You look so fine

* Ношу черное, пью белое Не для кого уже не было секретом, что Байбл предпочитал только два цвета в одежде: белое и черное, ну еще голубые джинсы. Все остальное он носил, если того требовали съемки или фотосессии. Биу тоже нравились черные вещи, но в его гардеробе всегда было какое-то буйство красок. Конечно, не так, как у Апо, но все-таки. С тех пор как он полюбил синий, то непременно покупал вещь в такой расцветке, если стоял выбор между этим цветом и каким-то другим. Одно время ему очень нравился мятный цвет, и тогда в его гардеробе появилось много нежнятины. В любом случае, он никогда не ограничивался какими-то определенными цветам. Байбл заявился в черной футболке с надписью: «Ношу черное, пью белое». Биу глупо уставился на буквы, даже приветствие пропустил, запоздало махнул рукой. – Я думал, ты красное любишь, – чуть позже заметил он. – Красное любит Вегас. А еще ты. Ну, и я, иногда. Это было правдой. Любому алкогольному напитку Биу предпочитал красное вино, сухое, чтобы было терпким и с кислинкой. Байбл, наоборот, любил, чтобы было полусладкое и отдавало какой-нибудь приторностью. Очень странный выбор, хотя, первое время, Биу вообще считал, что Байбл не пьет. Он часто ему приписывал праведное поведение, а потом, услышав, как тот ругается, каждый раз заливался краской после очередного «fuck». Байбл всегда произносил это с особой интонацией, даже с выражением что ли. При этом, когда начинал ругаться Биу, Байбл угрожал вымыть ему рот с мылом. – Тогда, может, выпьем? – предложил Биу. Вообще-то, он был за рулем, но такси пока никто не отменял, а машину можно было всегда забрать позже. – Что прямо сейчас? – уточнил Байбл. – Можно и сейчас, – Биу пожал плечами. – Если нас не застукают, то и не узнают. Скажу, что смеюсь над твоей шуткой про кота Шрёдингера. Она вообще ни разу не смешная, но у меня почему-то вызывает бурную истерическую реакцию. Вино стояло в холодильнике и должно было использоваться исключительно во время съемок. Биу, дождавшись пока никто не видит, умыкнул бутылку. Они спрятались с Байблом в кладовке. Он не догадался взять штопор, но Байбл ловко открыл бутылку с помощью своего незаменимого ножа. Про стаканчики Биу тоже забыл, так что пили прямо из горла. Байбл морщился, а вот Биу наоборот вино нравилось, а еще он считал, что вот так вот распивая бутылку на двоих, они все равно что обмениваются невербальными поцелуями. – Ты уже весь красный, – тихо произнес Байбл. – И обдурить сможешь разве что Майла. – Здесь темно, откуда ты вообще знаешь, что я красный? – проворчал Биу. – Потому что ты ко мне жмешься, а от тебя исходит жар. И краснеешь ты после первого же бокала. Возразить на это было нечего. Биу вообще часто краснел – у него кровь была горячая, а вот по Байблу вообще не было понятно пьяный он или нет, иногда он много болтал, иногда становился сонным, а иногда мог вполне держать себя в руках и сохранять лицо. Биу завидовал этому умению. – Я почти всю бутылку выпил, а ты лишь пару глотков сделал, – Биу вздохнул. – Но, наверное, мне правда хватит. Он попытался встать, но чуть не упал, и Байбл его вовремя подхватил. Голова немного кружилась, но на душе было легко. Биу чувствовал себя так, словно мог горы свернуть – обычное его состояние из-за легкого опьянения. – В следующий раз бутылка с тебя, – произнес Биу чуть заплетающимся языком. – И чтобы я два глотка, а ты всю бутылку. – Ты хочешь увидеть меня пьяным? – Байбл приподнял одну бровь. – Если я выпью больше, чем нужно, то просто захочу спать. – Ты просто неправильный, – Биу навалился на него. – Точнее правильный, но…я уже запутался, но ты понял. Байбл мягко рассмеялся и кивнул. В пьянстве их никто не заподозрил, пропажу бутылки тоже не заметили. Байбл довел Биу до дивана и уложил, сообщив всем, что Биу надорвал живот, смеясь над шутками. Никто даже не усомнился в его словах. * Разбитое стекло Биу проснулся от того, что сделалось невыносимо жарко. Приоткрыв один глаз, потянулся за телефоном – еще только три утра, можно спать и спать, но сон как рукой сняло. Биу перевернулся на другой бок, рядом лежал Байбл, на спине, даже в темноте было видно, как мирно вздымается его грудь. Биу на спине вообще спать не мог, а Байбл засыпал в принципе в любой позе. Биу подождал, когда глаза окончательно привыкнут к темноте и стал рассматривать чужой профиль. Сейчас у него было полное право к нему прикоснуться, но Биу все равно считал, что не заслуживает. Он был сломан внутри, разбит на мелкие-мелкие части, которые уже невозможно было склеить. И даже вся любовь, что он получал от близких, друзей, фанатов не помогала снова стать единым целым. Даже любовь Байбла, его прекрасного, милого Бена. Он ведь так до конца и не верил, что они могут быть вместе, что Байбл будет сам целовать его губы, ласкать его тело и шептать, что любит. Иногда Биу казалось, что все это сон, слишком сладкий, что он грезит наяву и когда-нибудь все это закончится, стоит ему только проснуться. Он не смел поделиться этой своей болью с Байблом, не хотел нагружать его, но Байбл все видел, замечал его грусть за всеми улыбками и просто был рядом. Ни о чем не спрашивал, ни о чем не говорил, но протягивал руку в знак поддержки. И это было ценнее всего. Если бы Биу мог, он бы на весь мир закричал, как сильно он благодарен Байблу за то, что он появился в его жизни, за то, что помогал сиять чуточку ярче. Но Байбл сам не верил в то, как много делает для него и для других. Байбл считал себя обычным. Только если Байбл обычный, то кто тогда Биу? Он просто никто. Кто-то, кто должен исчезнуть. Он отвернулся обратно, стараясь сдержать рыдания, они тугим комом застряли в груди, пытаясь вырваться наружу. Биу свернулся клубком, прижав колени к груди, обнял себя и зажмурился. Все эти мысли сдавливали голову, он старался думать о хороших вещах, об улыбках фанатов, об их добрых и теплых посланиях. Это помогало, но не всегда. Сейчас стало как-то уж совсем невыносимо. Он тихо всхлипнул, а потом почувствовал чужие ладони на спине. Байбл нежно проводил ими вдоль позвоночника, гладил лопатки, а потом придвинулся близко-близко и поцеловал в загривок. – Бен… – слабо вымолвил Биу. Байбл осторожно развернул его к себе, коснулся губами лба, потом носа, покрыл все лицо поцелуями, и Биу не выдержал, разрыдался. Соленые дрожки расчертили щеки, он тихо всхлипывал, а Байбл утирал слезы большими пальцами, шептал, как сильно любит. Тело Биу продолжало вздрагивать от душащих рыданий, его всего трясло, но он цеплялся за Байбла, как за спасательный круг, не давал утянуть себя водовороту бурной реки. В какой-то момент Биу успокоился, обвил руки вокруг Байбла и прижался, мечтая, чтобы их больше никогда ничто не разделяло. – Я не знаю, как я жил все это время без тебя, – прошептал он. – Если я когда-нибудь стану снова целым, то лишь благодаря тебе. – Неправда, – Байбл покачал головой. – Ты очень сильный и очень смелый. У тебя хватило мужества двигаться дальше, несмотря ни на что. Я в тебя верю, поэтому ты не имеешь права сомневаться в себе. – Но… – Твоя улыбка – она ярче солнца, ярче тысячи звезд. И она озаряет всю тьму, что накрыла сердца людей. Биу промолчал, он прикрыл глаза, надеясь, погрузиться в дрему. Уже на периферии, между сном и явью, он подумал о том, что только Байбл способен прогнать тьму, что поглотила его сердце. * Сложный Биу был пьян. Так сильно, что даже идти самостоятельно не мог, но было так легко, так прекрасно, а главное, в голове стояла блаженная пустота, никаких посторонних мыслей. Кажется он слышал чьи-то голоса в отдалении, вроде бы это был Джеф, а может Ас, но точно не Байбл. Байбл несколько раз предупреждающе смотрел, а потом и вовсе сказал, что хватит. Но Биу уже не мог остановиться, ему нужно было отпустить все, что его тревожило, не давало покоя. Байбл не понимал, как это для него важно, сидел весь такой праведный, ни грамма алкоголя, чем только злил Биу. Поэтому вместо того, чтобы остановиться, он пил еще и еще, и теперь совершенно ничего не соображал. Кажется, он ненадолго отключился, потому что уже оказался в горизонтальном положении, и чьи-то заботливые руки снимали с него обувь, затем расстегивали ремень, стягивали джинсы, кофту. Биу чувствовал себя безвольно куклой, позволял себя вертеть и поднимать, все силился открыть глаза, но сделать это не получалось. У Биу, казалось, вообще все тело отказало, он даже пошевелиться не мог, зато чувства обострились до невозможности. Когда чьи-то мягкие ладони прошлись по его оголенной коже, он тихо застонал. Так его касаться мог только Бен – нежно, даже робко, но в тоже время чувственно. Если бы Биу не был так сильно пьян, то вполне мог рассчитывать на секс. Вместо этого он получил поцелуй в лоб, а потом окончательно вырубился. Похмельем он болел всегда очень сильно. О том, что он может так сильно напиться, как и о вытекающих последствиях, знала только Маки. Она всегда заботилась о том, чтобы утром Биу ждали стакан воды и две таблетки аспирина. Маки была далеко, но о нем все-равно кто-то позаботился. Биу смутно помнил, как оказался в номере, но вот нежные прикосновения Байбла – отчетливо. Он медленно распахнул глаза и попытался поискать его взглядом. Постель рядом пустовала, из ванной не доносился шум воды, похоже, в номере Биу был один. Он запил таблетки водой и упал обратно на подушки. Вставать с постели, определенно, не хотелось. Биу прикрыл глаза, вроде бы снова задремал, но писк электронного замка его разбудил. Байбл стоял с подносом в руках, в пижамных штанах и растянутой футболке, растрепанный, с красным носом. На подносе были круассаны, джем, стакан сока и чашка с кофе. Байбл смотрел на Биу не мигая, словно ожидал приглашения. Биу понуро опустил голову, потому что явно не заслуживал завтрака в постель. Но Байбл все-таки подошел, поставил поднос на ножки перед Биу и улыбнулся. Этой своей улыбкой, которая заставляла Биу млеть. Биу вздохнул и тут же залпом выпил кофе, черный, без сахара и без молока. – Прости, – пробормотал он. – Я знаю, мне не следовало… – Не нужно извиняться. Поешь. У нас не так много времени. Байбл хоть и говорил своим спокойным тихим голосом, злился. Биу сразу это понял по чуть сдвинутым бровям и нахмуренному лбу, так и хотелось провести пальцем, разгладить появившуюся морщинку. Но он взял круассан и намазал его джемом, съел, практически не жуя, всухомятку, затем второй, запил все соком и только потом взял Байбла за руку. – Бен. – Я не злюсь, – сказал он. – Точнее злюсь, но не на тебя. На свою реакцию. Я должен относиться ко всему проще, как ты меня всегда учил. Но я слишком сложный. – Сложный – это когда много простого сложено вместе. И ты мне такой нравишься. – А ты нравишься мне. Даже когда пьяный в дрова. – Вот и нет, – Биу надул губы. – Я вчера был слишком раздражающий, ты сам это мне сказал. – Разве что немного, – Байбл усмехнулся. – Я знаю, что ты мечтаешь провести весь день, не вставая с кровати, но встать, все же, придется. Биу закатил глаза. У него явно было пять минут в запасе. Поэтому он поставил поднос на пол и потянулся к Байблу, положил голову ему на плечо, вдохнул знакомый запах, заулыбался. Голова все еще болела, но рядом с Байблом уже не так сильно. * Ниндзя Ночевать у Байбла впервые было как-то странно. Биу вполне мог бы уехать домой, но они проиграли до поздней ночи, выпили пива и его немного разморило. Он думал, что Байбл отправит спать его на диван, но тот, как настоящий джентльмен, уступил свою кровать. Биу почти возмущенно пискнул, когда увидел, что Байбл меняет постельное белье – теперь оно пахло альпийской свежестью, а могло бы пахнуть Байблом. Футболка, в которую он дал переодеться для сна, тоже пахла альпийской свежестью. Биу вздохнул, прижимая ее к своей груди. Еще совсем недавно он готов был рухнуть и заснуть беспробудным сном, но теперь лежал и тупо смотрел в потолок. Он мог думать только о том, что находится в кровати Байбла, где тот спит, возможно, делает всякие другие вещи. Водит девок. От последних мыслей Биу поморщился. То есть, конечно же, у Байбла были девушки, как иначе? Но Биу нравилось думать, что он первый, кто побывал в его постели. К сожалению, в прямом смысле слова. Это его немного успокоило, он вроде даже начинал дремать, пока кто-то на него не запрыгнул. Биу выругался, даже взвизгнул, но тут же успокоился, когда понял, что это всего лишь Грей. – Изменяешь своему папке? – прошептал Биу, погладив кота за ушком. – Он не будет против. – Мяу, – Грей подставлялся под ласки, и Биу заулыбался. Конечно, Мино это не понравится, что он общается с какими-то другими кошками. Хотя, скорее всего, Мино будет все равно. – Ты привык с ним спать здесь, да? – Биу чуть подвинулся, и Грей перебрался на подушку. – Но вы же здесь вдвоем спите, да? – А с кем нам еще, по-твоему, спать? – Блять, – Биу снова взвизгнул. – Подкрадываешься, как ниндзя. – А ты болтаешь с моим котом, – Байбл усмехнулся. – Я думал, ты спать хотел. – Уже не хочу. Точнее хочу, но…вроде бы никогда не было проблем в том, чтобы уснуть на новом месте. Байбл подошел и сел на край кровати, Грей тут же перебежал к нему на колени. – У меня неудобная кровать? «Самая удобная на свете», – чуть было не произнес Биу, но вместо этого покачал головой. – В смысле «нет» – неудобная или все-таки да? – Байбл улыбнулся краешком рта. В комнате было темно, но Биу все равно рассмотрел, как он это сделал. Это было немножко по-вегасовски, Байбл перенял эту черту, и ему вдруг стало тяжело дышать. Когда Байбл становился Вегасом, то он всегда мог получить прикосновения и взгляды, от которых ноги подкашивались. Сейчас Байбл был просто Байблом, но если бы Биу не лежал в постели, ноги у него все равно бы подкосились. – Оставить тебе Грея? – спросил Байбл, прежде чем встать. – Да, – Биу закивал. – А еще… – Мм? Биу хотел сказать, чтобы он тоже остался, но не мог. Просто молчал и смотрел, но Байбл как будто его понял. Взял Грея на руки и положил посреди кровати, а сам лег рядом, но не укрылся. Биу даже дышать перестал – это ведь происходило взаправду, не так ли? – Спи, – проворчал Байбл. – Даже отсюда слышу, как лихорадочно носятся мысли у тебя в голове. – У меня не… – Спи, – Байбл перебил его. – Спокойной ночи. – Спокойной ночи, Бен. * Овсянка Когда съемки начинались рано утром, редко кто успевал позавтракать – обычно ели все вместе за общим столом. Тонг и Нод вечно накидывались на сладости, Апо главное было выпить кофе, Майл таскал какие-то снеки, а Байбл ел овсянку. Биу был всеяден, хотя национальную кухню любил больше, но даже при всей своей любви к разнообразной еде, он бы никогда не додумался есть на завтрак овсянку. Она была какая-то склизкая, липкая и совершенно безвкусная. А Байблу нравилась, особенно с отрубями. Вот и сейчас он положил себе целую тарелку и ел с таким блаженством на лице, словно ему дали вкусить божественной амброзии. Биу хмуро поглядывал на свой питьевой йогурт – мысли об овсянке перебили весь аппетит. Он пошел на поиски Тонга, но наткнулся на спящего Майла, сидящий рядом Апо приложил палец к губам, призывая не шуметь. Биу пожал плечами и пошел дальше, так и слонялся по помещениям, пока не встретил Байбла. До начала съемок было еще часа два, но они всегда приезжали пораньше, чтобы повторить текст или обсудить сцену, иногда изменения вносились перед самым началом. Биу сегодня нужно было просто стоять и быть красивым, поэтому распечаток у него с собой не было, но Байбл держал какие-то листы в руке. – Хочешь сходим куда-нибудь позавтракать? – чуть громче обычного произнес он. Биу оглянулся, не уверенный, что слова предназначались ему, но кроме них двоих больше никого рядом не было. – Ты уже позавтракал, – заметил он. – Но ты – нет. Идти далеко не пришлось, практически сразу же они наткнулись на макашницу. Байбл заказал рисовый суп и пончики – два любимых блюда Биу на завтрак. В животе сразу заурчало из-за знакомых ароматов, Биу почувствовал насколько голоден и с радостью взял протянутую тарелку. Ел стоя, быстро заглатывая, как обычно обжег себе язык. Байбл на это лишь покачал головой, забрал одноразовую посуду и отдал пончики. После завтрака настроение улучшилось, Биу заулыбался, искренне поблагодарил, предложил всегда завтракать вместе. – Только не овсянкой, – запоздало добавил он. – Между прочим, она очень полезна, – Байбл закатил глаза. – В ее состав входят различные витамины, клетчатка, кальций, железо… – Да, да, да, – отмахнулся Биу. – Но я люблю, когда вкусно. Потому что если полезно – это очень редко, когда вкусно. – Рассуждаешь, как маленький ребенок. Биу промолчал. Иногда он забывал, что Байбл младше его на три года, потому что обычно он рассуждал так, словно прожил, как минимум, лет на десять дольше. – Когда ты так говоришь, я чувствую себя тупым, – нахмурился Биу. – Я не хотел тебя обидеть, – Байбл стушевался. – Я знаю. Но иногда складывается впечатление, что ты знаешь обо всем на свете, а я только о том, что меня интересует, да и то на поверхности. – Я просто много читаю, и память у меня хорошая, – Байбл улыбнулся. – Поэтому, порой, в голове слишком много ненужной информации, без которой я бы точно прожил. – А без какой бы не прожил? – Без той, которая касается тебя. * Месса По воскресеньям съемки всегда начинались позже. Биу сначала не знал, что это связано с Байблом, просто радовался возможности поспать подольше. А потом как-то Джеф обмолвился, что Байбл ходит на утреннюю мессу, и что для него это очень важно. Когда Биу узнал, что Байбл верующий, то очень удивился, даже несмотря на его имя и дату рождения. Сам он тоже был верующим, как и многие люди в компании, но для Байбла вера являлась одним из главных аспектов его жизни, хотя он никогда не говорил об этом вслух и не навязывал свою религию. Но Биу стал подмечать, как Байбл случайно касается своего среднего пальца, того самого, где был вытатуирован крестик, или как он скрещивает руки в замок, прикрывает глаза и даже чуточку раскачивается. Как-то раз они сидели втроем: он, Байбл и Апо. Разговор о религии зашел случайно, Апо рассказывал о своем опыте, когда жил в монастыре и даже обрил голову ради этого. Биу тогда подумал, что сам вряд ли бы на такое решился, но они обсуждали некоторые аспекты буддизма и, в частности, веры в Тайланде. Байбл, как всегда, молчал, не принимая участия в разговоре. Впрочем, никто и не пытался его вовлечь, но Биу видел, что тот прислушивается. По тому, как он чуть хмурился или, наоборот, слегка улыбался, Биу догадывался, что он думает об их мыслях. – Бог един для всех, не важно, как мы его называем, – уже в самом конце сказал он. Апо хотел ответить, но промолчал. Биу сразу понял, что ему на это сказать нечего, правда потом эти слова так прочно засели у него в голове, что не давали покоя. К Байблу он не пошел, зато, когда встретил Джефа, спросил, что тот об этом думает. – Моя мать – буддистка, а отец – католик. Мне, моим братьям и сестрам сразу же дали выбор решать, какой вере следовать и следовать ли вообще. И то, что я в итоге обратился в католичество вовсе не следует, что мне это ближе, но так само получилось. – Из-за веры случались войны, – заметил Биу. Когда он стал изучать вопрос вероисповедания, то прочитал много разной информации в интернете. Кое-что его поразило до глубины души, в частности жестокость людей по отношению к тем, кто не разделял с ними вероисповедание. Раньше он никогда об этом не задумывался. – Они и сейчас случаются, – Джеф вздохнул. – Но почему ты об этом спрашиваешь? – Как думаешь, если я пойду в церковь на мессу, это плохо? В смысле, я могу вообще пойти, с учетом того, что я буддист? – Некоторые церкви считаются историческими памятниками, и туда заходят люди, которые вообще ни во что не верят. Если ты хочешь пойти на мессу, почему бы и нет? Вряд ли это пошатнет твою веру в Будду? Биу не знал, в какую церковь ходит Байбл. Он погуглил, которая находится к его дому ближе всего и в воскресенье утром стоял перед огромными дубовыми дверьми. Он удивился, когда обнаружил внутри много молодых семей с детьми. Сев в самый последний ряд, он слушал, как люди хором повторяли, слова которых он не знал. Рядом сидела совсем древняя бабулька и протянула ему брошюру, но он все равно не смог заставить себя произносить вместе со всеми. Биу чувствовал себя странно, словно оказался не на своем месте. Он сам не знал, чего ожидал, но скорее бы принял толпу беснующих людей в божественном экстазе. Он наблюдал, как все повторяли молитвы, тихо и с легким благоговением на лице. Все это отдавало любовью и нежностью. Биу представил, как Байбл точно так же приклонял колени, повторяя молитвы, возможно просил прощения за то, что согрешил. А что вообще Байбл в принципе считал грехом? Наверное, узнав, какую жизнь вел Биу до этого, посчитал бы его самым главным грешником, которому придется томиться в одном из кругов ада, если не во всех по очереди. Он должен был получить покой и умиротворение в церкви, но вместо этого вышел оттуда в еще более растерянных чувствах. Он собирался позвонить Байблу, но вместо этого написал, сообщил о том, что был в церкви. А также извинился за то, что не понимает его веру. – Я тебя разочаровал? – Нет, конечно. Удивил скорее. – Почему? – Потому что пошел в церковь. – Я пошел, потому что это много значит для тебя. – Ты тоже много значишь для меня. * Фанфики У Биу не было съемок в этот день, но он все равно приехал под предлогом, что ему нужно кое-что забрать. Естественно, никто не задался вопросом, что именно, кроме Байбла. Тот как раз вышел на улицу и собрался вызывать такси, но Биу ему посигналил. – Что ты забыл на этот раз? – спросил он, забираясь в машину. – Тебя, конечно, – Биу ухмыльнулся, на что Байбл закатил глаза. Он сразу же подключил свой телефон к машине и включил попурри из своих любимых песен с последнего альбома Твайс. Биу иногда подпевал, Байбл ехал молча, смотрел то в окно, то в телефон. Иногда их совместные поездки были именно такими, а иногда они болтали без умолку, перебивая друг друга, стараясь поделиться всеми возможными новостями, произошедшими буквально за последний час. – Слышал, ты присматриваешь себе мотоцикл, – заметил Биу. – Не то чтобы, – Байбл пожал плечами. – Но я подумываю обзавестись собственным транспортным средством. Мотоцикл сейчас кажется более доступным, чем машина. – Иногда мне сложно представить тебя за рулем, – Биу усмехнулся. – Зато я отлично представляю тебя в роли моего личного водителя, – парировал Байбл, и они оба тут же рассмеялись. – На самом деле, я бы хотел какую-нибудь американскую машину шестидесятых годов. – Как Шевроле Импала Дина Винчестера? – Ты же знаешь, что я считаю этот сериал слишком переоцененным, – Байбл поморщился. – Конечно, слишком мейнстримный для тебя. – Дело не в мейнстриме: должно быть что-то уникальное, какая-то изюминка, понимаешь? Первый сезон был неплохим, ну, может, первые четыре. Но потом это стало невозможно смотреть. Биу заулыбался: Байбл всегда делал такое увлеченное лицо, когда рассказывал о фильмах, сериалах и о кино в целом. Он мог сходу сказать, какие именно спецэффекты были использованы, как был снят тот или иной эпизод, и еще всякие моменты, о которых сам Биу никогда не задумывался. Ему нравилось смотреть на готовый результат, Байблу же был интересен весь процесс производства. Даже во время съемок он мог подойти к оператору или его помощникам и задать столько вопросов, что Биу казалось, будто он разговаривает на клингонском – том самом языке воинственной расы пришельцев из «Звездного Пути», в котором он даже начал немного разбираться. – Про них фанфики писали, – после недолгого молчания сказал Биу. – Про героев. И про актеров тоже. – Только не говори, что ты читал, – фыркнул Байбл. – Не читал. Но я знаю, что про нас тоже пишут, хотя сериал еще даже не вышел. Байбл как-то странно посмотрел на него. – Это нормально, – продолжил Биу. – В каком-то смысле, так они тоже выражают нам свою любовь. Байбл продолжал молчать. – Тебе это неприятно, да? – Нет. В смысле не неприятно. Это же не про меня, а про вымышленного персонажа. Даже если его зовут Байбл, он – не я. Теперь притих Биу. На самом деле он пролистывал парочку историй, совсем невинных, с детским рейтингом. Конечно же, ему было сложно ассоциировать себя с тем Биу, о котором говорилось. Но в то же время, тот Биу всегда был влюблен в Байбла, а тот Байбл всегда отвечал ему взаимностью. В жизни, конечно же, все было совсем иначе. Разве что… – Так ты читал! – вдруг осенило Биу. – Фанфики. – Вовсе нет, – проворчал Байбл и резко отвернулся к окну, но Биу успел заметить, как тот покраснел. Он широко улыбнулся и всю дорогу громко подпевал песни Твайс. * Ревность Байбл не любил «Show me the money», потому что совершенно не воспринимал рэп в чистом виде, а сейчас и вовсе ударился в олдскульный рок. Но еще Байбл никогда не мог отказать Биу, поэтому сидел рядом и внимательно смотрел первый эпизод. Биу был слишком воодушевлен: он обожал Джебома, обожал его голос, обожал его песни и, что уж таить, обожал его тело в татуировках. И постоянно об этом говорил, хоть и чувствовал напряжение, исходящее от Байбла – тот ревновал. Это, конечно же, льстило, поэтому Биу продолжал осыпать Джебома комплиментами, между делом упоминая, на кого именно из участников было бы интересно посмотреть. – Ты ведь можешь смотреть это один, – вздохнул Байбл. – Я все равно ничего не понимаю, никого не знаю и мне не интересно. – Джебома ты знаешь, – Биу слегка ткнул его локтем в бок, и Байбл закатил глаза. – Но в следующий раз разрешаю тебе выбрать самому, что мы будем смотреть. Или просто назови мне любой сериал, и я его посмотрю. Даже если мне не понравится, ради тебя буду рыдать кровавыми слезами, но смотреть. Байбл хмыкнул, но явно взял себе на заметку. У них не особо совпадали вкусы в фильмах и сериалах, но Биу надеялся, что это будет не фантастика – его наименее любимый жанр. Из-за расписания все как-то сошло на нет, Биу уже думал, что Байбл и вовсе забыл, пока тот не сообщил, что читает одну интересную книгу, по которой выходит сериал. Байбл всегда так делал: сначала знакомился с первоисточником, чтобы потом сравнить свои ощущения от прочтения книги и от просмотра фильма. Биу читать особо не любил, поэтому немного посмеивался над этим, хотя, эта привычка скорее умиляла. Байбл был слишком дотошен в своем стремлении обратить внимание на каждую мелочь. Сериал назывался «Периферийные устройства» и, конечно же, он был научно-фантастический. Байбл также упомянул, что если точнее, то жанр назывался пост-киберпанк. Что такое киберпанк Биу знал – спасибо аниме, а еще «Бегущему по лезвию 2049» и книге «Мечтают ли андроиды об электроовцах», по которой был снят оригинальный фильм. Книга являлась предшественником киберпанка, вдохновила многих, в том числе и Уильяма Гибсона, по роману которого и был снят одноименный сериал. А вот все это он узнал уже, конечно же, от Байбла. Биу сначала нахмурился, приготовившись к наискучнейшему вечеру, но стоило ему заметить, что главную роль играла Хлоя Морец, как лицо тут же расплылось в улыбке. Ради Хлои он готов был вытерпеть что угодно. Спать оставалось всего четыре часа, но Биу, не отрываясь, посмотрел все вышедшие серии. А потом, без всякого зазрения совести, позвонил Байблу. Голос у того был сонный и хриплый, он явно еще не открыл глаза, просто потянулся к телефону и на автомате принял вызов. – Я посмотрел! – прошептал Биу. – И ты был прав! – Сколько время? – пробормотал Байбл. – Хлоя все еще такая же прекрасная, как восемь лет назад! Я даже немного влюбился. – Я думал, восемь лет назад прекраснее папочки Джиди больше никого не было. – Не было. Хлоя просто особенная. – Ты про всех так говоришь. В трубке послышалось сопение – Байбл снова спал. Биу нажал отбой и заулыбался. Следующая серия «Периферийных устройств» выходила в тот же день, что и «Show me the money». Он собирался предложить Байблу совместный просмотр и уже знал, что тот не откажет, заранее предвкушая очередные тихие приступы ревности. На это было забавно смотреть, особенно, с учетом того, что Байбл прекрасно знал о том, кто именно сейчас находился в мыслях Биу. И это был один единственный человек. Его Бен. * Выдержка У них оставалось буквально пятнадцать минут до начала выступления, а то и меньше, но Биу все равно схватил Байбла за руку и утащил в туалет, ловко закрыл дверь на замок и вжал его в стену, потеревшись о бедра. – Давай по-быстрому, – прошептал он, запуская руки ему под рубашку. Больше всего на свете ему хотелось поцеловать эти манящие губы, но им уже нанесли на лицо макияж. На самом деле, вот так вот сбегать и прятаться в туалете было опасно. Они уже один раз попались, не совсем с поличным, конечно, но когда вывалились из туалета в прошлый раз, на Байбле не было водолазки, его волосы были растрепаны, а помада исчезла с губ обоих. Понд их тогда ругал по чем зря, взял обещание, что такое больше не повторится. Байбл клятвенно заверил, что это было в первый и последний раз. Биу лишь промычал что-то вдогонку. С тех пор они больше таким не промышляли, но сегодня было сложно сдерживаться. Хотя сдерживаться в принципе стало сложнее с каждым разом. Иногда Биу казалось, что у Байбла стальная выдержка, что тот спокойно может изображаться из себя просто коллегу и хорошего друга, словно между ними ничего и не было. А потом он просматривал фотографии и фанкамы и понимал, что Байблу точно так же сложно сдерживаться, что тот ненароком кидал на него влюбленные взгляды, и только слепой бы не заметил всего того, что читалось в его глазах. Это вроде и радовало, но, с другой стороны, печалило. Биу понимал, что они никогда не смогут объявить о своих отношениях в открытую. И дело было даже не в том, что им не хватало смелости, как Тонгу. Оставалось множество факторов, которые никто из них не мог игнорировать. Было гораздо проще, когда Биу любил Байбла молча, когда тот ничего не подозревал о его чувствах. Когда между ними существовал только фансервис, а потом вроде как крепкая дружба. Конечно, этого было мало, но Биу никогда и не рассчитывал на большее. Он даже смирился с тем, что придется все время держать свои чувства в тайне, пока Байбл его не поцеловал – прижался к его губам своими и тут же смущенно отпрянул. В тот же миг в сердце Биу поселилась надежда, а потом они разделили множество поцелуев и не только. И мысль о том, что Байбл стал его целиком и полностью, не давала покоя. Байбла всегда хотелось целовать и касаться, поэтому, когда он отвел руки Биу от себя, это граничило почти что с предательством. – Не сейчас, – дыхание Байбла сбилось, и Биу, почувствовав удовлетворение, тут же ухмыльнулся. – Но ты хочешь этого так же сильно, как и я. – Хочу. Но мы испачкаем одежду, которая даже не наша. И Понд нас убьет. – К черту Понда, – Биу снова прижался к нему вплотную. – К черту вообще всех. – Биу, пожалуйста, – умоляюще произнес Байбл, и он нехотя уступил. Тут же отошел и зло пнул стену. Его раздражало, когда Байбл включал глас рассудка и не давал совершать им обоим глупости. С другой стороны, кто-то же должен был быть в их партнерстве умнее. Понда, как бы не хотелось, к черту послать все же было нельзя, да и последствия их сегодняшнего «по-быстрому» обошлись бы в этот раз не малой кровью. Биу все это понимал, но все равно злился. Вздрогнул, когда Байбл осторожно положил руку ему на плечо. – Иногда я даже этого не могу получить от тебя, – тихо прошептал Биу. – Зато ты получаешь всего меня, когда мы дома, – Байбл чуть сжал хватку. – Потерпи до вечера, и я снова буду весь твой. – Эти часы покажутся мне вечностью, – Биу вздохнул. – Зато ожидание будет вознаграждено сполна. * Призвание Биу болтался с Мей и Расикой. У них появилось свободное время, и они решили немного погулять, позже к ним еще присоединились ребята из стаффа. Они все вместе дурачились и фотографировали друг друга, а потом Биу долго болтал с Мей о работе фотографа и о фотографии, как о хобби, отмечая различия. Расика, сидевшая рядом, сказала, что когда хобби превращается в работу, то уже не вызывает тех трепетных чувств, что раньше. Мей не могла это ни опровергнуть, ни согласиться. – Есть фотографии, которые я делаю для себя, совсем как ты, – она кивнула Биу. – Просто фотографирую, потому что мне хочется. Но это не то же самое, когда я фотографирую для работы. Я испытываю разные чувства и эмоции. Хотя мое хобби, конечно же, сподвигло в итоге заниматься по жизни именно тем, что мне действительно нравится, и получать за это деньги. – И ты не перегорела, – заметил Биу. – Я тоже любил рисовать, наверное, и сейчас люблю, но работа дизайнером меня душила. Как и работа стилистом. – Зато ты нашел себя в актерстве, – Расика потрепала его по голове. – Это, надеюсь, тебя пока не душит? – Нет, – Биу заулыбался. – Я вроде как чувствую, что нахожусь на своем месте. – Вроде как? – уточнила Мей. – В смысле, я хочу еще столько всего попробовать. Вы же знаете, у меня куча планов, некоторые я начал воплощать в реальность, а некоторые все еще на стадии заметок в телефоне. – Но это же неплохо, когда ты хочешь попробовать что-то новое, – сказал Расика. – Я никогда не думала, что стану визажистом. Я просто пошла на курсы, а потом оказалось, что больше я ничего и не умею. И тогда я полностью вложилась в это дело. Как видишь, у меня неплохо получается. – Не прибедняйся, – Мей игриво ее толкнула. – У тебя отлично получается! – Да, да, ты права, – Расика рассмеялась. – Я просто очень тщеславная, и жду, когда вы будете одаривать меня комплиментами. Девушки начали припираться, и Биу подумал о том, что это здорово найти свое призвание. Он вспомнил то время, когда стоял перед выбором, пытаться дальше или идти обратно работать по специальности, когда надежды практически не осталось. Роль Пита стала для него глотком свежего воздуха, тем самым спасательным кругом, за который он ухватился, избавляясь от гнетущих мыслей, которые заполнили его голову. И это было поистине двойным везением, когда в итоге выбрали именно его среди множества других претендентов, и что именно Байбл стал его партнером. Без него он бы не справился. – Мей, – позвал ее Биу, когда Расика отошла поговорить по телефону. – Ты ведь не сердишься на меня? – Из-за чего? – удивилась она. – Из-за Бена, – Биу опустил голову. – Он ведь тебе нравился, да? – Он всем нравился, – Мей улыбнулась. – И нет, я на тебя не сержусь. У меня изначально не было никаких шансов. – Почему? – Потому что когда он встретил тебя, все уже было предопределено. Ты сразу же похитил его сердце.