Молния

— По ночам моя кровать так же как и у тебя скрипит.

***

Выдыхаешь дым, рассматривая метки на пальцах которые почти стёрлись. Партаки набитые в далёкие тринадцать лет, тот самый переходный возраст, воспоминания о котором уже не бросают в дрожь. Хватаешь девушку за волосы, которая находится между твоих бедёр, имитируя интерес к происходящему. — Тебе нравится? — рыжая, кудрявая, прикольная, но очередная. Поднимает голову отвлекаясь от процесса, глаза горят, пиздецки наивно. — Да, продолжай, — прикасаешься к шее, очерчивая линию вен, даря ещё один подарок для малышки. Вновь поднимаешь свой взор вверх, поджигая очередной косяк заботливо скрученный этой рыжей, очередная тяжка, пустота. Пустота которая окружает тебя постоянно, чистота мыслей, безрассудство действий, похуизм. Тебе похуй на рыжую, которая старательно наяривает своим языком и пальцами, тебе похуй на её мысли о возможном будущем, ведь ты зависала с ней больше двух раз, всего лишь глупое стечение обстоятельств, не более. Обычно ты не позволяешь себе включать в свой круг доверия постоянных половых партнеров, но она была особенно молчаливой до сегодняшнего дня, пока не выложила с тобой сторис в инстаграм. На что надеешься, кудрявая? Вытащить из ходячего мертвеца чувства? Окстись, не выйдет. Пару минут, долгожданное наслаждение которое длится пару минут, пустота вновь накрывает. Жаль, ты надеялась что с этой тёлкой будет что-то более интересное. — Твоя сумка на входе, и удали эту сторис к хуям, не хочу портить репутацию. Но детка, ты была восхитительна сегодня.

***

— Я на изи заменю тебя другими именами.

***

— Бля, детка, ты была восхитительна сегодня, — улыбается блондинке которая стоит у входных дверей, протягивая её сумку, — к сожалению, не в моих правилах повторять пройденный этап. И твой пирсинг! Сходи к мастеру, ты меня чуть не порезала. — Малышенко! Не зря пиздят на районе что ты сука, не забудь принять спиртовую ванну, хотя после твоих похождений тебе уже нихуя не поможет, — хлопает входной дверью, вылетая из квартиры. — Какая же громкая, — недовольно вздыхает направляясь к балкону на кухне, по пути берет зажигалку с кухонного гарнитура. Первая тяга, вторая, третья. Рассматривает паука на подоконнике, аккуратно цепляя его на палец. — Малой, че не так с этими бабами? Удовольствие получили? Получили! Нахуя мне голову то ебать? Отпускает в дальнейшее путешествие, поднимая взгляд в сторону окна. А с тобой то что не так, сука? Почему настолько похуй на окружающих девушек? Они крутятся как маленькие змейки вокруг неё, но нихуя нет внутри. В каком там сериалы выключали чувства, дневники вампиров кажется? Заебало, дайте уже новый глоток кислорода.

***

— Сегодня я играю сильным в роли одиночки.

***

Прижимаешь к себе брюнетку, которая ласковая как последняя блядь. Запускает руки в твои волосы, сжимая их на затылке, легкое прикосновение зубов к твоей шее. — Не оставляй следы. Легкий кивок, умная девочка. Облизывает то место, на котором хотела оставить свой след, постепенно приближаясь к мочке твоего уха. Вбирает, прикусывает, снова облизывает. Какие-то собачьи повадки, но неплохо, хоть что-то новое. Обводишь руками линию бедёр, приподнимая юбку, касаешься линии трусов. Очерчиваешь клитор, еле надавливая, слышишь тихий стон у уха. — Пойдем, — хватаешь за запястье, ведя к туалету, первая попавшаяся кабинка, котёнок в ловушке мышонка. Сжимаешь шею, снова спускаясь рукой ниже, параллельно сжимая грудь. Первый, второй палец, девочка уже не сдерживает стоны. Отточенные до каждой секунды движения, как по книжке. — Какая же ты охуенная, — тихий выдох перед разрядкой, взрыв эмоций. — Я знаю, — усмешка. Молча выходишь из кабинки, моешь руки, вылетая из туалета. Милая, но слишком податливая, сегодня можно обойтись без собственного минутного удовольствия, лишь бы голову не ебали. Проходишь сквозь толпу людей держа свой курс на бар, водку, сейчас же. — Че так быстро убежала? — Не люблю милашек. Знакомая барменша наливает тебе шот водки, как по специальному заказу. Быстро выпиваешь с легкостью сглатывая, как вода. — Смотри кто идёт, — Медведева кивает головой в сторону скопления людей, сразу выхватываешь знакомый силуэт взглядом. Виолетта, мразь, Малышенко. Давняя знакомая с которой вас свел общий барыга, к твоему сожалению. По началу было все заебись, пока в укуренном бреде брюнетка не выебала на лестничной клетке твою бывшую девушку, с этого все и началось. Противостояние, безумная ненависть, твоё разбитое сердце, рана в котором давно зажила, но ненависть к этой девушке никуда не убрать. Бывшая была шлюхой, но Вилка подругой. — Привет, соска. Сколько тёлок сегодня побывало на твоём прекрасном лице? — картавая подлетает к тебе, подходя к барной стойке за шотом. — Обычно они у меня в ногах, хуевые у тебя фетиши, Малышенко. — Люблю сладкое, пупсик.

***

— Можно плакать когда ты устал морально.

***

Вытираешь слёзы параллельно глотая дешёвый вискарь, который был в твоих припасах на всякий случай, наступил, блять. — Какая же мразь! — кидаешь телефон в стену, осколки которого остаются на дешёвом паркете твоей комнаты, но из памяти не убрать последнее сообщение твоей матери: «Сдохни в своём наркотрипе». Она была единственной кто мог вывести тебя на эмоции, которые буквально вырезали часть твоей души, разделяя её на части, поднимая поток спрятанных мыслей, максимально болезненных, которые были спрятаны глубоко внутри тебя. Накопление эмоций, взрыв. Берёшь в руки лезвие, оставляя малые раны на бедре, для того чтобы заглушить. Заглушить эти эмоции, они не нужны тебе, лишняя трата времени. Пустота — она цепляет тебя больше чем любая тёлка подобранная тобой в клубе, во время пьяного угара. Чувство которое опьяняет больше чем самый дорогой алкоголь, чувство которое не разрушить и не сломать. Ведь чувств просто нет.

***

— Пока ты из-за нее питаешься слезами.

***

Кулаки сбиты в кровь, одинокая слеза скатывается по сухой коже, мимолётная слабость, не позволяет. Идёт размеренным шагом, голова опущенная, быстрый затяг, нихуя не расслабляет. Включает телефон заходя в последний открытый диалог: «Ты ничто, Виолетта. Не нужно возвращаться в мою жизнь, тебя никто не звал обратно». Вытирает вновь слёзу, а в голове только одна мысль: «Хули слабая такая?». Присаживается на ближайшую лавочку, делает глоток недавно купленного пива, в надежде остановить бесконечный поток мыслей. Какого хуя так больно? Отпусти ситуации, похуй, особо не было надежды на адекватный диалог. Надежда, которая жила в ней как в маленькой 14-ти летней девочке, которая ждала мать с пакетом сладкого с работы. Забудь, тебя это не волнует, не в этой жизни. Ведь чувств просто нет.

***

— Все эти проблемы забудутся на завтра.

***

— Это че за хуйня?! — проводишь пальцем по линии метки на лице, всматриваясь в мельчайшую деталь. — Поздравляю, ты не дерьмо, у тебя есть чувства и соулмейт, — Чикина поднимает бутылку пива, делая глоток, — Только че то она пиздецки огромная, это из-за того что ты слишком охуевшая? — Завали ебало, Юля. Она внатуре огромная! Рассматриваешь молнию на свое лице, которая начинает свой путь с шеи, заканчивая на лбу. — Да ладно тебе, все могло быть хуже. Лично я хотела расплакаться когда увидела на своей заднице чекушку размером с кулак, тебе идёт, — Кира прижимает свою девушку ближе, улыбаясь от собственных воспоминаний в голове. — Зато я точно сразу узнаю эту беднягу. — Не хочу прерывать позитивный поток мыслей, но посмотри что выложила Малышенко, — Чикина протягивает тебе свой телефон, с открытой сторис девушки. «Кто мой соулмейтик:**??» И фотография лица с меткой, полностью идентичная твоей. — Пиздец, — поднимаешь свой взор на девушек, появилось дикое желание заплакать.

***

— Завтра все это окажется кошмаром.

***

Рассматриваете друг друга, у обеих только один вопрос в голове: «Это че, судьба решила пошутить?» во-первых, вы сидите вместе за одним столом, окружающая вас компания уже в ахуе с этого. Во-вторых, из ваших ртов не вылетело ни одного оскорбления в сторону друг друг. И в третьих, это внатуре шутка? — Я эту хуйню лично вырежу с твоего лица при первом удобном случае, не подвернись мне под руку в тёмном переулке. — Бейба, я буду не против, люблю когда жёстко. Закатываете глаза одновременно погружаясь вновь в тишину.

***

— Просто так ты все это терпеть не станешь.

***

В очередной раз проводишь куском мыла по лицу, отчаянно пытаясь оттереть это кляксу с лица, так ты прозвала свою метку, которая связывает тебя с Малышенко. Не было злости по отношению к девушке, тебе плевать на неё, но сама мысль о том что у вас есть что-то общее, злит. — Ты ебанутая? Ты стоишь здесь уже двадцать минут, не сотрешь, угомонись, — Кира заходит в ванную комнату выхватывая из твоих рук мыло. — А что мне блять делать с этим? Молча смириться? — Ты хоть раз попробовала с ней адекватно разговаривать после того случая? Вы как две псины рычите постоянно друг на друга, только пену изо рта не пускаете.

***

— Мы не перестанем выражаться матом.

***

Ситуация повторяется. Вы молча сидите напротив друг друга, ни одна не спускает ответный взгляд, эта борьба в которой есть только один победитель. Напряжение которое буквально давит на стены этой комнаты. Кира и Юля на одной стороне ринга, Мишель и Лиза на ответной. — Давайте начнём с простого! Какой у вас любимый цвет? — решается первой разрядить обстановку Мишель. — Черный, — правая сторона, — Чёрный, — левая сторона. — Так, ладно! Погода? — Дождливая, — левая сторона. — Дождливая, — правая сторона, — Хорошо, ммм, исполнитель? — Майли Сайрус, — левая сторона. — Майли Сайрус, — правая сторона, — Я нихуя не понимаю! — выкрикивает в отчаянии Чикина, опуская голову на свои руки.

***

— Просто оставайся, даже если будет поздно.

***

— Бля, почему мы раньше не додумались! Нам просто нужно было набухаться, — чокается с тобой Малышенко, выпивая залпом виски, очередная бутылка взятая из твоего тайника. — И правда, — угрюмо отвечаешь оптимистичной знакомой. — Да хули ты такая кислая? Нужно видеть везде свои плюсы! У тебя классная татуировка на лице, твой соулмейт крутая тёлка, ну терпеть друг друга не можем, да и хуй с ним.. — Ты пробовала трахаться с кем-то? — перебиваешь девушку, поднимая на неё свой взгляд. — Неа, как-то не хочу себе сейчас голову этим забивать, а че, ревнуешь? — Нет, ебанашка. Я пробовала, и я не могу никого трахать, меня как шокером бьёт. И это не галлюны от травки, это побочка нашей молнии. — А я люблю жестко, вроде говорила, да?

***

— Мы можем развлекаться, заниматься чем угодно.

***

— Нет, блять, не так! — Малышенко отпихивает тебя, выхватывая бутылку из рук, — понимаешь, лесенка? Я один глоток делаю, ты два, я три, ты четыре, усекла? — Ты слишком сложно объясняешь, меньше воды, — возвращаешь в руки бутылку, делая два глотка.

***

— Я так хочу с тобой остаться тут еще надолго.

***

— Ну и че, перестали мы с ней постепенно общаться. Мои детские травмы не могли перекрыть мою добрую натуру, не могу я простить её, а она меня. Каждый раз когда пытаюсь найти с ней контакт снова оказываюсь в каком-то дерьмовом состоянии, я хуй знает как это объяснить, она тянет из меня энергию. — Энергетический вампир, — протягиваешь, делая тягу. — Во, да! Ну сейчас я решила вообще всемерный оборвать, ну его нахуй. После нашей последней переписки я вообще выпилиться хотела, прикинь? Да я настолько жизнь люблю, что у меня никогда даже мыслей об этом не было. — Смотри, — расстегиваешь ширинку, спуская джинсовую ткань до колен. — Это че такое? — брюнетка опускается к твоим бедрам, рассматривая шрамы, совсем свежие. Аккуратно прикасается к каждому, очерчивая контур. — Как созвездие, красиво. Не убирает руку с бедра, продолжая касаться. Рассматриваешь её в неожиданном для тебя ракурсе, красивая. Эта пьяная мысль не дает тебе покоя уже часа полтора, с момента последнего глотка этой игры, как её там, лесенка? Так вот, ебанная лесенка глючит больше чем травка.

***

— Другая может твои слезы вытереть руками.

***

— Не ной блять! — прикасается к твоим щекам холодными руками, вытирая слезу, далеко не первую. — Ты не понимаешь, блять! После того случая я реально нихуя не ощущаю, я застыла в своих эмоциях на тот момент. Мне было пиздец как обидно, я доверилась тебе, Малышенко, ты была одной из первых кому я открыла душу. А ты просто выкинула нахуй это всё, променяв меня на какую-то телку. — Никого я не променяла, она мне два часа на лестнице втирала что вы расстались и умоляла меня выебать её. Я откуда знала? Ты же сама зависала со всеми подряд, хоть и находилась с ней в отношениях, я была бухая и не особо хотелось выводить тебя на разговоры: «Можно трахнуть в падике твою бывшую?».

***

— Полюбить меня такого невозможно, оставаться рядом будет ненадежно.

***

— Да давай быстрее, весь кайф обламываешь! — в попыхах Виолетта накидывает на тебя свою куртку, сама оставаясь в толстовке, но на данный момент тебя это не волнует. — Вот какой сука тикток? — Ну ты увидела по-любому эти видосы, дождь, буквально ливень. Вайбовая песня, ты лежишь в луже, всегда хотела попробовать, чет не было возможности. — Какая же хуйня, — хмурясь закрываешь входную дверь, спускаясь вслед за Малышенко по лестнице, по сильнее натягивая куртку. Выходите на улицу, льёт как из ведра. Вилка бегает как маленький ребенок, показывая куда-то пальцем и что-то говоря тебе. Не обращаешь на это внимание, наблюдаешь за девушкой. А она реально красивая, и это уже говорит не алкоголь в твоих венах. Ты отрезвела, и эта мысль пугает. — Давай, лягай! — тянет тебя за руку в ближайшую лужу, которая находится у твоего подъезда. Холодно, пиздецки холодно. Но это уходит за задний план, потому что Виолетта также держит твою руку, опять рассказывая какую то дичь на фоне, ведь тебя снова это не волнует. Обращаешь внимание на каждую мелочь на её лице, не понимая что с тобой происходит. Это потому что она твой соулмейт? Поэтому постепенно из недр твоего сознания появляются чувства? Такие маленькие зародыши эмоций, давно забытые для твоего организма. Девушка наконец-то обращает на тебя своё внимание, поворачиваясь корпусом. Медленно выпускает твою руку, приближая к твоему лицу. Очерчивает контур метки, боясь коснуться, но она не прерывает своих действий, уже ничего не важно. Миг, и вы сливаетесь в поцелуе. Две ледышки которые нашли тепло в друг друге, эмоции которые не могли найти в других, какая-то искра, не потушить, возврата назад нет. Первые неловкие движения, но вам хватает секунды чтобы понимать — похуй на эти сомнения. Все потом, завтра. Прижимаетесь ближе к друг другу, желая получать ответную ласку, языки сплетаются, каждый вырисовывает свой рисунок, идёт борьба. Укус, ответный, снова укус, снова ответ. Захват за шею, неловкий стон в губы, это конец. — Вы че там делаете, совсем ебанулись? — выкрикивает женщина с балкона. Отрываетесь друг от друга улыбаясь, одновременно смеётесь, освобождаясь. И уже ничего не важно — ведь молния искрит прямо над вами.