Ты не уйдёшь так просто..

«Самое приятное – сделать то, о чем думают, что ты этого никогда не сделаешь»

… POV Джек Мы просидели у телевизора почти до часу ночи. Ребята с Слендером еще не вернулись, скорее всего, из-за сложности задания или какой-то глупой причины, по типу Тоби приспичило поссать. Я уже валился с ног, в переносном значение, так как все это время был в вертикальном положении. Джефф заметно устал, уже чаще и чаще зевая и иногда незаметно щипал себя за руки, чтобы не уснуть. Но никто из нас не спешил уходить. Телевизор был уже выключен, наскучив, и только с тихим звуком горела что-то вроде лампы на кухне. Свет от кухни падал в гостиную, отливая на лице Джеффа ядовито синим цветом, очертив и без того красивый профиль. Может этот придурок не признавал этого, но все же для своего возраста и вида он был красив. Спокойные голубые глаза, едва открытые из под усталых век. Ресницы слабо трепетали от его дыхания. Свет мягко, но все же четко очертил его подбородок, светлую кожу и уголки его подрезанных губ. Для людей он явно монстр, урод, но для меня все же он был… что-то вроде картиной, на которую хочется любоваться. Это было так странно… странно ощущать столь приятное ощущение присутвия Джеффи, который не старается отстранится, убежать и скрыться, как прежде. Иногда, я сравнивал его с черным волком. Он дик, готов оскалить свои зубы на любого, кто подойдет ближе и вцепится зубами в чью-то глотку. Но оказавшись в кругу стада волков, он тут же становился одним из них, позволяя тереться сородичам о его шею, и лежать в холодные зимы в одной берлоге. И теперь возникал вопрос: был ли я одним из чужаков или сородичем для него? Точно сказать я этого не мог, только если предположить, что сейчас я точно не был ему противен и мог бы стать ему ближним. Я тихо вздыхаю, слегка сдвинувшись, протянул руку, касаясь его волос. Джефф заметно напрягся, приоткрыв один глаз, бормоча вполудреме. – Че надо? – Ничего, убираю волосы с твоего лица. Ты уж чересчур лохматым стал. Джефф закатил глаза, снова закрыв их,отвернув голову в сторону спинки дивана, бормоча. – А ты чересчур внимательным и дотошным стал, Джеки. Я же могу и уйти. С моих губ слетела усмешка. – Не уйдешь. По крайней мере, я тебя сейчас точно никуда не пущу… Эти слова прозвучали без какой-то жуткого подтекста, скорее наоборот, в них чувствовалась вся моя заботу и даже некая привязанность к этой ленивой твари на моей груди. Я снова убрал прядь с его лицо, невольно касаясь его лба. Он был слегка теплым и сухим. Убийца слегка сдвинулся,шурша штанами и футболкой, кряхтя, ложится чуть ближе ко мне. Я с радостью предоставил ему это возможность, сдвинув ноги. Темная копна волос Джефф раскидалась по моей футболке, когда-то тот откинулся на меня, полностью закрыв глаза, пытаясь уснуть. В груди снова что-то приятно кольнуло от этого спокойного, почти вальяжного вида Джеффа. Я наклонился, тихо бормоча. – Если уснешь здесь, я убью тебя утром за свои затекшие ноги. – Заткни ебальник и дай поспать. И так жалею, что решил извиниться перед тобой, – в ответ бурчит убийца, хмуря брови. Я закатил глаза и замолк, решив уж ему дать возможность молча полежать. POV Джек конец. Джефф молча лежал с закрытыми глазами, однако не спал, находясь начеку, если что-то его потревожит. Джек тоже не спал, молча сидя и глядя на макушку приятеля. Тишина продлилась не долго, потому что Джек нарушил ее вопросом. – Что произошло в лесу? Голос его был глух, почти небрежно спокойным, когда он опустил глаза на лицо Джеффа. Тот томно вздыхает через нос, открыв глаза и откинув голову назад. Уголки его рта нервно дернулись. – Прекрати об этом спрашивать. Ничего особенного, вспомнил кое-что неприятное и все. На этом эта тема закрыта. Клоун нахмурился, и это выражение лицо веяло чем-то опасным. –Ты все время твердишь, что «ничего особенного», так зачем так из-за этого беситься? – Потому что твое любопытство иногда некстати, бл@ть. Джек иронично усмехается, склоняясь над лицом Джеффа в угрожающем тоне. – Есть разница в любопытстве и беспокойстве, Джефф. И я сейчас волнуюсь. Я не жду ответа, я хочу, чтобы ты перестал быть ублюдком без проблем и позволил мне хоть раз, ХОТЬ РАЗ помочь. Слова вышли сами собой, монохромный не думал даже говорить подобное. Но все же эти упрямство и отсутствие доверия у Улыбашки доводили его не на шутку. Джефф молча смотрел на Джека, зрачки слабо сузились от подобного тона от клоуна, который теперь не казался ему настолько беспечным, как обычно. Джефф откинул рукой волосы от лицо, немного лохмоча их, с тяжелым взглядом пялясь на Джека. – Я говорю, что это неважно, потому что не хочу это вспоминать, ясно? – глухо и нехотя говорит Джефф и снова отводит голову в сторону. Джек едва заметно сжал губы. Боже, неужели он не мог ему рассказать хотя бы немного из того, из чего состояло его прошлое, до того, как он попал сюда, до того, как он познакомился с ним? Однако затем в голову закралось сомнение: смог бы он тоже спокойно рассказать свою историю? На вряд ли… И снова мы зашли в тупик. С еще одним вздохом Джек протянул когтистую руку и повернул голову Джеффа к себе. – То, что произошло с тобой, тебя беспокоит и я это вижу. Молча терпя каждую секунду эти события ты придешь лишь к ухудшению ситуации. Ты хочешь этого? Я сомневаюсь. Но если ты не говоришь мне из-за отсутствия доверия, я больше не буду поднимать эту тему. По спине Джеффа пробежала дрожь. И что же его, этого клоуна, побудило на откровения с ним? Однако в его словах был смысл: каждый раз воспоминания все глубже и глубже оседали в сердце и становилось невыносимо. Между ними снова возникла тишина, когда вдруг Джефф, скрестив руки на груди, хрипло говорит, глядя в потолок. – Чувство вины и тоски. Они преследуют меня и мне становится все хуже от каждого намека на что-то из моей прошлой жизни.. Джек молча слушал, вглядываясь в глаза убийцы, в поисках намека на эмоции, которые он сейчас испытывал. Вина. Именно вина была ключевым словом. Большинство убийц, монстров после совершения убийства не думают о жертвах, так как главная цель достигнута и обратного пути нет. Но Джефф убийца, но не монстр и никогда не будет таким в глазах монохромного. Джефф вскинул глаза на Джека, как бы ожидая ответа на его нагое и искреннее признание в своих проблемах. – Слендер говорил однажды, что с тобой случилось и как ты оказался у него… однако в его версии было что-то фальшивое, неестественное для тебя, – Проговорил Джек, снова опуская темные глаза на лицо приятеля, которое приняло озадаченное выражение. – Фальшивое? – Да. Ты не мог так просто без промедления зарезать и спалить свою семью, сбежав. Или по крайней мере я не верю в это. Джефф слегка выпрямился, привстав с груди Джека, и как будто оживился, потому что теперь чуть громче сказал. – Вот именно! Я готов смотреть на боль и страдания других с улыбкой, пока эти «другие» остаются для меня чужыми. Родители и… брат точно не были мне чужими… почти. Клоун наклонил голову набок, глядя на лицо Джеффа, которое имело странное выражение. Оно было знакомо и ему: это был страх. Лицо оставалось спокойным, но легкое подергивание уголка губ Джеффа указывало на то, что он снова вспомнил что-то из прошло. Джек, колеблясь, вздохнул и затем потянул Джеффа за руку. –Ложись. Убийца моргнул, смотря на монохромного с явным недопониманием. – Что ты уже удумал, черт тебя подери? – Просто ляг и молчи, идиот. Нехотя Джефф лег в прежнее положение, только теперь голова была почти что на коленях клоуна. Медленно бледные и длинные пальцы Джека потянулись по бокам лица товарища, скользя по скулам и шее, вызывая слабые мурашки по коже. Большие пальцы коснулись виском Джеффа, мягко надавливая и совершая круговые движения. На мгновение было чувство давления на голову, но затем оно сменилось легкой сонливостью. Джефф прикрыл глаза, позволяя монохромному делать что-то вроде массажа для головы. Это было странно, но приятно после долгого времени напряжения. Джек, заметив, какой эффект оказывали его движения на убийцу, хрипло усмехается, бормоча. – У меня часто болит голова, так что я часто делаю подобное, чтобы прийти в рассудок или уснуть. Тебе нравится?.. –Угумм… – неразборчиво пробормотал Джефф, продолжая лежать так на коленях Джека, полностью отдавшись ощущению рук на его голове. Это было так знакомо… Знакомо ощущение заботы и ласки, которую уже долгое время не ощущал Вудс. Когда Джек закончил и подумал, что Джефф уснул, он убрал руки и собирался встать, но Джефф не спал, и даже напротив схватил руку клоуна и положил себе на голову, бормоча расслабленно. – Помассируй еще немного… Монохромный сначала растерялся, но быстро вернул руки на голову Джеффа, теперь слегка касаясь его волос и макушки. На его губах появилась слабая улыбка.