Bewitched

      О том, что Чунмён пр­идёт в студию, Миён решила умолчать. Пусть это будет сюрпризо­м. Её сердце взволно­ванно трепетало в пр­едвкушении встречи, в­едь она не знала, как эти двое поведут се­бя друг с другом. На­чнут ли ревновать или сдружатся с первой минуты. Кто знает!       Чонин припарковался на привычном месте и, взяв Миён за руку, ­повёл её наверх, где располагалось помеще­ние студии.       Девушке было неприв­ычно снова оказаться в месте, где всё нач­алось, когда она впер­вые увидела хореогра­фа в окружении своих учеников, счастливого от осознания, что они здесь, потому что любят танцы и им нра­вится заниматься под руководством такого выдающегося танцора. Хоть у него и факт­ически не было сцени­ческого опыта, но он всегда старался комп­енсировать это, смотря в интернете многоч­исленные обучающие видео, и совершенствов­ал свои профессионал­ьные навыки, посещая мастер-классы других танцоров.       Миён восхищали не только его танцевальн­ые способности (хотя, ­чего греха таить, они тоже играли не посл­еднюю роль, вспомнить те же высту­пления в клубе), но и человеческие качест­ва. Его забота, добро­та и внутренний свет­, безусловно, привлека­ют, и то, как он беспо­коится о чувствах др­угих, как находит рад­ость в простых вещах­, таких, как вкусный кофе или игра в снежк­и, и многих других.       Он просто не мог не покорить её. Но вот что его привлекло в ней…       Задумавшись об этом, Миён зашла в раздевалку и, рассеянно улыбаясь при взгляде на диванчик, на котором они с Чонином впервые стали близки, стала доставать из сумки спортивную форму.       Её слуха достиг звук открывающей входной двери и следом какой-то грохот. Она оставила сумку на полу и поспешно выскочила из комнаты, чтобы выяснить, откуда шум.       — Что случило…       Не успела она договорить, как увидела, что Чонин, извиняясь за неловкость, поднимает с пола свой телефон (слава богу, крепкий чехол его спас), а перед ним стоит Чунмён в чёрном пуховике и чёрной шапочке бини.       Миён прикрыла рот ладонью, чтобы не рассмеяться, настолько эта сцена была милой. Успокоившись, она наконец произнесла:       — Привет, Мён! Рада тебя видеть.       — Привет, Миён! Взаимно, — отозвался певец, снимая шапку и расстёгивая пуховик, и обратился к танцору, который таращился на него во все глаза и нервно кусал губы, держа телефон обеими руками, чтобы снова не выронить. — А вы, я так полагаю, господин Ким Чонин, её бойфренд?       Совладав со своими чувствами, Чонин поклонился в знак приветствия.       — А как мне к вам обращаться? Господин Ким Чунмён?       — Ой, давайте без формальностей. Друзья Миён — мои друзья. Для вас просто Чунмён.       — Договорились, — кивнул тот. — Миён не сказала, что вы придёте.       — Да, я и сам как-то внезапно решил к вам нагрянуть. Хотел познакомиться и посмотреть ваши танцы. Окажете мне честь?       — Танцы?       — Ну да. Миён говорила, вы ходите в одну группу. Но где же хореограф?       — Он перед вами, — смущённо улыбаясь, ответил парень и бросил озадаченный взгляд на девушку.       Она отвела глаза, делая вид, что вообще не при делах, и скрылась в комнате, чтобы переодеться, а сама навострила ушки, чтобы ничего не пропустить из их разговора.       — Интересно. А где же другие ваши ученики?       — Отдыхают. По воскресеньям у нас занятия для солистов с Миён. Вы ведь знаете, как ей трудно находиться среди большого количества людей. Правда, она недавно начала потихоньку ходить на групповые занятия, чтобы постепенно привыкнуть к обществу.       — Ага. А я на сцену её позвал. То ещё испытание для нервов.       — Вот-вот. Поэтому сейчас мы одни. Но, как говорится, меньше слов — больше дела.       Чунмён кивнул, а Чонин в свою очередь запустил колонки и, подключив к ним телефон, выбрал один из треков для разминки.       — Как вы знаете, танцевать без качественной разминки из-за высокой нагрузки нежелательно для сердца, может возникнуть головокружение или даже обморок из-за скачка давления. Нам такого точно не нужно.       — Само собой. Здоровье важнее всего.       — Это необходимая мера. Извините, я не знаю, насколько вы располагаете временем… — осторожно проговорил Чонин.       — Не волнуйтесь об этом. Я подожду, сколько нужно. Разминайтесь.       Миён наконец вышла, одетая в плотный спортивный лиф и обтягивающие лосины. Волосы она собрала в высокий хвост и, захватив с полки коврик, уверенной походкой направилась к центру зала. Парни проводили её восхищёнными взглядами, заметив которые она глупо хихикнула, тем самым возвращая их в реальность.       Чунмён прислонился к ближайшей стене и стал наблюдать за тем, как Чонин показывал упражнения для растяжки и разогрева мыщц. Он сам нечасто ходил в комнату для тренировок, потому что в основном его карьера построена на сочинении и исполнении песен, не говоря уже об актёрстве. Танцы для него были чем-то второстепенным, но тем не менее они тоже привлекали его. А сейчас, видя, с каким удовольствием Миён повторяет за хореографом простые, но эффективные упражнения, задумался о том, что и сам хотел бы вернуться к занятиям. Отчасти поэтому он пришёл в эту студию. Ему хотелось видеть перспективы.       После разминки девушка присела на коврик, переводя дыхание, давая фору Чонину. Парень полистал плейлист в поисках треков, подходящих для демонстрации его танцевальных навыков, и, наконец определившись, запустил одну из композиций.       Чунмён неотрывно смотрел на то, как Чонин танцует. Его рваные и резкие, плавные и изящные движения под музыку вызывали в нём такие чувства, о которых он и не подозревал. Они будто гипнотизировали его, не оставляя мыслей в голове.       Мужчина мельком глянул на Миён, что с открытым ртом наблюдала за танцем своего парня, и почувствовал укол ревности. Вот вроде бы и выступления Чунмёна приводили её в восторг, но всё же это не сравнится с ощущениями, что вызывали в ней танцы Чонина. Просто небо и земля.       Когда музыка затихла, запыхавшийся танцор взял в руки телефон и поставил на паузу, чтобы трек не переключился, затем посмотрел на Чунмёна. Тот зааплодировал, чем окончательно смутил парня.       — Вы прекрасно танцуете. Я не смог глаз отвести. У вас определённо хороший потенциал. Мне нравится ваша пластика, а фигура будто создана для выполнения движений разной сложности.       — Благодарю, — краснея, ответил Чонин и низко поклонился.       — Не буду ходить вокруг да около, поэтому спрошу сразу. Вы ведь долго учились этому, верно?       — Да, я с детства занимаюсь танцами и закончил университет по классу хореографии.       — Почему же не пошли в айдолы? Там с юных лет берут талантливых ребят, обучают их, помогая оттачивать навыки не только в танцах, но и в других областях искусства.       — Я собирался пойти на пробы в одно агентство, но накануне заболел, поэтому пришлось отказаться от этого в пользу универа.       — В какое агентство вы подавали заявку?       — «SM entertainment».       Из горла Чунмёна вырвался ехидный смешок, что озадачило присутствующих. Даже Миён не смогла остаться равнодушной и во все уши слушала их разговор.       — Почему вас это смешит?       — Я уже много лет продвигаюсь в SM и, поверьте, ещё ни разу не пожалел об этом.       — Ого. Здорово. Но ведь я давно вышел из возраста, когда проводят набор трейни. Разве у меня есть шанс?       — Шанс есть у всех. Я считаю, вам стоит попробовать. А пока…       — Прости, что прерываю. Получается, ты и Чондэ на это подписал?       — Да, у него тоже контракт. Он согласился не раздумывая.       Миён удовлетворённо кивнула и замолчала.       — Возвращаясь к нашей теме, скажу, что в конце апреля, как раз в международный день танца, пройдёт фестиваль кейпоп, который включает сольные и групповые номера как певцов, так и танцоров разного уровня. Если у вас и вашего коллектива есть готовые танцевальные номера, можете снять их на видео и отправить на адрес агентства или лично мне. Впрочем, давайте сначала мне. Я сам поговорю с менеджером и директором о перспективах. Что скажете?       — Вы серьёзно? — не веря своим ушам, спросил Чонин. От слов Чунмёна сердце колотилось, тело бросило в жар, и стало трудно дышать.       — Абсолютно. Попытка не пытка, так сказать. Думаю, с таким талантом вы сами вряд ли захотите до конца своих дней скрываться в тесной студии, в то время как по вам сцена плачет. Будем честны, господин Ким. Вы наверняка давно мечтаете об этом, но либо боитесь себе в этом признаться, либо не встречали тех, кто мог бы помочь в осуществлении вашей мечты. Самое время решиться и изменить свою судьбу.       От слова «судьба» Миён вздрогнула, будто очнулась ото сна. Она ведь думала о том, что рано или поздно Чонину поступит такое предложение, но не подозревала, что это случится так скоро. А как это повлияет на их отношения?       Судя по всему, Чонин думал о том же и, встретившись взглядом с любимой, долго не мог себя заставить его отвести. В его глазах плескались сомнения о необходимости такого шага и страх того, как сильно может измениться его жизнь. Карьера или любовь, любовь или карьера? А может, всё вместе?       Не стесняясь никого, Миён про себя прочитала заклинание. Она заглянула в разум любимого и, увидев в них будто на чаше весов сцену с многотысячной толпой и уютные тихие вечера с девушкой, подбадривающе улыбнулась.       — Я попробую, — наконец выдохнул он, тем самым разрушив воцарившуюся тишину.       — Вот и отлично. Запишите мой номер.       Чунмён и Чонин на глазах у взволнованной девушки обменялись номерами и довольными улыбками.       — Буду рад нашему сотрудничеству, — произнёс Чунмён и взглянул на часы, намекая, что ему пора. — Миён?       — Да? — с готовностью отозвалась ведьма, внимательно глядя на него.       — Удачи и тебе! Уверен, и ты найдёшь дело своей жизни.       — Спасибо, — с мягкой улыбкой ответила она.       — Мне пора идти. До связи!       — Пока, Мён!       Он помахал ребятам на прощание и покинул студию.       Как только мужчина скрылся из виду, Чонин будто только сейчас осознал происходящее и радостно запрыгал на месте, а Миён, ставшая свидетелем выражения его искренних чувств, захлопала в ладоши, поддерживая любимого.       Успокоившись через несколько минут, Чонин произнёс:       — Продолжим занятие.