кстати, отличная идея. Приятное с полезным. Как раз хотел вас познакомить. Заодно посмотрит, как ты танцуешь. Ккк.»
«Ой, как-то это… Слишком быстро. Я не готов. У вас всё так серьёзно? Мне пора выбирать костюм и готовить речь?»
«Рано ещё.»
«Фух. А ты не боишься, что я её уведу?»
«Тогда тебе придётся иметь дело со мной.»
«Боюсь-боюсь-боюсь. Ладно. Приходите вместе.»
Дождавшись, когда он закончит, Миён спросила:
— Всё хорошо?
— Более чем. Если у тебя на завтрашний вечер нет планов, то приглашаю тебя в «Феникс».
— Ох ты ж… А ты уверен, что это хорошая идея?
— На 100%. Тебе по крайней мере не придётся прятаться как преступнице. Я танцевать не буду, если что. Сехун должен мне смену. Заодно и познакомлю вас.
— А ты не станешь ревновать?
— Нет. Я в тебе уверен. К тому же Сех мне как брат. Знакомиться с ним — всё равно что знакомиться с родителями.
Замерев, будто его посетила какая-то мысль, Чонин потянулся к бардачку и открыл его. На колени Миён свалился пакетик с мягким содержимым. Девушка подняла на него глаза, в которых отражался немой вопрос.
— О, ну…это опять мама. Она связала тебе тёплые носки и просила передать со словами: «Чтобы ножки моей будущей невестки были всегда в тепле», — процитировал он, закатывая глаза, чем рассмешил Миён.
— Твоя мама волшебница, так и передай. Её забота обо мне…ммм…согревает сердечко. Спасибо.
Губы Миён растянулись в счастливой улыбке.
— Обязательно передам. Рад, что тебе нравится. Хоть ты и не взглянула на них.
— Сейчас исправлюсь.
С этими словами девушка вытряхнула из пакета мягкие шерстяные носки бежевого цвета, длиной до середины икры. В таких она точно не замёрзнет.
Как так вышло, что чужая мать проявляет к ней больше внимания, чем родная? Почему нельзя просто любить своего ребёнка и дарить ему своё тепло, а не дрессировать так, что при малейших проявлениях тепла и заботы со стороны других хочется плакать от счастья и вместе с тем жалеть, что этого не было раньше?
Вряд ли сейчас мать вдруг поменяет тактику, вернётся в Сеул и обрушит на неё нерастраченную любовь. Чудес не бывает. Не с такими, как она.
Задумавшись об этом, Миён сама не заметила, как по щекам покатились слёзы. Смущаясь, она отвернулась, прикрывая лицо новыми носками.
— Милая, ты чего? — обеспокоенно спросил Чонин, сочувственно глядя на неё. — Что тебя расстроило?
— Мне…кх, — всхлипнула она, — обо мне ещё никто так не заботился, как она. Почему так?
— Ох. Ну…ты ей нравишься. Наверно, и она хочет тебе понравиться, я не знаю. Как по мне, у всех матерей врождённое свойство — заботиться о детях.
— Да, но чаще они заботятся о своих. Чем я заслужила такую доброту?
— Миён, милая. Я не знаю, правда. И хотелось бы знать, что за женщина тебя воспитывала, что тебя так трогают знаки внимания от других? Посмотреть ей в глаза и понять, что ею двигало, когда она недодавала тебе любви.
От его слов она ещё сильней заплакала и, извинившись, вышла из машины, чтобы Чонину не пришлось на это смотреть.
Видя, что своими словами он только сделал хуже, парень чувствовал вину, но понимал, что ничем не сможет сейчас помочь, извинениями в том числе. Девушке надо побыть одной и успокоиться.
***
Миён поднялась на свой этаж и вошла в квартиру. Отражение в зеркале её не радовало. Опухшее красное лицо, слипшиеся ресницы, дрожащие губы и хлюпающий нос. Печальная картина. Она скинула верхнюю одежду и умылась. Уже стоя на кухне и заваривая ромашковый чай, чтобы успокоить нервы, Миён заглянула в телефон и обнаружила сообщение от Чонина. «Завтра занятие. Если хочешь, можешь остаться дома. Я не осужу тебя. Придёшь в норму, потом наверстаем.» «Ладно.» «И ещё. Насчёт вечера я не настаиваю.» «Нет. Я пойду с тобой. Это не обсуждается.» «Хорошо.» «Что-то ещё?» «Извини, если мешаю. Просто беспокоюсь о тебе.» «Спасибо. Я ценю это.» «Хотел бы я тебя обнять сейчас и сказать, что всё будет хорошо. Помни, что я всегда на твоей стороне.» «❤️❤️❤️» «Отдыхай, милая.» Отключив звук на телефоне, девушка запустила плейлист с балладами, где также попадались песни Чунмёна, и взяла в руки чашку с чаем. Самое время для терапии.
