As you wish

Гневно размахивая руками, Маринетт шла вперёд и ругалась такими выражениями, что ей было бы впору составить собственный словарь. Лицо её пылало всё сильнее с каждой минутой. И она понимала, какой дурой выглядит сейчас, более того, всё это было нарочно и на публику. Как только удалось найти укромное местечко, брюнетка остановилась и прижала прохладные ладони к щекам. - Батюшки, ну что ж он такой-то мерзкий, а? Даже самой Маринетт было до омерзения противно осознавать это, но в этот самый момент она испытывала чувство, по всем признаком напоминающее стыд. Стыд за то, что после той сумасшедшей сумбурной ночи ей без конца мерещился Агрест и его невероятный… потенциал. Мало того, что эта человеческая дубина снилась ей по ночам, так теперь она мечтала об этом целыми днями. Представляла, его форму, цвет, вкус. Мечтала о том, как будет его ласкать, целовать, облизывать, как сядет сверху, и он будет проникать в… - Эй, даже думать забудь! – вскрикнула Маринетт вслух, уже не смея терпеть. - А что, собственно, не так? – тут же среагировала Тикки. – Разве он не тот, о ком ты мечтала? Подумай – практически ведь твой идеал! - Да ни в коем разе! - Ну, никто ведь не идеален. - Но не настолько же. – Если тебя так смущает его лицо, то натяни на него пакет! - Да как ты себе это представляешь?! – взревела брюнетка. – Чтобы ты понимала, то во время секса хочется не только что-то в себя засовывать, но и на лицо смотреть. А лицо это должно быть красивым. Вот если бы ты могла превратить этого противного Агреста в красавчика! И понимая, что Тикки её всё-таки поймала, Маринетт прикусила язык, покраснела ещё гуще и закрыла лицо руками. Пятнистая квами же разразилась прям-таки диким мерзким смехом. - Забудь! – буркнула Маринетт, осознавая своё поражение. Она не была дурой, просто так вышло. Слишком многое играло для неё роль. И да, девушка уже прекрасно понимала, какая тонкая ниточка отделяла её от возможности затащить ботаника Агреста в койку, чтобы выжать из того все соки. - Помниться, мне обещали чудеса чудные, - решительно переменила тему Маринетт, - и где же все те мужики, которые не могут мне отказать? Тикки дурно изобразила задумчивость. Маринетт фыркнула, махнула на квами рукой и тут, взглянув на наручные часы, поняла, что чудовищно опаздывает на лекции. Девушка мощно ломанулась в здание и побежала по сонным коридорам по направлению к кабинету, когда сзади послышался знакомый голос: - Мадемуазель Дюпен-Чен, Вы снова решили прогулять лекцию по философии? Не думаю, что Вашему преподавателю это понравится. Маринетт скрипнула зубами и медленно развернулась: - Что Вы, месье Дамокль, я как раз спешила на лекцию. Просто задержалась в библиотеке… Но он её уже не слышал. Всегда строгий и сдержанный, мужчина внезапно смягчился, его глаза в один миг наполнились страстью. - Мадемуазель… я не в том возрасте, чтобы говорить подобное, - покраснев, произнёс руководитель Университета, - но разве может это быть важным? Да, моя голова седа, однако мудрость куда ловчее неопытной юности. Его глаза сверкнули, и он сделал прыжок в сторону Маринетт, словно был отчаянным испанским кабальеро. - Любовь тугие натянула стрелы – Горячие лучи прекрасных глаз, И факелом душа моя зажглась… - Красиво читает, едва ли не лучше автора, - скрывая некую ностальгию в голосе, произнесла Тикки. - Ты была знакома с Ронсаром? – удивилась Маринетт. - И не с ним одним, - хихикнула квами. - И долго он так будет? - Мадемуазель, - прервав чтение, обратился к девушке месье Дамокль, сжимая её руку, - это не учтиво с моей стороны, но я теперь – Ваш вечный раб. Повелевайте мною! - Не так уж плохо, да? – снова засмеялась Тикки. - Очень даже, - улыбнулась Маринетт.