Дилемма Перси
22 ноября 2022 г., 18:31
У Перси была дилемма. Три дня назад он подслушал, как министр Фадж говорил со своим заместителем о предстоящем слушании по делу об использовании магии Гарри Поттером. Перси не знал, что ему делать, сколько бы времени ни размышлял об этом.
Пускай он и предпочел карьеру в министерстве, а не верность своей семье, он оправдывал это тем фактом, что министр следует правилам, поддерживающим общество, в то время как его семья пытается дестабилизировать это общество, заявляя, что Сами-Знаете-Кто вернулся. Но чем больше он думал об этом, тем больше понимал, что его лояльность была больше к правилам и законам, чем к тому, кто их поддерживает. Отсюда и возникла его дилемма.
Он знал, что Гарри Поттера обвиняют в нарушении разумного ограничения колдовства несовершеннолетних, и это вовсе не стало для него неожиданностью. В конце концов, когда он сам учился в Хогвартсе, то знал, что Гарри нарушал правила всякий раз, когда мог выйти сухим из воды, но теперь его поймали за пределами Хогвартса, где директор не мог его защитить. И если Поттера признают виновным в нарушении Статута, что, как предполагал Перси, произойдет, у министра не будет проблем с вынесением приговора для парня. Проблема заключалась в том, что, если он правильно понял, министр планировал, как минимум, обойти законы, чтобы добиться желаемого. И теперь Перси столкнулся с необходимостью выбирать между работой и совестью.
Он знал, что должен с кем-то поговорить об этом, но с кем? Кому он мог доверить выслушать то, что он сказал, не осуждая его и не рискуя своей карьерой в случае его неправоты? Он отодвинул мысли на задний план, зная, что не сможет найти ответ на вопрос в ближайшие время. Может быть, если бы он на какое-то время забыл об этом, решение само бы пришло к нему.
Ответ, как оказалось, нашелся на следующее утро, когда он шел в министерство. Вскоре после того, как он вошёл в лифт, к нему присоединился его отец.
— Персиваль, — холодно сказал Артур.
— Отец, — ответил Перси, зная, что использование его полного имени означает, что отец все ещё сердится на него. Он не понимал, почему его отец был так расстроен после того, как Перси объяснил ему причины своего решения, ведь он всегда был достаточно адекватным, когда не играл со своими маггловскими игрушками…
В голове у Перси появилась. Он мог бы поговорить об этом с отцом. Не в деталях, конечно, но если он расскажет даже в общих чертах, отец мог бы помочь, если бы захотел. Когда они вышли из лифта, Перси похлопал отца по плечу.
— У тебя сегодня есть время поговорить? — спросил он.
Артур посмотрел на него, словно решая, что ответить. Через несколько секунд он кивнул:
— Да, я могу, но лучше раньше чем позже. У меня будет несколько отчётов сегодня днём и я буду занят.
Перси выдохнул, неосознанно задерживая дыхание.
— Как насчёт сейчас? — предложил он — Прежде чем кто-нибудь перехватит одного из нас.
— Хорошо, — сказал Артур. — Пошли в мой кабинет?
Перси кивнул.
— Да, я думаю, это было бы лучше всего.
Артур кивнул в ответ и пошел в сторону своего кабинета. Он не был уверен, что происходит, но Перси, казалось, хотел поговорить с ним по-настоящему, так что он решил, что стоит попробовать. Может быть, он вернётся в семью, хотя Артур не питал особых надежд.
Двое мужчин направились по коридору в сторону кабинета Артура прежде, чем кто-либо успел подойти к ним с вопросами, а затем Перси наложил чары уединения, как только дверь закрылась. Артур приподнял бровь, но решил позволить Перси высказаться первым.
— Папа, мне нужен совет, — сказал Перси, усевшись в одно из гостевых кресел. Артур кивнул, но ничего не ответил, поэтому Перси продолжил. — Прежде чем я что-то объясню, мне нужно, чтобы ты пообещал, что не будешь делать поспешных выводов или суждений и выслушаешь меня. Я знаю, что мы не всегда были на одной стороне, особенно в последнее время, но ты всегда пытался научить меня различать добро от зла, и я уважаю тебя за это.
Артур хотел было открыть рот, чтобы что-то сказать, но решил не делать этого. Перси явно был чем-то обеспокоен и обратился за помощью к отцу, хотя в тот момент они не были в хороших отношениях. Последнее, что он хотел сделать, это увеличить пропасть недопонимания между ними. Через мгновение он прикрыл рот, кивнул и жестом пригласил Перси продолжать.
Перси воспринял кивок отца как согласие помочь. Он по-прежнему не хотел рассказывать все подробности, но знал, что нужно с чего-то начать.
— Хорошо, вот в чём проблема. Недавно мне стало известно кое-что, чего я не одобряю, но если я скажу что-нибудь об этом, меня могут уволить или того хуже. Дело в том, что я точно не знаю, что происходит. Я не знаю будет ли это иметь какие-либо важные последствия в будущем, или это просто вопрос того, как все произойдет.
Артур выглядел немного растерянным. Он пытался понять чего хотел от него сын, но его логика была не очень ясна.
— Я не совсем понимаю, что ты имеешь в виду, Перси. Можешь постараться быть менее расплывчатым в том, что тебя беспокоит?
Перси вздохнул и задумался. Артур понял, что Перси не расстроился из-за того, что он задал вопрос, но он просто не знал, как на него ответить. В конце концов Перси, казалось, внутренне пожал плечами и ответил отцу.
— Во-первых, ты же знаешь, что я сторонник правил, верно? — Артур кивнул, успешно сдерживая ухмылку (или гримасу). — Верно, есть ситуация, когда кто-то сделал что-то, чего не должен был делать, и с этим нужно разобраться. Теперь есть правила о том, как нужно поступать с такими вещами, и нет причин им не следовать. Но тот, кто контролирует это дело, хочет убедиться, чтобы с нарушителем разобрались, и планирует, по крайней мере, обойти, если не нарушить некоторые из этих законов, чтобы гарантировать, что с преступником разберутся.
Артур выглядел задумчивым.
— Могу ли я задать несколько вопросов? Мне кажется, я понимаю, о чем ты, но я хочу уточнить детали.
Перси кивнул.
— Я не обещаю сообщать тебе подробности, но я постараюсь ответить как можно лучше.
— Хорошо, — сказал Артур, — во-первых, я думаю, исходя из того, что ты сказал, кто-то нарушил закон, что его нужно судить, и что, если его вина будет доказана, должно быть назначено наказание. Я сейчас на правильном пути?
Перси снова кивнул, но не стал вдаваться в подробности.
— Понятно. Значит, правила, которые ты упомянул, должны иметь какое-то отношение к судебному процессу. Ты хочешь сказать, что кто-то пытается обеспечить исход суда ещё до того, как он состоится, может быть, даже намеренно делает всё, чтобы оклеветать Гарри?
Перси нахмурился. Мог ли Фадж специально сфальсифицировать дело, чтобы обвинить Поттера? Перси не думал, что всё зашло так далеко, но он должен был признать, что не может полностью исключить такую возможность.
— Я не скажу, что это точно, по крайней мере, не до такой степени, но ради этого обсуждения ты можешь предположить, что это по существу правильно.
Артур тоже нахмурился.
— Я знаю, как бы поступил я, основываясь на том, что ты мне сказал, но я знаю, что это не то, что ты хочешь услышать от меня. Поэтому спроси себя: Что причинит наибольший вред, если ты сделаешь неправильный выбор? Есть несколько вариантов: Получит ли обвиняемый справедливый суд или нет? Виновен он или нет? Я предполагаю, что лицо, ответственное за судебный процесс, пытается добиться обвинительного приговора, да?
Перси кивнул, и Артур продолжил.
— Наибольший вред причиняется, если вердикт не соответствует тому, виновен он или невиновен. Худшим сценарием было бы, если бы обвиняемый был виновен, но отделался, что, скорее всего, произойдет в ходе справедливого судебного разбирательства, — сказал он, — Или если они невиновны, но признан виновным, что более вероятно произойдет в ходе несправедливого судебного разбирательства. Так что же хуже?
Перси закрыл глаза, явно глубоко задумавшись. Артур решил дать сыну немного времени и взял первый дневной отчет.
В своих мыслях Перси взвешивал варианты и обдумывал слова отца.
Каков был бы вред в любом из этих случаев, и что было бы хуже? С одной стороны, если Поттера признают невиновным в преступлении, которое он совершил, будет ли реальный вред? Конечно, он всё ещё будет говорить, что Сами-Знаете-Кто вернулся, но сейчас Министерство держит всё под контролем. И хотя он действительно нарушил Статут секретности, Перси не слышал о том, чтобы кого-то из стирателей памяти вызывали, так что всё не так уж и плохо.
Но с другой стороны, что, если Поттер действительно невиновен? Это означало бы, что Сами-Знаете-Кто действительно вернулся (Перси неосознанно вздрогнул при этой мысли, но Артур этого не заметил), и у него, должно быть, была веская причина для использования магии, когда он это сделал. Если его, несмотря на это, признают виновным, тогда они сломают ему палочку и выгонят из Хогвартса, может быть, даже хуже. И если Сами-Знаете-Кто ещё раз попытается убить Гарри Поттера, у того не будет шансов.
Нет, понял он, вопрос не в том, что хуже, а в том, хватит ли у него мужества что-то с этим сделать. Перси открыл глаза и увидел, что отец читает отчет за своим столом. Он задумался ещё на мгновение, а затем пришел к решению.
— Пап, — сказал Перси, привлекая внимание Артура, — мне нужно тебе кое-что сказать, но я боюсь, что это может обернуться против меня.
Артур внимательно посмотрел на своего третьего сына. Он мог видеть страх в глазах Перси, но также и решимость поступать правильно, которую он всегда надеялся увидеть во всех своих детях.
— Я не знаю, как я могу помочь, но я сделаю всё, что в моих силах, чтобы помочь тебе. И если по какой-то причине тебе понадобится убежище, я позабочусь о том, чтобы оно у тебя было.
Перси, казалось, стало легче, но он всё ещё нервничал. Откуда-то внутри он призвал свою гриффиндорскую смелость и рассказал отцу о том, что слышал. Когда он закончил, то понял, что, несмотря на свой страх, он чувствовал себя более расслабленным. Может быть, он все-таки поступил правильно.
Артур отложил отчет и откинулся на спинку стула.
— Ты уверен в этом? — спросил он у Перси.
— Не на сто процентов, поскольку я просто слышал, как министр обсуждал это с Амбридж, но они звучали серьезно. И я действительно видел, как в Визенгамот было отправлено уведомление о встрече, назначенной на это утро. — Перси выглядел задумчивым. — Я могу попытаться точно подтвердить, что происходит, но это может показаться подозрительным.
— Нет, не сейчас, просто держи ухо востро. Если у нас не будет решения к 10-му августа, тогда, возможно надо будет что-то предпринять. Есть ещё кое-что, связанное с этим. Мне нужно получить копии нескольких документов, и тебе, вероятно, будет легче их получить.
— Что тебе нужно? — спросил Перси.
Артур полез в карман и вытащил маленькую записку. Он передал её Перси, глаза которого расширились, когда он прочитал её.
— Волшебная хартия Великобритании и все её поправки, а также Хартия Визенгамота, зачем тебе все это?
Артур покачал головой.
— На самом деле я не знаю подробностей, только то, что они нужны Гермионе для исследовательского проекта. — Он не хотел упоминать Сириуса в разговоре с Перси, по крайней мере, пока, но полагал, что репутация Гермионы поможет отвлечь внимание сына. — Я собирался попытаться получить их сегодня днём, но если бы ты мог получить их для меня, это, вероятно, было бы намного лучше.
Перси задумался на минуту, затем кивнул.
— Я думаю, что смогу сделать это во время обеда, не вызывая подозрений. Я пришлю их сегодня днем с парой отчетов, которые я откладывал, чтобы прислать позже. Ничего срочного, просто копии некоторых документов. — Перси встал. — Спасибо, что выслушал, папа. Я всё ещё не согласен с твоим решением встать на сторону Дамблдора, но я постараюсь смириться с этим. Я всё ещё беспокоюсь о своем положении, но я думаю, что сказать тебе было правильно. Я дам знать, если услышу что-нибудь ещё.
— Не за что, сынок, — ответил Артур. — Мы можем не всегда соглашаться, но мы всегда будем семьей. Пожалуйста, дайте мне знать, если у тебя возникнут проблемы с этими документов для меня.
— Я скажу. Увидимся позже, — Перси убрал чары уединения и вышел, больше не волнующийся о выборе между легким и правильным.
Когда Перси ушел, Артур тяжело вздохнул. Если Министерство так усердно хотело вынести приговор Гарри, кто знает, что должно будет случиться на суде. Возможно, Гарри действительно нуждается во всей помощи, которую он может получить, чтобы довести дело до конца. Он покачал головой, его мысли переключились на Перси. Возможно, на него всё ещё можно было надеяться. Если бы Перси рассказали всё, он бы понял, что Гарри прав, а министр ошибается. Но это всё равно не имело бы значения, ведь законы были не на их стороне. Покачав головой, Артур взял отчет, который читал. Он больше ничего не мог изменить в отношениях с Перси прямо сейчас, но, по крайней мере, у него была надежда.
