Мне нужна твоя любовь

— Да что происходит? — почёсывая нос, возмутилась девушка, через силу открывая глаза, которые снова закрывались. Она хотела спать, пролежать в постели целый день, но у Дуни, который тёрся макушкой о её нос, были совершенно другие планы. Тяжело вздохнув, Сохи потёрла кулачками глаза и чуть с кровати не свалилась, когда увидела рядом спящего Чана, прямо у её лица. Первым порывом было его оттолкнуть, но Сохи прогнала эту мысль прочь, когда рука Чана легла на её талию, а сам он прижался к ней. Кан боялась сделать лишние движения, она хотела раствориться в объятиях Чана, смотреть на его мило сморщенное лицо, слушать размеренное дыхание и просто любоваться им. Таким милым, домашним и красивым. Он был очень красивым, Сохи окончательно призналась себе в этом. Призналась самой себе, что до дрожи в коленках любит, когда Чан касается её. Его касания невесомые, еле ощутимые, но каждый раз сердце делает кульбит. Невольно хочется прижаться к нему и носом уткнуться в шею. — Доброе утро, — не открывая глаза, говорит Чан, слегка поглаживая рукой талию. Его голос был таким охрипшим, низким, что у Кан мурашки по телу пробежали. Сохи занервничала, она не знает, что делать. Её поймали. Она только глазами хлопает и рот от удивления открывает, на что в ответ получает сонную улыбку Чана. А ему сейчас было хорошо как никогда раньше: лёжа рядом с любимой девушкой, он, кажется, забыл обо всех проблемах. Чан хотел полностью потеряться в ней. А Сохи будто в сказку попала, в котором главным героем являлся Бан Чан. Человек, который даже звезду с неба для неё достанет. И от осознания факта, что он готов на всё ради неё, Сохи улыбается и кладёт руку на щёку мужчины, который тут же прижимается к тёплой ладони, как довольный кот. — Доброе утро, — с улыбкой отвечает Кан, поглаживая щёку. — Я надеюсь, что дал тебе поспать, — усмехается Чан. — Обычно я во сне лезу обниматься. А сердце так и рвётся сказать, что жаждет этих прикосновений, что хочет раствориться в его объятиях. Сохи придвигается ближе, игнорируя Дуни между ними. Сейчас все мысли были только о Чане. — Прости, я вчера напилась и доставила тебе проблем. Спасибо, что позаботился обо мне. Чан открывает глаза и улыбается, видя, каким взглядом смотрит на него Сохи: горящим, заинтересованным. Было ещё что-то, но он не мог понять, что именно. — Сохи, тебе не за что просить прощения. Ты не доставила мне проблем. Я надеюсь, что ты вчера, хоть и немного, но смогла отвлечься, расслабиться. Давай забудем об этом, а сейчас встанем, примем душ и позавтракаем, потому что я безумно сильно хочу есть. Сохи хихикает, умиляясь Чану, и кивает, переворачиваясь на другой бок, чтобы встать. Дуни тут же запрыгнул на колени девушки и начал мурлыкать. — Но сначала покормим этих малышей. Кажется, ваш папочка совсем позабыл о вас, — улыбнувшись, Сохи поцеловала кота в мокрый в нос и, прижав к груди, встала с кровати. — Вставай, а то я сама съем весь завтрак.

***

На кухне тихо играет песня Эда Широна — «Shivers». Сохи подпевает любимому исполнителю, разбивая в миску яйца для омлета. На ней футболка белого цвета, которая была до колен, не высохшие волосы собраны в пучок. Она выглядела так красиво и по-домашнему, что Чан завис, наблюдая за её плавными движениями. — Так и будешь стоять или мне поможешь? — не поднимая взгляд, спросила Кан и хихикнула. — Пришёл в себя? — Ну, — потирая шею, Чан подошёл ближе, — это я должен у тебя спросить. — Я чувствую себя прекрасно. Знаешь, я давно не испытывала это чувство…спокойствие, — улыбнувшись, Сохи посолила яйца и начала их взбивать венчиком. — Ты не стой, возьми вон из шкафа рис. Не переживай, я буду наставлять тебя. О, как в фильме "Рататуй". — То есть ты крыса? — прищурившись, Чан двумя руками упёрся о края стола и поджал губы, еле сдерживая смех. — Прости! — со смехом закричал он и наклонился, когда Сохи замахнулась кухонным полотенцем. — Дай задание полегче, я не умею варить рис! — Тебе сложно промыть и залить кипятком? — выливая яйца на сковородку, спрашивает Сохи и улыбается. — Тогда, господин Бан, просто присядьте. Я не хочу, чтобы вы спалили кухню. Чан глаза закатывает и улыбается. Что-то схожее между Сохи и Минхо было — оба любят подколоть его. Сев за стол, он начал наблюдать за девушкой, которая двигалась в такт песне, тихо напевая слова. У Чана внутри фейерверк из чувств взрывается, видя Сохи у плиты. — Попробуй, — Кан поднесла к губам мужчины ложку. — Мне, кажется, я переборщила с солью, — прикусывает нижнюю губу девушка и внимательно наблюдает за лицом Чана, который, как сомелье, пробовал бульон. — Это восхитительно, душа моя. Сохи, опустив голову, повернулась обратно к плите и выключила газ из-под кастрюли с бульоном. Чан, всё таки решив помочь, встал из-за стола и направился к шкафу, чтобы взять тарелки и пиалы. Кан наблюдает за ним. Чан выглядел прекрасно, особенно с кудрявыми волосами, они ей очень нравились. Рука так и тянется к ним, но девушка отворачивается. С каждым прожитым днём рядом с Чаном Сохи становится сложнее сдерживать свои эмоции. — Нам нужно продукты купить, — накрыв кастрюлю крышкой, сказала Сохи и подошла ближе к Чану, который пытался открыть пакет с салфетками. — Ещё у меня закончился гель для душа, а у тебя шампунь. Чан рассмеялся. — Неужели ты заметила это? — склонив голову набок, хитро улыбается мужчина. — Отправлю кого-нибудь в магазин. — Нет-нет! — встав на носочки и схватив Чана за локоть двумя руками, быстро возразила Сохи, подбородком уткнувшись в мужское плечо. — Давай вместе сходим. Я хочу немного прогуляться, — хлопает щенячьими глазками девушка, и Чан тает, будто лёд под лучами солнца. — Смотришь, как кот из «Шрека», ей-богу, — закатывает глаза Чан, всё ещё возясь с пакетиком. Улыбка так и вырывалась наружу, что в конечном итоге он улыбнулся и кивнул в знак согласия. — Только давай вечером. Я хочу сегодня немного поваляться в кровати…с тобой, — добавляет Чан, а Сохи чуть сознание не теряет от такого откровения. Он прочитал её мысли. Бросив пакет с салфетками на стол, Чан резко подхватил Сохи на руки и, усадив на стол, встал между её раздвинутых ног. Его руки мёртвой хваткой вцепились в бёдра, голова на уровне девичьих плеч, горячее дыхание щекочет кожу. Тело дрожит, Сохи не знает, что ей делать, всё произошло быстро. Она дрожащими руками окольцовывает рельефную шею, притягивая мужчину ближе, и делает то, чего так хотела — зарывается рукой в его волосы, сжимая их на затылке. Чан поднимает взгляд, всматриваясь в испуганные, но жаждущие продолжения глаза, затем, скользя, поднимает одну руку на талию, а другую оставляет на нежной коже бедра. Он подался вперёд, вдыхая аромат шоколада и мяты. И теперь стало ясно, почему она заметила, что его шампунь закончился. Чан мысленно усмехнулся, утыкаясь носом в светлые пряди. Сохи тяжело дышала, грудь сексуально вздымалась, острые ключицы, которые так и манили прикоснуться к ним губами — всё это сводило с ума. А сильнее этого крышу сносило другое. Сохи не отталкивала его. Девушка обхватила лицо Чана руками и прижалась к его лбу своим. Пухлые, влажные губы мужчины приоткрыты, рука медленно ползёт вверх — под майку. Сохи понимает, что после одного действия стена, стоящая между ними, окончательно разрушится. Понимает, что она не сможет остановиться. Чан вызывает дикое желание хотеть быть любимой. С Чаном хорошо, Сохи хочет раствориться в его объятиях. С Чаном, как за каменной стеной, рядом с ним она чувствует себя в безопасности. Чан больше делает, чем говорит, чтобы доказать свою любовь. И Сохи верит ему. Каждому слову. Каждому действию. — Что у вас там горит? — на кухню забежал Хёнджин, и Сохи от испуга резко оттолкнула Чана от себя и подбежала к плите. — Э-э-э, прошу прощения. — Ты вовремя, — натягивает улыбку Чан, хотя по его взгляду стало ясно, что дядя надерёт ему задницу. — Мой руки и быстро садись за стол. Учёбу никто не отменял. Парень кивнул и, неловко потирая шею, направился в ванную. Сохи и Чан переглянулись друг с другом, затем рассмеялись. Не было никакой неловкости, они просто улыбались друг другу, раскладывая еду на стол. — Продолжим? — играя бровями, спросил Чан и отправил в рот дольку сочного персика. — Скажи, пожалуйста, — заигрывая, хихикнула Сохи и подбежала к холодильнику, чтобы взять банановое молоко для Хёнджина. — Продолжите свои сюси-пуси, когда я позавтракаю и уйду, — отчеканил Джин садясь за стол, за что сразу получил по шее. — Ай! За что? Нуна, скажи ему! Сохи расхохоталась, мотая головой, и села за стол, поставив в середину тарелку с омлетом. Хёнджин начал жаловаться Сохи на строгого дядю, но она прекрасно понимала, что парень говорит это всё в шутку.

***

— Это настолько дорого? — широко раскрыв глаза, Чан взял ведёрко с ванильным мороженым. — Почему я узнаю об этом только сейчас. Джонна Милк… — теперь он обращался к ведёрку. — Наверное, потому что ты никогда не ходил за покупками. Серьёзно, — Сохи встала напротив большой длинной полки с молочными изделиями и взяла пару бутылок молока, — ты никогда не ходил в супермаркет? Выпятив нижнюю губу, Чан, склонив голову набок, погрузился в воспоминания. Он хмурил брови, щурился, удивлённо хлопал глазами, а в итоге, мотнув головой, выдал: — Никогда. Всегда были люди, которым я мог поручить это дело, — пожал плечами мужчина, беря из рук Сохи маленькие бутылочки с банановым молоком. — Фу, — рассмеялась Кан. — Как же ты скучно живёшь. Я очень люблю ходить за продуктами. У нас с мамой была традиция - каждое воскресенье ходить за продуктами, я особенно любила рынок, — девушка перевела взгляд на Чана, который с улыбкой до ушей внимательно слушал её. — Свежие овощи, фрукты, зелень… Сохи опустила голову. Воспоминания о матери всегда отзывались жгучей болью в груди. У неё была маленькая надежда, что она вернётся, что они начнут всё заново без отца. Но спустя два года после её ухода Сохи и вовсе потеряла надежду. Где-то в глубине души та самая маленькая двенадцатилетняя девочка с брекетами ждала маму, жаждала её ночных поцелуев перед сном, ласки и любви. Но Сохи, с одной стороны, была немного и рада, что всё сложилось так: загулявшийся отец, уход матери, разбитый шанс выбраться из бедной жизни — всё это сделало её сильней. — Ты скучаешь по ней? — отпустив тележку, Чан подошёл ближе к девушке и аккуратно убрал за ухо выбившуюся прядь светлых волос. — Да, очень. Но я устала надеяться, — усмехнувшись, она повернула голову к Крису и поджала губы. — Знаешь, раньше я думала, что это жизнь таким образом издевается надо мной, но сейчас, — Сохи повернулась к Чану всем телом. — С другой стороны, может это судьба? Не сложись всё так, вряд ли я бы встретила… — пауза. — Тебя. От этих слов в груди мужчины разливается тепло. Он всё ещё не верит в то, что отношение Сохи к нему поменялось, что теперь она сама тянется. В тот самый день, сидя на кухне в её маленькой квартире, когда она проклинала его, просила уйти, Крис даже подумать не мог, что Сохи посмотрит на него с нежным, тёплым взглядом. Улыбнувшись, Чан обхватил руками её лицо и потянулся к манящим алым губам. А Сохи была не против: положив руки на мужскую талию, она встала на носочки и потянулась в ответ, но видимо сегодня фортуна была не на их стороне. — О, привет. Чан и Сохи нехотя отстранились друг от друга и уставились на подростка, который одной рукой прижимал к груди энергетик со сникерсом, а другой постоянно поправлял очки на переносице. Сохи бы разозлилась на кого угодно, но не на Чонина. Она ужасно соскучилась по нему. — Чонин-а, — с объятиями налетела Сохи на младшего. — Ты как? Тебя вчера не было на дне Рождения Сыльги. Чонин мягко отстранился от Сохи и кинул мимолётный взгляд на Криса, который с улыбкой махал ему. — Тебе было не до меня, — усмехнулся парень и, пройдя мимо Кан, подошёл к полке с молочными изделиями и взял бутылку йогурта с клубникой. — Ты о чём? — нагнав Чонина, спросила Сохи и скрестила руки на груди. — Если ты о том, что я переборщила с алкоголем… — Я был там, — признался Чонин. — Но ушёл, когда пришёл Феликс. Прости, если заставил переживать. Чонин и Феликс до сих пор не разговаривают. Он почти не появляется дома, ночует у друзей, с головой погрузился в учёбу. Это помогало Чонину забыться, в особенности тренировки на поле. Феликс изменился, он не такой как раньше, и Чонину сложно смириться с этим фактом. — Что случилось, Чонин? Вы поссорились? — Что это было, нуна? — резко повернувшись к девушке, спросил парень. — Ещё вчера ты кричала о том, что ненавидишь его, а сегодня вы… — Чонин не продолжил, он опустил голову и закрыл глаза. Обидно за брата, как бы он не относился к нему, но в тоже время понимает, что Феликс сам виноват. — Прости, пожалуйста, — замотал головой парень. — Это не моё дело. Для меня главнее ваше счастье. — Чонин, тебе обидно за Феликса, но… — прикусив губу, Сохи повернулась к Чану, который изучал состав острого рамёна. — Я не могу это контролировать. Вроде и люблю Ликси, но моё сердце, — Сохи ткнула пальцем в грудь, — тянется к нему. Я не могу противостоять этому. И Феликс, — она горестно усмехнулась, — кажется, сам устал от этих отношений. Не забивай этим голову, мы сами разберёмся, хорошо? — Да, — закивал Чонин и радушно улыбнулся. — Прости мою резкость и грубость. Сохи с улыбкой погладила парня по голове и, взяв его под локоть, направилась к кассе, а следом и Крис, покатив тележку. Они расплатились за продукты, вышли из магазина и погрузили всё в машину. — У меня появились срочные дела, — бегая глазами по дисплею телефона, отчеканил Крис. — За мной едет Минхёк, — он достал из кармана спортивных штанов ключи от машины и, не отрывая взгляда от телефона, протянул ключи Чонину. — Можешь отвезти её домой? — Кто? Я? Отвезти? Куда? В смысле? — удивлённо хлопает глазами Чонин, разинув рот. — Вы разрешаете мне сесть за БМВ? — Слишком много вопросов, — усмехнувшись, закатил глаза Крис. — Мы с Сохи планировали приготовить жареную курочку в соусе, можешь присоединиться к нам. Я бы отвёз вас по домам, но дело срочное. — Всё хорошо, Чанни? Крис мягко улыбнулся и кивнул головой, заставив и Сохи засиять. Попрощавшись и пожелав друг другу хорошей дороги, они разошлись. Чонин быстро сел за руль чёрной БМВ и чуть не подпрыгнул на месте от радости, сжимая кожаный руль. Сохи, пристегиваясь, тихо смеялась, смотря на радостного Чонина, который выглядел как ребёнок. — Сфотографируй меня. С улыбкой закатив глаза, Сохи достала из кармана пальто телефон и сделала пару снимков друга. Пристегнувшись, Чонин аккуратно выехал с парковки. На улице уже темень, хотя на часах только шесть. Они ехали, разговаривая на разные темы и слушая тихую мелодию. Сохи соскучилась по их разговорам и посиделкам с Чонином. Раньше они проводили много времени вместе, но всё изменилось. И этих перемен никак не избежать. На пустынной дороге не было машин. Крис жил в получасе езды от города. Послышался рёв мотора, а спустя пару секунд их окружили четыре мотоцикла: два спереди, два сзади. — Что происходит? — дрожащим голосом спросила Сохи. Шестое чувство вопит о том, что всё это не к добру. Один из мотоциклистов постучал в окно Сохи, и она, подпрыгнув, перевела на него испуганный взгляд. Парень поднял визор и подмигнул ей. Чонин нехотя, послав прочь тревогу и страх, остановился у обочины. — Зачем ты остановился? — Они не отстанут от нас. Нужно выяснить, что им надо, — отстегнув ремень, Чонин снял очки и бросил их в салон машины. — Не выходи. Я всё улажу. Чонин видел напуганное лицо Сохи, он сам был не меньше неё напуган, но виду не подавал. Закрыв дверь машины, парень сделал глубокий вдох и подошёл ближе к мотоциклистам, которые снимали шлемы с головы. Он сжал дрожащие руки в кулак и подошёл, как ему показалось, к главарю. — Привет, пацан, — усмехнулся светловолосый парень и толкнул языком щёку. — Где прекрасная леди? Я бы хотел позаниматься с этой красоткой, — мерзко рассмеялся он, затем, поймав взгляд Сохи, которая от нервов начала грызть ногти, помахал. — Ты кто такой? — спросил Чонин, спрятав руки в карманы чёрного бомбера. — Что вам надо? Деньги? Мотоциклист громко рассмеялся, а другие поддержали его мерзкий, вселяющий страх смех. — Вонги. Мне тут нашептали, что ты с чужими женщинами спишь, — закатывая рукава чёрной куртки, Вонги двинулся в сторону Чонина. Чонин громко расхохотался после услышанного. — Чувак, посмотри на меня! Я даже ни с кем не спал ещё, — мотает головой парень, фыркая с неожиданного наезда со стороны Вонги. — Так что можете ехать. Вонги в одно мгновение приблизился к Чонину и резко схватил его за подбородок, до хруста сжимая. Другие парни, снимая с рук кожаные перчатки, подошли ближе, и двое схватили Чонина под локоть по обе стороны. Сохи быстро выскочила из машины и подбежала ближе, отталкивая Вонги от донсэна. — Вот же ж шлюха! — мотоциклист дал ей жёсткую пощёчину, и Сохи, не удержавшись на ногах, чуть не упала на землю, но сзади стоящий парень поймал её. — Грязная шлюха, только этого ты и заслуживаешь! — Не тронь её, дерьма кусок! — крикнул Чонин, за что сразу получил удар в челюсть. — Чонин! — закричала Сохи, пытаясь выбраться из крепкой хватки. — Отпусти его, пожалуйста! — Закрой пасть, сучка. Это твоя вина. Считай удары, их будет очень много. И он начал избивать Чонина, пока на нём не осталось живого места.