Часть 4
23 октября 2022 г., 14:36
На следующий день после разговора с Чимином Юнги поехал с утра в студию. Почему-то дома он находиться не мог, все давило и душило. Его подруга, привычная к такому поведению, не реагировала на резкую отстраненность и не задавала вопросов. Жизнь шла своим чередом, все стало обыденностью. Уже долгое время Юнги чувствовал потребность в изменениях, только окончательно осознать с чего нужно начинать все никак не удавалось. Его привычная жизнь существовала в рамках приличия, словно срисованная с идеальной картинки. Он разбогател, занимался любимым делом, жил с неизменной подругой, которая прошла с ним все тяготы и как будто все еще его любила. Оставалось только пойти в армию, жениться и завести детей, и тогда все вокруг будут довольны, а его отец точно это одобрит.
От этих мыслей работа не особо клеилась. Наступил поздний вечер, необходимо было уже возвращаться домой, но Юнги тянул время. В дверь постучали, он встал чтобы открыть, на пороге стоял Намджун.
— Я так и знал, что ты еще здесь.
— Мда, заработался. Проходи, — Юнги отошел в сторону.
— Я не отвлекаю тебя? Хотел предложить выпить, — Джун все еще стоял у порога.
— Давай. Все равно ничего стоящего уже не сделаю.
Намджун прошел в помещение и сел на кожаный диван, Юнги снова устроился в своем рабочем кресле и достал из шкафа под столом бутылку виски. Джун принёс с собой макколи. Они разлили напитки в стеклянный бокал и металлическую миску. Сначала пили молча, гость начал разговор первым.
— Юнги, тебя что-то беспокоит? Это из-за плеча?
— С чего ты взял? Плечо уже почти не болит, — ответил Юнги.
— Ты выглядишь подавленным, поэтому я так решил.
— Все в порядке, настолько, что даже придраться не к чему — Юнги отвел глаза и стал разглядывать статуэтки, выставленные за стеклом.
— И тем не менее тебя это не устраивает.
— Наверное, нельзя жаловаться, когда все хорошо.
— Ты имеешь в виду, что мы не смогли закончить с общим альбомом и начать сольники. Butter не должно было быть.
— И это тоже. Мы поедем в тур и опять будем петь одни и те же песни.
— Парочка новых все же у нас есть.
— Но это не полностью новый материал. Я не хочу, будучи старцем, по-прежнему исполнять Fire.
— Понимаю, но пока так, разработали новую стратегию.
— И она мне не нравится.
— Что поделать, мне тоже.
— У нас ведь столько материала, что сольников можно выпустить на годы вперёд.
— Можно, но финансово это сейчас не выгодно.
— М-да, я все это понимаю, но не могу принять. Мы как будто находимся в заложниках у своей же компании.
— Хорошее сравнение. Предлагаю выпить за это.
Они выпили. Виски обжигал горло и приятно горячил все внутри. Напряжение постепенно начало отпускать, Юнги от удовольствия прикрыл глаза и откинулся в кресле. В студии было тихо, на приборной панели мигали лампочки, экран монитора был единственным источником света. Неожиданно на столе завибрировал телефон, оповещая о новом сообщении. Парень приоткрыл глаза и потянулся за ним. Сообщение было от его подруги, он быстро ответил и убрал его опять на стол. Намджун усмехнулся.
— Контролирует? — это звучало, как констатация факта, а не вопрос.
— Она называет это заботой, и я придерживаюсь той же версии.
— Ясно. Главное, чтобы тебе все нравилось.
— Да, это мне не мешает.
— Ну это самое главное, хотя, я думаю, что это должно доставлять удовольствие.
— Намджун, ты не думал, что пора бы уже жениться?
— Думал, но для этого нужно найти кого-то стоящего. Сам понимаешь, пока это невозможно. Только одному тебе удалось сохранить серьезные отношения, ни у кого из нас не получилось добиться того же. Тэхен всегда слишком увлекается, как, впрочем, и Чимин. Хосок и Чонгук слишком закрыты, а Джин, просто Джин.
— А ты?
— А я стараюсь не отчаиваться. В мире очень много людей и я уверен, что встречу ту самую, единственную. Но пока миру интересен только Ким Намджун из BTS.
— Ты романтик с депрессивными наклонностями.
— Но я же не отчаиваюсь. Я бы сказал, что я реалист, который хочет быть романтиком.
Юнги засмеялся, обнажая свои десна. Смех его был больше похож на скрип колес от старой телеги нежели на проявление радости.
— Пусть будет так.
— Ты хочешь жениться? — спросил Джун.
— Я думаю, что это было бы логичным решением.
— Звучит не радостно. Разве женятся исходя из логических размышлений?
— Я все еще обдумываю это.
— Ты все еще не ответил, — Намджун настаивал на своем.
— Мне нечего сказать, я не знаю, что делать. Поэтому ничего не делаю.
— Это тоже действие.
Намджун тоже засмеялся, прикрывая рот рукой. Так они просидели остаток вечера и ближе к полуночи разошлись.
Юнги встал с кресла и потянулся. Домой по-прежнему не хотелось ехать, и он решил переночевать в студии. По жизни он был неприхотлив, диван и плед – все что было нужно для хорошего сна. Он опять взял телефон со стола и отписался своей подруге, что останется в студии. Получив в ответ наставления о том, что это плохо отразится на его плече, он убрал телефон и не стал отвечать. Выключив все оборудование, Юнги оказался в полной темноте, когда глаза привыкли, он направился к дивану. Уже лежа в постели, по подбородок укрывшись пледом, он мысленно вернулся к разговору с Намджуном. Действительно ли он хотел жениться или это давили чувства долга и благодарности за годы, проведенные рядом с ним. Решения по-прежнему не было, как и ответа на вопрос. С еще более тяжелой головой Юнги уснул, сон его был беспокойным. Ему снилась драка, огни сирен и женщина с белыми волосами, которая казалась смутно знакомой.
***
Юнги проснулся от того, что все тело затекло. Каким бы он ни был непритязательным, но ночь на диване давала о себе знать. Начало ныть плечо, в пальцах левой руки появилось неприятное покалывание. Кряхтя и постанывая, он встал с дивана, босые ноги коснулись пола. Первое, что пришло в голову – это чашка ароматного кофе и душ. Было раннее утро, в здании еще было пусто. Его студия находилась на одном этаже с репетиционными залами, где были душевые. Захватив сменную одежду, которую он держал в студии из-за регулярных ночевок, Юнги пошел к душевым. Стоя под горячими струями воды, парень растирал себя, наслаждаясь тем, как проходило онемение и постепенно пробуждалось тело. Полностью он пришел в сознание, уже находясь в кофейне по соседству и попивая такую желанную чашку кофе. Город начал просыпаться, сотрудники агентства не спеша шли на работу, продавцы соседних магазинчиков, готовясь к торговле, поднимали рольставни, школьники пробегали мимо, опаздывая на уроки, и только Юнги застыл во времени, упиваясь окружающим хаосом. Это было его идеальное утро. Стало бы совсем хорошо, если бы с чашкой кофе он смог выкурить сигарету, но с этой привычкой он уже давно расстался и жестко держался своего намерения. Допив остывший напиток, Юнги еще несколько минут наблюдал за жизнью за окном, но время не могло ждать и ему тоже пора было начинать этот день. На сегодня был запланирован поход к врачу, который после осмотра точно скажет, когда ему можно будет увеличить нагрузки и вернуться к сценической работе. В конце концов сегодня ему нужно было вернуться домой, иначе долгих разговоров уже будет не избежать. В мыслях опять всплыл сон, который он видел прошлой ночью, но в памяти остались только вспышки сирен и белые волосы, в которых проскальзывали красные отблески мигалок или, возможно, кровь. Поежившись от воспоминаний, Юнги встал и не спеша поплелся к зданию агентства. В студии он прибрал остатки вчерашних посиделок, вымыл бокалы и опять поставил в ящик под столом. Запасы алкоголя начали иссякать, он пометил для себя, что их нужно было пополнить. Поработав до обеда, Юнги начал собираться к врачу. Он не хотел нарушать утренний флер уединения, поэтому решил вести машину сам и после сразу поехать домой. Скорее всего, она ждёт его и снова вернуться на работу будет слишком жестоко по отношению к ней. Сообщение на телефон пришло, когда Юнги уже был на парковке и открывал дверь машины, в нем его подруга писала, что уедет на две недели в Тэгу к родителям. Ее сестра взяла отпуск и приехала домой, поэтому она хотела бы провести с ней время. Чувство облегчения заполнило его душу, но потом сменилось виной. Он же не должен так сильно радоваться тому, что она уезжает и эти две недели он будет предоставлен сам себе. Не должен, но Юнги ощущал осязаемую радость от того, что на какое-то время останется без вездесущего контроля. Как все-таки мало нужно для счастья: всего лишь возможность пить по утрам кофе и не слушать наставление о том, что это вредно, не отвечать на звонки и сообщения, докладывая где он и с кем, делать то, что захочется и не получать комментарии о правильности выбора. И вот тут червячок вины снова начал грызть изнутри. Женщина заботится о тебе и беспокоится, а он, неблагодарный, своими мелкими желаниями может расстроить ее. Юнги зажмурился, мысли и чувства терзали его душу. Легкость утра испарилась окончательно, голова стала тяжелой, он завел машину и поехал в больницу.
