Impostor soul

      Джеральд понимал, что любые изменения всегда влекли за собой последствия, но он даже не мог представить нескончаемые путы, заставляя его из разу враз насыщаться трагедией и упавшим перед ним миром. Перестраховка всегда была разумным вариантом перед встречей с чем-то необратимым, поэтому он и позвал определенного человека, чтобы избежать возможных неприятностей в будущем.       Пожилой мужчина вздохнул, когда обратил свое внимание на молодого парня перед собой. Сложив руки, он оперся о столешницу.       — Ты сделал то, о чем я тебя просил?       — Конечно, это было сложно, но да, программа была внедрена.       — Последний из образцов еще спит?       — Да, — человек кивнул, скрестив руки в области груди. — В остальных тоже был прописан код.       — Тебя никто не заметил?       — Ну, — он развел руками и слегка улыбнулся, — Не думаю. Однако не факт, что я под не подозрением.       — Хорошо.       Джеральд подправил свои очки и слегка улыбнулся.       — Проект S.A.D.O.W. будет завершён.       — Ирония, — покачал головой молодой человек. — Они так назвали последнего среди них. — Но думаю, что это намного лучше. про       Пожилой мужчина кивнул, а затем облокотился о спинку стула.       — Это сильно облегчает нашу текущую ситуацию. Если появятся новости, то сообщи мне.       Парень кивнул, прежде чем удалиться из кабинета. Роботник провел тяжелым, задумчивым взглядом по стопке документов. Он осознавал, что возможен факт предательства даже от доверенных лиц, но он ничтожен от роботов, запрограммированных лично на его приказы. Ученые, что собрались в колонии не имели представления и знания, что среди них бродит андройд разработанный специально для их слежки. Однако, был и шанс того, что они знали и делали вид, что их напрягало лишь внимание антропоморфных зверей.       Тот, кто владел информацией, всегда выходит победителем.       Губы Джеральда растянулись в подобие усмешки.       Однако, несмотря на довольно выгодное положение, он не мог выкинуть нарастающее чувство тревоги в своем сердце. Мужчина убеждал себя в том, что не было ничего, что могло его бы испытывать нечто подобное и постепенно нервозность уходила, чтобы спустя некоторое время вспыхнуть намного сильнее, чем в прошлый раз.       Так усмешка неосознанно преобразилась в раздраженный оскал.

***

Мужчина раздраженно прогуливался по коридорам колонии, когда ему на встречу вышел Есида. Не ожидав встретить тут хоть кого-то разочарование тенью скользнуло по лицу мужчины. Сам Георгий озадаченно всматривался в фигуру перед собой, прежде чем хмыкнуть и покачать головой. — Не ожидал, что в этих пустынных коридорах я смог бы кого-то встретить. — Аналогично, — послужило ответом. — И что ты ищешь рядом с генератором?       То, что он находился в самом сердце колонии, удивило мужчину. Неужели он был настолько расстроен и поглощён своими собственными мыслями, что оказался в подобном месте. И пока мысли его нещадно блуждали, парень перед его глазами оставался невозмутимым и совсем будто не причастным к диалогу или ситуации перед ним.       — Прости, мои мысли… из-за них я совсем не следил за тем, куда направляюсь.       — А, понимаю. Порой нас уносит не туда куда нам хотелось бы, — Есида усмехнулся, но с каждым словом его голос все более явно начал отражать саркастические нотки. — Только не ходи слишком далеко. Никто тебя не вытащит из ямы, в которую ты опрокинешься. Его собеседник недоуменно пару раз моргнул и окинул непониманием Георгия. Тем временем, Есида продолжил, становясь еще холоднее:       — Ты, можешь копать могилу себе, но, прошу, не копай ее остальным невинным людям.       — Я совсем не понимаю…       — Увы, наша беседа подошла к концу. Тебе и мне еще предстоит столько всего сделать во благо АРК и порученному проекту. Поэтому, прошу удалиться и не делать глупостей. Покачав головой, мужчина удалился под холодным надзором Есиды. Георгий потянулся к пульту и нахмурился, прежде чем скрыться в недрах коридоров. Сделав несколько заворотов, он остановился перед массивной дверью. Протянув пульт, система громогласно издала пищащий звук, когда дверь перед ним распахнулась.       Драгоценные камни восседали вокруг небольшого подиума с взгромождённой на нем аппаратурой. Трубы разной величины тянулись вдоль помещения, иногда переплетаясь и скрываясь в толще металлических коробок с датчиками. Он медленно подошел к одному из осколков и нахмурился. Есида не был уверен в том, что тут были все осколки, что передали им племя Дум, хотя те утверждали обратное. Достав один из осколков, на мгновение его глаза вспыхнули алым, прежде чем сменить цвет радужки.       Моргнув несколько раз, он вышел из помещения, оставив белый кристаллический порошок на столе. Через пару мгновений осколки засияли нежным изумрудным светом притягивая к себе белую субстанцию. Цвет сияния сменился на белоснежный, когда обломки кристалла стали притягиваться к себе, потрескивая, словно костер. Вспышки искр разлетались по комнате, когда датчики не лопнули от перенапряжения. Часть металла в комнате прогнулось, часть вспыхнуло чернотой. Синий глаз налился желтым пигментом, и резко сменился на белый.       Зрачок блуждал по комнате, пытаясь осознать свое местоположение. Несмотря на то, его взор свободно метался по комнате, гуманоидное существо не могло издать ни звука, ни прикоснуться и его конечности замерли, омываясь вспышкой белоснежного света. Через несколько мгновений, вспыхнула вспышка, и гуманоида сменило сияние на нежно-голубой, прежде чем погаснуть во тьме со скрежетом разорванных под напряжение проводов.

***

      Он не понимал слова, брошенных в него. Они, словно пытались быть наковальней, но сухие, совсем не имеющие силу, легко поглощаемые посторонними мыслями.       Однако он долго не мог от скользкого чувства беспокойства, которое с каждым мгновением нарастало. Не было ничего, чтобы имело волнений. Это просто идея для беспокойства, кружащая в недрах его головы, и однократно вспыхивая, словно лампочка во мраке. И мгновенно ее яркий свет охватывал пространство, удлиняя тени, вьющийся следом за ним. Они путы, охватившие его тело, удерживая от движений, тянущих его обратно к склизкому чувству.       Он вновь отмахнулся от назревающего холода и улыбка исказилась на его лице.                   Проходившие рядом сотрудники, бросали на него настороженные взгляды, но ничего не говорили, оставаясь в стороне.       В голове зарождались идеи, но быстро поглощались недрами сознания, а после забывались, и стирались, как ненужный хлам. Порой он останавливал себя, тщательнее взвешивая и до крохи впитывая идеи. Однако ни одна идея или мысль не засиживалась достаточно долго, чтобы имела права воплотиться в реальность. Тогда он и вспомнил рыжеволосую женщину, мягко улыбающуюся всем, кто ее окружал. Она легко сглаживала углы, но его только обострились, осознавая, что она и есть причина его неудачи.       Эксперимент, тщательно составленный до основ, сгинул в зародыше. И ее лицо стало напоминанием его провала.       Мужчина стиснул зубы, нахмурившись. Несмотря на все, он всегда возвращался с моментом их столкновения, которое остановило его ход на долгие и мучительные дни.       — Эй… ты стоишь некоторое время тут. Все нормально?       Мужчина вздрогнул. Голос, отвлекший его от нескончаемого потока сознания принадлежал Николасу Усаги. Выругнувшись, он обратил свой недовольный вид в его сторону, постепенно надевая на лицо лучезарную улыбку.       — Да-да… все в порядке, Николас.       — Тогда убери со своего лица эту жуткую ухмылку. Ты пугаешь людей вокруг тебя.       Ник кивнул в его сторону и по-доброму усмехнулся, доставая из халата пачку сигарет. Несколько мгновений его собеседнику понадобилось, чтобы осознать услышанное. Ник продолжал сверить его взглядом, уже ища зажигалку.       — Давай. И не задерживай это. Твоя улыбка слишком неестественная и ужасная, будто требующая крови, — он из дал приглушенные смешки. — Надеюсь, эта жертва не я. Помахав головой, улыбка слетела с его лица, уступая место каменному выражению на лице. Он, конечно, слышал о проницательности этого человека.       — Прошу прощения за это. Я и не думал, что это могло так кого-то побеспокоить, — монотонно проговорил мужчина. — Не все всегда стают «с той ноги».       — Тебе не зачем извиняться. Иногда наш организм, как эмоции, подводит.       — Понимаю.       — Только какое бы у тебя не было состояние, не пугай людей. В последние время многие стали напряженными и очень хмурыми. Особенно паническими, когда они замечают антропоморфных зверей.       — Почему?       — Ну, … одним словом — паранойя. Они считают, что наш эксперимент может заменить нас или уничтожить, если они спустят с них глаз.       — Звучит не очень.       — А то, — согласился Ник, и его ухмылка стала шире. — Ведь они просто дети, что учатся у нас.       — Однако с чего люди решили, что эти звери опасны? Насколько я знаю, они не разу не вступали в конфликт с людьми.       — Антропоморфные звери считают себя людьми, потому что в их крови есть часть ДНК человека, и как люди, они склонны к конфликтам. Даже если не с нами, но вероятно могли друг с другом. Но, лично, я, считаю, что чем мы больше будем косо на них смотреть, тем шанс недоверия может возникнуть уже с двух сторон.       — Но с чего реакция людей стала подобной?       — Слухи, основанные просто воображением.       — Ч-что?       — Они считают, что эти существа способна уничтожить всех нас по щелчку пальцев из-за недавнего случая.       — Ты про бег синего ежа и остановку его красной ехидной, после которой осталась вмятина в стене.       — Да, — Ник кивнул. — Воображение порой рисует совсем оторванную от действительности реальность.       — Хм, ты говоришь так, будто людям не стоит их боятся. Но увидев их способности, то уже закрадываются мысль, что они могут пойти против них.       — Ой, брось. Майлз слишком замкнут в себе, чтобы встревать в конфликты или вникать то, что вокруг него. Соник хотя и гипперактивный, но этот парень любит шутить и всегда на доброй волне. Наклз…       — Стой! Пого-погоди! Майлз, Соник … Наклз….       — Да, это их имена.       — Ты дал им имена!       — Ну, мне показалось, что называть их образец один, два три и тому подобное слишком муторно. Да и это более…       — Погоди! Насколько ты к ним привязался?!       — Я считаю их своими друзьями…       — Я не могу поверить в это!       — Они, как дети, понимаешь? Они живые, питают эмоции и учатся быть с нами близки. С моей стороны было бы совсем недопустимо и даже бесчеловечно, если я бы к ним обращался «эй, ты!».       — Ты меня поражаешь.       — Мне это часто говорят.

***

      Его мозг блуждал, пытаясь зацепить за что-то, чтобы указывало на то, где он хотя бы находился. Однако, как бы он не старался узнать место, он мог лишь отчетливо заметить тьму вокруг него. Спокойно ученый генной инженерии протянул руку перед собой, а затем дотронулся до своего лица. Он был рад, что не был вязан, но с другой стороны тревожные нотки мыслей становились с каждым мгновением все ярче, пока не закричали на него. Хотя внешнее Усаги был спокоен, внутри у него разрасталась буря, которую он не мог усмирить.       Хмыкнув, Николас поднялся на еще вялые ноги, именно тогда он почувствовал резкую головную боль. Неосознанно он резко сделал шаг в сторону, но твердо оперился после на ноги. Парень осознавал, как мир расплывался перед его глазами и ясные мысли рассыпались и утекали, как песок сквозь пальцы. Он присел, схватившись за голову, а затем глухо простонал. Тяжелое дыхание опалило его, сжимая легкие в тиски. Медленно он сел обратно на холодную плитку, более походившую на шершавый графит. И судя по материалу, впивающегося его в руки, он осознавал, что никогда не был в подобном месте.       Однако он так же и понимал, что вряд ли за все время был в каждом укромном месте колонии, по ощущениям, тут не было и никого до него. Пытаясь вспомнить последние события, которые привели его сюда, Усаги не мог. Тяжелый вдох вырвался из его горла. Мысли блуждали, маячили перед его глазами и вспыхивали, как пламя, пытаясь выстроиться в логическую цепь, но рассыпались, не становясь ничем более, чем мгновения.       Внезапно яркий свет опалил, не хуже солнца. Ник застонал от боли и инстинктивно закрыл глаза, отворачиваясь. Потерев виски, он успокаивал разбушевавшейся нервы, готовые уже взорваться от стресса, к которым их подвергали в последнее время. Недосып сыграл для него еще большую злую шутку, подливая напряжения организму. Медленно раскрыв глаза, он заметил перед собой тянущуюся на несколько сотен метров комнату. Под его руками была пыль с мелкими осколками от плитки. Непонимание быстро сменилось осознанием, а после шоком и бьющийся тревогой в глазах. Быстро встав, он наплевал на усталость и боль, направился в сторону дверей. Дыхание, громогласное с ревом, отразилось от стен и нечто тяжелое с грохотом упало на пол. Усаги почувствовал, как его тело прожгло огнем.       Отшатнувшись, Ник ускорил движение в сторону выхода. И с каждым шагом, дрожь в ногах усиливалась. Мурашки пронеслись по его телу, вызывая дрожь, а после холодный, почти ледяной пот, окинул его с ног до головы. Волосы встали дыбом от осознания где он находился.       В голову закрадывалась нарастающая панику мысль. Он не понимал каким образом он попал сюда, и по какой причине он был тут, но что-то подсказывало, что все происходило не с проста. Кто-то намеренно привел его сюда.       Медленно повернув голову в сторону, его взгляду бросилось существо, что дико походило на вымершего динозавра. Однако множество трубок, тянущихся к верху и уходящие за пределы этой комнаты, совсем не говорили о природного происхождение существа перед ним.       — Почему ты убегаешь? — по комнате прошелся громогласный голос.       — Какого черта! Я не знал, что его оставили в живых! — вспылил в ответ Ник, дергая ручку запертой двери. — Выпусти меня отсюда!       — Почему ты убегаешь? — раздался смешок, а после более тихий с нотками. — Разве ты не боишься их? Разве ты не говорил, что они просто обучаются и заслуживают понимания?       — Выпусти меня! — едва не надорвав связки, прокричал Ник,       Он водил свой пароль на панель рядом с дверью, но в ответ получал только «в доступе отказано». Ник начал сильнее дергать за ручку двери в надежде на то, что она в какой момент откроется. Это было холодная стена, возвышающаяся перед ним на несколько метров с извращённой насмешкой, наблюдала за ним, а за ней был спрятан человек, который наблюдал за его метаниями, иногда посмеиваясь над ним.       В глубине комнаты раздался рев, а после грохот медленно ступающих лап. Дрожь пробила его, пока осознание происходящего достигало его.       Свет погас мгновенно в его глазах, пока тьма насытилась громогласным ревом доисторического существа.

***

      — Ник, эй, Ник! Ты чего завис? Земля…       — Мы на Арке… — отрезал Николас, поворачивая голову в сторону озадаченного друга.       — Ты в норме?       — Почему ты спрашиваешь?       — Ты вдруг завис и перестал отвечать.       — Нет ничего, о чем бы стоило беспокоиться.       Это не особо убедило его собеседника. Ноах нахмурился, а затем покачал головой, отгоняя нагнетающее мысли из головы. Однако в последнее время Ник становился все более замкнутым, и недоверчивым к окружающим людям, что сильно беспокоило его. Но продолжать, под хмурым взглядом друга, не пытался.       — Однако ты заставляешь меня беспокоиться. Что происходит?       — Тот самый кошмар.       — О, — Ноах окинул Усаги озадаченным взглядом. — Опять? Эт оне обоснованный страх, — он хмыкнул. — Он находится под замком.       — Почему бы не уничтожить его?       — К сожалению, он питает некоторые устройства и держит их в определенном состоянии во избежание…       — … это я часто слышу, но его существование слишком опасно.       — Понимаю тебя, — Абрамсон усмехнулся. — Но это приказ самого Джеральда Роботника.       — Иногда я не понимаю, что у него в голове.       — Не пытайся залезть в его голову. Его мышление… Ученный биоинженерии похлопал своего друга по плечу и помотал головой, отрезая наступающие слова к горлу.       — В любом случае, он находиться под контролем и нет причин для беспокойства. Они не подозревали, что их услышал, рядом, стоящий мужчина, заинтересованный в разговоре. Зачем ему следовало выдумать что-то, когда все уже было сделано за него? Несмотря на слова и убеждение, которые люди хотели навязать они друг другу, никто не был достаточно убедителен, чтобы развеять назревающий страх. В последнее время давление наросло настолько сильно, что удушало. Время неумолимо шло к завершению.

***

Спецотряд GUN ворвался внезапно на колонию АРК, когда проходило очередное тестирование образцов на усовершенствование. Ни один из присутствующих не мог уйти со перекрестного огня нападающих. Вопросы засели на кончике языка или вырвались с тяжелым вздохом, едва переходящих за одно слово. Они стремительно пересекали коридоры, крепко удерживая оружие. Кровь разбрызгивалась по стенам и железному полу, приобретая причудливые, но подчеркивающий весь ужас пробегающего шествия. В одном из темных углов лаборатории пряталась пара. Они пытались всеми силами не издавать никаких звуков, утопая в тенях. Переглянувшись между собой, они лихорадочно соображали, что им следует делать дальше, но где-то глубоко осознавали, что только чистое везение могло уберечь их. Когда шум шагов затихал, они глубоко выдохнули. — Какого черта происходит?! — произнес один из них. — Почему на нас напали? Разве была причина нападать на нас? — Возможно, об этом знает сам Джеральд Роботник, но боюсь мы не сможем до него дойти, и остаться незамеченными.       — Предлагаешь отсидеться тут, а затем сбежать?       — Ну, это единственный план спастись. Если, конечно, у тебя нет плаща невидимки?       — Я не хочу сбегать без материалов, на которые я потратил не один месяц!       Он не заметил, как дуло огнеопасного оружия коснулась его шеи. Оглушительный выстрел эхом раздался по помещению, омывая все близ находившееся вокруг алыми пятнами. Напротив, мужчина открыл рот в безмолвном шоке, когда пулевое отверстие окрасило его лицо. Горел красно-зеленый свет, исходящий от нападающего. Наемник GUN легко ударил указательным пальцем по шлему и раздался щелчок, дверь с пиликаньем открылась, а после все погрузилось вновь в безмолвную тьму.

***

      Они не спрашивали о том, желали ли ученые пощады. Однако сотрудники GUN некоторых людей подстреливали для того, чтобы те не смогли убежать, а после пленяли их. Часть ученых падали в мольбе на пощаду, в последствии были скованные металлическими, ледяными наручниками под прицелом еще горящего от недавней стрельбы оружия. Но большинство замертво оставались лежать, безмолвно вглядываясь в потолок, окрашивая красными, различного тона мазками, словно кистью, холодные стены.       По какому принципу действовал спецотряд — никто не мог понять. Но любой взмаливался, чтобы он оставался среди выживших людей.

***

      Двое ученых в панике ворвались в кабинет Джеральда. Тот же не разделял всей суматохи со стороны. Он едва ли обратил на них внимание, но через мгновение нахмурился и бросил раздраженный взгляд в сторону пары, совсем не ожидая того, кто перед ним. Его взгляд немного смягчился, хотя острый взгляд оставался неизменным.       — Могу ли я поинтересоваться причиной вашего внезапного визита в мой кабинет.       Они бегло переглянулись, а затем повернулись в сторону Джеральда с полными недоверия глазами.       — Разве ты не слышал выстрелов?       — Что? — пожилой мужчина моргнул, непонимание блеснуло в его глазах. — Каких выстрелов?       Повисла замогильная тишина. Ни один звук не проскользнул между ними. Через несколько мгновений раздались удары о дверь, после шум снаружи достиг их. Джеральд перевел свой взгляд на дверь и поморщился, пока его невестка с сыном вздрогнули и попятились назад.       Вскоре раздалось характерное пиликанье, и дверь медленно открылась, впуская отряд вооруженных людей. Они размахивали дулом огнестрельного оружия, крепко сжимая рукоятку. Несколько выстрелов пронзили тела пары, стоящих перед Джеральдом. С каждой секундой зрачки у главы колонии АРК расширялись в неверии, когда смотрел на тела перед собой, медленно он перевел взор в сторону вооруженных сил GUN, задавая немые вопросы, на которые ответом оставались, направленные на него, дуло огнестрельного оружия.       — Джеральд Роботник, вы арестованы. В ваших интересах беспрепятственно следовать за нами.       Окинув взглядом окружение, он понимал, что любые вопросы были тщетны и просто возможным раздражителем для нападающих. Его взгляд медленно вернулся к паре переплетенных тел, и глубоко выдохнул. Никто не мог знать, какая буря назревала у него в голове, и как его тело слегка подрагивала от захлестывающих эмоций. Для них он был спокойным, опасным человеком, погрузившегося в безмолвие.       — Прошу, только не трогайте мою внучку — Марию. Ребенок ни в чем не виноват.       Ответом послужили холодные, едва ли не ледяные наручники.       — Цель схвачена.       Они толкнули Джеральда к выходу, сильнее сковывая руки мертвой хваткой сзади.

***

      Мария вела антропоморфных животных в сторону капсул. Иногда на ее глазах наворачивались слезы и паника, когда в глаза бросались груда безжизненных тел. Ее лицо бледнело, и рвота поступала к основанию горла, но она всеми силами сдерживала себя. Оборачиваясь, девочка посмотрела сочувственно посмотрела в сторону четверых человекоподобных животных и слегка улыбнулась.       Она с упоением и неким благоговением вспоминала время, которое провела с ними. Они были ее единственными друзьями в этой колонии, поддерживающими, которые дали ей частичку веры, чтобы вспомнить как улыбаться.       — Мы не можем просто так уйти! — прокричал Соник, вырываясь из цепких лап Наклза. — Мы должны помочь! Моя скорость и сила выбьет из них дух, чтобы они не смогли продолжать это!       — Очень сомневаюсь, что ни один из них не попадет по тебе! Тут мало пространства для твоих хвалебных маневров, — рявкнул в ответ ехидна. — Это спланированное нападение, с точностью рассчитанное для захвата АРК!       — Но мы не можем их просто так бросить!       — Очнись! Я очень сомневаюсь, что остался хоть кто-то кроме нас или не захваченного в плен или… — Наклз запнулся, отведя глаза.       Никто не заметил, кроме светловолосой девочки, как вздрогнула розовая ежиха. Ошарашенно взглянув вперед, она метнула паникующий взгляд назад. — Мы должны вернуться… я должна… — Шанс на выживание ноль процентов, — холодный голос Майлза прошелся между ними, словно отрезвляющее лезвие. — Хочешь увеличить процент пораженных целей врагом? — Нет, я… — Эми, возвращается равносильно тому, что ты добровольно сдашься. Нет никаких гарантий, что все пройдет, как ты говоришь, — ответил Наклз. — Но шансы… не могли быть… — Ноль, — повторил лис, хмуро смотря на нее. — Но возможно, что вы могли еще воссоединиться. Девушка-еж опустила голову проматывая в голове полученную информацию. Она посмотрела в сторону Марии, а затем перевела медленно взгляд в сторону других антропоморфных животных.       — Эмс… прости…       — Я попробую что-нибудь сделать, — начала решительно Мария, но заметив реакцию Эми, голос пропал, а глаза широко распахнулись.       Несколько слез блеснули в ее глазах, которые она мгновенно смахнула, и кривая улыбка расцвела на ее лице.       — Простите, ребята. Я думаю, вы правы.

***

      Им должно было миновать несколько поворотов и развилок, прежде чем, оказаться в грузовом отсеке. В какой-то момент Наклз обернулся вокруг своей оси, озираясь по сторонам. — Что ты делаешь, Нак? Ехидна обратил свое внимание на Соника и нахмурился. — Ничего. Просто у меня странные ощущения. Если был бы обычный день, Соник бы съязвил, пошутил или иронизировал, но в ответ он, хмыкнув, промолчал. Через пару мгновений они наткнулись на приоткрытую дверь и переглянулись между собой, пока Наклз стремительно вошел в помещение. Перед их взорами предстал камень необычной, но завораживающей красотой. Большой или огромный изумруд бирюзового цвета, сиял серебристым сиянием в лучах неоновых ламп. — От него исходит колоссальное количество энергии, — Майлз нахмурился. — Ты знала об этом?       Мария помотала головой в отрицании. Тогда, кончиками пальцев, ехидна коснулся камня. Его зрачки засияли в такт изумруду. Через мгновение лампы задрожали и лопнули, а драгоценный источник энергии исчез в белоснежном цвете.       — Нак…       Наклз перевел свой взгляд на свои руки и нахмурился.       — Это именно то, что ты хотел, ты меня ради этого позвал? — прошептал он себе под нос.       — Нак! Эй! Наклз!       Хотя крик Соника достиг его не сразу, он пронзил до глубины души, заставив его вздрогнуть.       — Соник! — раздражение вспыхнуло факелом в его глазах. — Какого черта ты творишь!&       Ехидна схватил за грудки своего приятеля.       — Реанимирую!       — Своим ором в мое ухо?!       — Но сработало же…