Тень команды

Четверо стояли над окаменевшим трупом их капитана. Аки плакала, держать одной рукой за одежду Джея, что и сам кое-как сдерживал слезы. Тора стоял поодаль около стены не в силах спокойно смотреть на каменное изваяние. Мэй подошла к ссутулившейся фигуре и аккуратно коснулась её лица… Ли-Ли была дорога им всем, но только ей она была названной сестрой, поэтому самое сложное Мэй взяла на себя. — Знак на сердце я возьму себе… — через силу выдавила Мэй — а глаза… нужно будет вернуть на Секизу, как она и хотела. Мэй проморгалась, сдерживая любые намёки на влагу и глубоко вдохнула. В её голову вдруг пришло осознание, она так и не бывала на корабле после пробуждения! — А с остальными все в порядке? — немного резко спросила Мэй, оборачиваясь на Тора через плечо. Тот прикусил нижнюю губу и кивнул. Забирать с собой все каменные изваяния было бы слишком трудно, поэтому ещё при жизни, в начале путешествия, каждый член команды выбрал, какую часть себя было бы предпочтительнее отвезти. Даже Ли-Ли, оптимистка, искренне верящая что с каждым из них все будет в порядке, согласилась и выбрала в итоге свои глаза. Так же сделали и многие другие, лишь несколько предпочли что-то другое, как и Мэй. Собравшись с мыслями девушка принялась стамеской аккуратно вырезать необходимую часть лица. Накама стояли позади молча, они прекрасно понимали что для Мэй делать это одной было бы слишком тяжело. Особенно, когда дело касалось её названных братьев и сестёр, она в итоге увидела каменное изваяние каждого из них. Через пол часа небольшая пластинка с глазами была отделена. Аки тут же кинулась к ней, принимаясь заворачивать в мягкую ткань и нежно прижимая к груди. Самое важное было довести частичку капитана в целости назад на их родной остров Секизо. Вытерев пот со лба, Мэй принялась за место под ключицей. Важный знак её сестры… это был уже четвёртый раз, когда она вырезала подобный, и этим она брала на себя их общую мечту, ту же, что была и у неё… Мечту найти лекарство от страшной болезни. Болезни каменного сердца, что была распространена только на их родине. Она была не заразна, но каждый, кто родился на закрытом и отделенным от остального мира острове Секизо имел эту болезнь в крови, спящую и выжидающую. И это бремя передавали из поколения в поколение. Каменное сердце. Сначала на твоём теле появляются еле заметные серые пятна. Кожа черствеет и становится менее эластичной. Кровавые трещины при неосторожных движениях становятся обыденностью. Судя по количеству трещин на теле Ли-Ли она занималась физическим трудом до последнего. Вторым этапом болезни был активный рост каменных пятен. Твоё тело неизвестным образом менялось, превращаясь в камень… пока в конце концов ты не терял возможности двигаться. Ли-ли точно сначала потеряла одну ногу, поэтому та была так неестественно вывернута во время сидения. Наверное, именно тогда с неё полностью спало влияние Кукловода, а тот этого даже не заметил. Каменное состояние противостояло силе фрукта, об этом пираты узнали только во время путешествий. Тогда у них появилась теория. что эта болезнь как-то связана с дьявольскими фруктами… но как-либо проверить это было невозможно. Последним этапом было полное окаменение, последнее что забирала болезнь в свои владения было именно сердце. От этого и появилось название болезни… нет, ПРОКЛЯТЬЯ их острова. Все у кого появлялись первые признаки проклятья не проживали дольше года, и чаще всего они появлялись у молодых людей от двадцати лет. Нет, конечно, были случаи, когда болезнь не просыпалась до самой старости, но подобное было не часто. Ли-Ли было двадцать пять, а болезнь поглотила ее за несколько месяцев. Мэй была самой младшей среди офицеров, ей было двадцать два и с каждым годом шансы того что болезнь проснётся будут увеличиваться, но это не вызывало страха. Со смертью от проклятья она смирилась еще в детстве. Это делали все рождённые в их деревне люди, после чего страх и стеснение за своё поведения казался глупым. Они вели себя так открыто, как могли, получая максимум от жизни, которая могла закончится, не начавшись. Наверно, из-за этого они еще не вымерли? Но у нее и её накама была мечта и то, о чем переживала Мэй было очевидным. Она переживала что ей не хватит времени, чтоб найти лекарство. О нем на их острове ходили лишь слухи, глупые легенды… но не бывает же дыма без огня. Именно так решили пятеро детей и загорелись мечтой найти его… Искрящийся цветок, цветок жизни, цветок дыхания дракона, пламенное сердце… все это было названия одного мистического цветка который никто не видел, вот только слухи о подобном растении, что оживляет камень Мэй встречала не только на родине. Каждый раз когда они слышали об этом цветке от других людей в сердце каждого члена команды расцветала надежда. Надежда найти их и отвезти на родину, созвать всех возможных врачей и сделать лекарство. Чтоб никто не страдал больше от боли потресканной кожи и не чувствовал по ночам как под кожей двигается камень, чтоб детям не приходилось слушать крики родителей и ни один ребёнок не думал о смерти раньше, чем положено… Именно этот цветок пятеро названных братьев и сестёр набили себе в районе сердца… Мэй наконец смогла деликатно вырезать округлую пластинку сохраняя рисунок в целостности. — Мэй… дальше я — Тора коснулся плеча девушки, не обращая внимание на боль в её глазах. Мэй встала на ноги и отошла назад, не желая смотреть на это, но оставаясь рядом. Парень замахнулся киркой… звук удара и осыпающихся камней ужасом отдался в сердце каждого… никто не хотел думать что в итоге их всех ждёт подобный финал. Статуя, которая когда-то была Ли-Ли превратилась в груду камней. Никто не мог сказать и слова. Аки всхлипывала, Джей выглядел бледнее обычного, Тора был слишком молчалив, а Мэй… Мэй держала себя в руках, не скрывая свою печаль и боль, но и не поддаваясь ей. Мэй сделала глубокий вдох и обернулась к Накама, её глаза смотрели на них уверенно и сосредоточено. — Я, как последний оставшийся в живых офицер пиратов чёрного рассвета… объявляю о роспуске команды! — как гром среди ясного неба, так звучали слова девушки для остальных. Они тут же кинулись с расспросами, негодование от таких слов было велико. Они столько проплыли что вполне могли бы быть уже недалеко от цели, может оставалось сделать лишь один шаг… Такие попытки образумить Мэй звучали, но та была непреклонна. Она резко подняла руку и все замолчали. — Нашим накама нужна помощь. Возможно, увидев знакомые места и людей, они смогут все вспомнить. Так что вы отправитесь назад, в Парадис… и доберётесь до Секузо — строго объясняла Мэй. — Но… — А я… отправлюсь дальше искать лекарство… прошу… доверьте мне ваши мечты, так же как их доверила мне Ли-Ли и остальные! — слегка поклонилась Мэй, и все трое опешили от такого… Мэй не перед кем не склоняла головы, потому что имела достаточно дерзкий характер и огромную гордость. Но сейчас, прося доверить все ей, склонила голову перед последними выжившими членами команды. Аки прослезилась кивая и выдавливая тихое: «хорошо». Джей тоже начал активно кивать, не в силах выдать и слово. Тора прошёл вперёд и коснулся плеча Мэй склоняясь к её лицу. — К чему все это…не нужно так пугать своими поклонами… мы позаботимся о наших накама, а ты позаботишься о наших мечтах, так что… не подведи! — ярко улыбнулся парень, но глаза его слезились. Мэй выпрямилась и вытянув руки обняла парня, тут же почувствовав и другие две пары рук. Теперь она… была их последней надеждой и не собиралась подводить подобное доверие.

***

Мэй сидела в каюте капитана на «цветке надежды», это было символичное название их корабля. Она неотрывно глядела на четыре круглых каменных пластины с одинаковым рисунком. Устало вздохнув Мэй тщательно закутала их, чтоб те не пострадали. Она вытянула правую руку вперед. Кисть сделала плавное круговое движение и на том месте, в воздухе, появился бирюзовый туман. Это была часть силы её Фрукта. Она называла это просто «мистическим туманом» потому что за столько лет так и не придумала подходящее название фрукту. По сути этот туман был небольшим пространством в которое можно было поместить неодушевлённые предметы, хоть и в ограниченном размере. Например, поместить в туман корабль она никогда бы не смогла, но какая-нибудь книга или бутылка прекрасно туда влезала… Еще этот туман был способен переносить Мэй в пределах её видимости, чем ближе она делала скачок, тем легче… ну и самое странное, она могла перемещаться на части своего тела (хотя это не точно, она никогда не рисковала отрезать себе что-то ради эксперимента). Кровь для этого хорошо подходила, но, к сожалению, когда она сворачивалась, переместиться на нее было почти невозможно. Ну а если это и делать… то происходило то, что случилось в день убийства Кукловода. Ей становилось невыносимо плохо, хорошо ещё что она просто потеряла сознание на несколько дней, потому что все могло быть и хуже. Она не удивилась бы если её нервная система серьёзно пострадали. Как-то после подобного прыжка она почти месяц периодически билась в конвульсиях. Не долго думая Мэй поместила в пространство тумана пластины, теперь они будут храниться там, всегда рядом с ней. И когда она пожелает, сможет их достать… если, конечно, сможет найти с первого раза. За время их путешествия в тумане было уже столько мусора что и не сосчитать, но сделать в нем ревизию было некогда. Девушка устало вздохнула и вышла из каюты на палубу, там стояли трое её накама и ещё несколько людей, которых они решили подбросить до соседнего острова. В лазарете лежали её потерявшие себя друзья и Рауль… Мэй все же попросила их позаботится о нем, потому что больше было некому, а парня было жалко. — Мэй… вы уже уходите? — заметив девушку тут же погрустнела Аки, но быстро взяв себя в руки, улыбнулась. Незачем было грустить, они доверили ей свои мечты, значит, она обязательно со всем справится, пусть и одна. — Нам ждать за тебя награду? — ухмыльнулся Тора-Тора глядя на брюнетку. — Конечно нет, о чем речь? — фыркнула девушка тряхнув короткими волосами и подошла к друзьям. Она положила руки парням на плечи и вновь приобняла, зажимая Аки посередине. Девушка от такого вроде и была счастлива, но чуть не задохнулась. — Удачи вам… и только попробуйте не добраться домой в целости, иначе я вас и на том свете найду и заставлю тренироваться до посинения! — пригрозила им Мэй. Все трое испуганно сглотнули слюну, помня, что среди всех офицеров, когда дело касалось тренировок, самой жестокой была Мэй. Но это их все равно развеселило и они уверенно кивнули ни секунды не сомневаясь. Девушка отпустила друзей и наконец сошла на берег, провожая отплывающий корабль взглядом. Ребята еще долго махали ей рукой, пока не перестали различать силуэт девушки. Теперь Мэй оставалось решить как поступить дальше… идти в море одной было самоубийством. Она бы хотела принять приглашение Луффи, ребята были чертовски сильны, особенно Зоро и Санджи, от них за километр веяло силой и её Хаки наблюдения подсказывало, что попытайся она на них напасть… лучше не думать что тогда будет. Хотя, Санджи, судя по всему, её бы не тронул… А Луффи вообще был загадкой. Он был капитаном, а значит был точно силен, Мэй на подсознательно уровне чувствовала от него эту невозможную уверенность в собственной силе, но… Хаки рядом с ним подозрительно молчала. Хотя, возможно, дело было в том, что Луффи не имел какого-либо желания сражаться с ней, от этого и такая тишина. Она слышала об этой пиратской команде, что устроила много переполоха в первой половине Гранд Лайн два года назад. Они были шумные и за каждого члена команды была назначена награда, так что сам собой возникал вопрос: «а нужна ли им была она?» В мыслях по этому поводу Мэй дошла до пирса у которого был причален корабль пиратов. На нем было шумно, кажется, они спорили и одновременно с этим очень громко смеялись. Будь Мэй хоть немного стеснительной, она бы ни за что не прервала их уютную атмосферу… но Мэй была другой. Поглядев на носовую часть корабля, она сделала оборот влево, против часовой стрелки, и мир вокруг неё переменился. Туман переместил девушку прямо на носовую фигуру. Она легко, почти элегантно, стояла на верхнем лучике непонятного солнца-подсолнуха убрав руки за спину и оглядывая палубу. Мугивары тут же стихли, замечая Мэй, на лицах некоторых были улыбки, некоторые удивились. Зоро прищурился неотрывно смотря на уверенную фигуру спокойно стоящей девушки. Он почти поражался с того, каким чувством равновесия она владела, чтоб стоять так обыденно. Санджи уже стал пускать сердечки из глаз. Луффи сначала недовольно прищурился но поняв, что девушка не стояла на ЕГО капитанском месте, улыбнулся так ярко как мог только он, за счет своей резиновости. О его фрукте Мэй знала, только поэтому не вскинула бровь в изумление. — Мэй! Ты пришла стать моим накама? — вскочил с места Луффи. Девушка улыбнулась и глубоко вздохнула, собираясь с мыслями. — Можно и так сказать — Луффи, неизвестно какими силами, заулыбался ещё ярче, но вытянутая ладонь дала понять, что девушка не закончила — я расскажу вам то, что вы должны знать, прежде чем звать меня в команду. Если после моих слов твоё желание останется прежним… я с радостью стану вашим накама. Мугивары от услышанного переглянулись, но как-то задорно. Они были уверены, что бы девушка не сказала их взбалмошный капитан не передумает. Да и обычно Луффи было до фени прошлое любого его друга, важнее он считал настоящее. И он бы ей это обязательно сказал, если бы не уверенный взгляд девушки устремленный на него и почти требующий чтоб её выслушали. Луффи кивнул и уселся назад на свое место глядя на девушку. Пусть рассказывает что хочет. Правда, если это будет слишком скучно, он может и уснуть, но это будет точно не его вина!