Поцелуй по пьяне

Восьмеро, уже немного подвыпивших парней зашли в ночной клуб, неоновые подсветки, громкая музыка, большое количество алкоголя, а так же море милых девушек, так и манили остаться в клубе, после тяжелого дня, состоящего из репетиции, перед завтрашним концертом. Зайдя во внутрь, Хёнджина сразу оглушила громкая, ужасная клубная музыка, людей было слишком много, легко можно было затеряться в столь густой толпе. — Сомневаюсь, что бухать будет ахуенным решением, когда завтра у нас концерт, — произнёс один из парней, но из-за громкой музыки, и затуманенного разума, было сложно понять кто это. — Да пошёл ты, всё будет заебись, за себя говори, выбухал больше всех нас, — ответил другой парень, засмеявшись, получив в ответ подзатыльник. Голоса были затуманнеными и почти не было слышно их, музыка полность поглатила сознание, в перемешку с выпитым алкоголем, Хёнджин полностью потерял ощущение реальности. Не заметив, как он оказался возле барной стойки и уже какой раз заказывал очередной коктейль, и не заметив, как рядом подошёл такой же пьяный Феликс, и сев за барную стойку, обратил внимание на Хёнджина, попивающего мартини. — Нашёл себе кого то на ночь? — с улыбкой спросил парень, облокотивши голову об руку. Его язык заплетался, а волосы давно растрепались, томный взгляд, смотрел на Хёнджина, не оставляя его равнодушным. — Если только это будешь ты, — ответил тот, допивая бокал до дна. Голова уже ничего не соображала, как слова и мысли, были не разборчивы и слишком мутными. Это должна была быть обычной шуткой, не означающая ничего большего, но похоже, пьяный рассудок решил иначе. Подойдя к парню, Феликс дотронувшись до руки, потянулся к губам Хёнджина, дожидаясь ответной реакции. ... Парни уже и не помнили, почему они оказались в отеле, и как добрались до туда. Это было уже и не важно, прижимаясь друг к другу, им было плевать на то, что было до этого, громкая музыка, сменилась звуками слабых стонов и звуков поцелуев, а неоновые лампы, сменил слабый свет луны за окном. Запах алкоголя и мужских адеколонов заполнил комнату, сводя с ума Феликса и Хёнджина. Упав на кровать, Хёнджин скрестил их руки, переместившись на шею, оставляя горячий след на коже, и оставляя свои метки на теле парня, показывая, что он только его, и больше ничей в этом мире. Слабые стоны, лишь сильнее возбуждали парня и пробуждали желание не останавливаться. Мурашки бежали по коже обоих, а жар в номере, становился невыносимо сильным. — Хочу почувствовать тебя внутри сладкий... — шепнул на ухо Ликс Хёнджину, изгибаясь от желания. Оторвавшись от шеи и перевернув парня на живот, Хёнджин, скрестив его руки своей, закрепляя их над головой, а другой, изучая столь желанное тело. Медленно войдя во внутрь, и вызвав сладкий стон любимого, Хёнджин продолжил двигаться сначала нежно и медленно, давая привыкнуть к новым ощущениям, одновременно с этим надрачивая свободной рукой, а на шее, оставляя ранее упомянутые багровые засосы. С каждой минутой, с каждым новым темпом, хриплые стоны становились всё громче, и громче, а движения, всё быстрее и грубее. — Аахх, Хёнджин... сильнее... прошу... мхм... — простонал Феликс, изгибаясь под ним. Вскоре, движения стали грубее, а рука, все быстрее продолжила надрачивать, приближая всё ближе к оргазму парня. Выдавливая свои последние, перед концом сладкие стоны, Хёнджин вернул, уже заскучавший им поцелуй, после чего, спустя 2 минуты приятной пытки, парень кончил, издав более громкий, чем ранее звучавшие до этого стон, даже через заглушающий глубокий поцелуй, он казался таким. Бессильно упав на кровать, Феликс перевернулся на спину и обняв Хёнджина, лениво начал водить руками по телу, отходя от столь мощного оргазма. Пьяный ленивый поцелуй, вскоре закончился, сонное состояние приближалось, а вместе с ним, и желание прижаться друг к другу, и заснуть в объятиях росло. — Спокойной ночи Феликс, — произнёс Хёнджин, но тот уснул раньше, чем услышать эту фразу. Улыбнувшись, парень поправив прядь волос любимого, уложился рядом, после чего, почти так же быстро заснул.