Тень команды

Остров на просторах второй половины Гранд Лайн сегодня был необычайно тихим. Жители острова Сайлен были счастливы, потому что готовились к завтрашнему празднику, посвященному основанию города. Девушка Мэй, живущая совсем одна за пределами города, в этот день встала ни свет ни заря и сейчас, сидя на небольшом утесе рядом с домом, любовалась рассветом. Таким тихим и сказочным, словно созданным для нее одной. Она мягко улыбнулась, но в нефритовых глазах промелькнула печаль. Эта печаль словно душила ее и заставляла с тоской глядеть на волны. Было такое чувство, будто она забыла что-то невероятно важное, и только волны Гранд Лайн могли помочь это вспомнить. — Мэй-мэй! — окликнул ее жених, Рауль, пришедший за ней. Сегодня они хотели вместе пойти помогать его тетушке в украшении дома… ах, а через месяц они должны были сыграть свадьбу! Девушка отвела взгляд от моря и обернулась, парень ее не заметил и зашел в одинокий дом. Пройдёт пара минут, он выйдет из дома и, оглянувшись, найдет ее. Подойдет, обнимет, поцелует, поможет Мэй встать и, ведя ее за руку в город, начнет рассказывать что-то. Говорить про их будущее и то, сколько детей они заведут. И все его романтические речи совсем не заденут ее сердце и разум. Она просто будет идти за ним, потому что должна… а почему она должна? Мэй нахмурилась и схватилась за голову от этих мыслей. Несильная боль пронзила висок, но тут же прошла, потому что на ее плечи опустились ладони Рауля. Он нежно поцеловал свою суженую в щеку, девушка в ответ мягко улыбнулась и позволила потянуть себя за руки, поднимаясь. О чем она там думала? Ах, о том какой сегодня замечательный день! О том что жених сейчас ведет ее за руку в город помогать тете с украшением дома, да, только об этом. Она спокойно шла, оглядывая улочки, подмечая, что в том или ином переулке было бы замечательно видно всю улицу, но не заметно ее. А с той крыши открылся бы вид на весь город, и можно было бы легко изучить его структуру. Мэй нахмурилась, слегка сжимая руку Рауля, но тот даже не обернулся на нее, продолжая болтать о том, как весело будут бегать их четверо детей по дому. Мэй казалось, что он уже сотни раз говорил ей эти слова, но новый легкий приступ боли в виске заставил все мысли опять улетучиться. Пока она помогала украшать дом женщине, Рауль часто отвлекал ее, приобнимая и шепча какие-то глупости на ухо. Девушка в ответ мягко улыбалась и толкала его бедром с просьбой не мешаться… сердце молчало, а сама девушка периодически тоскливо вздыхала, ощущая, как оно пусто, и как лёгкое раздражение от избыточной нежности просыпалось внутри. Девушка не понимала: почему руки так горячо любимого ею человека не заставляли сердце трепетать? Почему благополучие деревни не казалось ей правильным? Почему, от некоторых попыток Рауля быть милым, хотелось чуть ли не блевать, и почему ей так сильно хотелось взглянуть на море? Все эти вопросы так часто крутились в ее голове, но каждый раз исчезали, стоило возникнуть легкой боли в висках, и никакое хаки не могло ее остановить… Хаки? Висок девушки опять заболел… боль в этот раз была сильнее, но прошла быстрее. Она закончила украшать дом, тетя Рауля была счастлива и пригласила парочку отужинать с ней, отказать ей совсем не получилось. За ужином Рауль ласково смотрел на нее, пока девушка спокойно ела, долго ковыряясь в тарелке, но ее вид словно не замечали. Рауль и его тетя сами по себе мило болтали, обсуждая будущий праздник и их будущую свадьбу. Все это могло бы наполнить сердце счастьем, если бы девушка не понимала одно: Смотреть на море сегодня утром — вот что наполняло ее счастьем. Хотелось спуститься на пирс, вдохнуть соленый влажный воздух, босыми ногами зайти в море, подняться на корабль… корабль? Какой еще корабль? Девушка поморщилась от очередной боли в виске, и мысль опять пропала из головы, забываясь как что-то ненужное. Но разве оно было таковым? После ужина Рауль взял девушку за руку, спокойно ведя ее домой. Нефритовые глаза оглядывались, прекрасно зная каждую улочку украшенного города, но чувствуя от него только холод. — Может сходим к пирсу? — вдруг спросила девушка, повинуясь своему порыву. Невероятное желание взглянуть на море поближе так и горело в ней. Удивленный парень резко обернулся на девушку. — Зачем? — улыбаясь, спросил он. — Увидеть море… — ответила девушка, и сама не понимая, зачем ей это. — Ты же не любишь море, Мэй-мэй… — точно… она не любила море, сколько себя помнила, терпеть его не могла и все время избегала. Но тогда почему? Почему сердце так трепещет от одной мысли о море? Почему ей было так плохо в дали от него? Почему то, что она чувствовала, так не совпадало с тем что, она помнила о своих чувствах? — но, если хочешь, сходим на пирс завтра днем? Давай? Как раз во время праздника там никого не будет, — улыбнулся Рауль, притягивая девушку к себе и нежно касаясь ее щеки. Мэй помнила эти прикосновения, обычно в ответ она прижималась щекой, словно ласковый кот. Но одна мысль сделать что-то подобное претила ей, так что девушка стояла спокойно, позволяя себя лапать. Парень ничего не заметил и опять потянул девушку к ее дому, провожая. Он вновь начал заводить свою шарманку о завтрашнем веселом дне, словно у него не было других тем для разговора. Они остановились около ее дома. Девушка потянула руку к двери и уже собиралась уйти в дом, взять с полки книгу и почитать, но почувствовала легкое касание к плечу. Парень развернул ее к себе и поцеловал в губы на прощанье. Опять сердце лишь молчало, и девушка почему-то не могла даже попытаться его оттолкнуть. Она словно следовала какому-то сценарию, в котором любила этого парня, а на деле он не вызывал никаких эмоций. Хотя выглядел очень ничего, может поэтому они вместе? Хотя, признаться честно, его худощавый вид не особо привлекал девушку, она предпочла бы что-то порельефнее. — До завтра, Мэй-мэй, — ласково шепнул парень ей на ушко и, наконец, отошел. Девушка даже не улыбнулась, спокойно заходя в свой дом. Как и хотела, она взяла книгу с полки. Наконец появилась возможность дочитать роман, который все никак ей не давался из-за загруженности днем. Но сегодня все было так тихо и спокойно, что не почитать было бы преступлением. Она переоделась и залезла в кровать, начиная бегать глазами по строчкам. Таким… знакомым строчкам. Мэй словно знала каждое написанное слово в книге, и это все не вызывало у нее ни капли интереса и тогда… сама не понимая почему, она открыла первую попавшуюся страницу. Тридцать шестую, и само по себе в голове всплыло слово «невероятный». Не понимая к чему это, девушка взглянула на первую строчку страницы. «невероятный танец на балу запомнился ей надолго…» Странно… она нахмурилась, не понимая чего-то … почему первое слово, о котором она подумала, оказалось первым словом страницы? Девушка вновь открыла первую попавшуюся страницу, в этот раз в голове появилось слово «стражники». «стражники застыли от ужаса…» Опять… она, ничего не понимая, вновь и вновь открывала страницу и каждый раз заранее знала ее начало. Как часто? Как часто она читала этот роман? Почему она, черт возьми, знала каждую страницу? Как часто она уже проворачивала этот фокус со страницами? Сколько дней она уже находится тут? И где «тут» она находится? Почему Мэй не могла вспомнить имена и лица своих родителей? Почему не могла вспомнить тот момент, когда познакомилась с Раулем? Почему она вообще сейчас была в этом захудалом домике, когда саму ее тянуло в море, словно она была рыба на суше? Ужас сам собой накрыл девушку. Ужас и паника. Она откинула книжку на пол, и тут резкая боль пронзила мозг. Она схватилась за голову, прикрывая уши от сильного писка. Сама собой она свернулась калачиком на кровати, не в силах стерпеть эту боль, что выжигала мозг, заставляя забыть! Забыть и не пытаться больше думать, просто наслаждаться этим днем всю свою вечность… Веки потяжелели, и сознание покинуло ее… Остров на просторах нового мира Гранд Лайн и сегодня был необычайно тихим. Жители Сайлен были счастливы в этот день и после праздника, посвященного основанию города, собирались снимать украшения с домов. Девушка Мэй, что жила на окраине, проснулась еще до рассвета и сладко потянулась. Сон быстро оставил ее, и она встала с кровати. Заметив на полу валяющуюся книгу, Мэй удивленно моргнула. Но размышлять о том, что она тут делает не стала, просто убрала на полку и пошла переодеваться. Сегодня за ней должен был зайти Рауль. Они обещали помочь его тёте убрать украшения после праздника в честь дня основания города. Ох, вчера был замечательный день, они танцевали, не в силах оторваться друг от друга… Музыка, танцы. Это был самый счастливый день в ее жизни… попытавшись вспомнить подробности, Мэй почувствовала легкую боль в висках, которая, впрочем, быстро прошла. Сердце тоскливо заныло, стоило Мэй бросить взгляд в окно, где виднелся утес. Повинуясь странному наваждению, девушка вышла из дома и подошла к нему, усаживаясь на самый край. И тут невероятное счастье наполнило все ее естество, стоило ей взглянуть на море. Такое красивое и манящее… Солнце начало медленно подниматься из-за горизонта. Рассвет был таким тихим и сказочным, словно созданным для нее одной. Она мягко улыбнулась, и тут на глаза попалось что-то чужеродное. Корабль… корабль плыл по волнам и направлялся прямиком к их острову. Сердце забилось в сотни раз быстрее, а голову пронзила острая боль, но она была в силах ее терпеть. Пиратский корабль, он словно открыл ей глаза. Она была в ловушке! В ловушке, сотканной из фальшивой памяти, и в этой ловушке находился каждый человек в городе! Каждый день они сначала украшали весь город, а потом снимали все украшения, не забывая и про ежедневную работу. Большинство людей с рассвета уходило в рудную шахту. Четверть жителей работала сегодня, другая четверть завтра… как раз завтра она бы проснулась с абсолютно другими воспоминаниями и была бы уверена, что всю жизнь работала в шахте. Весь остров под этой непонятной силой работал, как механизм часов… это ужасало. Как давно она уже была в этой ловушке? Месяц? Год? — Мэй-мэй! — крикнул ее «жених». Девушка резко обернулась, он уже заходил в ее дом, чтоб найти свою «возлюбленную». Тот, кто запер ее в ловушке был уверен в своем механизме. Но он не знал, что во всем его механизме был изъян. Само ее существование было изьяном. Девушка, игнорируя ноющую боль в голове, резко встала и взглянула на корабль. Он приближался и она, внимательно как никогда, вглядывалась в него. Сосредотачиваясь на палубе, на месте недалеко от носовой фигуры непонятного солнца-подсолнуха. Вроде на ней кто-то сидел, но Мэй было не до этого… она прищурилась и, услышав шаги за спиной, поняла: Сейчас! Девушка резко крутанулась на месте, растворяясь в пространстве и в дыму. Рауль так и замер с вытянутой рукой, шокировано оглядывая пустоту перед собой и выдавливая тонкое: «Мэй?»