great big feeling

      — Вау, теперь они действительно как близнецы, — подмечает Дастин, указывая на развернувшуюся перед ними сцену.       Уилл и Эл повернуты к ним спиной, склонившись друг к другу и изучая карточки с рецептами с усердием набожного христианина, читающего Библию. После «землетрясений» они все старались помочь, как могли, работая волонтерами в спортзале, ставшем убежищем для обездоленных людей. Эл, по очевидным причинам, не могла покинуть хижину и отсиживалась там большую часть времени с Хоппером, пока другие протягивали руку помощи сообществу Хоукинса, что сделало ее немного… безумной. Макс, которая тоже не могла помогать так сильно, как хотела бы, тратила почти все свое время на восстановление и физические тренировки; Лукас старался быть рядом с ней как можно чаще. Заметив это, Джойс предложила Эл испечь какое-нибудь угощение для жителей – многим в спортзале, особенно детям, уже надоели нескоропортящиеся продукты. Эл с небывалом энтузиазмом подхватила эту идею, радуясь возможности заняться чем-то другим, помимо просмотра телевизора и нервного ожидания возвращения Векны. Партия, конечно же, согласилась помочь, однако Эл послала в их сторону достаточно убийственных взглядов, когда они шутили и устраивали беспорядок еще на стадии подготовки ингредиентов, поэтому они все молча отошли подальше, оставив с ней Уилла в качестве помощника.       Синхронность их движений только усугубляло то, насколько похожими они были внешне. Волосы Эл немного отросли, но все еще были достаточно короткими, чтобы незнакомцы принимали ее за мальчика; они кучерявые и объемные, примерно такой же длины, как у Уилла. Хуже того – Уилл и Эл носили одежду Майка, так как у них было мало своей из-за того, что весь их гардероб остался далеко в Калифорнии. Поэтому они были одеты в смесь одежды Уилеров и остальной партии. Сейчас на Эл была любимая футболка Майка с «Клубом Адского Пламени», которая сидела на ней еще свободнее, чем на нем, заправленная в брюки, одолженные у Макс (не то чтобы она собиралась их возвращать), а на Уилле была одна из самых поношенных толстовок Майка, в которой он в основном спал, и спортивные штаны Лукаса.       — Ага, — добавляет Майк, посмеиваясь. — Можно и запутаться.       Теперь, когда пыль улеглась, Майк увидел то, чего не мог заметить в Калифорнии из-за нехватки времени – Уилл и Эл были… близки. Наверное, так же близки, как Уилл с Джонатаном всю жизнь. Это удивило Майка только потому, что до переезда они вели себя друг с другом неловко и даже отстраненно. Майк помнит их первую официальную встречу на Снежном балу: Уилл нервно переминался с ноги на ногу, представляясь, а Эл напомнила ему, что они уже встречались раньше в Изнанке. После этого они сидели за столом в тяжелом молчании, смотря куда угодно, только не друг на друга, и изредка делая безобидные комментарии о пунше, пока Майк не избавил их всех от страданий, пригласив Эл на еще один танец. Эл, которая присела отдохнуть из-за того, что у нее болели ноги, немедленно вскочила, решив морщиться из-за этого остаток вечера, лишь бы не продолжать этот «разговор».       Однако общее пространство, видимо, сблизило их, и это логично. В Калифорнии были только они друг у друга, и в результате у них словно появился свой собственный тайный язык. Они говорили друг с другом вполголоса и обменивались взглядами. Уилл знал, что Эл собирается сказать еще до того, как она успевала закончить предложение, и соглашался с ней, пока она еще говорила. Эл часто безмолвно поднималась во время собраний партии и возвращалась с закусками или напитками для Уилла. Они начали понимать друг друга в то же самое время, когда Майк начал бояться, что больше не понимает по-настоящему никого из них.       Майк ожидал, что Дастин и остальные просто посмеются, согласятся и забудут об этом. Они уже некоторое время наблюдали за тем, как Уилл с Эл пытаются готовить, будто за диким животными в вольере зоопарка – они легко работали вместе и перемещались по кухне, не говоря ни слова. Однако Дастин хмурится, а лицо Макс сияет так, как не сияло со времен встречи с Векной.       — Запутаться? — уточняет Макс, почему-то выглядя крайне взволнованной. Даже Дастин и Лукас поворачиваются к нему со смесью любопытства и веселья, и он чувствует, что это все какая-то шутка, в которую его не посвятили.       — Ну, знаешь… — Майк смотрит на нее сверху вниз, потому что она в инвалидном кресле, — типа кто из них моя девушка? Ха-ха.       Майк говорит это так, что это должно быть глупо, но смешно. Очевидно, он шутит; он прекрасно знает, кто его девушка. Вот почему это злит его, когда вместо того, чтобы рассмеяться, Дастин поднимает брови до линии роста волос, а Лукас сочувствующе смотрит на него. Единственная, кто смеется – это Макс, но она определенно смеется над ним, а не вместе с ним.       — Я не имел в виду… — начинает Майк, но его прерывают, прежде чем он успевает подумать о том, как собирался закончить это предложение. В каком-то смысле он этому рад.       — Эй, ребята, вы собираетесь помочь или как? — Уилл притворяется раздраженным, поворачиваясь к ним с размешанным тестом для печенья.       — Да! — слишком быстро отвечает Майк, стремясь уйти от разговора, в котором он явно как-то проигрывает. Он игнорирует взгляды, которыми обмениваются его друзья, и идет вперед, встав между Уиллом и Эл.       Более обдуманно и стратегически, чем он хотел бы признать, Майк нежно целует Эл в лоб. Она держалась отстраненно с тех пор, как они вернулись, поэтому, когда она сначала напрягается от его прикосновения, он пытается игнорировать это. Или на самом деле не обращает на это внимания, пока это не сделают другие. Он старается сделать так, чтобы все это казалось спонтанным и реальным, потому что это реально, и он хочет, чтобы все остальные тоже увидели, насколько это реально.       Эл и Уилл, может, и близнецы, но он знает разницу. Эл смеется над его шутками, а Уилл закатывает глаза. Когда он говорит что-то глупое, Эл сердито смотрит на него, пока он не осознает свою ошибку, а Уилл сдувается и отворачивается. Уиллу нравится The Cure, и он борется за то, чтобы слушать их во время тусовок с Майком, а Эл нравится Мадонна, но она терпит отвратительный глэм-метал, в который Майк втянулся из-за Эдди. Они разные. Майк по-разному относится к ним обоим. Это не запутанно, и он не виноват, что его друзья, похоже, не понимают шуток.       Эл отходит от него, чтобы поставить печенье в духовку, оставляя Майка рядом с Уиллом смешивать глазурь. Внезапно на кухне становится слишком жарко.