YOU ARE MY SOULMATE

      Первое, что сделал Юнги проснувшись, это прошел в гостевую комнату. Смотреть проснулась ли девушка стало трагичной традицией. Мужчина вставал рано, и поэтому вот уже несколько дней подряд картина не менялась: полутемная комната и профиль Яси, не изменившей положения тела за ночь. Морально он уже был готов к тому, что его встретит все та же полутемная комната, но в этот раз все изменилась. В комнате был по-прежнему полумрак, но девушка уже не лежала. Она сидела, согнувшись к коленям и обхватив голову.       — Яся, — позвал шепотом Юнги.       Девушка повернула голову, но не посмотрела на него. Ей явно было плохо.       — Ты проснулась… Эм… Вам лучше? — Юнги замешкался, в голосе появилась шепелявость – признак тревожности.       — Я однозначно в сознании, но мне плохо. Голова болит и тошнит сильно, — она отвернулась и одной рукой опять обхватила голову.       Юнги прошел в комнату и, обойдя кровать, встал у ее края. Он увидел, что девушка самостоятельно вынула иглу от системы из вены и уже наложила пластырь.       — Может, вызвать врача? — спросил Юнги.       — Нет, я сегодня уже была у него. Это обычное состояние при сильном сотрясении. Пройдет, — она по-прежнему не смотрела на Юнги.       — Не сегодня, у врача вы были два дня назад, — уточнил Юнги.       — В смысле?! Я проспала два дня? — она резко отняла руку от лица, даже в полумраке комнаты было видно, что лицо ее было сероватого цвета, а под глазами залегли глубокие тени.       — Понимаете, так неловко получилось. Сейчас вы находитесь у меня дома. Может, вам что-то нужно?       — Я хочу есть и, наверное, в ванную.       — Хорошо, ванная здесь, — он указал рукой направление, — я пока завтрак приготовлю. Как будете готовы выходите в гостиную. Вам точно не нужно помочь? — Юнги от тревожности тараторил так, что сложно было разобрать слова.       Яся смотрела на него своим немигающим взглядом и вдруг подняла руку.       — Остановитесь, я почти не понимаю, что вы говорите. Это не сеульский диалект, я говорю только на нем.       — Простите, я выйду. Приходите в гостиную, как будете готовы.       — Угу.       Юнги вышел из комнаты. С души свалился камень, все тревоги схлынули волной.       Яся еще какое-то время сидела неподвижно, ситуация была крайне странной. Сквозь звенящую головную боль и тошноту она попыталась осмыслить, каким образом она оказалась в доме этого мужчины. Она точно не могла прийти сюда сама, на маньяка, похищающего женщин, он тоже не был похож, всему этому точно должно быть вразумительное объяснение. Собрав все силы, она поднялась и прошла в сторону указанного ранее направления.       Помещение ванной комнаты было достаточно просторным, в приглушенных и нейтральных тонах, как и вся комната. Все необходимое уже лежало: полотенце, халат, новая зубная щетка и паста. Первое, что она сделала, это подошла к зеркалу. В отражении она увидела себя с зеленовато-серым лицом, разбитой губой, синяком на скуле и пластырем на лбу возле линии роста волос. Пластырь она отклеила резким движением, под ним оказалась рана с наложенным швом, который также скоро нужно было снимать. Зрелище в целом довольно пугающее. Только сейчас девушка увидела, что на ней была другая одежда, явно мужская. Вопросов становилось все больше. Душ она решила не принимать, так как тугую повязку на ребрах сама себе она не затянет, а о том, чтобы попросить мужчину, не было даже речи. После умывания девушка почувствовала себя бодрее и была уже готова далее разбираться в ситуации.       В квартире было очень тихо, как будто в ней вообще не было людей. Яся вышла из комнаты и прошла в гостиную, которая была объединена с кухней, Юнги уже накрыл завтрак и сидел за обеденным столом. Были разложены разные закуски, миска с супом, кофе и сок. Яся села на стул и стала разглядывать еду.       — Я не знал, что вам можно есть, поэтому достал всего по чуть-чуть. Кушайте, пожалуйста.       — Всего более чем достаточно. Спасибо, — Яся закатала рукава и взяла ложку.       Суп оказался очень вкусным, но с каждой ложкой есть становилось все трудней. Юнги тоже взял ложку и приступил к еде. Ели в молчании, но как бы Ясе ни нравилась еда, суп не проходил по пищеводу, а застревала где-то посередине. В один момент ком внутри так разросся, что стало тяжело дышать.       — Где здесь туалет? — Яся вскочила, ложка упала со стола и ударилась о кафельный пол.       — Тут, — Юнги указал рукой направление.       Девушка промычала что-то невнятное и побежала в указанную сторону. Она не могла сделать ни единого вздоха, из глаз полились слезы. Оказавшись в ванной, она упала на колени возле туалета и стала кашлять. Вернее сказать, пыталась кашлять и сделать вдох одновременно, голова закружилась от тошноты, в глазах стало темно. Юнги вбежал за ней и встал в дверях.       — Выйдите, прошу вас, — Яся проревела, захлебываясь слезами и рвотным рефлексом.       Юнги мигом вылетел из ванной и закрыл за собой дверь. Он вернулся за стол, подобрал ложку, допил свой сок. Из ванной донесся звук воды, через мгновение дверь открылась, и вышла девушка. Она стала еще бледней, ее взгляд затуманился от слез.       — Стало лучше? — робко спросил Юнги.       — Как будто бы да, спасибо вам, еда была действительно вкусной. Все это последствия сотрясения.       — Вам, наверное, лучше полежать, только, пожалуйста, не засыпайте опять так глубоко.       Яся подняла на него глаза.       — Господин Мин, как я вообще здесь оказалась, в вашем доме? Не помню, чтобы сама сюда пришла.       — Вы не сами сюда пришли. Боже, — Юнги зачесал рукой волосы назад, — помните, как мы встретились возле больницы, и я предложил подвезти?       — Да, последнее воспоминание, как я застегиваю ремень безопасности.       — А, ну мы еще разговаривали в машине, вы сказали, как вас можно называть и выяснили наши социальные статусы, а потом вы уснули.       У Яси округлились глаза, ничего из этого она не помнила, но останавливать рассказ не стала.       — Я довез вас до дома, пытался вас разбудить. Даже поездил по району, но вы спали. После того, как я понял, что не могу вас разбудить, я решил, что, наверное, вам нужно хорошо выспаться, поэтому я привез вас сюда.       — Почему вы не отвезли обратно в больницу? Это же самое простое.       — Не знаю, решил что раз вы уже там были, то нет смысла возвращаться, а здесь вы отоспитесь и все будет хорошо. Вы спали два дня. Я пригласил своего врача, господина Ким, он знает вас. Это было вчера, он сказал, что вы просто не можете проснуться от истощения и если это не произойдет само собой, то тогда вас придется госпитализировать.       — И я проснулась, м-да, звучит как бредовая история. Мне не стоит больше злоупотреблять вашим гостеприимством.       — Я понимаю. Вам все еще плохо? Я вижу, что это так. Кто-то может вам помочь, если вдруг станет плохо.       — Я живу одна, — Яся отвернулась к окну, — я смогу о себе позаботится.       — Но не когда вы теряете сознание. Останьтесь хотя бы на пару дней, а потом решите.       У Юнги было искреннее лицо, и Яся задумалась. Остаться хотелось очень, именно сейчас она чувствовала себя беспомощной и одинокой, никто не нужен пока ты в силе и можешь сам за собой ухаживать. Легко быть сильной независимой, пока у тебя ничего не болит и ничего не сломано. Стало немного стыдно за такие мысли, она как будто пользовалась добротой этого мужчины.       — Звучит логично, я надеюсь, эти пару дней я не сильно буду вас стеснять.       — Мне нужно сейчас поехать в студию, вам нужно что-то привезти?       — Нет, я пойду попробую поспать. В этот раз без летаргии.       Юнги улыбнулся одной стороной губ.       — Я скоро вернусь.       Яся лежала в комнате и пыталась уснуть, когда Юнги уехал, она вышла из комнаты и стала оглядывать гостиную. Интерьер был не вычурный, но уютный. Такой уют создает женщина в своем доме, то, что в доме он живет с женщиной, было очевидно, все это читалось в предметах интерьера, в расположении мебели, в ухоженных растениях. На полках с книгами были расставлены милые статуэтки, на диване лежал плед и подушки, у торшера стояла корзина глянцевыми журналами. Наблюдая за Юнги, девушка подумала, что он ведёт себя так, будто находится не своем доме. По своей натуре Яся была аскетичным человеком, сказывалось то как она росла, но и с возрастом, уже зарабатывая свои деньги, она так и не пристрастилась к культуре потребления. В ее доме были только необходимые вещи, только необходимый минимум. Сейчас, оказавшись в доме Юнги, она почувствовала, что все это время сама себя ограничивала, ни на что не обращая внимание. Здесь было уютно, впервые она почувствовала себя в безопасности, почувствовала, что этот человек может позаботится о ней. Она села на диван и укрыла ноги пледом, чтобы полностью погрузится в это чувства уюта. Яся невольно стала раздумывать, кто была эта женщина, что жила с Юнги. Это была его жена, девушка или вообще сестра? Она вспомнила женщину, с которой он приезжал в приемный покой. Его спутница была очень нервной и взвинченной, наверное, такой человек не способен создавать уют в доме. Кем бы она ни была, Ясе очень захотелось пожить ее жизнью: понять, какого это, когда о тебе заботятся, и пожить в доме, где ощущаешь себя,как в каменной крепости. С этими мыслями она не заметила, как уснула.       Сон был тревожным, ей все время казалось, что по квартире кто-то ходит и эти люди смотрят на нее и разговаривают между собой. Яся хотела проснуться, но не могла пошевелиться. Потом ее как будто перенесло в тот самый вечер, когда произошло нападение, и ей пришлось заново переживать этот кошмар. Сновидение ее не отпускало, она как будто застряла в липкой паутине, и чем больше хотела вырваться, тем сильнее запутывалась в ней. Неожиданно сквозь сон к ней стал пробиваться чей-то голос, мужской и низкий, он звал ее. Сознание зацепилось за него и тем самым вытянуло из паутины снов. Голос был такой тёплый, им хотелось укрыться, как одеялом.       — Яся, проснитесь пожалуйста. Господи, вы опять заснули очень крепко.       — М-м-м… – девушка стала невнятно стонать, но старалась открыть глаза.       Юнги пытался ее растормошить, когда это не особенно помогло, он дотронулся до ее лица и стал гладить его. Это оказалось более действенным, девушка стала просыпаться.       — Я доставляю вам так много неудобств, господин Мин, — проговорила Яся с закрытыми глазами.       — Это все ерунда. Боюсь представить, что бы произошло, если бы вы были одна. Мне кажется, мы можем перейти на ты, все-таки мы ровесники, а социальный статус не имеет значение.       Юнги облегченно вздохнул и присел рядом на диван. Яся по-прежнему не открывала глаз, но растирала лицо рукой, как будто пытаясь смахнуть всю эту вязкую дремоту.       — Я думаю, в данной ситуации это уместно, Юнги, — девушка улыбнулась.       — Хорошо, Яся, — Юнги отзеркалил ее улыбку.