Долгий путь в никуда

      Вы же слышали эти истории, легенды об иноземцах? В детстве отец рассказывал мне множество подобных историй. Где — то, в далеких вселенных существуют герои, что могут спасти мир или же уничтожить его, и волею судьбы они попадают туда где, нужны больше всего, но поскольку они иноземцы, они должны пройти большой путь, чтобы решить судьбу этой реальности. Я думала, что это всего лишь детские сказки, но это оказалось не так. Откуда я знаю? Я встретила иноземцев — двух путешественников. И хотя они из одного мира, они враждовали как злейшие враги, но дорожили друг другом как сокровенные друзья. Казалось, эта битва приносит им некое извращённое удовольствие. Но в конце концов… В живых остался только один.....       Это был один из тех дней, когда на утро ты просыпаешься и понимаешь, что у тебя вроде все нормально устаканилось в жизни: вроде можешь нормально сочетать работу с учебой, не приходя на пары как нежить после очередной ночной смены, вроде даже один-два друга у тебя есть и ты с ними можешь нормально потравить шутейки из разряда «не для всех» и вам будет весело, потому что вы друг друга понимаете и что-то изобретать в поведении не надо. Вот только есть чувство, что что-то зудит на затылке, желание сделать, что-то неразумное, что-то, о чем потом полжизни будешь жалеть, но тебе плевать, потому что этот день явно запомнится на долго. В общем, я имею ввиду то самое чувство приключений, когда твоя жизнь висит на волоске, когда один неверный шаг и ты покойник, когда за длинным приключением длиною в недели ты находишь Грааль, о котором слагали легенды, а ты стал тем кто его нашел. Но кто знал, что это чувство не прослывет долго чувством о чем-то нереальным, а будет предвестником чего-то, о чем я долго буду жалеть.        Мерзкий звук Самсунговского будильника и вибрация, схожая с землетрясением вкололи мне не шуточный заряд бодрости, не смотря на то, что лечь рано мне не удалось — до двух ночи не спишь, а просыпаешься в восемь или восемь тридцать — таково мое расписание, и нет я не псих, моя шарага с ее очень странным расписанием, позволяют мне насладится одиночеством с утра, а к обеду направится в учебное заведение. По плану нужно было навернуть овсяночки, запить все это дело кофеем с овсяным печеньем, а далее после банных процедур, сесть за компьютер, чтобы прожечь… То есть готовиться к диплому. Самое трудное в любой работе — иметь план и тщательно выстроенную стратегию. В моей подготовке к диплому не было ни того, ни другого. Хоть я и нашел место практики, и вроде даже руководитель сказал, что сможет помочь, но в глубине своей черепушки я понимал, что там творится каша. А из-за хаоса в голове, на сердце был страх. Первобытный страх, который я должен был скрывать.       — Это никуда не годится. — Откинулся я глубже в кресло, сокрушаясь.       В во всех этих начинаниях есть какая-то своя комедия: когда ты занимаешься бытовухой, будь-то сидишь с друзьями или слушаешь музыку, ты представляешь у себя картину какой у тебя будет тот или иной проект, или что-ты будешь делать, если бы у тебя были бы те или другие возможности, но реальность такова, что везде нужна практика и опыт, а на простом энтузиазме далеко не уедешь.       И пока я просматривал очередной гайд по верстке, уже подошло мое время, когда сквозь снег ты должен пробираться в клетку, где сидят подобные тебе или хуже…люди. Я надел свои кожаные штаны, белую рубашку, подвязал рукава и закатал их, а поверх надел жилетку на четырех пуговицах. Хоть и стояла зима, но до температуры Сибири было достаточно далеко. Поэтому я надел вместо пуховика кожаную куртку, а на ноги старые берцы. Закинув сумку на плечо, я вышел из квартиры, и проверив дверь примерно миллион раз, я пошел до своего товарища по несчастью и программисткому промыслу. Жил он не сильно дальше от моего обычного маршрута, и я отписавших через телеграмму, двинул к нему, слушая в наушниках прекрасные добивающие мое сознание треки за авторством «Черниковской хаты»       Пройдя через несколько поворотов, и минуя ехидный лед, который мог оставить меня с мокрыми трусами, я дошел до нужного мне дома, но не нашел своего товарища, который должен был ждать меня возле подъезда. В чате весело всего одно сообщение и то было простым «Ок», на мою отчетность о начатом пути. Так я простоял минут пять        — Ты не верь слезам все вернется, после долгих ночей. — Напевая про себя стоял я, выдыхая пар изо рта.        — Былью сладкий сон обернется, после долгих ночей. — Подхватил мой мотив товарищ. — Долго ждал?        — Нет, но было бы лучше, если бы ты сказал, что задержишься. — Снимая наушники, с тяжелым выдохом сказал я.        — Я телефон найти не мог, а он у меня в руках был. — Саркастично сказал он. — Я не самый умный ребенок.        — Как и я. Ладно, пошли, а то нам яйцо оторвут.        — Надеюсь не правое.        — Если не сдашь долги, то оторвут правое.        — У меня их не так много. Если допишу все лекции, то хватит баллов.        — А если бы их писал в день, когда и все, то вообще бы не парился. — С укором сказал я. — А ведь у нас еще и диплом.        — Не дави так. Сам знаю, что ничего не знаю. Но…       Он несколько отошел назад, пока я смотрел вперед, а когда я повернулся к нему, в меня уже летел снежок, угодивший мне в лицо. Его сразу стало ощутимо щипать, а остатки снега упали под одежду. Удрученно, я закрыл глаза и убрал снег с лица, смотря на довольную ехидную рожу. Он стоял полируя руками новенький снаряд. Я сморкнулся, едва заметно покачал головой вперед и потянулся к небольшой горке снега.        — Знаешь, я думаю это никогда не кончится. — Готовя патрон, сказал я        — Может быть, у нас же еще есть время. — Смотря на часы, сказал он.       Я едва заметно улыбнулся и приготовился вести кровопролитную войну со своим оппонентом. Мы стали в боевые стойки, смотря друг другу в глаза, произвели первые выстрелы, которые прошли мимо, отпрыгув к кучкам снега, каждый из нас стал как можно быстрее делать шарики или что-то похожее на них, как только была готова первая партия, мы выпустили ее друг в друга. Мои два снежка пролетели рядом с его ушами, третий попал в область легких на его косухе. Я просмеялся, и в ответ в меня полетели патроны. От его снарядов мне удалось спрятаться за бетонным блоком, но один из них прилетел мне в колено. В этот раз он лишь хмыкнул. Разгоряченные, мы стояли по разные стороны баррикад, готовясь провести очередную атаку. Когда снаряды кончились мы перешли в ближний бой, просто кидаясь снегом. Набрав полную ладонь снега, я устремился к нему.        — Только попробуй ляпнуть. — Рявкнул он.        — Джекпот. — Зарядил я полной рукой снега ему в лицо.       С лицом лягушки я вместе с ним упал на асфальт, смеясь и угорая. После чего мы резко встали потные и разгорячённые.        — Остыл? — С прищуром спросил я.        — Очко Гайану. Я веду.        — Проблемы с вышматом? Счет равный. — Отвесил я ему легкий щелбан по носу. — Ладно. Пошли быстрее.        И мы двинули. Мне пришлось немного быстрее идти поскольку он был несколько выше меня, где-то на полголовы, но даже так он почему-то довольно быстро передвигал ногами. Серые коробки сменяли друг друга, а на лицах людей застыла одна и та же серая гримаса скуки и рутины. Нормированный рабочий день с девяти до шести, пять дней в неделю. Это ждало и нас.       На часах оставалось еще минут десять до начала пары, а мы уже сидели на своих местах в выученной аудитории. Пар на сегодня было немного, да и те были не то, что бы сильно интересные — сиди себе и переписывай с презентации и только. Но это с моей колокольни. У Гайана же все несколько плачевнее: ему добрую часть лекции надо переписать еще с прошлого семестра, чтобы сдать долг по балам и избавится от задолженности.        — И как ты это планируешь провернуть? — Откинувшись на спинку спросил я.        — Сядем в библиотеку и будем… буду писать. Дома слишком много вещей отвлекают.        — Умная мысль.        — Ну, я глуп, но не настолько.        — В библиотеке есть компы, попытаюсь, что-нибудь отрыгнуть.       На том и порешили. Ближайшие три часа тянулись не так убого как я того ожидал: в наушниках я смотрел мультики, периодически переводя взгляд на доску. Это весьма забавно, что на первых курсах ты как-то ответственно относился к тем предметам, которые преподавались, но после ты замечаешь, какими преподаватели приходят на пары: без жизни в глазах и с мешками по глазами, то сразу проскакивает мысль, насколько все это не имеет смысла. И только вероятность отчисления, а за ней и армейка — служат хоть каким-то мотиватором. Армейка же служит мотиватором только для меня, ибо Гайан тот еще сердечник и уже получил свой военник. Я же делаю то, что от меня требуется, закрывая все что имеется, но уже скорее из-за своей странной натуры.       По окончании, мы передислоцировались в другой блок и там уже и начали активную мозговую деятельность.        — Зачем покупать восьмой Resident Evil если есть четвертый? Это же просто рескин. — Вопросил я у товарища.        — Хочу.        — Ладно, не так. Почему тебе не скачать его с торрента? Не, я понимаю поддержать разработчика, все дела. Это все по чести. Понятно, но одно дело, если продукт качественный. А тут, ну, туда сюда.        — Только не начинай. Давай лучше в дискорде, вечером.        — Хорошо. — Я достал из сумки нужные тетради. — Вот держи. Эти две за тот семестр.        — Спасибо, с меня пиво. — С удивлением сказал он, смотря на почерк        — Это, если, что не понятно по почерку — спрашивай, я по клеткам начал писать через лекций пять. А я пока пойду поищу что почитать.        — Я думал ты будешь над дипломом думать. — С усмешкой сказал он.        — Пфф… Компы заняты. Придется либо подождать, либо уже дома делать. Вроде у нас должны быть пары с руководителями, чтобы более менее направить в нужную сторону. — Устало сказал я. — Сейчас приду.

29 января 16:55 Гайан

— Ладно, сейчас пару лекций напишу, и пойдем — Подумал про себя я.       Сам виноват, что оказался в такой куче дерьма, но ее хотя бы есть чем разгребать. Почерк конечно так себе, но лучше уж так чем никак. На самом деле нет сейчас ни сил, ни желания заниматься всем этим, но раз ушел после девятого, значит ушел после девятого. На самом деле это странно, что Рич решил взяться за голову сейчас, а не перед тем моментом когда он завалил математику в одиннадцатом классе и не смог поступить в летное, а ведь мог. Может это нас и связывает — два придурка, которые сначала просирают все, а после начинают хвататься за голову? Что-то меня не в ту степь понесло.        И вот я, герой клавиатуры, генерал диванных войск, сижу пишу никому ненужные лекции, чтобы от меня просто отстали и не трогали. На самом деле это все, что мне нужно. Конечно, если бы у меня были деньги, то было бы лучше, гораздо лучше, но в этом случае, нужно работать и прочее, что нужно: общаться с людьми, быть активным членом общества, а мне оно надо? На самом деле нет. В идеальном сценарии: у меня есть женщина, которая меня обеспечивает и любит просто за то, что я красивый… Погоди… Это ж мать. Ну, другая женщина.        — Я вернулся. — С ноткой усталости сказал Рич.        — Что за книга? Опять, что-то связанное с развалом совка?        — Молчи. Нет, вроде какое-то средневековье. «Путеводитель по Тейвату» написано так. Посмотрим — Он будто хотел начать читать, но его, что-то прервало.        — Ладно, а кстати… — Обернулся я к нему, но его и след простыл, только книга осталась на столе.       Я хотел спросить насчет, той тяночки-девочки, но сколько бы я не смотрел по сторонам, я не мог его найти. Я подумал, что он пытается пошутить — посмотрел под стол. Встав со стула, я осмотрел всю библиотеку по кругу, но его так и не нашел. Библиотека была маленькой, осмотреть ее было можно за две секунды. Я пошел ко входу — там его не было. Не может быть, чтобы он куда-то просто испарился. Я вернулся к столу.        — Если это какая-то шутка, то она не очень смешная, вылезай. — Сказал я в воздух.       В ответ прошло лишь молчание и странные взгляды со стороны остальных обитателей библиотеки. Я лишь еще раз осмотрелся, после чего посмотрел на книгу. С виду обычная книга: потрепанная от времени, в твердом переплете… странно пахнущая. Я взял ее в руки, от нее исходило какое-то тепло. Открыв ее, я почувствовал как меня начало что-то утягивать, но удержаться за что-то мне не удалось — окружающие меня вещи становились прозрачными, а мир вокруг заливался странными светом. Дальше я начал падать в каком-то тоннеле, где были различные картинки: там был какой-то горящий город, какие-то люди сражались с существами похожими на людей по строению, но были скорее обезьянами в масках. Картинки пролетали дальше, а я летел навстречу яркому свету, после которого ничего не было, как мне казалось.       Когда я очнулся надо мной было яркое, голубое небо. В воздухе не висел холод зимы, а скорее прохлада с нотами морского бриза. А земля не была мокрым и сырым снегом, а мягкой травой, покрытой мелкой росой. Было такое ощущение, что я проснулся в деревне у бабушки.        — Эй ты, не спишь. — Послышался знакомый голос неподалеку. — Ты нарушитель границы, так? Надо же тебе было…        — Да, да, да. — Нервно прервал я его. — Достал уже этот тупой референс.       Я приподнялся на локоть, пытаясь проморгаться, ища источник голоса. Он сидел на камне и что-то писал в то ли блокнот, то ли дневник и смотрел куда-то в даль. Видимо он тут провел несколько минут, пока я соображал куда он делся. А делся он похоже сюда. А сюда это куда? Сук, если моя гипотеза верна, то сбылась мечта каждого состоятельного анимешника — нас иссекайнуло, это хорошая новость, плохая новость — нас может забросить в мир, где мир на грани уничтожения и нужно что-то с этим делать, а я не хочу что-то делать, я хочу пить пиво и лапать девок за причинные места. Ладно, нужно встать на ноги и сообразить что-нибудь покушать.        — Ковальски, анализ. — Будто с бадуна сказал я.        — Судя по всему нас засосало в книгу, если смотреть на город впереди нас, то это либо средневековье тринадцатого века, либо очередное фентези для детей двенадцати лет, где есть магия и отсутствует логика. Ну или я не прав и этот мир автономная вселенная, где развитие пошло в другое русло из-за наличия важного фактора, который повлиял на развитие. — Словно машина выдал товарищ, не запинаясь и не переводя дыхание.        — А в шараге ты себя иначе ведешь. — Ехидно подметил я.        — Мама говорит, что я умный, но ленивый.       На этих словах он сложил ручку и дневник в сумку и встал, смотря на меня загородив солнце своей спиной.        — Ты же в курсе, что лежишь на куче какашек? — Ухмыляясь сказал он.        — А-а-а-а-а? В смысле?       Я моментально подорвался отряхивая себя со всех сторон, но похоже это была просто жалкая издевка, нужная, чтобы я встал побыстрее.        — Хахахаха. Видел бы ты свое лицо. — Улыбаясь, сказал он.        — Козел ты.        — Я знаю. Ладно. Нам надо спускаться с этой скалы и наверно направится в город или мы можем немного поболтаться по округе и нажить себе приключений на задницу.        — Оба варианта звучат прекрасно, правда один звучит как единственный нормальный, а другой как жопа. Но второй звучит интересней.       Но если подытожить: мы действительно в другом мире. Я пару раз попытался себя ущипнуть, как-будто бы это сработало, но глаза, запахи, звуки меня не обманывали — реальность другая. Я сделал несколько шагов к завораживающему пейзажу и сейчас просто пытаюсь обсосать своим мозгом все что меня окружает. Представьте себе, что два художника использовали одинаковые краски, но у одного получилась мазня из пеинта, а другой написал «Мону Лизу». Тут тоже самое: те же ели, трава, небо, камни скалы, но они образовывали такую живую картину, что моим языком это трудно описать. Вдали виднелся город, который омывало озеро, а над ним было яркое желтое солнце. Особенно сильно это играло на контрасте с началом сегодняшнего дня и общей серости нашего города. И в голове все это время крутились слова.        — «Ubisoft» представляет — Сказали мы в один голос. А после посмеялись.        — Разве ты не рад? — Дернул я друга. — Это же не сбывшаяся мечта миллионов, а мы с тобой здесь… — Я хотел продолжить вываливать свой багаж эмоций, но у него на этот счет было другое мнение.        — Это все конечно круто и прочее, но если это другая реальность — мы хрен знает где, звать нас никак, а то, что нас могут сожрать в первый час как мы тут оказались, я молчу. Так, что давай лучше лишний раз не будем рисковать, ладно? — Сказал он, смотря на меня тяжелым взглядом.        — Я не думаю, что все так плохо. Ты просто себя накручиваешь. Тебе бы почаще выходить на улицу, трогать траву, а не сидеть дома и пердеть в кресло.        — Что? Я не про это вообще. Ладно, раз ты эксперт, то валяй: будь лидером, а я буду сидеть и угарать над тобой.        — Это мы еще посмотрим. Ну, что, «Оруженосец» мы идем к неизведанному? — Воодушевляюще сказал я        — С чего…? А, ладно, пошли уже, я уже есть хочу. И кстати, выключи телефон, он может сесть, а большая часть воспоминаний о старом мире там.        — Хорошая мысль. Но может нам повезет и мы найдем зарядник.        — Ну, ну надейся — Спародировал он интонацию старого мема.       К сожалению моя сумка осталась на том стуле где я ее и повесил. Но хоть моя куртка со мной.       И мы двинули. Спустившись со скалы мы подошли к речке, умылись и решились из нее попить, вода оказалась, чистой как на вкус, так и на вид, без мути, но я все же надеюсь, что мы не схватим отравление и не будем ходить в туалет каждые пять минут из-за этого. С каждым этапом спуска с возвышенности мы все глубже спускались в лес, где бегала различная дичь: белки, лисы, зайцы, на ветках деревьев были зяблики, а на крутом склоне важничал журавль. В этом плане этот мир не удивил, но все-таки видеть их так близко после того городской суеты — в новинку.       Выйдя из чащи мы вышли на небольшую опушку, рядом с водопадом и небольшим озером с маленьким островком в центре, вдали виднелось небольшое поселение со странными, чудаковатыми существами… в масках? Возможно это такие местные индейцы?        — Эй, подожди. Мы же не знаем дружелюбные ли они. — Отдернул меня товарищ.        — И что ты предлагаешь?       Мы сели в небольшой куст рядом с поселением и стали шептаться.        — Понаблюдаем.        — Угараешь?        — Мы можем свалить, тоже вариант.       Если честно сейчас мне хотелось только одного — есть. Последний раз я ел часов пять назад, а после перемещения и ходьбы мне захотелось есть еще сильнее. Так что мне хочется верить, что эти странные на вид существа поделятся с нами едой.        — Может у них есть еда? — Поинтересовался я.        — Да, у них определенно будет еда, а именно килограмм восемьдесят, если мы туда сейчас пойдем.        — Да что ты заныл: «Нас убьют, нас убьют». Бесишь.        — Ну извини, что мне наши шкуры дороги. Знаешь, если хочешь можешь идти, я посижу здесь и буду смотреть.        — Ну уж нет, ты идешь со мной.       Я и не заметил как наше шептание переросло в перепалку и на нас обратили внимание аборигены. Несмотря на их аляповатый вид, смешные танцы и походки, но эти дубины в руках некоторых из них выглядели достаточно угрожающе.        — Сиди и не рыпайся, может они нас и не заметят.       Я пропустил его треп мимо ушей и вышел из кустов, пытаясь выглядеть максимально дружелюбно.

??? Ричард

      Великолепный план, Уолтер, надежный как швейцарские часы. Только так я могу описать расклад данных событий. Сделаю пометку в дневнике: давать Гайану подзатыльник за каждую тупую идею в его голове. Ладно, сейчас главное сохранять спокойствие и не паниковать раньше времени, такие вещи как спасение своей шкуры и чужой требуют трезвой головы и холодного расчета. У нас ни того ни другого. Так, что я буду делать то, что у меня всегда получалось лучше всего — импровизировать.       Итак, расклад такой: два тела звериной наружности с гривами льва, со способностью к прямохождению и ростом в полтора метра идут в нашу сторону с оружием, издавая странные звуки, на подобии крика черепах во время спаривания, мы два олуха из двадцать первого века, которые дерутся только во время того, когда их присует быдло в темное время суток, выходя при этом чудом живыми. Но у меня есть плюс: заботливая мама отдавала меня в секции, по боевым искусствам, куда я ходил, но бросил после двух лет обучения, да и в зальчик для культуристов я хожу. Но я не думаю, что после долгого перерыва я вообще хоть, что-то вспомню. Но для начала вообще посмотрим, что произойдет.        — Hola! Амигос — Начал наигранно кричать Гайан. Я уже пробил себе лицо ладонью. — Моя есть Гайан, я не есть ваш враг.       После этого дикари повернули голову на бок и почесали головы. Гайан же посмотрел на меня и, ехидно улыбаясь, показал большой палец, говоря «все схвачено». У меня совместно с внутренней истерикой появилось чувство интереса, будто смотрю ситком с и жду когда главный герой сделает очередную глупость.        — Моя прийти к вам с миром. Моя просить у вас еда. — Он руками показал на свой рот и еще какой-то странный жест, который я не увидел со спины.       Аборигены, вновь на него посмотрели, почесали подбородки и посмотрели друг на друга, издав странный звук, а после снова на Гайана. Мне на секунду показалось, что они зависли, и уже я, не понимая какого тут творится вышел к нему. Они перевели взгляд на меня.        — Они, что зависли? — Сквозь зубы сказал я.        — Не знаю, но кажется мы подружились. Они такие мелкие, по живот мне.        — Зато дубины как мой…        Агрессивный вопль дикаря прервал меня и дубины стали приближаться к нашим лицам. Гайан заблокировал удар своей рукой. Но похоже удар этой дубины был достаточно сильным и товарищ немного согнулся от боли. Пока я отвлекался, второй абориген зарядил мне в голову дубиной отчего в глазах потемнело, а лицо стало гореть.        — Ай, блять. — С рыком сорвалось из моего рта.        — Им похоже не понравилась твоя аналогия.        — Надо сваливать пока не пришло подкрепление. — Уклонился я от атаки.        — Думаю, кха, ты прав. Отбиваемся и валим       Сердце стало стучать быстрее, кровь в жилах начала будто закипать. Я схватил дубину, монстра и ударом по его рукам выбил оружие и добавил ударом наотмашь в лицо оппонента. Для завершения я замахнулся и долбанул со всей силы по макушке. Прошел глухой звук и его маска треснула. Отдернув дубину я пнул его ногой в живот. Переведя взгляд на ситуацию друга и то как он уклоняется от ударов, я быстро переместился к спине дикаря, ударил его ногой в коленную чашечку, склонил к земле и зарядил, что есть сил по белой мишени.        — Ты как? — с отдышкой спросил я.        — Жить буду, у тебя лицо…больно? — С жалостью спросил он.        — Хуже не будет. Надо драпать.       На этих словах из глубины лагеря послышались шаги. Тяжелые шаги, а за ними появился он — бугай метра три ростом, с мощной гривой и рогатой маской, держа в руках дубину, которой можно людей в землю забивать. От вида этого чудища, мне почему резко захотелось продолжить писать диплом, а не вот это все.        — Смотри, на три бьём в колени и бежим — Прохрипел Гайан.        — Что?! Он нас по стенке размажет.        — Если сделаем все правильно, то не размажет, а сейчас давай: по команде.       Я не думал, что из этого выйдет: мы либо умрем трусами, либо смельчаками. Но мне было слишком страшно, чтобы думать о чем-то еще. Бугай подошел достаточно близко и, после оглушительного рева, он занес над нами дубину.        — Три. — Скомандовал Он       Я дернулся в левую сторону и с размаху, что есть сил, словно кувалдой вломил врагу по суставу, тоже сделал мой партнер, монстр склонился достаточно, чтобы мы могли достать до его головы.        — И еще раз.        Моя дубина пришлась ему по части, где у него по логике должны были находится уши, удар же Гайана был направлен, на лобную часть. Я не знаю, что из этого было более эффективным, но кажется, что мы его оглушили и сейчас была самая удобная возможность драпать, что есть сил.        — Валим — Крикнул я, и мы втопили, так что пыль поднялась.       Лучшим вариантом было бежать напрямую в город, за каменными стенами явно безопаснее, чем в пустом поле или где-то в лесу. Но нашей физической подготовки хватило, чтобы добежать до какого-то здорового дерева, где стояла статуя со странным ангелочком. Вероятно сейчас это было самое безопасное место для нас: хорошо просматриваемое, много дружелюбной живности, и до города рукой подать.       У речки неподалеку мы решили оценить возможный ущерб нашим конечностям. Я снял куртку и начал отмывать лицо и руки. Посмотрев в отражение я увидел что правая часть моего лица была в царапинах, а над бровью не было куска кожи. У товарища дела были не лучше. Либо ушиб, либо выбита рука, и в месте удара был прекрасный синий синяк.        — Хорошо хоть не по лицу — С иронизировал он. — Ну ты видел, как я ему.       Я дернул его за нос.        — Ай, больно же.       Я лишь молчал, смотря на него с осуждением. Тем временем солнце уже двигалось к закату, а нам все еще хотелось есть.       Сев под дуб, я потянулся к сумке, достал пачку «Парламента», зажигалку, зажал во рту сигарету, зажег и сделав затяжку, поймал момент расслабления. Странный день, странный мир, все непонятно, но именно сейчас я хотел, чтобы эта секунда длилась как можно дольше. Я устал, голоден, с гематомой, но настолько живым я себя давно не чувствовал, я словно вернулся в то время, когда был ребенком, а мы бегали по гаражам и боялись того, что выйдет хозяин и даст нам по шапке. А здесь примерно тоже, но декорации другие. Декорации… Огромный дуб под которым мы сидим, он явно старше всех деревьев в округе и ему, наверно, не одна сотня, а может и тысяча лет. Массивная крона, под которой можно укрыть несколько семей от дождя, а он и не против будет. Вокруг него летают не то бабочки, не то светлячки, истощающие приятный, мягкий, синий свет, а главным украшением поляны, можно назвать ту статую, с ангелом, в которую бьет столб синего света.       Солнце потихоньку скрывалось за горизонтом, а у нас был выбор: либо остаться, либо пойти в город. Я выбрал второе. Я сделал еще одну затяжку и отдернул своего товарища, мол, пошли. Луна в этом мире была достаточно большой и отражала достаточно света, так что я со своим зрением мог видеть ночью, да и сам город был большой лампой, а мы как мотыльки, шли к нему.       Выйдя из долины, мы предстали перед, наверное, самым важным пунктом нашего сегодняшнего путешествия — город, на ближайшие дни нам нужно будет раскидать правильный порядок действий, чтобы не вылететь отсюда и не скитаться по миру в поисках приключений на задницу. Нет, я конечно не против приключений, но все же хотелось иметь хоть какое-то снаряжение, может меч или хотя бы нож. С ножом я обхожусь куда лучше чем с мечом — последний я лишь видел на картинках в интернете.       После моста, который был переправой через реку, переходившую вероятно в озеро, мы подошли к воротам, где стояли два, по-видимому рыцаря, один блондинистый и один с черными волосами, оба облачены в стальные кирасу с, по-видимому золотым гербом государства высеченным на груди, наплечники, поножи и наручи. Один из них едва стоял и скорее мирно сопел, чем был на посту, а другой стремился соответствовать выправке рыцаря, но смыкающимся глазам было понятно, что по чем.        — Окей, в этот раз я буду говорить, а ты не сморозь глупость. — Шепотом сказал я товарищу        — Понял, босс. — Насмешливо сказал он.        Мы подошли ближе с самому бодрствующему из них и прождали несколько мгновений прежде чем он понял ситуацию и как заведенная кукла, вытаращил глаза и начал тараторить.        — Добро пожаловать в Мондштадт, путники! Чем рыцарь Ордо Фавониус может вам помочь. — Сказал он став смирно и сделав отмашку правой рукой: от сердца к земле, а правая рука за спиной.       Я сначала был в небольшой прострации от его… громкого голоса и… движений, но быстро пришел в себя и начал быстро думать, что говорить.        — Нам нужна помощь: мы попали в переделку, на нас напали монстры и мы давно не ели. И думали, что сможем тут найти ночлег или лекаря.       На этих словах я словно услышал как в его голове начали крутиться шестеренки: он начал взглядом осматривать меня и скорее мое лицо, а после переключился на моего друга, который стоял держась за руку. Конечно, это не травмы, а скорее то, что получил бы любой паренек в моем босоногом детстве, а потом бы попросил добавки, но все же лучше будет, если мы избежим осложнений.        — Тогда пройдемте со мной господа, я Свен из караульной службы ордена отведу вас к сестрам, где вам окажут должную помощь.       Сразу за воротами располагалась рыночная площадь. Днем это наверное было достаточно шумное и людное место, но сейчас здесь пусто, только лавки со всякими продуктами и тканями и прочей мелочью остались стоять. Слева от входа стояла кузница как мне показалось, там сейчас работает кузнец — здоровенный мужчина, с темными волосами и мощной бородой, кажется, что если я его разозлю, то он меня пополам сломает и даже не заметит. Пока мы шли по городу, меня атаковало чувство, когда ты идешь рано в свое учебное заведение, а на улице нет никого: только ты, ночь и луна. И такое чувство мне нравится.       Наш отряд, минуя торговый район, поднимался по лестницам выше. Стоящий на острове город-крепость ожидаемо имел ярусное строение, так что путь шёл в гору. Каждому ярусу ─ своё назначение. Очевидно, первый был полностью отдан под жилые нужды. Для чего предназначались остальные ещё предстояло узнать, но мне кажется я знаю. Свен сказал сёстры и я не думаю, что он имел ввиду медсестер, а значит мы имеем тут дела с религией, а с ней я не очень дружу.       Уже на площади с фонтаном, я стал крутить головой по сторонам: тут скорее всего был район ремесленников. По стойке со всякими склянками и странным прибором, можно подумать, что это лавка алхимика, по столам и небольшой печи по одаль я приметил, то что бы назвал кафе. Чуть далее я заметил вывеску с ниткой и иголкой, возможно тут портной. И кажется я обнаружил еще одну проблему. Текст ниже рисунка я не смог прочитать.        — Кажется у нас еще одна проблема. — Дернул я за рукав напарника и сказал ему на ухо. — Попробуй прочитать текст на той табличке.       Он сначала прищурился, а после перевел взгляд на меня и, с лицом лягушки кивнул. Вскоре, миновав большой фонтан посередине площади, мы поднялись на второй ярус, отгороженный внушительной крепостной стеной и мельницей. Странно, что они не продолжили тенденцию одной большой лестницы в небо. Пространство было в основном занято домами горожан и прочими разными зданиями, не связанными с торговлей. Это я заметил пока мы поднимались по еще одной лестнице. Ненавижу лестницы. Нет, я серьёзно. Когда мы поднялись к жилой зоне, мы двигались достаточно странными переходами, но везде я видел лестницы: лестница к двухэтажному дворцу и вымощенного камня с четырьмя башнями, где ничего кроме этого дворца не было. Несколько лестниц к той самой стене, замковому строению, где все еще горел свет в одной из комнат первого этажа. Какой-то паршивый архитектор.       После, наверное самой длинной лестницы, мы вышли, как мне казалось, на взлетную площадку, но нет, это скорее… я не знаю как это назвать. В любом городе есть такая площадь: пустая, может с парой построек, чтобы не так пусто было, и здоровенный монумент какому-нибудь герою или событию. Вот здесь тоже самое: большая статуя ангела, аналог, которой мы видели в долине, только эта была больше раз так в пять и окружена маленьким рвом, где, наверное, можно помочить ножки. Естественно, по кругу стоят каменные навесы, а под ними лавочки, чтобы можно было посидеть в теньке в знойный, жаркий день. Это мне знакомо.       Далее наш взор перешел уже на саму церковь, куда нас вел рыцарь. Она мне казалась очень и очень знакомой. До определенного момента я думал, что все церкви выглядят одинаково: сделанные под золото купола, и прочая безвкусица, но так было до того момента, когда в нашем мире сгорел Нотр дам. Здесь здание не было похоже на него, но имело схожий стиль: фасад церкви с двумя башнями, обрамлённые через каждый метр, большая часть фасада сделана из стекла, а с каждой стороны небольшие колонны, которые связаны с основной конструкцией изогнутыми балками. Вспомнил — церковь Святого Павла во Франции, один в один. Ненавижу, когда богатенькие знакомые говорят, что куда-то ездили за границу.       На входе нас повстречал еще один рыцарь, выполнив то, что тут выглядит как воинское приветствие, пропустил нас внутрь. А внутри все как я и думал: отполированные полы с узорами из геометрических фигур, некоторые из которых похожи на цветок, лавочки, колонны и в конце ярус, где скорее всего стоит священник и молится.       Мы прошли еще немного, прежде чем нас заметила сестра, которая в этот момент молилась. Учитывая акустику, она должна была нас заметить как только мы вошли.        — Добро пожаловать в церковь Барбатоса, пусть ветер направит вас, путники. Чем могу быть полезна? В хотите исповедаться. — Мягким голосом сказала она.       Ладно, не смотря на мое отношение ко всем этим церковным мероприятиям — отрицательное, могу сказать, что сестры — единственный плюс. Скромный вид, открытость, желание помочь и просто как услада для глаз, они хорошо с этим справляются.        — Простите, что тревожим в столь поздний час, Виктория. — Начал Свен. — Этим путникам нужна ваша помощь как знахаря.       Она обвела нас взглядом, как это пару минут назад сделал Свен и мягко улыбнулась.        — Хорошо, я сейчас схожу за всем необходимым и вернусь.       Когда сестра пришла у нее были повязки и какая-то емкость с каким-то раствором или мазью, а после она начала нас обрабатывать. Я, честно, немного удивлен, что так сразу нам решили помочь: ни тебе мед карт, ни очередей. Только я не уверен, что мы сможем заплатить.       Мне и напарнику наложили повязки, которые она сначала смочила с воде, а после смазала их серым раствором, как она сказала: «Сесилии — прекрасные цветы дарованные нам Барбатосом, они растут там где сильнее всего дует ветер. Они отлично подходят для лечения легких ран и несварения желудка.» — Это мы потом запишем.        — Мы благодарны вам, но к сожалению мы не можем вам заплатить. — Виновато сказал я.        — Не нужно. Церковь Барбатоса всегда помогает нуждающимся искателям приключений. Даже если их каждый день ждет неудачи.        — Это вы о ком? — Поинтересовался Гайан.        — О мальчике Беннете. Жалко его. Столько рвения и энергии, но его почему-то постоянно преследуют неудачи: то молния рядом ударит, то споткнется на ровной земле или отравиться тем чем нельзя отравится. Надеюсь Барбатос поможет ему.        — Прискорбно звучит, но тогда ему повезло, что у него есть такой замечательный город, где ему всегда помогут.       На этом мы покинули церковь. Как-то меня беспокоит эта одержимость этим Барбарино. Статую ему отгрохали и не одну, бьюсь об заклад местные также его упоминают на каждом шагу, а страна называется тоже как-то в его честь.        — Псс. — Дернул меня Гайан. — Что с лицом?        — Ненавижу, когда люди постоянно говорят о богах. Ненавижу богов. Слишком много веры люди вкладывают в то, чего не понимают.       После Свен отвел нас окольными путями к местной таверне или как он сказал: «Главная достопримечательность и гордость Мондштадта — Доля ангелов». Говорит, что владелец на своей винокурне готовит вино известное по всему Тейвату и что ему нет равных. Но он все же предпочитает «Кошкин хвост» из-за ее владелицы.        — Значит Тейват, да? Название этого мира или континента? — Произнес мысли в слух я.        — Странный вопрос — Удивился рыцарь. — Но так называют весь окружающий вас свет. От Инадзумы до Снежной. — Он немного призадумался. — Может вы мне расскажите за бутылкой вина, что вас сюда привело, а после мы решим, чем можем помочь. Все за мой счет.       На удивление добрый самаритянин нам попался или это просто я отвык от того что люди могут помочь просто потому что у тебя проблемы.        — Конечно, выпить всегда приятно. — Выпалил Гайан. — Правда, Рич?        — Да-а-а. — Неловко ответил я. Не люблю когда болтаюсь мертвым грузом или когда за меня платят.       Мы зашли в таверну. И, что странно тут было практически пусто, за исключением пары спящих мужиков и бармена, который протирал стаканы. Первый этаж был весьма наполненным всякой утварью и декорациями — трудно было за что-то уцепится глазу. Множество картин с различными пейзажами по всему периметру этажа, несколько столов и лавок, стойка за которой были полки с вином в разных бутылках и разных цветов, только запах стоял такой, что хотелось выйти отсюда как можно скорее.        — Свен, уже поздно — мы закрываемся. — Не отвлекаясь от дела сказал бармен.        — Чарльз, не вежливо прогонять с порога. Мы по делу. У вас же есть свободные комнаты?        — Да, две на третьем этаже вроде еще свободны, а это я так понимаю новые постояльцы?        — Да, это Ричард и…        — Гайан. Гайан Рослинг.       Чарльз достал из стойки большую, пыльную книгу и стал искать страницу, отвечавшую за расположение гостей. После достал перо и чернильницу и стал заполнять.        — А Ричарда как по фамилии?        — Плискин. Ричард Плискин.        — Хм… Как интересно. Вы не из Натлана случайно? — Поинтересовался бармен.        — К сожалению нет. Это мы и хотели обсудить со Свеном — подытожил я.        — Ладно. У меня есть еще немного времени до закрытия. Так что я тоже послушаю. Но после вы мне поможете вытащить тех двоих на улицу.       В общих чертах мы обрисовали нашу ситуацию. Историю рассказывал Гайан, а лишь мирно попивал местное винцо, которое нам вежливо налил бармен. Я небольшой знаток вин, да и если честно у меня убиты рецепторы, так что для меня это просто вода, которая сушит, но определённо эффект я ощутил, когда уже бутылка кончилась.        — Никогда бы не подумал, что такое может случится. И там у вас нет ни богов, ни монстров?        — Первых никто никогда не видел, но кто-то их придумал, а в роли вторых люди отлично справляются. — Сухо ответил я.        — Что ты такой кислый? — Отбил меня слегка в плечо Гайан. — Все у нас будет нормально. Не парься. — Он был уже слегка под градусом.        — Да. — Также развязно ответил Свен. — Завтра я отведу вас к магистру, может она вам сможет помочь.        — Хорошо если так. — И я сделал еще один глоток из бутылки.       Чарльз достал часы из кармана и призадумался. Похоже мы засиделись.        — Ладно. Вот ключи от верхних комнат. Мне пора закрывать первый этаж. Свен, надо выволочь тех пьянчуг отсюда. А вам надо сейчас выйти и обойти здание, там лестница на третий этаж.        — А за комнаты сколько должны? — Поинтересовался я.        — Я запишу это на ваш счет. Но потом заплатить все же придется.       Я тяжело выдохнул и мы побрели к нашим комнатам. На улице было стало значительно темнее, а свет в окнах больше не горел, только фонари освещали главную улицу.       По скрипучей лестнице мы поднялись наверх и вошли внутрь. На этом этаже было всего три двери, две из которых поддались нашим ключам, а третья находилась в другом конце этажа, а рядом была табличка с текстом, который нужно было уметь переводить. Но перед тем как идти спать мы вышли на балкон.        — Ставлю тысячу, что мы валяемся сейчас на полу, в бреду, с температурой.        — А может нас действительно перенесло в другой мир, где у нас наконец-то появятся женщины и деньги        — Ну да, а еще сломанные кости, нервные срывы, и спать мы будем под открытым небом.        — Ну насчет последнего ты уже не прав.        — А кто «лев»? — Отшутился я.        — Вери фани*. Забавно, что мы не можем читать, но можем говорить.        — Чувствую, что на собеседовании с магистром появятся вопросы к нашим персонам.        — Но это уже проблемы будущих нас, а нынешние мы сейчас лягут в мягкую постель, укроются одеялом и будут спать.        — Смотри, что бы тебя клопы не съели за ночь.       На этих словах мы разошлись. Я чувствовал его оскорбленную гримасу всем своим естеством и это было приятно. Не приятно то, что придется выстраивать связи, зарабатывать репутацию и заново учиться некоторым вещам. А достояний мира современного тут нет и просто не загуглить тот или иной вопрос. Сплошные проблемы.       В выданной мне комнате, было… В общем было. Стул, кровать, перьевые подушка и одеяло и ящик, ну и лампа, которая работала от скорее всего от масла, но я не уверен. Все сделано из довольно качественного дерева и с приятной глазу отделкой. Стул правда все портил: куцый он был какой-то, но скорее всего все деньги ушли в кровать. Так оно и оказалось. Половину своей жизни я спал на диване. Не очень качественном диване, а тут как на луну улетел.       Сбросив одежду на стул, я достал из кармана телефон и по привычке попытался посмотреть время, но вспомнил, что он выключен. Я не думаю, что мне удастся как-то его зарядить, но и долго его оставлять выключенным не вариант. Раскачивать аккумулятор дело запарное.       Бросив смартфон к остальным вещам, я достал свой кожаный… нет не страпон, а дневник, который мне навязал терапевт, мол, так ты сможешь систематизировать свои мысли и дела. Но вроде эта хрень даже работает, если это, конечно, не вина эффекта плацебо.

*Запись в дневнике*

      Не знаю, смеяться, плакать, радоваться, но мы пережили первый день в новом мире. Мире далеком от нашего во всех аспектах. В первые часы мы едва не откинулись, но благо все обошлось. Судьба нас привела в город Мондштадт, вроде бы так, в мир под названием Тейват, где нас приняли и подлатали. Нам помог рыцарь по имени Свен — славный парень, доброй души человек. Мне еще непонятно большее количество правил этого мира, но очень скоро все станет понятно.

*Конец записи*

      Пока я думал, что еще дописать, в голове крутились образы того дуба и вида города, и я решил их нарисовать. Ну как нарисовать — как умею, а умею я никак. В общем получилась неплохая карикатура.       Отложив дневник на ящик, я выключил лампу и начал проваливаться в сон.