Моё снотворное живёт в подвале

Проблема Ларри Джонсона в том, что он слишком быстро привязывается к людям. В детстве он познакомился с одним мальчиком в одном из парков, который находится недалеко от апартаментов, он не помнил, как зовут, и как выглядит мальчик, но хорошо помнит, как переживал и ревел маленький Ларри, когда тот, спустя два дня не пришёл играть в парк. Джонсон всегда старается удержать и уберечь каждого, кто его окружает. Так же и с Салом. Как только они начали свой диалог, Ларри дал себе очередное обещание, заключавшееся в том, что он будет оберегать его до последнего. Он разглядел в нём неуверенность и в какой-то мере беззащитность. Когда Сал позвонил ему с очень странной и пугающей просьбой, у Ларри внутри всё замерло, а после сильный страх за друга накрыл его с головой, и тот, не думая, понёсся в квартиру Сала, дабы спасти его от неизвестной на тот момент беды. Дойдя до квартиры Ларри, Сал остался стоять у порога, в гостиной, а патлатый же со скоростью света залетел в свою комнату, из тумбочки достал ментоловые сигареты и зажигалку, и с такой же скоростью вылетел обратно к Салли. Парни молча вышли из здания, зашли за угол и остановились там же. Ларри вручил одну сигарету протезнику и ловко поджёг её, со своей он провернул то же самое. Сал расстегнул нижние фиксаторы протеза и слегка сдвинул его с лица, чтобы можно было спокойно покурить. Патлатый старался хоть как-нибудь рассмотреть лицо Сала, но напрасно. На протяжении минут трёх друзья молча курили, находясь в своих мыслях. Уже стемнело и на улице стало довольно холодно, холодные порывы ветра порой заставляли Сала редко вздрагивать и поправлять неопрятные хвостики. По итогу Сал рвано вздохнул и скатился вниз по стене, взявший одной рукой за голову, а во второй продолжала тлеть сигарета, уже наполовину скуренная. Ларри искренне хотел как-нибудь поддержать голубовласого, но как на зло, не знал как это сделать, поэтому не придумал ничего лучше, как сесть на против друга на корточки и аккуратно, будто чего-то остерегаясь, гладить по голубым волосам, шепча о том, что всё будет хорошо. Сал от такого жеста резко поднял голову, явно уставясь на Ларри, но из-за практически полного отсутствия света и протеза не было видно каких-либо эмоций, только тусклый свет из квартиры на первом этаже совсем немного освещал парней. Патлатый не прекращал гладить друга по голове, стараясь поддержать его. - Что ты делаешь? - спустя долгое молчание вырвалось из Салли. Голос вздрогнул, но звучал довольно мягко, даже с ноткой усталости. - Поддерживаю тебя, мне прекратить? - выдыхая едкий дым, так же шёпотом спросил Ларри. - Нет.. просто спросил... - сказал Сал и снова затянулся, вновь опуская голову в свободную руку - Ещё раз спасибо тебе, я не знаю, что бы я без тебя.. делал... - с неестественной паузой поблагодарил ещё раз протезник своего спасителя, однако голос дрожал всё сильнее, чувствовалось, что совсем скоро Сал расплачется, но старательно это сдерживал. Тело парня дрожало от холодного ветра и от приближающихся слёз. - Чувак.. Не стоит тебе меня благодарить, ты всегда можешь ко мне обратиться, я помогу и ничего не потребую взамен... А сейчас докуривай и пошли домой, а то жопень моя такой холод не особо любит, да и ты весь дрожишь. - прокряхтел Ларри, поднимаясь. - Я не пойду домой. - отрезал протезник, качая головой, в знак протеста. - Кто сказал, что ты пойдёшь к себе домой? Мы идём ко мне, мама работает в ночь на второй работе, так что ты сегодня у меня. - констатируя факт, сообщил патлатый, беря Сала за худое предплечье, поднимая его с холодного асфальта. - Ты уверен? - озадаченно спросил голубовласый, выбрасывая бычок и после застёгивая фиксаторы протеза. На это Ларри только довольно кивнул и позвал друга наконец в дом, заныв о том, что очень уж тут холодно. " Ха, мерзлячка." - довольно пронеслось в голове у Сала, смотря на то, как Ларри сжав руки вдоль тела поскакал к двери издавая звуки радости перемещения в тепло. Первым делом, что сделал Ларри, когда вошёл в квартиру - побежал в ванную, греть руки под потоком горячей воды. Довольное мычание раздалось за дверью, что вызвало у Сала лёгкий смешок. Однако, что-то беспокоило бедного протезника в предстоящей ночёвке с другом. Протез. Сал всегда снимает его перед сном, ибо спать в нём - самый худший вариант. Пока синевласка стояла в мучительных раздумьях, Ларри вышел из ванной с довольной лыбой, но она сползла с его лица, когда он увидел Сала, который потупил взгляд в пол и стоял не шевелясь и, видимо, не дышев. - Что-то случилось? - спросил Ларри, подходя к протезнику. На лице заиграло беспокойство. - Я всегда перед сном снимаю протез, когда один. - Сал специально выделил последнее слово, надеясь, что друг поймёт его. - Ты можешь снять протез, мне всё равно на то, как ты выглядишь под ним. - сразу уловив мысль голубовласого, спокойной сообщил ему Ларри. - Я не думаю, что ты готов к такому количеству шрамов на лице, так что я не хочу, чтобы ты смотрел на моё лицо без протеза... По крайней мере сейчас. - волнение накатывало всё сильнее на бедного Сала. - Ты можешь снять, но смотреть я не буду, лишь бы тебе было спать спокойнее. - сказал патлатый. - Ну или же я могу разместиться в гостиной, а ты останешься в комнате, и пока ты не проснешься - я не войду. - предложил на крайняк Ларри, легко улыбнувшись. Ему очень хотелось увидеть лицо Сала, но понимал, что личные границы высшее простых желаний. Захочет - покажет, не захочет - Ларри будет терпеливо ждать. - Ты уверен, что хочешь спать в гостиной? - Сал не хотел доставлять хлопот другу, но нежелание показывать своё лицо в конце концов взяло верх. - Да - уверенно ответил патлатый, в его глазах нигде не мелькало какое-либо сомнение или нежелание. - Зато тут холодильник ближе. - оправдал свой небольшой переезд в гостиную и потрепал Сала по голове. - Не парься, иди спать. Парни пожелали друг другу спокойной ночи, и хотел Сал уже уйти, как его осенило кое-что. Он резко развернулся обратно и сказал. - Если ночью я закричу - бей по лицу, да посильнее. - наказал голубовласый Ларри. - А тебя кошмары мучают? - наклонив голову в бок, поинтересовался тот. - Да, и достаточно сильные, поэтому говорю, если что, бей, не бойся, хорошо? - и не дождавшись ответа, Сал увильнул в комнату, оставив Ларри в гостиной наедине с самим собой. Он, конечно, мог поспать у мамы в комнате, но та всегда после своего ухода, закрывает её на ключ, а взламывать замок от комнаты мамы не особо как-то и хотелось. Поэтому патлатый стянул с себя футболку и завалился на диван. Немного обдумав какие-то мелочи этого дня, постепенно заснул. Сал же в этот момент, положив протез рядом с подушкой, упал лицом в неё. Долго он мучал себя, давящими на нервы, мыслями. То об отце, то о Ларри, о скором начале занятий и о переезде в целом. Буквально через час он отрубился, и в доме царствовала гробовая тишина. В доме Фишеров тоже было тихо, Генри с горем пополам, залез на диван и там мирно спал, пока его бедный сын страдал от непонимания всей ситуации в практически чужой квартире. Чужим не был только Ларри, который явно стал чем-то важным для Сала, а он же, в свою очередь, стал чем-то важным для Джонсона. Оба понимали, что за столь короткий срок они стали не то, чтобы просто друзьями, они стали лучшими друзьями. И эта мысль радовала обоих.