Мне нужна твоя любовь

— У тебя есть тридцать секунд, чтобы объяснить причину, почему разбудил меня в три часа ночи, — Крис, приняв сидячее положение, устало потёр глаза. — Господин Бан, — слышится в трубке серьёзный, но в то же время нервный голос, — проблемы в казино. Вы должны срочно приехать. Тяжело вздохнув, Крис встал с кровати и надел чёрную футболку, которая небрежно валялась на тумбочке. Надел первые попавшиеся джинсы, взял кожаную куртку из шкафа и вышел из комнаты. Как можно тише, чтобы не разбудить мирно спящую Сохи, Крис спустился вниз и, взяв в прихожей ключи, быстро выбежал на улицу. Погода оставляла желать лучшего. Осень наконец проявила себя: моросил дождь, холодный ветер изредка давал пощёчины, и Чан быстро застегнул молнию. Он не переносил холод, поэтому, сев в машину, сразу включил печку. Голова была забита мыслями, мужчина не мог понять, что такого могло случиться в его казино. Очередная истерика игрока, проигравшего чуть ли не всё состояние? Нет. Это сущий пустяк, ради такого Минхёк не стал бы беспокоить босса, ведь сам искренне хочет, чтобы он отдохнул. Драка пьяных мужиков? Снова нет. Охрана бы справилась с ними, а Минхёк снова бы всё исправил, не втягивая босса. Ясно было одно: случилось что-то серьёзное, и от этого бросало в дрожь. Дороги были совершенно пусты, поэтому Чан особенно любил такое время: нет машин, людей, шума, ты можешь спокойно посидеть в каком-нибудь парке и подумать или просто отдохнуть. Он не может позволить себе полноценный отдых: то работа, вечные встречи и совещания, тренировки, то Феликс, крутящийся вокруг Сохи, который пытается очернить его в её глазах. Но успокаивало одно — она заинтересована в нём. Чан видел это, чувствовал. Оказавшись в районе Мёндон, мужчина поехал в нужном направлении и спустя несколько минут оказался на месте. Снаружи здание выглядело невинно: это был небольшой бар, куда в основном ходили студенты, но ночью место принадлежало совсем другим людям, которые были не прочь вложить свои деньги. И владельцем всего балагана был он — Бан Кристофер Чан. Нравилось ли ему это? Теперь он мог с уверенностью сказать, что ненавидит то, чем занимается. Зайдя в бар, Крис пошёл в подсобное помещение и открыл дверь, которая сливалась с стеной и была абсолютно незаметной. Его встретила охрана, а вместе с ними и Минхёк, который решил проводить босса к «проблеме». Людей было немного на удивление, но и они начали душить своим присутствием. Чан был сам удивлён тому, насколько сильно возненавидел казино и всех людей в нём. Наверное, он просто устал тащить этот груз столько лет. В начале левый доход казался спасением и неким бонусом, но теперь, повзрослев и имея высокий социальный статус, Крис совсем по-другому взглянул на всё. — Вот, — дойдя до небольшого дивана, на котором лежал мужчина лет сорока пяти, заговорил Минхёк. — Он проиграл все деньги, напился и вырубился в уборной. — Ты вызвал меня из-за этого? — раскинув руки по сторонам, спросил Чан. — Это Кан Донхэ, господин Бан, отец госпожи Кан Сохи. Колени задрожали. Глаза Криса расширились после услышанного, сон и вовсе отступил. Он смотрит на Минхёка в надежде, что тот просто пошутил. Но все надежды разбились об айсберг реальности, когда помощник протянул ему золотой кубок, на котором было выбито имя одной любимой девушки — Кан Сохи. — Это было у него в сумке. Остальные, по его словам, в ломбарде. Бан сжал в руках сталь и, подойдя к дивану, стукнул мужчину по плечу. Донхэ замычал от недовольства, но Крис на этом не остановился, приказывая ему сесть. — Блять, — от запаха перегара мутило, Крис немного отошёл, приложив кулак к носу. — Ты днями и ночами бухаешь, пьянь? — Ты кто такой? — почёсывая сальную голову, спросил мужчина. — Какое право имеешь? — Это моё казино, что хочу, то и делаю. А тебе не стыдно? — поставив кубок на стол, Крис спрятал руки в карманы джинс. — Проиграл Чхве Сону десять миллионов вон, исчез, повесив долг на единственную дочь, а теперь снова решил проиграть все деньги? У тебя мозги есть, урод? Сейчас Крису было совершенно плевать, что Донхэ годится ему в отцы. Его переполняли злость и обида за разбитое сердце Сохи. Ему хотелось вмазать мужчине по лицу, заставить хоть на долю секунды почувствовать то, что испытывала Сохи. Крис не простит никого, кто посмеет причинить ей боль. — Ты кто? — удивлённо хлопая глазами, спросил Кан Донхэ. — Откуда знаешь про Сону и малышку Сохи? — Из твоих уст это звучит мерзко. Не смей называть её так. Тебя не волнует, что с ней, где она? — Наверное, пошла по стопам матери и стала шлюхой. Эти слова пронеслись эхом в голове Криса, как гром среди ясного неба. Сжав кулаки, он сорвался с места и уже хотел было ударить Донхэ, но Минхёк преградил ему путь, обхватив плечи руками. — Господин Бан, вы злы, я понимаю, но это ничего не изменит. Он не знает, что говорит, не знает, как сюда попал. Пожалуйста, скажите, что мне с ним сделать и езжайте домой к госпоже Кан. Слова помощника Чана успокоили. Он в очередной раз понял, что нанять Минхёка в качестве помощника из всех десяти человек, которые претендовали на это место, было лучшим решением. Он помогал ему во всём. — Ему нужно в реабилитационный центр. Положи его туда и открой счёт на моё имя. Я расскажу об этом Сохи, но чуть попозже, — взгляд невольно упал на кубок, и сердце Криса сжалось в груди. Обида за разрушенные мечты любимой девушки не давала спокойно вздохнуть. Только одного он хотел - чтобы улыбка с её лица никогда не исчезала. — Помнишь Хан Юри? — подойдя к столу, Крис взял кубок. — Вы об архитекторе Хан Юри? Конечно помню, господин Бан. Она идеально выполняет свою работу. — Свяжись с ней и с владелицей танцевальной студии, куда ходила Сохи. Я хочу выкупить здание. Собери завтра всех работников, я принял окончательное решение закрыть казино, — смотря на спящего Донхэ, сказал Крис. — Хватит с меня. — Я всё сделаю, господин Бан, но вы уверены в своём решении? — Как никогда раньше.

***

Взгляд карих глаз устремлён на мясо в сковородке. Парень, локтями уперевшись о столешницу, кулаками подпёр щёки. Кидает мимолётные взгляды на настенные часы и считает минуты, чтобы перевернуть мясо. — Зачем тебе плита? Ты скорее взглядом прожаришь этот кусок стейка, — закатив глаза, Сохи легонько ударила Хёнджина в бок и поставила на стол миску с уже помытыми овощами. — Ты накормил наших питомцев? — поливая картошку маслом, спросила Сохи. — Да, мама, — со вздохом ответил Джин, что Сохи расхохоталась. — Как у тебя дела в университете? Мы почти не видимся из-за твоей учёбы, хотя живём в одном доме. Хёнджин положил стейк на противень к остальным и засунул в духовку. — Пока немного сложно. Думаю, в скором времени привыкну, — Джин подарил девушке улыбку и устало сел за стол. — Ещё мама достала со своими звонками. — Ты не поговорил с ней? Хёнджин не успел ответить, в дверь позвонили. Они переглянулись друг с другом, так как никого не ждали. Минхо был по уши в работе, Чан вернётся не скоро. Джин пожал плечами и пошёл встречать незванного гостя. Он открыл дверь и замер, когда увидел Юнджин. — Сынок, — улыбнулась женщина и попыталась взять его за руку, но Хёнджин отпрянул. — Почему ты не берёшь трубку? Парень рассмеялся. Сейчас всё выглядело так, будто это он виноват, а не она. Мотнув головой, Хёнджин отошёл и, поклонившись слегка, пригласил в дом. — Джинни, кто там? — протирая руки о кухонное полотенце, Сохи вышла в прихожую. — Это Ким Юнджин — моя мать, — склонив голову набок, ответил Джин. — Это Кан Сохи. Ой, я совсем забыл, — фыркнул парень, — ты же знаешь её. Юджин сглотнула образовавшийся в горле ком и сжала кожаные ручки сумки. Знает, не видела даже, но успела возненавидеть за разбитое сердце дочери. И ей было плевать, что Ха Ри забрала у Сохи мечту. Для неё главнее было состояние Ха Ри, которая не выходила из своей комнаты и прогоняла всех. — В-вы живёте вместе? — пытаясь контролировать свою злость, спрашивает Юнджин. — Хёнджин, поехали домой. Хватит валять дурака. — Даже не смей начинать. Я не перешагну больше порог того дома. Спасибо, что пришла, передавай отцу привет, если он, — усмехнулся Джин, — помнит, что у него есть сын. У меня там мясо в духовке, я пойду. Сохи осталась наедине с Юнджин. Ей было неловко, некомфортно в её присутствии. Она чувствовала всю ненависть, исходящую от Ким Юнджин. Лицо женщины было спокойным, но её выдавали глаза — она буквально пыталась убить ими. Но и бояться Кан была не намерена: девушка дерзко вскинула голову, заглядывая в ореховые глаза напротив. — Он не послушал меня, — усмехнулась Юнджин. — Всё-таки привёл тебя в свой дом. Спишь и встречаешься с одним, а живёшь с другим, — женщина ядовито улыбнулась. — Хочешь больших денег? Я могу дать тебе столько, сколько ты захочешь, если ты исчезнешь из нашей жизни. Кан Сохи рассмеялась. Она сделала несколько уверенных шагов к Юнджин, которая растерялась от такой реакции, и сложила руки на груди. — Ты думаешь, что я преследую цель иметь деньги? — склонила она голову набок. — Даже если это так, тебе какое дело? Переживаешь за Чана? Юнджин ошарашенно уставилась на Сохи. Никто не смел называть его Чаном. — Что-то я не видела этого. Кстати, спасибо, что беспокоились. С ногой всё хорошо, — натянула улыбку Сохи и слегка поклонилась. — Я заставила вас нервничать. — Хватит паясничать. Ха Ри из-за тебя лишилась всего! — Да ты что?! — Сохи подошла ещё ближе. — Это она мне разрушила мечту. Бумеранг никто не отменял. Пусть теперь поплатится за свои злодеяния. Тут нет ни капли моей вины. Даже не смей обвинять меня в чём-то. Деньги? — вскинув бровь, улыбнулась Сохи. — Кто их не любит? Но сейчас я преследую отнюдь не их. Хоть десять миллионов долларов предложи, я ни копейки не возьму. — Крис глупец. Ему пыль в глаза пустили. — Он не глупый, — быстро отрезала Сохи. — А умный, ответственный и добрый человек, жаль, что ты не видишь этого. Крис очень помог мне, — девушка сделала шаг назад, окинув взглядом Юнджин. — На самом деле это очень обидно: родители в Чеджу, а сестра, хоть и приёмная, ненавидит его. За что? Женщина опустила взгляд в пол, потому что не знала, как ответить на вопрос. Ненавидит за то, что с его появлением ей стали меньше уделять внимание; что просили нянчиться с ним, и на личную жизнь времени не хватало; что наследником в итоге стал он. Юнджин покинула дом, оставив Сохи без ответа. Он ей и не нужен был. Всё было и так ясно. — Стерва, — выплюнула Сохи и, развернувшись, хотела пойти обратно на кухню, но входная дверь снова открылась. Ей не нужно было оборачиваться: Сохи поняла кто это по запаху духов. Они ей безумно нравились. — Я там встретил Юнджин. Она, наверное, куда-то спешила. Сохи повернулась к нему, теребя край футболки. Лицо её озарила тупая улыбка, как стереть её, она сама не знала. Чан, улыбнувшись в ответ, вскинул бровь, мол, что случилось. Сохи сама не знала ответ на этот вопрос, но она ждала его прихода, поэтому на ватных ногах подошла к нему и, сняв куртку, повесила в небольшой шкаф. Мужчина удивился этому, даже принюхался, чтобы убедиться в том, что она не пьяна. — Что-то случилось? — с улыбкой спрашивает Крис, стягивая с себя чёрное худи, под которым была майка того же цвета. Для девушки открылся вид на широкие плечи, ключицы и накаченные руки. Он сделал это без всяких мыслей, но бегающие по его телу девичьи глаза, приоткрытые пухлые губы и еле слышное тяжёлое дыхание ему однозначно понравились, что уголки губ сами поползли вверх. — Всё в порядке? А Сохи забыла, как дышать: всё тело покрылось мурашками, бросило в жар. Ей нравился открывшийся вид. Ей нравился такой Крис: уверенный, дразнящий и…красивый. Во рту пересохло, ком в горле не давал сглотнуть, а желание видеть его не позволяло пойти и докончить ужин. Крис заворожил её, а Сохи хотелось большего. — У-ужин, — она словила ртом воздух. — Я-я…ужин…мне нужно… Развернувшись, Сохи направилась на кухню, зная, что Крис идёт за ней. Она хотела, чтобы Хёнджин разбавил висящее в воздухе сексуальное напряжение, но его не оказалось там, и Сохи мысленно простонала, опрокинув голову. — Как прошёл день? — Крис встал с левой стороны, рукой оперевшись о край стола. — Нормально, — улыбнулась Сохи, разрезая пополам помидор и мысленно благодаря Бога, что спас её. — Мы с Хёнджином нашли чем заняться. Крис улыбнулся, затем убрал прядь светлых волос за ухо, чтобы полюбоваться её профилем. — Я говорил тебе, что ты красивая? Искоса посмотрев на него, Сохи улыбнулась, чувствуя, как тепло разливается в груди. — Каждый день говоришь. Его большой палец легко поглаживает щёку. Сохи не понимала, как ему это удаётся. Крис только прикоснулся к ней, а сердце в очередной раз сделало кульбит. Она чувствует, как покраснели её щёки, слышит, как тихо посмеивается Крис от такой реакции. Рядом с ним Сохи невольно ощущала себя маленькой девочкой. И ей нравилось это чувство. — Кстати, похвали Хёнджина, это он приготовил ужин, — Сохи протягивает Чану дольку огурца, а он съедает, едва задевая пальцы губами. Кан забывает как дышать. Он будто издевался над ней. — Ты идёшь завтра на праздник? — Чан сел за стол и рукой подпёр щёку. — Если да, то я попросил бы водителя подвезти тебя. — А, это… — Сохи продолжила резать огурец, пытаясь усмирить свой пыл. — Сыльги сказала, что в семь начинается. Эм, — прочистила горло девушка и, всем телом повернувшись к Крису, бедром облокотилась о край стола. — Я хотела бы, чтобы и ты был там. Понимаю, что из-за Феликса тебе будет неприятно там присутствовать, но я хочу, чтобы ты пришёл. Минхо, Хёнджин, Чонин…мы все будем там. Пока мы веселимся, ты будешь сидеть дома, а я не хочу этого. — Я приду, — быстро согласился Чан. — С тобой куда угодно. Без тебя тут пусто. Без тебя дом — не дом, — встав из-за стола, он сократил расстояние между ними и, положив руку на щёку, улыбнулся, когда вновь увидел тот самый огонёк в её глазах, по которому безумно соскучился. — Ты и есть мой дом.