О сливочных пирогах, трёхцветных кошках и обнажённых коленках

♡♡♡

      Какая осень на вкус? Есть ли у неё он вообще? Что щиплет на кончике языка, когда это слово звучит в диалоге с кем-либо?              Многие наверняка ответят нечто неутешительное или мрачное: отсыревшие листья, влажные грязные лужи, из-за которых подошвы новеньких ботинок становятся неприятно тяжёлыми.              Для Чимина это время года всегда было сладким. Что-то приторно-терпкое, как тыквенное латте или варенье из жимолости. Она не накрывает так же обманчиво мягко как зима, скорее колюче и немножко беспардонно, напоминая плед из овечьей шерсти или тёплые цветастые носки, заботливо связанные бабушкой. Чимин на полном серьёзе думает, что осень — самое очаровательное время года.              Парень морщится недовольно, когда первые утренние лучи солнца целуют левую щёку и настойчиво лезут в глаза, пытается тщетно спрятаться за подушкой. Его настигает разочарование, потому что буквально через пару минут фитнес-браслет начинает мягко, но настойчиво вибрировать где-то в области запястья. Чимин вздыхает и отключает будильник, тут же насильно усаживая своё тело в вертикальное положение, зная, что если останется лежать, то его борьба со сном будет заведомо проиграна.              Зачесав светлые и совсем недавно крашеные волосы назад, парень тихо зевает и чуть дрожит. Температура воздуха в его квартире-студии явно ниже средней. Отопительный сезон ещё не наступил, а первые холода пришли будто бы по расписанию. В этом году госпожа осень крайне пунктуальна. Не в пример жилищно-хозяйственным службам.              Маленькие ступни касаются пола, и Чимин, тренируясь в выносливости, тянется вперёд, поднимаясь с кровати, обнимая себя прозябши.              «Мне нужен кофе», — в голове бьётся только одна-единственная на данный момент отчётливая мысль. Нетривиальное, но настойчивое желание практически всё, что заставляет его руки проводить привычные алгоритмы, выполняемые из утра в утро: щёлкнуть электрический чайник, вытащить банку с ароматными растворимыми крупицами.              Он встаёт на носочки, чтобы на верхних полках кухонного гарнитура отыскать его любимую кружку, подаренную лучшим другом и соулмейтом парня, Ким Тэхёном. На белом фоне красуется надпись «у Пак Чимина самая мягкая задница в Пусане» и небольшое фото той самой задницы где-то на обратной стороне.              Пак не знал точно, когда именно тот успел подобрать ракурс, при котором его булочки выглядели довольно хорошо, сфотографировать их и почему вообще его самый близкий товарищ смотрел на чиминову задницу в обтягивающих офисных штанах. Но из-за «Чимин~а, на неё невозможно не смотреть. Просто прими как факт», парень смущённо замолкал и больше никогда об этом не говорил вновь во избежание неловких комплиментов.              Несмотря на их общие смешки, кружка, что Тэхён довольно всучил Чимину на их очередную годовщину, почему-то стала самой родной. Отныне он пил только из неё. Конечно, ещё у него был фарфоровый набор из симпатичных чашечек для неожиданных гостей, потому что Чимин не горел желанием отсвечивать особенной посудинкой с изображением его попы перед остальными.              Вереницы воспоминаний о друге заставили его окончательно проснуться. Мягкая улыбка едва тронула пухлые губы.              Пока чайник шумел, Чимин успел принять быстрый контрастный душ и сходить за телефоном. С водными процедурами он всегда справлялся быстро, потому что не был фанатом n-ступенчатого ухода за кожей, да и не считал, что ему это нужно, довольствуясь качественной пенкой для умывания и витаминами C и D каждое утро. Между хорошенько выспаться и соблазнить всех в офисе он выбирал первое.              Оставив волосы сушиться, блондин накинул свою старую оверсайз толстовку, что доходила до середины аппетитных бёдер, в то время как рукава полностью съедали и так не слишком крупные ладошки. Он выучил бытовую жизнь с головы до ног. Если уже сейчас наденет рабочую девственно-белую сорочку, то испачкает её в первые пару минут завтрака.              Параллельно Чимин переписывался с Тэхёном, который очень драматично реагировал на новости о поцелуе стажёрки из бухгалтерского отдела и её начальницы на корпоративе. Парень возмущался и завидовал, потому что уже долгое время мечтал о таком же поцелуе с одним из СЕО его отдела. Однако друг предполагал, что если бы он повторил путь стажёрки и начал жрать своего начальника прямо возле фуршетного стола, то реакция публики была бы несколько иной. Чимин засмеялся, когда тот прислал селфи с высунутым языком и прикрытыми в агонии глазами.              «Ким Тэхён, не говори, что ты ещё в кровати» — тут же отправил в возмущении, заметив на фоне лица соулмейта наволочку из комплекта постельного белья с героями из известной игры. Да, это был его, чиминов, ответный подарок на годовщину их дружбы. Той самой, после которой он обзавелся чашкой с фото его задницы.              «Чимин~иии... Я хочу завтрак в постель... Почему мы всё ещё не живём вместе??? Почему ты отказал мне???? Ты ненавидишь меня?????»              Чимин, помешивая кофе, краем глаза увидел сообщение, чтобы тут же закатить глаза.              Это был не первый раз, когда Тэхён уговаривал его съехаться, но... Соулмейт Пака — дитя хаоса. Пусть внешне он всегда выглядит с иголочки, словно модель, сошедшая с подиума известных брендов или что-то вроде, но его квартира... Боже, однажды, будучи у него в гостях, Чимин нашел на подоконнике прозрачную чашку с непонятным веществом внутри. Сначала он подумал, что это пудинг, потому что по консистенции суфле это напоминало именно ту сладость, что была в голове парня. Но когда Чимин поинтересовался об этом у Тэхёна, тот абсолютно без задней мысли заглянул в чашку и обрадованно завопил что-то вроде «О, кажется чайный гриб наконец-то забродил».              Что чайный гриб делал на подоконнике его спальни, Ким так и не ответил.              Собственно, уже из-за этой ситуации педантичный Чимин отказывался съезжаться пусть и с любимым, но неряшливым другом. Кажется, на расстоянии они будут любить друг друга сильнее.              Они и так каждый день вместе на работе — в адвокатской частной палате, где оба трудятся с самого выпуска из университета. Поэтому скучать не представляется возможным за отсутствием хотя бы суток, когда они совсем не видятся.              «Кстати, ты знал, что уже сегодня нас познакомят с новым управляющим палаты?» пришло очередное сообщение от Тэхёна, на которое Чимин тут же ответил смайликом, убирая телефон в необъятные карманы толстовки. Его не интересовали сплетни компании, но вот друга очень даже да, поэтому блондин волей неволей был втянут в каждую новость и знал всё то, что знал неугомонный Тэхён.              Приготовив кофе, Чимин наконец-то остался доволен вкусом и предвкушающе потёр ладошки, засеменив на открытый балкон за своим завтраком. С потугой навалился на застекленную дверь-купе, сдвигая её в сторону, почувствовав, как голые ноги обдало прохладой. Шмыгнул к противоположному краю балкона, а затем растерянно застыл, выгнув бровь в недоумении.              Стоит начать с предыстории. Работа Чимина, как и любая другая работа с людьми, часто отнимала большое количество нервов. В момент очередного эмоционального выгорания Пак листал психологические статьи в интернете и наткнулся на очевидную, но в то же время любопытную информацию.              Хобби — деятельность, которой он может заниматься время от времени, чтобы в результате получить моральное удовлетворение в противовес негативным эмоциям от основной работы. К тому же будет нарабатывать определенные навыки, которые всегда пригодятся в будущем.              Ещё пару недель Чимин потратил на изучение различных онлайн-школ, что пестрили выбором платных курсов: готовка, вязание, рисование, коллекционирование, оригами... Парень остановился на выпечке. В Корее пшеничный хлеб не пользовался большой популярностью и скорее считался деликатесом, поэтому занятие пекарством довольно редкое, но приятное дело, как гласило заманчивое описание. Плюс, это не только отвлечение, но ещё и вкусные бонусы в виде результата.              Как он понял потом, со «вкусными» ему наврали. По крайней мере, в первый месяц создания абсолютно не слушались творца: тесто то не поднималось, то убегало вовсе, липло к рукам, было либо слишком тугим, либо слишком жидким, пресным, пересолёным и ещё сто вариаций неудачных замесов. Пак не был уверен, мука ли осела на его волосах или они и правда поседели. Изделия получались сырыми внутри, подгоревшими снаружи, а на противень без слёз и не взглянуть. Но, к собственной гордости, Чимин не отступил. Он потратил всю ночь выходного на то, чтобы испечь хлеб, выкинув в урну около трёх партий неудавшейся выпечки. Уже под утро он был абсолютно уставшим, с застывшими в глазах слезами, почти лежа лицом на испачканном столе. А потом, всхлипнув и переведя взгляд на злосчастную миску с замешанной опарой и мукой, в шоке приподнялся и от изумления приоткрыл рот, потому что из-под тары выглядывал абсолютно гладенький и мягкий по виду комочек сырого теста. Не веря своему счастью, Чимин с благоговением слепил похожее на батон изделие, а когда то подошло, бережно отправил в подогретую духовку. Спустя полчаса Чимин со слезами на щеках жевал горячую горбушку мягонькой и пропечённой внутри и хрустящей снаружи выпечки, чувствуя ранее неизвестное удовольствие от того, что сделал это чудо своими руками. Он потратил кучу слёз, прежде чем понять, что формула успеха состояла в том, чтобы делать всё с любовью и терпением. Стоило ли это того? Определенно да.              Конечно, с тех пор его навыки значительно улучшились. С обычного хлеба Чимин перешёл на десерты, а вчера наконец-то решился испечь сливочный тарт.              Рецепт был довольно прост: основа из песочного теста и молочная сладкая начинка сверху. Конечный результат примерно в 12 ночи выглядел как искусство, а для его закрепления по рекомендациям пекаря из Ютуба Чимин решил оставить сладость охлаждаться на балконе своей квартиры.              Он жил в многоэтажном доме и некоторые квартиры (в частности, как у Чимина) имели смежные друг с другом балконы, что представляли собой две площадки, каждая размером примерно 1,5 на 1,5 метра. Они перегорождались добротной, но невысокой стенкой толщиной примерно в блок. Та едва доставала Чимину до груди и застройщики говорили, что в дальнейшем можно будет полностью закрыть доступ к своей собственности, просто достроив верх или повесив пластиковые ограждения. Многие так и сделали, но у Чимина с самого заселения не было соседей, поэтому он даже не задумывался об этом, да и не так уж часто использовал его, разве что летом, высаживая красивые лианы и вьюны, что превращали балкон в волшебный зелёный уголок.              Однако он определённо не ожидал того, что наблюдал в настоящее время. Чимин закончил с тартом довольно поздно и просто вынес выпечку на холод, как и посоветовали, положив изделие на потрёпанный жизнью кофейный столик, прелестно уместившийся в углу балкона, прямо напротив такого же старого, но уютного кресла. Сейчас же пирог был... Покусан? Помят? Полизан? Края песочного теста покрошены, а на оставшейся начинке из сливок проступали отчётливые следы лап. Кошачьих, блин, лап.              Видимо, у него появились соседи, и их кошка просто перелезла через ограждение, ведомая ароматом домашней выпечки. Животное съело оставленный для остывания сливочный пирог, безжалостно растоптав его позже, а закончив, исчезла. Прямо как надежды Чимина на то, чтобы хорошо начать день и вкусно позавтракать. Сказать, что тот был расстроен — не сказать ничего.              Парень быстро сфотографировал несчастную выпечку как доказательство, заодно скинув фото Тэхёну с кучей возмущенных эмоджи и знаков вопроса, получив на это беспечное «Извини, друг, но в этот раз выглядит не очень........ Но это не значит, что я не съем его, хаха!!», на что Чимин только вздохнул. Его жадный до сладостей друг был гениален настолько же сильно, насколько и туп.              Парень посмотрел на часы и чертыхнулся — в это время он обычно заканчивал сборы. Его испорченный завтрак стоит выговора за опоздание? Вряд ли.              От размышлений его оторвал громкий и весьма настойчивый звук, в котором Чимин сразу же угадал преступника. Или преступницу. Повернув голову в сторону того самого кресла и увидев окрас домашней любимицы, Чимин понял — всё же преступницу.              Крупная трёхцветная кошка черепахового оттенка, видимо, недовольная тем, что на неё не обращали внимания, мяукнула второй раз, более настойчиво и громко, бесстыдно глядя прямо в глаза человечка, которого объела сегодня утром.              — Тебе что, ни капельки не стыдно? — пробормотал Чимин, на что кошка дёрнула перепачканными в сливках вибриссами. О да, а вот и доказательства, поймана с поличным. Но, кажется, чистосердечным признанием и не пахнет, потому что та тут же попыталась скрыться с места преступления, перепрыгнув через блок смежного балкона обратно к себе, подтвердив подозрения насчёт соседей.              Если раньше маленькая площадка пустовала и могла похвастаться разве что кучей строительного мусора, сваленным в одну сторону, то сейчас местечко выглядело более менее прибранным. Надо же, и когда только успели? На полу лежали кашпо, рядом стояло почти такое же кресло, как у Чимина, разве что выглядело более прилично и стильно. Именно туда и запрыгнула кошка, устроившись на мягкой обивке, насмешливо глядя на парня, как бы говоря «Ну и что ты мне сделаешь? Я на другом балконе».              Чимин не успел ответить ещё более уничижительным взглядом, когда балконная дверь соседской квартиры плавно сдвинулась и оттуда вышел... О боже?              Первая мысль Чимина — Аполлон. Вторая — владелец преступницы, которая съела его завтрак, а потом потоптала его. Разве человек, который так плохо воспитал своё домашнее животное и оставил его на балконе, мог быть хорошим?              При всём желании, взгляд Чимин отвести так и не смог. Оливковая кожа лица незнакомца красиво переливалась под тёплыми лучами осеннего солнца, волосы цвета вороньего крыла были влажно уложены с зачёсом назад, такого же цвета широкие брови с блеснувшим в них пирсингом приподнялись, когда он заметил кошку. Лишь карие большие глаза выдавали в нём неприкрытое беспокойство, а ещё прикушенная губа и стиснутая в волнении челюсть. От этого же на мощной шее проявились мышцы, но вскоре мужчина расслабился, осознав, что с его любимицей все в порядке.              Гейский радар бил застывшего парня по голове, крича о том, что Чимину нужен этот бог. Тому лишь оставалось сдерживать собственное либидо, потому что обычно такие уже носили кольцо на безымянном пальце, имели красавицу-жену и парочку воспитанных детишек.              — Эй, детка? Я тебя потерял, когда ты успела выбежать? Живо в дом.              Сосед говорил негромко, но настолько этот низкий и сексуальный баритон тронул сердце Чимина, что оно пропустило удар. Он почти кивнул и был готов послушно зайти, когда понял, что эта просьба явно предназначалась не ему. Потому что во-первых, они ещё (пока что?) не дошли до того уровня отношений, чтобы этот загадочный незнакомец называл его «детка», хотя в животе предательски тянуло и стало подозрительно душно, а во-вторых он всё ещё не смог достойно воспитать свою кошку.              Та, к слову, грузно спрыгнула с кресла и с царапающим звуком когтей о поверхность забежала внутрь, довольно ластясь о ноги хозяина.              — Хэй?              Чимин не собирался оставлять это просто так. Мужчине, пусть и чертовски привлекательному, всё ещё предстояло долгое время жить через стенку с Паком. Ему нужно было дать понять, что парень не будет терпеть такое вновь. В конце концов, он потратил достаточно сил и времени не для того, чтобы кое-кто прошлась по его сливочному тарту, как по подиуму.              Чимин почти запищал, когда сосед недоуменно поднял глаза, ища нарушителя его ласк с кошкой, а наткнувшись на парня, приподнял бровь. О боже, этот пирсинг снимается?.. Может Чимин его облизать?..              — Кхм...              Чимин неловко кашлянул, а затем заметил обводящий его с головы до ног взгляд. Он внезапно вспомнил, во что был одет. Растянутая тёмная толстовка со следами от муки и едва ли прикрывающая его бёдра явно проигрывала деловому и качественному костюму мужчины.              Пак попытался как можно незаметнее натянуть толстовку ниже и с ужасом понял, что только привлек к этому внимание: от внимательных глаз напротив не укрылись его голые колени и голени.              Щёки Чимина вспыхнули. Он действительно не ожидал наткнуться на кого-либо здесь — соседняя квартира пустовала с самого начала, а поэтому и не позаботился о том, чтобы надеть что-то более выигрышное или... Приличное.              Незнакомец молчал, опустив свои потемневшие глаза на стройные обнажённые ноги Чимина, отчего тому захотелось капризно выкрикнуть что-то вроде «Почему вы так странно пялитесь? Между прочим Тэхён говорил, что они очень красивые!», но будучи абсолютно взрослой и уважаемой личностью, промолчал. В конце концов, незнакомец поднял их обратно на лицо парня, будто бы услышав мысли того, но не отозвался, отдавая бразды правления этим диалогом тому, кто его и начал. Что ж, Чимин попытается.              — Ам... здравствуйте? — но в ответ получил лишь нерешительный кивок напротив. Удостоверившись в том, что с ним не собираются говорить, набрал воздух в груди и на выдохе торопливо выпалил, — ваша кошка сожрала мой пирог.              Итак.              Вариант первый: «Ваша кошка приняла тарт, который я испёк на завтрак, за лакомство, и решила угоститься им» — сносно. Немного долго, но в целом хорошо.              Вариант второй: «Ваша кошка немного понадкусывала пирог, который остывал на моём балконе» — неплохо, хотя тоже немного странно.              Вариант третий: «Ваша кошка сожрала мой пирог» — богоподобно. Прямо как мужчина напротив. Чимин не был глупым.              Чимин не был глупым, он был полным идиотом.              — Что? — видимо, так считал не один он, потому что после позорной фразы сосед посмотрел на Пака, как на умалишённого, наверняка думая нечто вроде «Из какой палаты ты сбежал?».              Чимин не мог допустить этого. Они соседи, а значит, им придётся когда-нибудь ещё контактировать. Может быть, однажды, нижнее бельё соседа случайно сдует с сушилки на его балкон и Чимину придётся его возвращать. Или они столкнутся на лестничной площадке. Или Чимину нужна будет соль. Как ещё обычно взаимодействуют грёбанные соседи?              Вновь вздохнув, парень в нервном жесте запустил пальцы в волосы, из-за чего рукав слишком большой одежды задрался и обнажил его маленькую ладошку. Пак зачесал уже высохшие волосы назад, отводя взгляд и думая о том, как объяснить незнакомцу то, что произошло между ним и его кошкой.              Глаза наткнулись на злосчастный пирог и Чимин наконец-то додумался продемонстрировать свою улику, взяв форму с выпечкой в обе руки, проходя впритык к перегораживающей их стенке балкону.              — Вот, посмотрите, — из-за волнения он начал тараторить, показывая испорченный пирог хозяину кошки, который осторожно подошёл ближе, не переставая изучать Чимина взглядом. Может, у того что-то с лицом? Он не смыл пену?              Не успел парень себя накрутить, как незнакомец как-то слишком рвано вздохнул и начал стягивать пиджак. Стоит сказать, что мужчина был больше Чимина настолько, что тот без проблем мог бы спрятаться за широкой спиной, на голову выше, а под его сорочкой перекатывались мышцы, что на спине, что на бицепсах, от чего Чимин почти заскулил. Кинк на силу гордо стоял в первой строчке его фетишей.              Те события, что случились почти секунду спустя, Чимин хотел бы запечатлеть на камеру, чтобы пересматривать вновь и вновь и ещё показывать своим правнукам, хвастаясь, что за его дедом ухаживал какой-то богатый и сексуальный мужчина.              Этот плохой кошачий родитель перегнулся через оштукатуренные блоки и напряжённо прикрыл голые коленки Чимина явно не самым дешёвым пиджаком, отводя взгляд в... Смущении? Парню ничего не оставалось, как принять одежду одной рукой и прижать пиджак к обнаженным частям тела.              — Меня зовут Чон Чонгук. В кармане пиджака вы можете найти визитку с моим номером для связи. Сейчас я опаздываю на работу, но вы можете набрать мне позже и я возмещу вам все расходы, — уверенно проговорил, но так и не взглянул на Чимина, отступая в таком же напряжении, пока полностью не скрылся в дверях балкона вместе с нарушительницей его пищевого расписания.              — Что... — прошептал шокированный Чимин. Мало того, что Чонгук (он перекатывал его имя на языке ещё несколько секунд, оставшись довольным тем, как приятно оно звучало) не принял его за идиота, так ещё и любезно одолжил пиджак и оставил свой номер. От очередного порыва прохладного воздуха Пак наконец-то очнулся и торопливо зашёл внутрь квартиры, дрожа от холода. По пути на кухню он с обливающимся кровью сердцем выбросил безнадёжно испорченный завтрак в урну, отлепив пергамент от формы и поставив ту в раковину. Позже помоет. Чимин предусмотрительно оставил пиджак соседа на диване в гостиной, справедливо решая, что руки у него не самые аккуратные для того, чтобы не ляпнуть на него что-нибудь, из-за чего его бы потом пришлось отдавать в химчистку.              Просмотрев на время на браслете, он сдавленно охнул и ураганом прошёлся по квартире, натягивая офисную одежду и пытаясь уложить волосы.              — О господи, меня уволят...              Тихо скулил Чимин спустя некоторое время, закрывая дверь квартиры. Не дожидаясь лифта, рванул по лестнице вниз, где-то на фоне думая про тот факт, что, несмотря на огромное любопытство, в суматохе даже не вспомнил проверить визитку в кармане пиджака. Не то, чтобы он не был уверен в его словах. Просто, и правда очень интересна личность владельца. Возможно, он даже хотел, чтобы однажды (можно даже завтра) трусы Чонгука случайно упали на его балкон для возникновения ещё одной причины встретиться с ним.              Кольца на безымянном он не заметил, а его гей радар отчаянно вопил, что не спроста. Мог ли он ошибаться? Чимин надеялся, что нет.              ♡♡♡              На работе секретарша одарила его сочувственным взглядом, кивая в сторону переговорной, намекая на то, что планёрка с новым руководителем уже началась. Тот оказался очень требовательным и не таким лояльным, как прошлый их руководитель. Впрочем, Пак понял это по страшным мемам, которые всю дорогу присылал ему Тэхён. На них в основном были свечи и розы с красноречивым «помним. любим. скорбим» снизу.              — Извините, я опозд... — втянув голову в плечи, громко заговорил Чимин, почти выбивая дверь, тут же задыхаясь от не менее удивлённого взгляда карих глаз на нём.              Кажется... Кажется, ему всё же стоило проверить визитку в кармане пиджака Чон Чонгука. Чимин почувствовал себя героем сёдзё-манг, которые так сильно любила его двоюродная тринадцатилетняя сестрёнка.              — Пак Чимин? — наконец услышал от взявшего себя в руки Чонгука, который почему-то мельком взглянул на его коленки, которые на этот раз были в приличных классических брюках и тут же отвёл глаза куда-то в сторону интерактивной доски, — впредь попрошу не опаздывать, присаживайтесь на свободное место.              Парень выдохнул, будто сбросив с плеч груз весом в тонну, до этого чувствуя себя кем-то вроде Атланта. Только вместо всего неба на плечах ощущалось огромное количество стыда и неловкости вперемешку с иррациональным желанием встать на колени перед его начальником и отсосать его чл...              Замечтавшийся Чимин почти подавился слюной от того, как сильно Тэхён ударил его в бок, делая страшное выражение лица. Что опять за?..              — Пак Чимин~щи? Быть может, вы спуститесь с небес на землю и всё же ответите на мой вопрос? — как гром среди ясного неба прозвучал низкий, предупреждающе опасный голос Чонгука. Чёрт, почему этот мужчина такой...              — Да? да, я согласен с вами, — Чимин брякнул первое, что пришло в голову, хоть как-то сохраняя остатки его навыков делового общения. Но, судя по сдавленному смешку от Тэхёна, он и сам не понял, как похоронил последнюю надежду на то, чтобы знакомство с руководством не закончилось фиаско.              Чонгук хищно поднял уголок губ в подобии ухмылки. Чимин подумал, что утром тот явно вёл и чувствовал себя не так смело: красный от смущения, накрывал голые коленки соседа своим пиджаком, словно Пак — девица на выданье.              — Так значит... — протянул Чон, складывая руки на груди, отчего мышцы напряглись под почти прозрачной тканью сорочки, пуговицы которой держались только благодаря Иисусу Христу, — вы возьмёте дополнительную смену в субботу, чтобы проконсультировать стажёров?              Вот чёрт. Чёрт, чёрт, чёрт...              Чимин был похож на выброшенную на берег рыбу, открывая и закрывая рот. У него были планы съездить в Пусан на этих выходных, потому что он обещал мамулечке помочь замариновать двадцать килограмм кимчи. Парень уже предвкушал эту славную поездку не для того, чтобы отказаться от неё во имя работы.              Кажется, всё же иногда его рот работал быстрее, чем мозг. Если последний вообще осуществлял какую-либо деятельность в присутствии Чонгука.              — На самом деле, если бы ваша кошка не сожр...              — Я вас понял, — резко оборвал его Чонгук, видимо, не желающий распространяться об утренних приключениях на рабочем месте, среди жаждущих сплетен коллектива. Тот, к слову, уже начал заинтересованно переглядываться, пуская шепотки о том, где же адвокат Пак и начальник Чон могли видеться раньше. Чимин лишь перевёл дыхание и опустил взгляд, вперившись в документы перед ним, — итак, раз мы все познакомились, хотелось бы перейти к теме сегодняшнего собрания...              Чимин с трудом отсидел планёрку, на которой их новый начальник рассказывал о том, как важно работать в команде и поддерживать своих коллег-стажёров, при этом выразительно глядя на Чимина. Тот, в свою очередь, делал вид, будто безумно занят документами.              Во-первых, блондину было стыдно из-за опоздания. Будучи по природе здоровым перфекционистом, он не позволял себе приходить позже назначенного времени, убираться в квартире реже графика, выходить в мятой одежде и дальше по списку. А во-вторых, как только он смотрел на мощный торс начальника, облепленный белой тонкой сорочкой, в голове сразу же возникало что-то вроде «Сатана делает свою работу усердно, но пуговицы на груди Чон Чонгука — ещё усерднее», со всеми вытекающими мыслями дальше. Во избежание таких казусов на рабочем месте, как довольно заметный в брюках стояк, Чимин и не решался поднимать нос выше горизонта офисного стола.              После слов «на сегодня вы свободны, удачного рабочего дня», Пак был первым, кто тут же собрал свои вещи и поспешил удалиться. Однако, услышав громкое и требовательное «Чимин–щи, останетесь, у меня есть, что обсудить с вами», чуть ли не застонал вслух от разочарования. Тэхён и ещё несколько коллег выразительно посмотрели в сторону блондина. О нет, сплетни...              Сегодня явно не его день. Над ним либо изощрённо издеваются, либо...              — Итак, — Чонгук принялся губкой стирать нарисованные им же графики продуктивности, делая вид, что это сам Чимин остался после собрания и задерживает его личное время, — на этот раз ты в штанах?              Да, над ним совершенно точно изощрённо издевались.              Блондин шумно вздохнул и в привычном нервном жесте зачесал волосы назад, пытаясь отвести взгляд от спины, что закрывала приличную часть доски, краем глаз замечая пару силуэтов у полупрозрачной матовой двери в конференц-зал.              — Ну, на этот раз и вы не покрываете преступницу, — парировал, а затем попытался прощупать почву, наигранно равнодушно задавая вопрос, — кстати, не боитесь, что в офисе разнесут слухи о гейском романе их новоявленного начальника со своим подчинённым?              Чонгук обернулся, растягивая губы в ухмылке, приподнял бровь насмешливо. Пожал плечами, всем своим видом выражая позицию «если бы ты знал, как мне плевать, ты бы расплакался», положил губку на подставку. Сложив руки на груди, бедром опёрся о стол, осматривая Чимина с ног до головы.              — Будут говорить о том, что я в свой первый же рабочий день тут очаровал парня с самой красивой задницей в офисе? Знаешь, это даже можно принять за комплимент в мою сторону, — мягко хохотнул брюнет, чуть откидывая голову назад.              От такого явного флирта Пак почти замурчал, копируя поведение кошки его начальника, готовый чуть ли не спуститься на колени и начать лицом тереться об упругие бёдра Чона. А может и не только бёдра...              Парень с усилием перевёл свой взгляд с озорного лица Чона чуть ниже, замечая, как одна из пуговиц на сорочке начальника всё же предательски выскользнула из петельки, видимо, чтобы окончательно добить и так полуживого Чимина.              Блондин выдохнул и подошёл ближе, чувствуя на себе пробирающие тёмные глаза Чонгука. Потянулся к одежде мужчины, от которой едва ощущался аромат дорогого сладкого парфюма.              — У тебя тут... — позволил себе тоже перейти на «ты», чтобы чувствовать себя хоть немножко на равных.              В мыслях билось отчаянное «ты хочешь, чтобы он опрокинул тебя на рабочий стол для переговоров и вытрахал душу, о каком равенстве речь???», что Пак старательно игнорировал.              — Что там?.. — хрипло спросил Чон, не переставая смотреть куда-то в душу Чимина, наклоняясь ниже, так, что блондин вполне мог почувствовать тёплое дыхание на своей макушке. Их разница в размерах всё ещё вынуждала слабое на красивых начальников тело подрагивать.              — Расстегнулась... — почти проскулил Пак в ответ, дрожащими непослушными пальцами пытаясь застегнуть сорочку, чувствуя почти фантомное касание ладоней Чонгука к своей талии.              Закончив, Чимин поднял голову, встречаясь, наконец, с глазами цвета насыщенного коньяка. Они блестели знакомыми эмоциями, сменяющими друг друга в безумном круговороте. Интерес, желание, жажда действий. Мужчина уверен, что те лишь были отражением собственных, потому что бурю в душе скрыть не в силах, не перед человеком, из-за которого она, собственно, и возникла.              Чимин не знает, к чему бы это привело, однако в следующий момент от входа послышался судорожный визг, а в зал почти выплюнуло Тэхёна и ещё парочку особенно любопытных коллег. Дверь, видимо, просто напросто не выдержала веса трёх взрослых (над этим Чимин бы ещё поспорил) людей и поддалась напору, представляя всех сплетников под суд недовольному Чонгуку.              Пак не сразу понял что не так и почему бесстыдники так пялятся на них с брюнетом, а потом догадался, как это выглядит со стороны: прижатый к начальнику, раскрасневшийся и застегивающий его сорочку подчинённый.              На этом можно было отныне похоронить непорочную репутацию адвоката Пак.              На обеде, конечно же, Чимин рассказал обо всем своему лучшему другу и объяснил то, что произошло между ним и начальником. Тот, выковыривая изюм из кекса, купленного в буфете, насупленный из-за того, что Пак не принёс обещанное угощение, с деловым видом кивал.              — Конечно, если бы у меня почти два года не было серьёзных отношений и ещё полгода хорошего секса, то я бы тоже заглядывался и кидался на первых встречных...              Пак поморщился и отмахнулся, закатывая глаза, нанизывая яичницу на вилку, удовлетворяя ею разбушевавшийся из-за отсутствия положенного завтрака желудок.              — ...Хотя, не сказал бы, что наш сексуальный и богоподобный начальник Чон «первый встречный».              Проговорив это, Тэхён с остервенением вгрызся в сладкую выпечку, уже без «сморщенных бараньих какашек», как он называл изюм, заинтересованно глядя куда-то за спину Чимина.              — Я думаю, что я хочу отсосать его член, — задумчиво и мечтательно пробормотал Чимин, вяло ковыряясь прибором в тарелке, натыкаясь на круглые, как две плошки, глаза Тэхёна, всё так же прикованные к чему-то сзади блондина. Или кому-то...              Мурашки побежали по позвоночнику, когда Чимин понял, куда именно может смотреть тот.              — Знаете, обычно я беру перекус с собой и разогреваю его при необходимости, но с этого дня буду наведываться в столовую регулярно, только чтобы слышать подобные фразы из ваших уст, адвокат Пак, — как острая гильотина над тонкой шеей Пака звучали слова Чона. Чимин, не веря в то, что мог так облажаться, лишь прикрыл глаза и попытался спрятать лицо в ладонях, роняя вилку на стол.              «Тебе нужно позвать его на свидание», — весь оставшийся рабочий день талдычил Ким, присылая настойчивые сообщения, на которые Чимин благополучно отключил уведомления. Как предупредить о том, что совсем рядом стоит человек, о члене которого вы говорите, так это молчит, а как сводничеством заниматься, так это первый.              «Хорошо, но не говори, что ты до сих пор смеешь предполагать, будто твой краш натурал, после того, как он пялился на твои ноги и флиртовал с тобой на рабочем месте?» — в конце концов, пришло от Тэхёна. Надежда вновь начала виться вокруг мокрых мыслей о своём соседе.              В конце концов, Чимин мог бы сказать, что на этом его испытания закончились, и остаток дня он провел вполне плодотворно и спокойно. Всё же руководство обычно не дёргало рядовых адвокатов без необходимости, а тем и без него хватало работы: взять этих же молодых выпускников, которые только-только постигали азы юриспруденции на практике и нуждались во мнении более опытных коллег.              Уже после рабочего дня, под вечер, заходя в свою квартиру с кучей пакетов из продуктового наперевес (потому что выпечка никогда не обходилась дёшево и требовала постоянный обход ближайших супермаркетов в поиске наиболее качественного молока и яиц), Чимин невольно задержался взглядом на новенькой двери его соседа. Он всё ещё пытался не обольщаться и контролировать себя, одёргивая тем, что это его босс, хотя навязчивые и бесстыдные мысли всё же проникали в его голову, красочно обрисовывая постельные сцены с Чоном в главной роли, из-за чего щёки Чимина густо краснели, а нежную кожу на них нещадно пекло.              Блондин переживал. А когда его голова ходила кругом — руки почти рефлексом брались за муку. И вот он тут, засовывает основу для нового тарта в духовку, находя в занятии готовкой своё отвлечение от проблем. Кроме того, ему нужно было вернуть пиджак соседа. Кроме того, поздравить с новосельем. Жест приличия, ничего такого.              Спустя два часа стараний Чимин смотрел на сливочно-песочный пирог так, словно тот был виноват в его заинтересованности Чоном.              Тэхён на фото нового тарта отправил кучу смеющихся рожиц и что-то вроде «возьми с собой смазку и презервативы и оставьте мне кусочек» на что блондин почти решился кинуть друга в бан.              Несмотря на все уговоры, Пак всё равно нещадно трусил. Ноги сами привели его сначала на лестничную площадку, а затем и к двери соседа. В одной руке он держал угощение, на его локте в чехле висел пиджак, а второй нерешительно тянулся к звонку.              «Это просто дружелюбие. Я не хочу, чтобы он трахнул меня в горло. Я просто должен вернуть ему пиджак. Я не смотрел на его мышцы...» — медитировал про себя Чимин, как на американских горках катаясь на собственных мыслях от полной уверенности до абсолютного сомнения, то протягивая руку к звонку, то отдергивая, будто тот — корень вселенского зла.              Когда по ту сторону послышался звук щеколды, и дверь распахнулась сама, а в проходе Чонгук в белой футболке оверсайз опёрся плечом о косяк, насмешливо смотря на Чимина, тот подумал, что хотел бы, чтобы прямо сейчас под ним оказался люк, в который можно было бы провалиться, сделав ручкой.              — Знаешь, у меня есть дверной глазок. Я подумал, что шуршание за ней дело лап женихов моей кошки или на крайний случай — грабителей. Хотя, наблюдать за ходом мыслей на твоём милом личике было весьма занимательно.              Чимин официально умер. Тэхён может помянуть его сливочным тартом.              — А... Э... — информативно выдал он, тщательно подбирая каждое слово в голове, чтобы в итоге сказать что-нибудь складное, а не сраное «ваша кошка сожрала мой пирог».              Сглотнув, Чимин старался не смотреть на мощный разворот плеч его начальника и выглядывающие из-под рукава футболки цветные разводы чернил на его предплечье. Господь бог...              С усилием оторвав от Чонгука взгляд и опустив его на пирог, он почти захныкал.              — Я принёс пирог... для новоселья... и ещё твой пиджак...              Чёрт возьми, ему показалось, что Чонгук в открытую насмехался над ним, потому что в следующий момент сосед протянул свободную ладонь и окунул пару пальцев в сливочную начинку, которая ещё не успела достаточно застыть.              Чимин заворожённо следил за тем, как он приблизил указательный и средний пальцы к губам, за его промелькнувшим языком, что шустро и влажно слизал с них крем. Мужчина довольно замычал, будто бы эти сливки — самое вкусное, что он пробовал за всю свою жизнь.              — Теперь я понимаю свою кошку. На её месте, я бы тоже не удержался. Что ж, проходи, — произнес с улыбкой, забрал свой пиджак и подтолкнул парня куда-то вперёд, показывая на кухню.              Их планировки были схожи, и Чимин быстро сориентировался в пространстве, пока хозяин квартиры затерялся в её глубинах. То, настолько чистоплотным тот был, добавило ему дополнительных очков. Кое-какие коробки с вещами он, видимо, ещё не успел разобрать, но в основном та же кухня смотрелась очень уютно и обжито.              — Присаживайся за стол, я поставлю чайник.              Чимин неловко кивнул и положил форму с выпечкой на стол, замечая в начинке углубление от чёртовых пальцев Чона. Подавляя в себе дрожь, удобно устроился на стуле, разглаживая складки на своих брюках, смахивая с них невидимые пылинки.              — Ты переехал совсем недавно? Раньше никто... кхм, никто не ел мои пироги на балконе, — как можно милее проговорил Чимин, наблюдая за мускулистой спиной Чонгука, который доставал самые разные коробочки с чаем, а затем ещё раз протёр чашки, как самый гостеприимный хозяин. Пак на всякий случай как можно незаметнее провел пальцами по подбородку, проверяя, не пускает ли он позорно слюни на монолитные плечи брюнета.              Словно услышав, что речь идёт о ней, на кухню вальяжно зашла та самая кошка, смеряя Чимина придирчивым взглядом.              «Смеешь заглядываться на моего мужчину?», словно спрашивала глазами та. В конце концов она подошла к Чонгуку и начинала тереться о его ноги, показывая, что в отличие от Чимина, может сделать хотя бы это, а не просто смотреть на того глазами-сердечками.              — Ох, да... — уже намного тише ответил мужчина, напоминая в этот момент оленёнка бэмби с его по-детски невинным выражением лица, сразу же смягчаясь от вида своей любимицы. Чимин не понимал, как можно быть настолько милым и сексуальным одновременно.              Он наклонился, чтобы погладить довольную кошку меж её ушек, на что парень заскулил про себя. Он может помяукать, если Чонгук погладит и его тоже.              — ... может, где-то с пару недель? Удивительно, что ты нас не заметил.              Чимин вернулся из отпуска буквально неделю назад, так что не очень удивительно, о чем и сообщил Чону. А то, что раньше кошка не покушалась на его выпечку, объяснялось простым до нелепости фактом: в прошлые дни это были в основном фруктовые слойки.              Кажется, яблоки и груши её не привлекали, в отличие от нежных сливок. Кстати, о них.              Парень перевел взгляд на угощение, затем снова на Чонгука, приподнял брови, будто намекая, заметив, что тот буквально залип на лице Чимина. Блондин попытался скрыть смущённую улыбку.              Рядом с ним Пак почему-то чувствовал себя... окрылённо? Будто бы никто раньше не смотрел на него так любовно, с неприкрытым восхищением и интересом. Сказать честно, он и сам никак не мог отвести взгляда, по которому, он уверен, всё сразу становилось понятно.              Чон явно смутился и торопливо отвернулся, открывая шкаф в поисках десертных тарелочек, продолжая сервировать стол. Учтиво спросив насчёт чая и получив застенчивое «а есть зелёный?», с гордостью продемонстрировал огромную коллекцию, в которой нашлось даже несколько видов зелёного чая.              Наконец-то, усевшись напротив друг друга, они смогли полноценно продегустировать выпечку, пока кошка с неудовольствием грызла предложенный папой корм.              Чонгук почти сразу же начал расхваливать кулинарные способности Чимина, пока тот легко краснел и чуть ли не мурчал, подражая любимице Чона. Мужчина съел по крайней мере три куска тарта, пока Чимин ворковал что-то вроде «У тебя такой очаровательный аппетит, это прелестно...», на что Чон прикусывал губу и совершенно по-мальчишески улыбался, выглядя влюблённым юнцом.              Когда Пак вновь поднял взгляд, брюнет в упор смотрел куда-то в уголок его губ, на что ему пришлось рефлекторно облизнуться. Послышался короткий вздох со стороны Чонгука, тот же самый, как и на балконе тогда, а затем тот потянулся через стол, наклоняясь к лицу Чимину неприлично близко.              Парень приподнял брови и подался чуть назад от неожиданности, пока Чонгук не взял его за подбородок, мягко, но настойчиво фиксируя в своей ладони, наклонил голову, рассматривая темнеющими глазами каждую чёрточку Чимина.              — У тебя тут крошки, — хрипло произнёс мужчина, не отрывая взгляд от пухлых искусанных губ, опускаясь ещё ниже. Пак заскулил, еле слышно шепча:              — Слижешь?.. — так, что конец слова потонул в его же стоне от того, что Чонгук наконец-то накрыл трепещущую мягкость, сминая своей.              Если вначале поцелуй напоминал что-то нежное и даже робкое, будто Чонгук заново знакомился с ним, то спустя несколько минут он уже требовательно вылизывал рот Чимина, порыкивая от того, насколько сладко и вкусно чувствовались губы любовника.              Когда в груди начало жечь от нехватки кислорода, Пак с трудом отстранился, почти задыхаясь, внезапно обнаруживая себя на коленях соседа. И когда только успели?..              — Пожалуйста, блять, только не говори, что где-то на другой квартире у тебя какая-нибудь жена и дети... — смущённо пробормотал парень, стараясь выровнять дыхание, утыкаясь куда-то в шею Гука. Поддавшись порыву, укусил нежную кожу несильно, на что брюнет предупреждающе сжал его бёдра в ладонях, прижимая теснее к себе.              — Нет, детка, никаких жён и детей... Разве что одна разбалованная кошка, — хохотнул Чонгук, откинув голову назад, чтобы Чимину было удобнее выцеловывать ярёмную впадину мужчины.              Насколько он понял, шея Чона была одной из его самых эрогенных зон: он видел, как мурашки табунами ходят по предплечьям того, а в бёдра упирался внушительный твёрдый бугорок.              — Знаешь, если бы ты сходил со мной на свидание, то я, возможно, разрешил бы ей дегустировать сливочные начинки для пирогов и всё в этом роде... — совсем осмелев, промурлыкал Пак, любовно вылизывая родинку на ключице Чонгука, на что любовник напряжённо вздохнул.              — Чёрт возьми, я хотел пригласить тебя первым... Не думаю, что хочу, чтобы кто-нибудь ещё смотрел на твои голые ножки... — ухмыльнулся тот, подхватывая парня под ягодицы и усаживая его на стол перед собой. Он шумно сдвинул тарелки куда-то в сторону, пальцами надавливая на поясницу Чимина, на что Пак соблазнительно выгнулся, закидывая голени на талию своего будущего парня (теперь он в этом не сомневается), скрещивая щиколотки сзади, вжимая мощное тело в свой пах, на что они оба довольно застонали.              Забытая всеми кошка усаживается возле миски со своим кормом и внимательно наблюдает за двумя людьми, которые сплелись в странной позе и зачем-то едят рты друг друга, когда рядом стоит ещё треть сливочного пирога.              Ох уж эти человечки.