YOU ARE MY SOULMATE

      — Зачем нужно было столько терпеть? — женщина была раздражена.       Это выражалось в голосе, позе и манере держать руль машины. Костяшки пальцев побелели от сильной хватки.       — Я уже тебе объяснял, что просто не было времени, — хриплым от боли голосом ответил мужчина.       — Юнги! — взвизгнула женщина. — В прошлый раз ты терпел семь лет и чуть не стал наркоманом. В этот раз чего ты ждёшь?       — Оставь меня в покое! От твоих упреков мне не становится лучше, — процедил каждое слово сквозь зубы мужчина. — Остановись у ближайшей больницы, которую показывает навигатор.       — Я не думаю, что стоит это делать. Это бедный район, здесь и больницы, наверное, плохие, — женщина все никак не унималась.       — Блять! Прекрати! Ты можешь сделать хоть раз, как я тебя прошу, и не спорить со мной. Мне больно, я больше не могу терпеть, — мужчина откинул голову и зажмурился со всей силой.       — Хорошо, потерпи, мы почти приехали.       — Спасибо.       Они подъехали к зданию больницы. Женщина помогла ему выйти из машины. Снаружи здание было пошарпанное, атмосфера ощущалась крайне гнетущей. Складывалось ощущение, что люди сюда приходили умирать, а не излечиваться от недуга. Юнги окинул взглядом вход, выбора не было, боль в плече была невыносимой. Все, что ему сейчас было нужно, – это укол обезболивающего. Они прошли в приемный покой, но никого не было: ни больных, ни персонала. Тусклый свет, краска, сошедшая со стен – все говорило о безысходности. Подойдя к регистратуре, они обнаружили спящую девушку. Она лежала на сложенных руках, которые покоились на столе. Женщина кашлянула, сотрудник больницы по прежнему был неподвижен.       — Простите! — повысив голос, сказала женщина, реакции по прежнему не было, она постучала по столешнице. — Вы слышите меня?!       Сотрудница резко подскочила, она оказалась молодой девушкой. Ее лицо имело острые и геометрические черты, губы были округлые и мягко очерченые, в сочетании с аккуратным носом. Девушка выглядела, как существо с другой планеты. На контрасте с белыми, как бумага, волосами, чёрные глаза, в которых не было видно зрачка, выделялись на ее лице.       — Что вы хотели? — спросила девушка, голос был хриплый от сна, глаза смотрели как бы сквозь них. Она словно не понимала где находится.       — Как вы можете спать на рабочем месте?! — женщина почти визжала. – Где ваше начальство?!       Девушка сфокусировала взгляд на женщине, на ее лице отпечатался след от одежды. Для Юнги все было как в тумане, ноги начали подкашиваться.       — Я здесь одна, повторяю вопрос, что вы хотели? — абсолютно бесстрастным голосом ответила девушка.       — Это господин Мин, у него сильная боль в плече. Недавно он перенёс сложную операцию, — отчеканила женщина.       — Отлично, хоть что-то интересное, — ответила девушка. — Проходите в смотровой кабинет, я сейчас подойду.       — Вы будете проводить осмотр? — по-прежнему негодовала спутница Юнги.       — Да, я же сказала, что здесь больше никого нет. — Девушка прищурила глаза и посмотрела на женщину. – Какие-то проблемы?       — Да, это и является проблемой! Вы даже не врач, сколько вам лет?!       Складывалось впечатление, что женщина уже забыла о проблеме своего спутника.       — Я фельдшер. В данный момент я на дежурстве, чтобы оказывать экстренную помощь. Но я так понимаю, что случай не экстренный, раз хватает времени выяснять мою квалификацию.       — Боже, ты можешь прекратить. Прошу вас не принимать сомнение моей подруги за оскорбление. Я прошу прощения, вы можете мне помочь? — Юнги проговорил из последних сил, ему порядком надоели эти препирания.       Только после этих слов девушка обратила внимание на Юнги.       — Проходите в смотровой кабинет, — ещё раз повторила она.       Юнги, опираясь на свою спутницу, прошёл по коридору и зашёл в кабинет. На табличке возле кабинета была надпись «Смотровой кабинет». Он сел на кушетку, в глазах от боли потемнело. Фельдшер зашла через несколько минут на ходу одевая перчатки.       — Что конкретно вас беспокоит, господин Мин? — девушка смотрела на Юнги немигающим взглядом, что делало ее ещё более похожей на жителя другой планеты.       Женщина попыталась сказать за него, но Юнги остановил ее жестом руки и начал говорить сам.       — Очень сильная боль в плече. Мне делали операцию, боли были раньше, но после прошли. А сегодня возобновились. Боль тупая и пульсирующая.       — Вы сегодня занимались физическими нагрузками или просто поднимали тяжести? — будничным тоном спросила девушка, не поднимая головы от бумаг, которые она начала заполнять.       — Сегодня нет, накануне ходил в спортивный зал. Но я занимаюсь с тренером, сам никогда.       — Ясно, вам необходимо снять одежду. Я должна осмотреть плечо.       — Что?! — женщина взвизгнула. — Зачем нужен осмотр? Что вам непонятно?!       Фельдшер подняла глаза и пристально посмотрела на женщину, Юнги на минуту показалось, что уголки ее губ дрогнули в улыбке.       — Госпожа, я похожа на дилера с улицы, который торгует наркотиками?       — Что? Да как вы смеете так разговаривать!       — Чтобы использовать обезболивающее должно быть основание. Мне необходимо провести осмотр. Или господин Мин раздевается для осмотра, или не тратьте мое время.       Если бы Юнги не было так больно, он бы в полной мере оценил уровень ее юмора. Но боль была настолько сильной, что любое промедление вызывало раздражение.       — Боже! Ты ещё помнишь, что мне плохо. Прекрати! — проговорил сквозь зубы Юнги.       Ее ревность порядком уже достала его. Они были вместе около восьми лет, начали встречаться ещё до того, как Юнги подписал контракт с агентством. Им пришлось расстаться, но потом они все равно сошлись. Их отношения держались в тайне, но жениться Юнги так и не решился. Что мешало он и сам не знал. С ростом популярности росла и ее ревность, все стало ещё хуже после того, как в сети появился мем “yoongi marry me”. Она стала невыносима. Постоянно звонила, интересовалась, чем он, а главное, с кем занят, всегда ждала его после работы. Она была везде и душила своей опекой, но Юнги никогда не признался бы в этом даже самому себе. Он просто плыл по течению, принимая ее такой, какая она есть. С ним было тоже сложно, и Юнги очень хорошо это понимал. Их отношениея уже давно изжили себя, но ни он, ни она не могли признать это и расстаться.       Юнги попытался снять лонгслив, но рука отказывалась подниматься, женщина рывком оказалась рядом и стала помогать. Девушка со скучающим видом наблюдала за манипуляциями женщины. У неё ничего не получалось, и Юнги взвыл от боли.       — Давайте, я сделаю это сама, у вас не получится, — наконец-то подала голос фельдшер.       — Что вы себе позволяете!! Я сама могу с этим справится!! — голос женщины дрожал от гнева, и она слишком сильно потянула за ткань, Юнги инстинктивно дёрнулся от ее рук.       — Боже! Остановись! — Юнги буквально молил, чтобы его отпустили. — Я очень прошу вас, помогите мне. Девушка встала из-за стола и подошла к кушетке, женщина отошла в сторону на шаг, оставаясь в полуметре от Юнги. Он буквально чувствовал себя загнанным в угол, аура женщины давила на него. Фельдшер прикоснулась к ткани лонгслива, аккуратно приподняв ее, и согнула руку Юнги в локте, так же аккуратно вытащила ее из рукава, оголяя плечо. Вторую руку из рукава освободили быстрее, затем девушка стала поднимать ворот, чтобы снять окончательно кофту через голову. Все это время женщина пристально наблюдала за действиями девушки, не упуская из вида ни одного движения. Юнги сидел на кушетке с оголенным торсом.       — Я не понимаю, зачем снимать лонгслив полностью, если нужно посмотреть только плечо, — негодование женщины можно было потрогать руками, но девушка как будто не замечала этого. Юнги опять уловил полуулыбку на губах фельдшера. Она промелькнула, как тень.       — Как я вам уже сказала, госпожа, для того чтобы применять обезболивающее необходимо основание. Мне нужно убедиться, что боль господина Мина настоящая и он не наркоман, который симулирует, чтобы получить дозу, — все это фельдшер проговорила пока складывала кофту на кушетку.       Глаза Юнги округлились.       — Как ваша фамилия?! Это возмутительно! Я буду жаловаться на вас руководству. Возмутительно! Вы что не знаете, кто такой господин Мин?! Вы должны проявлять уважение.       Девушка перевела взгляд на Юнги, опять этот немигающий взгляд оценивал его.       — Конечно, знаю, но это не значит, что он не может оказаться наркоманом. А мои данные находятся на стойке регистратуры. Так как я иностранка, для корейского языка моя фамилия и имя практически не произносимы, — ответила девушка.       Лицо женщины от возмущения стало покрываться пятнами, но она ничего не ответила.       Девушка начала осмотр. Ее руки были холодными, это чувствовалось даже через перчатки, а прикосновения были абсолютно безэмоциональными. Если бы Юнги не видел, что она дотрагивается до его плеча, то подумал бы что осмотр проводится с помощью какого-то инструмента. Она нажимала на разные участки плеча и смотрела на реакцию. Когда она нащупывала что-то, известное только ей, наклоняла голову в бок, как будто пытаясь услышать боль. Женщина уже кипела и почти в плотную придвинулась к ним. Юнги наблюдал за этим сквозь боль и снова уловил эту тень улыбки на чужом лице. Девушка отстранилась и заговорила.       — Плечо вылетело из хряща, мышцы надорвавшись из-за того, что вы обратились за помощью несвоевременно. Я могу вправить плечо и зафиксировать его эластичным бинтом. Вколю обезболивающее. Завтра вам необходимо обратиться к лечащему врачу, чтобы он назначил лечение.       — Вправить?! — опять повысила голос женщина. — Да вы же просто медсестра, у вас нет такой квалификации.       — Я не говорила, госпожа, что я медсестра, — спокойно ответила девушка.       Юнги уже порядком надоел это цирк, он был согласен на все, лишь бы это скорее прекратилось. Он кивнул в знак согласия и грозно посмотрел на свою спутницу, женщина прикусила нижнюю губу и больше возражать не стала.       — Отлично! Я сейчас подойду, — сказала девушка и вышла из кабинета.       Женщина тут же кинулась к Юнги.       — Ты с ума сошёл? А если она тебе что-то повредит, кто она вообще такая. Я ей не доверяю, — затараторила она.       — Я прошу тебя в последний раз, остановись. Мне так больно, что я уже готов оторвать эту руку, лишь бы перестать чувствовать. Если ты не прекратишь, я попрошу оставить нас одних.       — Как хочешь, но если она сделает хуже, потом не проси, чтобы я тебе жалела. Я тебя предупредила.       — Как будто я раньше просил об этом, — пробурчал под нос Юнги.       Девушка вернулась через пару минут с готовым уколом и бинтами. Она поставила все на небольшой столик на колесиках, придвинула круглый стул.       — Госпожа, вы не могли бы отойти, мне необходимо немного пространства, — подчёркнуто вежливо попросила девушка и как бы невербально отгородила женщину от Юнги переносным столиком.       Сначала женщина хотела возмутиться, но, посмотрев на Юнги и опять поймав его грозный взгляд, отступила на несколько шагов. Девушка опять стала ощупывать плечо Юнги.       — На счёт три я дёрну и плечо встанет на место, — предупредила фельдшер. Юнги опять кивнул в знак согласия.       — Раз, — начала отсчёт девушка, — два, два с половиной, — и на счёт между два и два с половиной она дернула. Юнги даже не успел испугаться, что-то хрустнуло и боль ослабла.       — Вы же сказали на счёт три, — прохрипел Юнги, восстанавливая дыхание.       — Нужно было, чтобы плечо и рука были расслаблены, а на три вы бы неосознанно напрягли руку и мне пришлось бы приложить больше сил, а для вас, господин Мин, это было бы очень болезненно, — объяснила свои действия девушка.       — Спасибо, — тихо, почти шепотом сказал Юнги.       Девушка снова ощупала плечо и стала, еле-еле прикасаясь, проглаживать. Юнги не сразу понял что происходит, эти прикосновения успокаивали. Он невольно расслабился, но, подняв взгляд, он увидел глаза своей подруги. Она была в гневе и смотрела на руки девушки.       — Зачем вы это делаете? Вы же провоцируете ее, — сказал шепотом Юнги, так как девушка была очень близко, он проговорил это почти ей на ухо.       — Извините, господин Мин, не могу удержаться, каждый развлекается, как может, — таким же полушёпотом проговорила она и опять Юнги заметил промелькнувшую тень полуулыбки.       Фельдшер привстала, сделала несколько уколов внутримышечно и взяла эластичные бинты, стала закреплять плечо. Сначала она закрепила основание плеча, а потом обмотала торс, приобнимая Юнги. Он старался даже не смотреть в сторону женщины, потому что и так знал, что там увидит. После того, как девушка закончила, она помогла Юнги одеться и стала заполнять бумаги.       — Эти бумаги вам необходимо передать лечащему врачу, и, кстати, там есть мои данные, если вдруг вы захотите обратиться с жалобой или благодарностью, — сказала девушка, передавая Юнги документы.       Женщина фыркнула и забрала бумаги. Уже находясь в машине, она перестала себя сдерживать и вылила на Юнги все своё негодование.       — Да как она вообще смеет так разговаривать! Это неуважение!       Юнги смотрел в окно, огни мимо проезжающих машин отражались на его лице. На слова женщины он не реагировал.       — Она вела себя так нагло и надменно. Я обязательно подам жалобу на такое халатное отношение, — но женщина все не унималась.       — Нет — коротко ответил Юнги.       — Что?       — Я сказал нет, ты не будешь этого делать, — сухо проговорил Юнги.       — Это ещё почему? Думаешь я не видела, как ты с ней шептался! — голос женщины стал на октаву выше.       Юнги перестал вникать в слова, которые она говорила, это все не имело значения. Она опять приревновала его к совершенно постороннему человеку. Ничего нового он не услышит, а все, что скажет, только ещё больше усугубит ситуацию. Обезболивающее начало действовать, рука была крепко зафиксирована бинтом, боль почти прошла. Юнги начал засыпать, в памяти всплыли нежные поглаживание фельдшера.

***

      Утром следующего дня Юнги проснулся другим человеком. Плечо перестало болеть, поднимать руку он пока не решался. Но факт на лицо – действие обезболивающего закончилось, а боль не вернулась. Рядом на кровати спала его подруга, он поднялся и пошёл в ванную, чтобы привести себя в порядок. Закончив с этой рутиной, Юнги прошёл на кухню, включил кофемашину, чтобы сделать кофе и позвонить своему врачу. О встрече он договорился на обед. На кухню пришла его подруга, видимо разбуженная запахом свежего кофе или работой машины. Она подошла к Юнги, поцеловала его в щеку и забрала у него только что приготовленный кофе. Юнги поморщился и собрался делать себе новый.       — Тебе лучше не пить кофе, ты же сам говорил, что от него становится плохо.       — Можно мне самому это решать? — Юнги был раздражён такой опекой.       — Прости, но я хочу лучшего для тебя. Как ты себя чувствуешь?       — Все хорошо. Боли нет, — ответил Юнги и решил, что попьёт кофе, когда придёт в студию.       — Ты звонил врачу, давай я схожу с тобой?       — Нет, я сам. Договорился встретиться в обед, потом пойду в студию.       — Хорошо, я сегодня тогда схожу к Ми Джи Ву. У неё вышла новая коллекция, — уже выходя их кухни, прокричала женщина.       — Хорошо, — прохрипел Юнги больше для себя, нежели отвечая женщине.       Пришлось вызвать водителя с машиной, самостоятельно сесть за руль Юнги не решился. Здание этой больницы сильно отличалось от той, в которой он был вчера. Все сияло новизной и кричало о богатстве спонсоров. Юнги поднялся на лифте на нужный этаж и прошёл к кабинету врача. Постучав и дождавшись разрешения войти, Юнги зашёл в кабинет. За столом сидел мужчина средних лет, он встал и они одновременно поклонились друг другу.       — Здравствуйте, господин Мин.       — Здравствуйте, доктор Ким.       — Что случилось? Я был удивлён вашему звонку.       — Все случилось неожиданно. Честно говоря, я немного протянул время и не пришёл сразу, — Юнги отвёл взгляд в окно. Ему стало стыдно за такую халатность.       — Я так понимаю, вы вчера обратились в неотложную помощь? — спокойно спросил доктор.       — Я был не дома, не в этом районе, по дороге заехал в ближайший приемный покой. Вот бумаги, которые мне выдали.       Юнги протянул документы доброму доктору, но в глаза смотреть по-прежнему избегал.       — Давайте я сначала вас осмотрю, а потом уже ознакомлюсь с бумагами.       — Да, хорошо.       Юнги прошёл в смежную комнату и снял рубашку. Врач прошёл следом и ждал его.       — Мне кажется, я знаю в какой больнице вы были и даже знаю того, кто вам делал перевязку. Плечо вправили?       — Да. Как вы догадались? — от неожиданности Юнги поднял глаза на врача.       — Я знаю только одного медика, который так накладывает бинты, но, конечно, я могу ошибаться, — врач снял бинт и стал осматривать плечо. – Так, плечо стоит на месте. Мы сделаем несколько снимков МРТ, чтобы определить какие мышцы были повреждены, а пока пропишу вам восстанавливающие препараты и для руки полный покой. Врач ощупал плечо и предплечье.       — М-м-м, мне нужно будет какое-то время ходить с повязкой?       — Думаю да, ткани должны восстановиться. Я закончил осмотр. Одевайтесь.       Доктор опять прошёл в кабинет и сел за стол, стал изучать документы. Юнги оделся и тоже вышел в кабинет.       — Я оказался прав, это именно тот медик, о котором я подумал. Хороший специалист, вам повезло, что вы попали именно к ней. И плечо поставлено на место правильно.       — Я счастливчик. Больница выглядела почти заброшенной.       — К сожалению, не все так хорошо финансируются, как наша, да, и от района очень многое зависит.       — Да, — согласился Юнги.       — Сейчас за вами зайдёт наш сотрудник и проведёт вас в кабинет МРТ, потом опять ко мне, — врач взял телефонную трубку и проговорил поручение.       Через пару минут в кабинет зашёл медбрат и они прошли на процедуру. На МРТ и обратный путь Юнги потратил ещё час, далее долго заполнял бумаги. Когда он выходил из больницы, был уже вечер. Он был без сил и решил, что лучше всего будет поехать домой и лечь спать.